Глава первая и она же последняя.

Стояла невыносимая жара. Пульсация в висках всё нарастала. Насте казалось, что встреть она сейчас кого-нибудь из своего отряда, услышь она детский голос, и у кого-то будет истерика. А вот у кого – это уже другой вопрос. «И дёрнул же меня чёрт на четвертый отряд попроситься! “Там же будут такие милые детки!„ — какая чушь! Пиздёшь чистой воды!» — эти оптимистичные мысли крутились по кругу в настиной голове, пока та шла до остановки, мечтая поскорее лечь в свою холодную кроватку и проспать весь вечер. Однако, этому не суждено было сбыться. В девятнадцать часов и сорок три минуты автобус, на котором ехала Гавшикова Анастасия, разбился, но та этого даже не заметила, по причине того, что стоило ей сесть на своё место в общественном транспорте, как её сознание, решив, что сервер перегружен, и что пора перезагрузить систему, отключилось. Если бы ситуация сложилась иначе, я уверяю, наша героиня от души наоралась бы обсценной лексикой перед своим нелепым концом. *** Всё настино тело болело так, словно её заставили за один раз сдать все нормативы по физ-ре. Открыв глаза, Настя увидела не ничего, как, как она полагала, и происходит после смерти, не даже проклятого света в конце туннеля или чего-то наподобие этого. Нет. Она увидела самую обычную каменную арку, естественно, насколько часто вы видите над собой каменные арки. Похрипывая, Настя кое-как поднялась на ноги и хотела было отряхнуть одежду, но потом поняла одну вещь – это не та одежда, в которой она садилась в автобус, у неё в принципе нет такой одежды. Она начала судорожно оглядываться по сторонам: вот толпы людей, спешащих куда-то и говорящих так быстро, что невозможно понять, о чём их беседа, а может дело и не в скорости их речи, а в звоне в ушах; рельсы, у которых стоят люди с багажом; где-то вдалеке слышен сигнал поезда; около, как уже можно было догадаться, станций стоят работники вокзала, контролируя происходящее. «Что за хуйня?..» — эта мысль набатом билась в голове героини: «Прямо как в фа-». — Ты в порядке? — от мыслей её отвлёк чей-то голос. Хотелось бы заметить, не очень обеспокоенный. — А?.. — Настя была слишком дезориентирована, чтобы мыслить рационально. Голова кружилась, в ушах звенело, в глазах темнело, а ноги не хотели держать свою хозяйку. Сознание второй раз за день грозило покинуть Настю, но на этот раз не из-за усталости, а из-за паники, но именно эта же паника и не давала потерять сознание, ослабив тем самым бдительность. — Хей, ты меня вообще слушаешь? — у неё пощёлкали перед глазами. Настя пыталась сфокусировать взгляд и понять, кто перед ней, но её организм не был согласен с этим решением. — Ох! — человек вскрикнул, посмотрев куда-то на не настину одежду. — Так ты!.. — этот субъект прервался и, перейдя на шёпот, продолжил: — Так ты тоже едешь в Хогвартс? — К-куда еду?!. — «Чё за хуйня? Чё за хуйня! Господи, блять, Боже! А ведь я даже не верующая! Я что?.. Попала в какой-то фанфик по Гарри Поттеру что ли? Дошутились, блять!». — Ой, прости!.. Просто я увидела билет на Хогвартс-экспресс и подумала, что ты едешь в ту же школу, что и я… Насте понадобились все силы, чтобы нащупать на одежде карман с тем письмом. В руках она держала прямоугольник из золотой бумаги, а на поверхности чёрными чернилами было написано «London to Hogwarts for one way travel», ниже «Platform 9¾», а ещё ниже надпись она уже не разглядела, ибо создание сказало ей «бай-бай», помахало белым платочком и растворилось, а сама уже бессознательная Настя упала на плитку вокзала, стукнувшись о теперь уже её тележку с багажом. — Вот чёрт! *** Всё настино тело болело так, словно её заставили за один раз сдать все нормативы по физ-ре. Стоп. Где-то мы уже это видели, ну да и ладно. Суть в том, что Насте опять было невероятно плохо. На этот раз судьба-злодейка занесла её в вагон купе какого-то поезда. Был слышен приглушённый звук стука колёс поезда о рельсы. За чуть мутными окнами сменялись живописные виды, которые из-за скорости транспорта нельзя было оценить по достоинству. Сначала она не поняла, где находится, но потом услужливая память подкинула ей последние воспоминания, и Настя почувствовала, что вот-вот снова грохнится в обморок. Просьба заметить, за сегодняшний день она теряла сознание на два раза больше, чем за всю остальную жизнь, и сейчас ей грозил третий! Видимо, эмоциональное потрясение было слишком сильным. — О! Ты очнулась! Как спалось? — Настя сфокусировала свой взгляд на говорящем, по голосу она узнала в этом