Глава 8. Золотая клетка

***

      Перед Шошанной, предстала довольно чуждая ей картина, полковник сидел в одной футболке и домашних штанах, не гнушаясь мягкий тапочек. Через розовато-кремовые занавески мягко падал жёлтый свет и заливал всё кухонное помещение. Столешницы с вырезанными узорами по дереву, фарфоровые сервизы, и множество дорогого антуража. Сам же Ганс Ланда, потягивал кофе из такой же миловидной фарфоровой чашки. Всё это было до одури нереалистично, Шошанна подумала, что у неё как минимум горячка. Застыв в кухонном проходе, девушка не решалась на какие-либо телодвижения в сторону мужчины. Неизвестно, что ждёт её дальше и чего он хочет. Голова не хотела думать и строить дальнейший план действий, это и впрямь ужасало. Вся решимость еврейки будто испарилась, она и впрямь в ловушке. Как из неё выбраться? Дрейфус, решительно не находила ответа. - Ну, садись, ждёшь приглашения? Я могу, но ты отнюдь не оценишь моего настроя.- хмыкнув, сказал Ланда, его взгляд метнулся на Шошанну и нездоровый блеск был виден отчётливо. Он и впрямь наслаждался происходящим. Смятением беглянки и некоторым смущением, у неё не оставалось сил что-либо предпринимать.       Шошанна опустила голову и села в самый дальний угол стола от Ганса, он был ближе всего к ванне с хлипкой защёлкой, но это давало ей хоть какую-то надежду. Дрейфус подняла голову и спросила: - Штандартенфюрер, что всё это значит?- в девушке уже начали прорастать крохи понимания, но она хотела подтверждения своих домыслов. Они были не слишком обнадёживающие и радостные. На что Ганс, отхлебнул последний глоток из чашки и полностью к ней развернулся. Вытянув из кармана штанов именной портсигар, придвинул к себе хрустальную пепельницу, заполненную до краёв. Когда кончик начал тлеть, вся комната наполнилась терпким ароматом, а полковник начал диалог. - Видишь ли, Шошанна.- запустив руку в волосы, Ганс потеребил и так непричесанную шевелюру.- Я намереваюсь, вдоволь насладиться тобой, когда я смог тебя найти. Твоим присутствием, телом и мыслями. Не буду скрывать, ты интересная, я знал и знаю множество женщин. Многие отдали бы всё своё состояние, чтобы так поболтать со мной, смекаешь?- самодовольно ухмыльнулся Ланда, но все отголоски весёлого настроя исчезли с его лица полностью. - Я буду наслаждаться тобой, пока ты не наскучишь, что-то вроде куклы.- глаза Шошанны расширились.- Ну не обижайся, я не специально, просто таково твоё положение в обществе. Ты должна падать к моим ногам за проявленную мной доброту. Ты всё ещё живёхонькая и удостоилась чести принимать фюрера, не много ли для еврейки? В целом суть дел ты понимаешь, я надеюсь на это, непокорная моя.- сделав очередную затяжку, полковник замолчал, повернув голову к окну. С минуту тишины, он начал вновь. - Знаешь, я потратил уйму времени на тебя, ты в курсе?- плотоядный оскал вновь озарил его лицо,- Признаюсь, ещё ни одну женщину мне не хотелось сломать настолько сильно. Ох, моя милая, знала бы сколько я представлял, что буду с тобой делать когда тебя отыщу. Убить? Скучновато. Взять тебя силой? Не делай такое личико, это не моё кредо, я не люблю ломать куколок сразу. Мне ведь нужно насладиться этим, верно? Так что мое общество для тебя будет долгим, ой каким долгим, моя дорогая. Не разочаровывай меня.- заключил свой монолог Ланда, в ту же секунду потушив сигарету.       Шошанна была в полном оцепенении, её худшие мысли воплотились в жизнь, самые страшные кошмары. Быть в клетке, золотой клетке, загнанной в неё совершенно точно. В давности, домашним канарейкам отрезали часть перьев на крыльях, от невозможности вновь взлететь, птичка начинала смиряться. Канарейка противилась и не вылетала из своей клетки, она помнила кто это с ней это совершил. Спустя какое-то время, птица падала духом, привыкала к своему хозяину, начинала выходить на контакт. Так и становилась ручной, покладистой. Пела только своему хозяину, ласкалась только с ним, становилась его покорной вещью. Шошанна, ощущала себя также.       Она не знала что ответить, ради оставшихся близких ,она не могла напасть на него. Не могла противиться или бунтовать. Еврейка и немец, смешно. Рассекретить себя и штандартенфюрера не представлялось возможным. Он не простой рядовой солдат, чтобы его казнили за связи с еврейкой. Никто не поверит Дрейфус, а он вновь посадит на короткий поводок.       Слезы наворачивались сами собой, выхода не было. У Шошанны Дрейфус не было никаких вариантов, кроме подчинения и принятия своего судьбоносного рока. За что Господь с ней так обошёлся, что она сделала? Чем она так провинилась, боже, чем? Ком в горле становился все более удушающим, девушка не заметила, как слезы текли не каплями, а ручейками. Она немигающе уставилась на этого ублюдка. Тот же в свою очередь хищно ухмылялся ей в ответ.       Ганс медленно встал и отряхнул футболку, пройдя к Шошанне на расстояние вытянутой руки, наклонился. Не спеша, протянул ладонь к её лицу, взяв за подбородок, полковник пальцем очертил щёки, губы. Большой палец был весь мокрым, после также тягуче поднёс руку ко рту и демонстративно облизнул его. Клыки сверкнули и обнажились в ухмылке. - Собирайся, мы поедем по делам.- вымолвил ариец и привстав удалился вглубь квартиры.       Слезы продолжали стекать и ударяться о жесткий паркет. В глазах загорались потухшие от бессилия угольки, девушка воспылала ненавистью. На жизнь, судьбу и немца. Чёртового немца.

***

      Немец и еврейка вышли из помпезной парадной, во двор к служебной машине. Оказалось, что штандартенфюрер даже не думал о неудаче. Придя в себя, девушка последовала узнать, что ей делать. В квартире к её шоку была дамская комната, не жилая, по обстановке в ней, будто туда никогда не ступала нога женщины. Будто её обставили совсем недавно. Были роскошные платья, дорогая повседневная одежда, дамский столик и косметика. Шошанна видела такое лишь в фильмах и ненароком подслушивала разговоры содержанок немцев - высоких статусов. Ненависть лишь сильнее заполонила разум, чертов ублюдок, не сомневался, что она попадёт в его лапы.       Ганс сам выбрал ей образ на сегодняшний день. Лаконичный костюм в коричневатых подтонах. Строгая мягкая юбка, что подчеркивала её стройную фигуру. Просторная блуза и берет в её стиле. Жесткие руки полковника, закрепили на шее куклы очаровательную подвеску, по всем пискам моды. Золотая, тонкая цепочка и слишком большой драгоценный камень, слишком вычурный и привлекающий внимание. Шошанна попыталась его отговорить, но последний лишь ухмыльнулся и ответил: - Куколка, как же все узнают, что ты моя. Ты думаешь, из простых рядовых и майоров кому-то такое доступно? Я тоже думаю нет, так что не дёргайся. Наряжу тебя как следует. Снимешь, прилюдно надену обратно ещё более вычурное ожерелье. Поняла? Ну ка покажись.- довольный своей работой штандартенфюрер, с желанием оглядывал еврейку с головы до пят.

Его кукла, ничья больше...