Часть 1

Вести о том, что на старом озере поселился водный дракон, Гинтоки принесли тэнгу. Но был это какой-то чудной дракон, словно не от мира сего. Выглядел он престранно: как получеловек. Хвост у него был правильный, драконий, как и уши, на руках и лице еле видимая чешуя. И чаще он сидел, опустив хвост в воду, вместо того чтобы нырять на дно и строить себе дворец из ракушек. А с рыбой пытался подружиться, вместо того чтобы ее есть. — Это нормально для ёкая — так выглядеть, — возразил Гинтоки. Он и сам расхаживал в схожем обличие полулиса-получеловека, и хвосты свои — их было целых семь — никогда не скрывал. Впрочем, быть просто лисом ему нравилось больше: так было легче таскать кур. Тэнгу зашептались между собой, и один из них прокаркал: — А еще он курит! Да, курит. Курящий дракон! Какой позор! Какой позор! Столько дыма над озером, столько! — Должно быть, он свалился с неба! — Я видел, как он упал с неба! — Ну хорошо, я посмотрю как-нибудь потом, — лениво протянул Гинтоки, перевернулся на другой бок и заснул. На деревьях ему спалось особенно хорошо. *** Со старой сакуры на озеро открывался отличный вид. Нового хозяина озера (старый давно умер, и никто не занял его место в этом забытом краю) тоже можно было хорошо разглядеть. Гинтоки не ожидал, что водный дракон окажется таким мелким: ниже Гинтоки на целый коготь! Он действительно сидел на берегу, курил трубку и, казалось, был погружен в странное оцепенение. Гинтоки принял облик лисы с семью пушистыми хвостами и спрыгнул с дерева в кусты. — Здравствуй! — сказал Гинтоки. Дракон поднял голову. У него был один глаз — зеленый, а второй скрывала черная повязка. Стоило ожидать, что в старом озере поселится ни на что не годный дракон, да еще и с изъяном. Но и это было большой удачей. — Здравствуй, — сказал маленький дракон. — Ты под сакурой? Гинтоки пришлось выйти. — Ты кто? Ну ничего же себе! Любой дракон знает, кто такой Гинтоки, господин этих лесов и гор! Похоже, этот и правда прилетел с луны. Гинтоки запыхтел и уже готов был обрушить на голову одноглазого дракона поток оскорблений, но дракон вдруг улыбнулся и сказал: — Ты такой красивый! Дракон и сам был красивый. Особенно красивым у него был хвост, длинный, зеленый, блестевший в лучах солнца, Гинтоки захотелось дернуть дракона за хвост, но прежде следовало испросить разрешения, как говорил его учитель. — Я семихвостый лис, — сказал Гинтоки. — Можешь называть меня Гинтоки-сама или просто Гин-сан. А можно дернуть тебя за хвост? Дракон задумался. Видимо, к нему никогда не обращались с такими просьбами, и он не знал, следует разрешить или нет. — Нельзя, ведь мы еще не подружились, — наконец сказал он. — Когда мы станем друзьями, можно будет таскать друг друга за хвосты и устраивать битвы в озере. Но я не знаю, что нужно для того, чтобы подружиться с лисом. Как вообще можно создать узы с лисом? Лотос говорил, что можно с кем угодно, если ваши сердца открыты друг другу. Какой-то он сложный, подумал Гинтоки. И тут же принял получеловеческий облик, чем очень сильно удивил мелкодракона. Тот даже курить перестал. — Открывать сердца не так-то просто, — промолвил Гинтоки. — Гораздо проще дернуть за хвост. Но если для тебя эти вещи взаимосвязаны, я уступлю. Ты можешь меня приручить, как обычную лису, и мы станем друг для друга теми единственными, кто имеет право дергать за хвосты. Дракон внимательно слушал. — Мне кажется, чтобы приручить тебя, нужно быть по меньшей мере даосом, — заметил он. — Подойди и сядь со мной рядом. Я так одинок в этом озере. Гинтоки сел рядом, и так они сидели весь день, пока дракон не уплыл спать на дно озера. *** С каждым днем они становились друг другу ближе, Гинтоки даже перестал красть кур и все время проводил у озера. Он даже спать стал