человеке того, который говорил с ней на вокзале. — Ну, сквозь барьер я смогла тебя протащить, так что ты маг, и я не спалила существование магии кому-то… Эм… Постороннему, хе. — Пф! Как можно действовать столь неразумно!? Вот я никогда бы не сказала человеку что-то, что связано с миром магии, если бы не была на сто процентов уверена, что он сам является частью этого мира! — Настя перевела взгляд на существо с невероятно высокомерным, чуть писклявым голосом, и перед ней предстало кудрявое нечто с выглядывающими изо рта, как у грызуна, двумя передними зубами. В довесок к задранной вверх головой и самодовольному взгляду это смотрелось ещё комичнее. — Ух!.. Боюсь представить, что бы было, если бабушка узнала, что я кому-то рассказал про магию! Она бы меня!.. Даже не хочу представлять! — на контрасте с этой кудрявой выскочкой в купе сидел миловидный и скромный пухлый блондин . — Я Н-нэЭ́!- Я!.. Я!.. — а после шёпотом пробормотал: — Я Невилл, кстати… — Хмф!.. Гермиона Грейнджер, — а после, протянув ладонь для рукопожатия, добавила. — приятно познакомиться. «Судя по интонации – не очень» — хихикнула в мыслях Настя: «Стоп. А мне как представиться?!» — в голове нашей героини стучала обезьяна. — О, а я Молли-Энн Бёрк! — «Спасибо, что спасла меня от представления, Молли-Энн! Странное имя, конечно…» — Приятно познакомиться, а ты у нас?.. — «Я беру свои слова назад, Молли-Энн!». — А я… — «Может своё имя сказать? Нет… Сомневаюсь, что они поверят в то, что иностранка говорит без акцента. Стоп. А как я вообще их понимаю-то?! Нет, я, конечно, учила английский, но не так хорошо же, да и говорю я не задумываясь о переводе. А это вообще моё тело или чужое? Может у этой девочки- Стоп. Это ж девочка?» — Настя аккуратно посмотрела вниз: «Ну, вроде девочка. Сомневаюсь, что в девяностых пацаны могли юбки носить… Так о чём это я? Ах, да! Вдруг у этого тела есть родители? А если нет, и сам мир создал вместилище для моего разума? Погодьте-ка! А с чего я решила, что это всё реально!? У нас что, каждый день люди в другие миры переносятся!?» — Настя помассировала переносицу и хотела выдохнуть, но тут её взгляд зацепился за три персоны, ожидающих её ответа: «Ой, блять… А, да похуй!» — Кхм-кхм, меня зовут… Белла! Я Белла Свон! — «Блять! Энтони, я тебя, конечно, люблю, но ты капец как не вовремя! Ладненько… Улыбаемся и машем, улыбаемся и машем». — Приятно познакомиться! — с каким-то странным выражением лица сказала Молли-Энн. «Ладно, вроде прокатило. Хи-хи, разве что, только до распределения по факультетам. И всё-таки, что ещё за Молли-Энн? Может перс из массовки? Сюда бы Лану, она заучила имена всех однокурсников Золотого трио, да ей бы в принципе тут больше понравилось, чем мне. Нет, я, конечно, люблю Поттериану, но что-то мне подсказывает, что я тут и до конца первого года не доживу. Хотя, если вспомнить мою теорию со сном, то тогда всё должно быть нормально». — Эм… А н-никто н-не в-в-вид-дел мо-ою ж-жаб-б-бу? — все посмотрели на Невилла. — Нет…. — оглянувшись, сказала Гермиона, а Молли-Энн покачала головой. «О, а вот и столкновение главных героев! Прости, Молли-Энн, но мы здесь не уписались». — Невилл, скажи, ты когда её последний раз видел? — спросила Гермиона покровительским тоном. — Я-йа-а н-не з-знай-ю! — чуть ли не плакал Лонгботтом. — Если б-баб-б-бушк-ка уз-знает, что я снова пот-т-терял Тр-рев-вор-ра, т-то!.. — что «а то» ребята так и не узнали, ибо Невилл не смог больше сдерживаться и, уткнувшись в плечо Гермионы, жалобно завыл. Грейнджер же, переждав полминуты, мягко отодвинула Лонгботтома в сторону и, обведя всех присутствующих взглядом, заявила, словно здешний авторитет: — Так, жаба не могла уйти далеко. Предлагаю разделиться и отправиться на поиски Тревора. «Ох, ну раз предлагаешь!..» Молли-Энн как-то взволнованно вздохнула и неловко поднялась на ноги. — Хорошо, как будем делиться? — Что ж… Для начала, предлагаю обойти ближний к нашему купе сектор. Если результатов не будет, то двое пойдут в один конец поезда и поищут там, а оставшиеся в другой конец, — с воодушевлённым видом сказала Гермиона, поднимаясь со своего места. — А нельзя просто к старостам пойти? — чуть резко спросила Бёрк. «Нельзя, Молли-Энн! Этим двоим к Поттеру и Уизли топать надо! Так что не ломать мне тут канон!.. Пока что не ломать». — Эм, а где эти старосты обитают? Не будем же мы их по всему поезду искать, — сложив руки на груди, закатила глаза Настя. Все присутствующие вопросительно переглянулись. — Видимо, придётся следовать тактике