Часть 1

Мама-стоматолог говорила Гермионе, что все боятся лечить зубы: и взрослые, и дети. Да, есть обезболивающие, однако они не всегда действуют. А лечить зубы надо, несмотря на боль. Больно расставаться с частью себя, даже если это осколок эмали. Больно ли потерять кусок памяти? Она хотела бы думать, что нет. Гермиона никогда не произносила это заклинание прежде. На ком тренироваться? Тренировка причинит кому-то боль. Легче вырвать зуб, чем излечить его, легче отобрать память, чем вернуть ее. Как же это? Нужно взмахнуть палочкой и просто сказать всего одно слово. Всего одно слово отнимает часть жизни родных, любимых папы и мамы. Обливиэйт. После того, как все закончилось и Тот-Кого-Нельзя-Называть рассыпался в прах, и его больше не нужно было называть никак, они сидели с Роном вдвоем и держались за руки, Рон вдруг спросил о ее родителях: — Я вот думаю, а как мы сыграем свадьбу без твоих родителей? Они в Австралии. Как мы их найдем? А если они не вспомнят о тебе никогда? Что тогда? Гермиона крепче сжала его руку. — Я тоже думаю, что память, возможно, и не получится вернуть. И, знаешь, ничего страшного. Я не поеду в Австралию и не буду их искать. Пусть живут уж там, как жили. — Ты чего-то боишься? — спросил Рон. Она промолчала. Рону лучше не знать то, что знает она. Она тогда пришла домой и сразу увидела повсюду кровь и куски, какие-то ошметки, которые еще утром были ее родителями. Здесь были не только Пожиратели смерти, здесь были оборотни. У отца отсутствовала часть печени, отстраненно подумала она, и что же теперь? А что они сделали с мамой... Ее мама всегда была такой красивой, а теперь ее лицо не узнать, родные черты в крови. Зачем эта звериная жестокость, когда есть милосердная Авада Кедавра? Полиция будет искать маньяка и не найдет. Ну что же, ей лучше проявить к себе милосердие, забыть и отомстить. Ничто больше не держало ее в мире маглов. Вот только как произнести Обливиэйт, направив палочку на себя. Как заставить себя забыть своих родителей? Пока у нее не было ответа.