ода к радости

Грегор рад, что Юри жива, в чем он и признается. Она чувствует, как уголки губ поднимаются все выше и выше, а сама эта мысль продолжает вращаться в голове. «Жива». Давненько это слово не звучало так воодушевляюще. Когда-то давно оно было бременем, а теперь — меткой удачи. Так что, пожалуй, она тоже крайне рада. Что жива.