Глава 1. О дивный новый мир.

Что, черт возьми, произошло? Почему я очнулась в крепких руках отца Сакуры??? Серьезно? Твою ж дивизию! Наруто?!?!! Сакура Харуно… Я в мире «Наруто», и я — маленькая девочка с розовыми волосами и лучистыми зелеными глазами. Коноха. Деревня, скрытая в листве. Нет, здесь, конечно, определённо лучше, чем в бесформенной темноте, но всё же! Коноха? Что, серьезно? Мне понадобилось какое-то время на осознание происходящего. Первые дни я тупо беспроглядно рыдала, оплакивая себя и свою прошлую жизнь. Я плакала по маме и бабушке, по друзьям, которых больше никогда не увижу. Я уже скучала по их нежным прикосновениям, улыбкам и смеху, а ведь мне придется прожить без их поддержки целую жизнь. Ну-у, как сказать «целую». Как повезет. Я же ничегошеньки не умею. По крайне мере, не умею ничего, что реально может помочь здесь. В мире шиноби и вечных войн. Сейчас мне кажется, что никакого времени на всём белом свете не хватит, чтобы свыкнуться с мыслью, что теперь я другой человек и нахожусь в другой вселенной. Я так долго пребывала в истерически-апатичном состоянии, что Кизаши и Мебуки (язык пока не поворачивается называть их родителями) начали пичкать меня какими-то травяными отварами, сходя с ума от волнения, что со мной случилось что-то серьезное. Конечно, случилось! Девятнадцатилетняя девушка вдруг оказалась в теле трехлетки, да ещё и в мире, который привыкла видеть в рисовке аниме. А, ну и как вишенка на торте — она знает, что случится в этом мире в ближайшие десятки лет. Поначалу меня преследовали героические мысли вроде «нужно предотвратить возрождение Мадары и появление Кагуи», а потом, наконец, дошло, что до четвертой мировой войны шиноби еще более десятка лет, и что помимо этого события есть множество других, которые произойдут задолго до войны, и на которые я всё же, возможно, смогу как-то повлиять. Перво-наперво это уничтожение клана Учиха. Когда это вообще произойдет? Если мне сейчас около трех лет, то.. блин, сколько было Саске на тот момент? Впервые жалею, что плохо знаю детали и хронологию аниме. Ладно, фиг с ней, с датой. Нужно быть реалисткой. Как бы мне не хотелось, остановить Итачи и предотвратить гибель клана Учиха я не смогу, даже если буду знать о его действиях с точностью до минуты. Для начала нужно хотя бы познакомиться с Саске. В таком детском возрасте он вряд ли вообще выходит из квартала своего клана, да и меня туда пока тоже не пустят. Придется ждать, но это не беда. Наоборот, в глубине души я даже рада, что снова могу побыть ребенком. Жаль лишь, что это происходит не в моем мире… Интересно, эта ноющая боль в груди когда-нибудь ослабеет или будет всегда со мной, напоминая о прошлой жизни? В любом случае, раз мне представился шанс прожить жизнь заново (да ещё и какую жизнь — полную опасностей и приключений!), я буду брать от неё по полной. Ну, а пока что мой максимум — это быть беспечным, счастливым ребенком. Или, по крайней мере, создавать такую видимость. Но пройдут дни, и я ко всему привыкну. Стану сильнее, начну искать новую себя. Ведь сейчас я хочу лишь одного — стать частью этого неизведанного, завораживающего, мира. Моего мира.

