Смерть?

Кровавая бойня в Безночном городе была жестокой резнёй, во время которой легендарный Старейшина Илина, Вэй Усянь, в одиночку перебил три тысячи человек, собравшихся в ту ночь на принесение обета.       Иногда говорили, что жертв было более пяти тысяч. Неважно, три или пять, одно все знали наверняка: той ночью руины Безночного города Вэй Усянь превратил в кровавый ад. А сам убийца, даже будучи целью всех атак, умудрился вернуться на гору Луаньцзан целым и невредимым. И никто не знал, как ему это удалось. Вэй Усянь бесстрастно наблюдал, сидя на краю самого высокого утеса горы Луаньцзан близ Илин, как многие заклинатели осаждали его логово, сражаясь с лютыми мертвецами вокруг него. Издалека его высокая, стройная фигура выглядела гордой и властной, а чёрные одежды и темные волосы развевались на ветру. Тем не менее его сознание пребывало в полной туманности…  Теперь у него была только одна цель: защита оставшихся членов клана Вэнь. Он будет защищать их до последнего вздоха. Покачав головой, он посмотрел на бушующую битву под собой. Порой некоторые заклинатели, не желая марать руки в крови, пускали стрелы или талисманы в сторону Вэй Усяня, но это не было тем, о чём ему стоило беспокоиться. Лютые мертвецы задержали бы любое оружие, выпущенное в него, прежде чем они смогли бы подобраться на расстояние в хотя бы десять футов. Не говоря уже о том, что единственным человеком, который сможет точно попасть в него, был, вероятно, только Ханьгуан-цзюнь. Однако, прежде чем он смог осмотреть поле битвы, чтобы найти бледно-голубое сияние Бичэня, его охватила тревога, прерывая глубокие размышления и выводя из оцепенения. Он взглянул в сторону Пещеры Усмирения Демонов, где он разместил своих самых свирепых мертвецов, чтобы проследить за тем, пока оставшиеся члены клана Вэнь успешно не сбежали, в то время, как он принял на себя роль отвлекающего, чтобы не дать наиболее сильному противнику пройти. Отчаянно надеясь, что его люди смогли успешно сбежать, Вэй Усянь поспешил к Пещере Усмирения Демонов, отчасти боясь того, что находится внутри неё. Он успокоился только когда увидел, что пещера пуста. Вэй Усянь не оглядывался назад, выходя из своего логова, готовый встретиться с врагами в последний раз… людьми, которые когда-то были его товарищами, с которыми он сражался бок о бок во время Аннигиляции Солнца; людьми, которые теперь сражались против армии лютых мертвецов Вэй Усяня. Его глаза были обращены на одетых в пурпурные одежды заклинателей из его бывшего дома, и он почувствовал улыбку на губах, когда обнаружил, что Цзян Чэн, его самый дорогой шиди, его брат во всем, кроме крови, среди потока фиолетовых молний Цзыдяня грациозно двигался вокруг него, убивая лютых мертвецов. Маниакальная улыбка на губах всё ещё не сходила с лица, взгляд Вэй Усяня встретился со взглядом Цзян Чэна. Вэй Ин понял, что в глазах его брата не осталось ни следа любви, ни тепла, ни прощения. Все, что он мог видеть, было смесью гнева, страха и осуждения. Фиолетовые молнии собрались вокруг Цзян Чэна, Цзыдянь прошипел, словно жаждал наброситься на Вэй Усяня. — Вей Усянь, исчезни! Прорычал Цзян Чэн, и его лицо исказилось от гнева. Вэй Усянь отвел взгляд, пропуская мимолётную вспышку горя в глазах своего брата. — Как пожелаешь. Тихо прошептал он, но несколько человек всё слышали, среди них был и глава ордена Юньмэн Цзян. Черный туман окутал Вэй Усяня, и его подняло в воздухе, возвышая над внушительной толпой, которая стремилась уничтожить его, и лютыми мертвецами, которые яростно сражались с ними, чтобы защитить его. — Прощай. После своих слов Вей Ин использовал какой-то талисман и исчез. Все посчитали, что он сам убил себя.