там: то на сакуре, то под сакурой, то у синей глади воды. Еще ему пришлось научиться ловить рыбу, потому что дракон был не от мира сего и рыбу не ловил. Несмотря на то, что дракон был ниже Гинтоки на целый коготь, он казался старше и мудрее. Он спокойно относился к любым выходкам Гинтоки и никогда не орал на него, как старший тэнгу. И никогда не выносил ему мозги, как учитель. Он выносил мозги как-то по-своему, а еще с ним можно было весело драться в воде и побеждать или проигрывать — неважно. Имя у дракона тоже было чудное: Такасуги Шинске. Гинтоки прежде не видел ёкаев с именем и фамилией. Шинске-кун вел себя так, словно был представителем древнего ёкайского рода. — Послушай, Шинске-кун, — сказал как-то Гинтоки. — Ты такой взрослый и умный, тебе уже триста лет. А мне всего семьдесят. Ты меня приручил? Приручил. Значит, ты за меня в ответе. Лови для меня рыбку и рассказывай сказки! Шинске-кун растерялся. Он серьезно относился к ответственности, но рыбу ловить не хотел. Ему она была и не нужна для пропитания: он довольствовался солнечными лучами и свежей водой. И сказки он рассказывать не умел, только о своих путешествиях по космосу. Так что пришлось Гинтоки вернуться к ловле кур и меньше времени проводить с новым другом. *** Шинске неохотно делился фактами своей биографии. Лишь в сумерках, когда настроение его менялось, вглядывался он в темное небо и при виде звезд предавался воспоминаниям. Он и правда прилетел с другой планеты, и вся его планета была размером с озеро. Озеро и два островка — вот и все, что там было. А однажды в озере поселился лотос. И вскоре после этого Шинске и отправился в путешествие. Судя по туманным намекам, с этим цветком у него были еще более сложные отношения, чем у Гинтоки с учителем. — И ты хочешь вернуться к своему лотосу? — спросил Гинтоки. Он сидел на берегу, обнимая Шинске за хвост. Шинске выпускал колечки дыма, похожие на лепестки лотоса. — Я за него в ответе, и потому мне не стоит возвращаться. Но да, когда-нибудь я планирую вернуться к нему. Когда завершу свой путь. — Как ты можешь завершить свой путь, ты же ёкай? Шинске не ответил. — Ты же навсегда останешься в этом озере? — вдруг спросил Гинтоки. Шинске осторожно высвободил хвост, повернулся к нему и взял его за руку. Выражение лица его говорило само за себя. Гинтоки почувствовал, словно падает в черную-черную бездну и никто ему и хвоста не подаст. — До меня дошли слухи, что скоро здесь появится новый дракон, родственник старого дракона, — нехотя проговорил Шинске, ласково глядя на Гинтоки. — Сперва дождусь его, не оставлять же озеро без присмотра. Я же в ответе за это озеро. А потом мне нужно будет двигаться дальше. Спасибо тебе за все, Гинтоки, и… Гинтоки слушал его и понимал: все это время он был одинок. Этот лес и горы ему совсем не принадлежали, просто он здесь жил. Учитель говорил ему повидать мир и звал с собой, но он хотел тогда спать и просто перевернулся на другой бок. Он привык все свои проблемы решать именно так. Но как перевернуться на другой бок, когда твой друг говорит, что скоро покинет тебя? — Ты что, бросить меня решил, Шинске-кун? Одного оставить? Апатия и желание спать — вот что осталось после того, как учитель ушел. Черная-черная бездна — вот что останется после того, как Шинске… — Нет, я… если хочешь, можешь путешествовать со мной. Хочешь? Гинтоки не ожидал, что колесо сделает оборот и снова покажется ему тем же концом. — Хочу. Ты не подумай, это не потому, что я так к тебе привязался. Гин-сан не такой сентиментальный! Просто ты… ты такой мелкий, ниже меня на целый коготь, ну как тебя одного отпустить в этот суровый мир? Тебе нужен кто-то сильный рядом. И тогда вечно хмурый Шинске впервые засмеялся, а Гинтоки подумал — и засмеялся вместе с ним.