6. Прощание затянулось (СиЮ | гет, fix-it, романтика)

      — Значит, вы уезжаете?       Голос мистера Торнтона был настолько ровным и спокойным, что Маргарет невольно в очередной раз убедилась в отсутствии у него каких бы то ни было чувств по отношению к ней. И она расстроилась против своей воли, хотя всеми силами пыталась этого не показать.       — Да, я буду жить с тётей и кузиной в Лондоне.       — Надеюсь, вы будете счастливы.       — Я тоже.       Джон неловко мялся у стола и делал вид, будто разглядывает обложку. Маргарет, сев на краешек кресла, показала ему на диван, и Джон тоже сел на край.       — Возьмите, — она протянула ему томик Сократа, — папа хотел бы, чтоб он был у вас.       — Спасибо. Ваш отец был очень хорошим человеком.       Вновь воцарилось неловкое молчание, и они оба украдкой смотрели по сторонам. И каждый не догадывался, что другой испытывает те же чувства: желание уйти и желание никогда не уходить.       — Как ваша сестра?       — Кажется вполне довольной. Она затеяла ремонт.       — Это замечательно.       — Пожалуй. Наверное, я должен и вам пожелать в скором времени такого счастья.       — Мне? О чём вы гово?.. — осеклась Маргарет. Ну конечно, он ведь считает, что она была тогда с возлюбленным!       — Неужели всё расстроилось? Извините мою бестактность.       Джон с тоской и злостью посмотрел на неё. Неужто у неё столько кавалеров, что всех и не упомнить? В одного тайного возлюбленного он ещё в силах поверить, но в нескольких!..       — Вы не поверите мне, даже если я вам признаюсь, — Маргарет через силу улыбнулась.       — Я постараюсь.       — Но прежде я должна сказать, что это не только моя тайна. И от её сохранности зависит жизнь человека.       Джон стиснул зубы. Эта ситуация всё больше походила на сюжет из дешёвого романчика Фанни!       — Это был мой брат, мой бедный брат, — тихо сказала Маргарет, и Джон, вопреки желанию, слабо ухмыльнулся. — Я же предупреждала, что вы не поверите.       — Почему его пребывание — такая тайна?       — Потому что его ищут, чтобы казнить. Он был одним из офицеров, которые не стали мириться с жестокостью капитана. И поэтому мы никого не принимали, когда он был здесь. — Маргарет глубоко вздохнула и сжала руки: — Мистер Торнтон, я умоляю вас не выдавать меня и моего бедного брата.       — Так это был ваш брат… — Джон опустил голову на руки. — Вы клянётесь, что говорите правду?       — Разве я лгала вам, чтобы вы подозревали меня в подобном? Но если так вам будет легче, я клянусь.       — Нет, вы всегда отличались тем, что говорите то, что думаете, Маргарет.       Джон замер, опешив от собственной наглости и невоспитанности. А Маргарет думала лишь о том, возможно ли счесть это знаком, что его чувства не исчезли, как он и сказал ей в тот день?..       — Думаю, мне пора идти.       — Мистер… Джон! Прошу… останьтесь ещё немного.       — Конечно. Да, конечно, — он улыбнулся и тепло посмотрел на неё.