***

Коноха удивительна. Даже несмотря на всепоглощающую тоску о потерянном доме, я не могла бороться с зарождающейся в сердце любовью к этому прекрасному месту. Одна скала с изображением четырех Хокаге чего стоит! Милые улочки, деревья и зелень повсюду… А больше всего меня поражали люди: открытые, приветливые и по-семейному дружные. Не все, конечно, но большинство. От некоторых будто исходило невидимое облако недоверия и тревоги. Странно, наверное, что я ничуть не удивилась этому еле заметному контрасту в поведении населения. В конце концов, Коноха — деревня военная, и гражданских тут, как мне кажется, гораздо больше, чем обученных, готовых к любой атаке шиноби. Неужели мне придётся, как и им, всегда быть настороже, даже в мирное время? Сейчас ещё слишком рано задумываться о таких вещах, но всё же не стоит расслабляться и свято верить всему, что я вижу. Сейчас меня больше интересовало, как я понимаю речь людей, хотя по факту не должна бы. Аниме родом прямиком из Японии, значит, и говорить в этой вселенной должны по-японски, но я, носитель русского языка, прекрасно всё понимаю и более того — прекрасно изъясняюсь! Проведя небольшой эксперимент, я пришла к единственному возможному выводу: русский и японский каким-то образом слились. Совершенно очевидно, что я произношу все слова исключительно по-русски, но в то же время рука как будто сама рисует причудливые иероглифы. Я просто знаю их и пишу, вот и всё. А вот английского здесь никто, похоже, не знает. Однажды я бродила по дому, напевая «shape of you» и реакция Кизаши ярче всевозможных слов дала мне понять, что сей язык здесь непонятен. Потихоньку, помаленьку, я стала привыкать и адаптироваться к новой жизни. Видеть в зеркале маленькую девочку с розовыми волосами было всё ещё непривычно, но по крайней мере я уже не шарахалась от своего отражения, как пару недель назад. Гораздо сложнее было приучиться вести себя как ребенок, а не почти двадцатилетняя мадама. Не хватало ещё, чтобы окружающие приняли меня за малолетнего вундеркинда, ага, ага. Никогда бы не подумала, что мне будет так весело на детской игровой площадке, и что я буду с таким нетерпением снова и снова рваться туда. Пока я была совсем мелкой, Мебуки часто меня туда отводила, да и вообще часто гуляла со мной по деревне, но едва мне исполнилось четыре — меня стали спокойно отпускать шататься по Конохе одной. Не на другой конец деревни, конечно, но всё же для меня было непривычным, что маленького ребенка так вот просто отпускают гулять самостоятельно. А для Листа это, видимо, было в порядке вещей. Ну, что ж, мне же лучше. Первыми с кем я подружилась, были Ино и Шикамару. Дружба с Яманаки была ожидаема — мы обе девчонки, ровесницы, да и живем неподалеку друг от друга. Ино невольно привила мне любовь к растениям и собиранию цветочков (не даром же в будущем откроет лавку), а я научила её плести милые косички и фенечки из ниток. Мы быстро нашли общий язык, чему я была несказанно рада. Дружба с Шикамару зародилась спонтанно. Почему-то я ожидала, что он будет замкнутым и тихим, а он оказался таким же веселым и приветливым, как и Ино. Он был рассудителен и умен не по годам. Яманака напрягало (скорее, вгоняло в тоску), что Шикамару отдавал предпочтение «сидячим» играм, вместо подвижных (а в детстве игры, между