See you again

«И когда дружба на переднем плане, то ей не будет конца. Мы сами проведем для неё линию финиша. Мы достигли предела, так что запомни меня, когда я уйду.» Wiz Khalifa — See You Again ft. Charlie Puth Лето. Жаркое, долгое, счастливое и светлое, похожее на воплощение DVD дисков с «Назад в будущее» или пленочный фотоаппарат сестры — именно так я запомнил его с подросткового возраста. Прогулки с друзьями, роман с красоткой из лагеря, посиделки с родней у костра, когда отец повел их в очередной поход. Это были беспрекословно лучшие годы. От этих воспоминаний я был готов расплакаться… раньше. Но сейчас они вызывают у меня улыбку и приятную дрожь в теле, будто мне протянули машинку-мечту на радиоуправлении в канун Рождества. Но больше всего лето у меня ассоциировалось со свободой. Как я вместе с младшими гнались друг за другом на своих велосипедах по полю. Как я встретил его… Отец опять повел меня с братом на аэродром. Мы с ним не шибко туда рвались, но всё же согласились. Я тогда впервые увидел поднимающийся в небо самолёт настолько близко. То, сколько грации было в этой прекрасной машине, что несмотря на погоду взмывала в небеса — заставила меня улыбнуться и неотрывно за ней наблюдать. Похожая на одну из звезд Голивуда, что с радостью ловила на себе влюбленные взгляды фанатов, она пробивала облака, и солнце, будто специально подсвечивала эту величественную фигуру на небосводе. Небеса — свобода. Тогда я впервые подумал, что этот пилот — самый счастливый человек на всем белом свете, ведь он способен видеть всё с высоты птичьего полёта! А когда я подал руку этому смелому юноше с хищной, но совсем непугающей белоснежной улыбкой, то моё сердце вовсе остановилось. Его волосы были заплетены в смешной пучок на макушке, а кожа была смуглой и теплой. Он сделал комплимент моим глазам, сказал, что у меня сильная хватка. Этот парень был одним из самых молодых в команде отца, но имел талант, трудолюбие и невероятную тягу к авиации. Отец называл его — «Гений, который искусно нагнул небеса». И оспорить его слова не могли, ведь смотря на то, какие финты выдавал этот парнишка — другими словами его можно было приравнивать только к богу, а это немного шло в противовес с прошлой кличкой пилота. Для него авиация это не просто забава или профессия. Авиация — это страсть всей его жизни, как первая любовь, нужная как воздух, пища или вода. И он был связан с ней от рождения до самой смерти. Его страсть попала и ко мне в сердце, поэтому даже спустя годы я не оставил мечту стать летчиком. И не оставлю её никогда. Особенно после той аварии. *** Помню как через монитор видел этот ужас. Как в наушниках звучал знакомый голос. — Мы много добились, учитывая, как начинали. Ты что думаешь? — Аонунг, черт тебя подери! Вновь ты усмехаешься моему напуганному тону, а я не знаю как связать слова, тупо уставившись на монитор, когда люди вокруг что-то кричат друг другу в панике, бегая по комнате, подобно муравьям, которым только что наступили в муравейник. — О, я все расскажу, когда снова увижу тебя. Не волнуйся, у нас всё пучком. — Ты меня вообще слышишь, придурок?! Затем слишком долгая пауза, хотя может мне так показалось. — Скажи моим, чтобы не терзали себя, или придумай чепуху, которую обычно говорят в фильмах. Пошути как-нибудь. — Ты что… — Прости, парень. Но главное… запомни как я уйду. И… наверно это лучший исход. Как считаешь? — Прекрати, Аонунг! Это не смешно! Ты меня слышишь? Ты знаешь что делать? Приём! Затем я услышал твой последний смешок. *** Я помнил как внутри меня всё перевернулось. Как потерял дар речи, хотя внутри я кричал. Всё ещё стоит перед глазами, как спустя какое-то время в новостях блондинка в светло-голубой рубашке произносила имя — Аонунг Ментканстел — погибший из-за крушения самолета. Второй летчик — Ротто Уолсон — также не выжил. Помнил, как вскочил из-за стола, случайно опрокинув кружку с кофе на белоснежную скатерть, как долго не мог осмыслить случившееся и после, даже смотреть на самолёты было больнее тысячи ударов в живот. Тогда и мать была против моего увлечения авиацией, но я не мог просто так оставить любимое дело — мою извечную борьбу. Нашу с ним страсть к свободе в небесах. Кошмарное время, но я должен был продолжить двигаться дальше. *** После встречи с Аонунгом я стал посещать работу отца чаще, чтобы вновь увидеть этого юношу. А после я вообще поступил в авиационный, ведь больше и не думал о другом будущем, кроме как авиация. Он говорил мне, что с моим характером и рвению к знаниям — стану его вторым пилотом. Говорил, что это судьба, ведь я только после встречи с ним стал поклонником этой сферы деятельности. Жаль, что счастливого финала для нас двоих судьба не устроила. Я остался один на один с нашей общей мечтой и пообещал себе её исполнить. Ради нас. «Так что запомни меня, когда я уйду» *** — Представь себе, встретил… ту самую, — говорил я, смотря на четкие выгравированные буквы на темном мраморе. — Прекрасней девушки я не встречал, но думаю ты бы посмеялся над моим выбором. Она такая добрая и светлая, могу сравнить её с кроликом, забавно да? Ты вроде не любил их… Родители говорят, что в нашем возрасте можно и свадьбу сыграть в скором времени, но я всё отшучиваюсь, — я улыбаюсь, но неожиданно голос начинает дрожать. — Был бы ты… здесь, то я наверняка бы попросил тебя помочь мне сделать предложение, может даже с нашей ласточкой. Ты бы точно воплотил это лучше кого-то из наших ребят, уж простят они меня. Ты был лучшим. Наверное я всё ещё не осмыслил до конца то, что Аонунг и в правду нет. Но моя душа, будто ребёнок, думает, что этот парнишка со страстью к небу просто уехал куда-то далеко. В отпуск — если бы это понятие было бы тем, куда ушёл отец Фореста Гампа. Очень-очень продолжительный отпуск в неизвестной всему миру стране. — Надеюсь я когда-нибудь увижу тебя снова, — глаза начинает щипать и я часто моргаю, пытаясь сдержать слезы. — Черт, придурок, я скучаю… *** Сначала, у нас был один путь и настрой быть сильными. Но эта малость превратилась в дружбу, а дружба — в связь. И эту связь никогда не разрушить. Я уверен, могу поклясться, что даже спустя года не забуду, как ты открыл для меня небо и показал свою свободу. Показал то, что стало самым важным в моей жизни. Я точно не забуду годы, что мы провели плечом к плечу. Никогда не забуду. Ведь худшая моя участь — вовек не увидеть этого неба. “667 - Помнишь наши мечты? Жаль им не суждено сбыться”