Часть 1

...и первая весна может прийти на третьем десятке. И прямо под кожей пойдут распускаться цветы, и нет, как раньше не будет. Другие порядки: всё неизменно, меняешься только ты. Меняешься криво, ты снова - нескладный подросток, в твоей черепной коробке космический хлам, а мысли - исподтишка, незаметно, неловко, теряются здесь, появляются где-то там... Бедлам. Вперемешку часы смешались, ты готов перебить свой домашний бар. Если раньше тебе всегда было мало - то теперь и без рома в башке - туман. И теперь каждый стих адресован этим глазам, боже мой! если слышишь, ответь мне, Боже: это черти шутят, или это Ты сам пересёк неслучайных прохожих? Я, дурак, никогда б не поверил в судьбу, продолжая ночами лить в глотку холодный бренди, по утрам - одинок, вечерами - размыт и приветлив, я бы шёл эту жизнь, не вдаваясь, куда я иду. Я стоял бы, как раньше, на кухне, сжимая бокал, глядя в бездну окна, где проносятся чьи-то души, и, как раньше, я б улицу молча слушал, забывая себя, не успев и добраться до дна; я свистел бы под нос, оперевшись на подоконник, глядя вниз (хотя сам я разве вверху?), и строку за строкой выводя на ладони, по полночи валялся бы в вожделенном бреду. Я бы делал всё это, пока Ты меня не забрал, но Тебе я, наверное, здесь пока ещё нужен, если Ты, водя пальцами по городам, взял и отдал мою заблудшую душу... Взял и отдал! А я - не протестовал. Я пошёл, по пути разбивая стопки, словно школьник, наивный и даже робкий... Я поднял себя с самого-самого дна. Я поднялся. Я здесь, и обратно не пустят - я готов оставаться и дальше в этих сетях, я пророс в них. Я влип, я тобою пропах, а весна только крепче плетёт и плетёт свой узел.