прочим, очень важны в общении!). Я же, наоборот, обожала проводить с ним время, окунаясь в мир его занимательных логических причуд. Кстати о времени. Оно пролетало незаметно. Когда мне было около пяти, я встретилась с Саске. Мне хорошо запомнился тот день. Родители с утра пораньше ушли в свою лавку, и я снова была предоставлена самой себе. Ино тогда сильно простыла и не выходила из дома, а к Шикамару почему-то идти не захотелось, так что я отправилась бесцельно прогуливаться по главным улицам в поисках так называемых приключений. И, к удивлению, нашла кое-что получше — новое знакомство. Всё вышло как-то сумбурно и очень нелепо. От радости встречи я буквально налетела на будущего сокомандника, едва не сбив его с ног. — Эй, ты чего? — возмутился малыш-Саске, отпихивая меня. — Саске, не будь грубияном, — раздался нежный, но поучительный женский голос. Учиха тут же покорно обмяк. Обернувшись на звук, я увидела Микото, державшую под руку своего грозного мужа. А прямо за ними стоял их старший сын. В глазах Итачи плясали озорные искорки, и я невольно расслабилась от его лукавой улыбки. Так вот вы какие, могучие Учихи! Прям вся семья в сборе, да еще и при параде. В отличие от меня: в простом старом платьице, да еще и наверняка растрепанная от бега. — П-простите, — пискнула я, обращаясь ко всему семейству, но следующие мои слова уже предназначались младшему из Учих. — Привет! Меня зовут Сакура! Я порывисто протянула руку, ожидая.. рукопожатия? Хах, да уж, снова вышло как-то по-глупому. Но к моему удивлению Саске не растерялся, и, смеясь, схватил мою ладонь, забавно дергая вверх-вниз. — А я Саске! Саске Учиха. Так и зародилась наша дружба. Не нужно было быть гением, чтобы понять, что я ему понравилась. Мы стали проводить много времени вместе, смеясь и бегая по Конохе. Я познакомила его со всеми своими друзьями, но быстро поняла, что он не любитель больших компаний. С одной стороны это напрягало — перед ними приходилось вечно оправдываться, и я буквально физически ощущала, как наша дружба с Ино натягивается, словно струна (ох уж эта детская ревность, а ведь нам пока всего пять). С другой стороны — мне по настоящему нравилось общество Саске. Так что я балансировала, словно акробат на веревке, между заводной компанией будущих команд восемь и десять, и времяпрепровождением с младшим Учиха. Но это всё так, детские разборки. Меня напрягало то, что я долго не могла найти Наруто. Да и лучше б не находила, честное слово! Ладно, шучу, конечно. Его манера поведения это что-то с чем-то. Но оно и понятно — растет сам по себе, как бурьян в поле. Может изредка к нему и наведывается старик Хирузен, да и только. Этого недостаточно, гадкий Хокаге! Никогда не смогу простить ему равнодушие к выжившему Узумаки. На него и так вся деревня косо смотрит из-за Курамы внутри него, так ещё и не с кем поделиться своими чувствами и мыслями. Оттого и характер у него своенравный, вредный и неугомонный. Как можно было оставить такую милую булочку без поддержи и заботы, а, Хирузен!? Но! Тут появляюсь я! Слава неведомым Богам или Силам (впрочем, неважно), запихнувшим меня в эту вселенную. Сакура Харуно сделает всё возможное, чтобы облегчить юному Узумаки жизнь. И с взбалмошным характером разберемся. Не волнуйся, Наруто, теперь у тебя есть верный друг и поддержка.

***

Сегодня в клане Яманака какой-то праздник, и Ино попросила меня помочь ей в поисках самых красивых цветов для ее подарочного букета. Наша дружба порой невольно ассоциируется с соперничеством Гая и Какаши, потому что «помочь в поисках» для нас негласно означало «кто сделает всё быстрее и лучше?». — Уверена, что мой букет будет круче, чем твой! — заговорчески крикнула Ино, растворяясь в толпе. Не долго думая я побежала в противоположное от неё направление, попутно прикидывая в уме, где неподалеку вообще могут расти хоть какие-то приличные цветы. Ловко огибая столпившихся людей, я побежала в противоположную от подруги сторону. То тут, то там я срывала растения, попадавшиеся под руку, собирая их в хаотичный букет, и так увлеклась, всматриваясь в зелень под ногами, что не заметила, как оказалась на поле рядом с кладбищем. М-да, далековато я убежала от дома. Я уже собралась повернуть обратно, как вдруг заметила вдалеке, у одной из плит, застывший силуэт. Даже находясь на таком большом расстоянии, было невозможно не узнать в нем Какаши Хатаке. Хотя, возможно, это всё же не он? Нет. Ошибки быть не может. Серые волосы, небрежно развиваемые ветром, форма Анбу. Это и вправду Какаши. Только моложе, чем я ожидала. Ну, и мне сейчас далеко не двенадцать… По-хорошему, стоило сразу рвануть обратно, пока та же Ино меня не хватилась, но, едва завидев молодого джонина, я уже никуда не хотела уходить. В голове снова и снова крутилась навязчивая, бессмысленная и даже глупая мысль — подойти и заговорить. Только о чем? И, главное, зачем? Была не была. Нарастающий восторг и любопытство от неожиданной встречи пересилили сковавшую меня нерешительность — мелкими шажками я направилась к будущему (хах, я надеюсь) сенсею. — Добрый день, — проговорила я звонким детским голоском. Хатаке слегка наклонил голову в мою сторону, осматривая, и его хриплый голос эхом отозвался на моё приветствие. О, боги… Этот чарующий тембр, эта прическа, поворот головы… Крашем был, крашем и остался. Вот умора будет, если в будущем я по-настоящему влюблюсь в него. Тьфу-тьфу-тьфу. Отсюда не было слышно ни птиц, ни оживленных разговоров людей, сквозь которых ещё несколько минут назад я так отчаянно прорывалась, лишь из-за ограды доносился шелест ветвей, раскачиваемых нежными порывами ветра. Тишина, окутывающая округу, очень подходила образу одиноко стоящему мужчине, и от этого мне становилось ещё больше его жаль. Сейчас Какаши казался таким уязвимым, таким беззащитным… Ох, немного не таким я ожидала увидеть великого Копирующего. — У меня для вас кое-что есть, — и всё же быть маленькой девочкой — невероятно круто. Нет, ну правда. Нет ничего лучше, чем изображать детскую беспечность. — Для меня? — подняв бровь, переспросил Какаши. Ох уж этот слегка прищуренный, настороженный взгляд. Неужели незнакомая маленькая девочка умудрилась озадачить Копирующего ниндзя? Достав спрятанный за спиной только что собранный букет, я протянула его стоявшему передо мной мужчине. — Этому надгробию не хватает цветов, — уже серьезнее сказала я, подходя чуть ближе, а затем, широко улыбнувшись, добавила, — Думаю, вашему близкому человеку и вам… будет приятно. Хатаке принял букет, слабо улыбаясь единственным видимым глазом. — Ты права. Спасибо, — его голос был ласковым, несмотря на отстраненный вид, а из взгляда моментально пропала былая настороженность. Слегка поправив выбившиеся из импровизированной композиции цветы, он аккуратно возложил его на могилу. На надгробии, ровно выгравированными буквами, я украдкой прочла имя: Нохара Рин. Какаши снова опустил голову, уставившись на могильную плиту, будто напрочь позабыв, что кто-то стоит рядом. Отчего-то его отстраненность ничуть меня не смущала. Возможно потому, что я давным-давно знала о причине такого его поведения — слишком многое пришлось ему пережить, и слишком многих близких людей потерять. Наверное, не стоило мне подходить, я лишь отвлекаю его. Я уже развернулась, собираясь уходить, как он вдруг окликнул меня. — Как тебя зовут? — Сакура, — пискнула я, смущенно поправляя упавшие на лицо розоватые пряди. — Ещё раз спасибо, Сакура-чан, — Хатаке расплылся в улыбке (точнее его глаз, ну, впрочем, не важно), и тут же исчез, по-видимому, использовав Шуншин. Или как там это называется? Опять-таки, не так важно. Важно то, что на душе было тепло и приятно. Надеюсь, это было не слишком глупо и ему стало хоть чуточку легче. Так вот и осталась я на кладбище одна-одинешенька. И только сейчас до меня дошло, что, по факту, я отдала Какаши свой шанс на победу. Похоже, сегодня награда за лучший букет достанется Ино, но оно того стоило. Уверена, через несколько лет мы с улыбкой вспомним сегодняшний день.

***

Наруто и Саске не ладят. От слова совсем. На дух не переваривают друг друга. Как огонь и вода. Вот уже несколько месяцев мы учимся в академии, а они мало того, что поговорили от силы пару раз, так ещё и успели подраться. И что самое неожиданное — из-за меня. А началось все с банального «разбейтесь на пары». Никогда бы не подумала, что Саске будет так рьяно за меня бороться. Да, мы много времени проводили вместе, поначалу просто играя, а немного повзрослев и начав тренировки. Я была желанной гостьей в его доме, Микото души во мне не чаяла, и даже вечно хмурому Фугаку, как мне кажется, нравилось, что я провожу время с его младшим сыном. Но чтобы Саске сцепился с Наруто из-за спора кто встанет со мной в пару для задания? Звучит как-то неправдоподобно. Над ними смеялся весь класс, а вот учителю было не до смеха — он еле сумел разнять мальчишек. И, благодаря их красноречивым взглядам в мою сторону, быстро просек в чем дело. «Так не доставайся же ты никому, Сакура», — шутила я в своей голове, а сенсей после этого происшествия стал всегда разделять нас на пары самостоятельно. Помню, как Шикамару самодовольно ухмыльнулся, когда нас с ним поставили в одну мини-команду. Надеюсь, хотя бы с рассудительным брюнетом не возникнет этих нелепых, глупых проблем.