Гермионы, — Насте ничуть не улыбалось бегать по всему поезду в поисках какой-то жабы, которую, к тому же, и найдут-то только когда причалят к пристани рядом с Хогвартсом. Поэтому, её план был довольно прост: отделиться от общей компании и прождать всю поездку в каком-нибудь другом купе, вещи всё равно домовики потом заберут. — С-спасиб-бо вам, б-большое, — тихо пробормотал Невилл. Как Настя того и ожидала, рядом с купе Тревора они не нашли. Тогда уже пришло время делиться, в итоге Невилл был с Гермионой, а Настя, что не было для неё неожиданным ещё с обсуждения этой идеи, с Молли-Энн. Действующие лица отправились в конец состава, а Настя и персонаж из массовки в начало. Поиски жабы начались. Что было забавно, по ничуть не скромному мнению Насти, ни сама попаданка, ни персонаж-призрак не были как-то заинтересованы в поиске любимца будущего гриффиндорца. Так, после обыска очередного купе и допроса сидящих там учеников, Настя всё-таки решила спросить: — А ты чего так отстранённо в поисках участвуешь? Сама ж вроде помочь хотела… — Да чего там, я лишь предлагала способ как, по моему мнению, можно было упростить процесс. Но так-то да… Неизвестно, где эти старосты сидят, да и пока искать их – вечность пройдёт. Да и не факт, что они помогли бы. Так к концу подошёл первый час поисков жабы. Поисков, безусловно, безуспешных. А потом ещё час… и ещё один… и ещё… План Насти свалить куда подальше провалился, на самом деле, по крайне идиотской причине: ей стало интересно посмотреть на персонажей книги и сравнить их реальную внешность с той, которую она представляла себе сама, и с той, которая была показана в фильмах. Девочки не заметили, как обошли уже всю свою половину и зашли на территорию Гермионы и Невилла. — Привет, никто не видел жабу? Невилл Лонгботтом потерял свою жабу Тревора, — войдя в очередное купе, спросила Настя. — Извини, но нет, — сказала девочка лет тринадцати, остальные же лишь отрицательно помотали головами. — О, ты же та девочка! — вдруг воскликнул какой-то парень. — Уже очнулась? А где твоя подруга? — Эм… А ты кто? — Ой, я Седрик Диггори! Я помогал твоей подруге перенести тебя и твои вещи в поезд. — Понятно… «А что говорить-то?.. Ну, х-». — Белла! Я нашла его! — в купе влетела Молли-Энн и, схватив Настю за руку, также молниеносно вылетела из него. Бёрк повела еле успевающую «Беллу» дальше по коридору. Они прошли около десяти купе, пока наконец не остановились. Настя хотела было спросить про Тревора и про то, как Бёрк успела обойти столько купе, но Молли-Энн просто подвела её к окну и сказала: — Смотри. Тревор там. В самом деле с крыши поезда свисал домашний любимец Невилла, грозя вот-вот упасть прямо под колёса мчащегося поезда. — Как доставать будем? — спокойно спросила Молли-Энн. — «Вингардиум Левиоса»! — после короткой паузы вспомнила Настя. — А ты знаешь нужные движения? — … Рассечь воздух и взмахнуть? — А как именно? За окном послышался лёгкий стук – Тревор чуть было не упал на рельсы. — Чёрт! Жаба такими темпами фаршем станет! Нужно позвать кого-то на помощь! — с этими словами Настя открыла первое попавшееся купе, в котором сидели мальчик в несуразных очках, видавших всякие виды, и поношенной одежде, висевшей на нём старым мешком из под картошки, рыжий мальчик с глупыми веснушками, усеивающими всё его лицо, и в, пускай и старой, но крепкой и подгоненной под размер пацана, одежде. А рядом с этими двумя сидели Гермиона и Невилл. Было несложно догадаться, кто были эти парни. — Кто знает заклинание «Вингардиум Левиоса»?! — А?.. — растерялся Рон. — Вы кто? — Мы нашли Тревора, — сказала Молли-Энн. — Тр-рев-вор-ра?! Где?! — Агх! Нет времени! Так вы умеете? — вспылила Настя. Присутствующие помотали головами в знак отрицания, и только Гермиона задумалась. — В принципе, я читала об этом заклинании в учебнике по чарам, но не использовала его на практике. — Бегом в коридор и за нами! — Настя, следуя своим же словам, выбежала из купе. Помимо Насти, Гермионы, Невилла и Молли-Энн, из купе вывалились и оставшиеся два невольных зрителя. Тревор всё так же свисал с крыши поезда, словно ожидая момента своего спасения. Невилл взволнованно вздохнул и начал что-то невнятно бормотать, а Гермиона достала волшебную палочку и, вздохнув, произнесла заклинание: — «Вингардиум Левиоса»! — она ответила запястье чуть влево, потом рассекла воздух длинной линией вправо, а потом, после небольшой заминки, повела кончик палочки чуть вверх. И ничего. Жаба всё так же висела, Невилл начинал лишь сильнее переживать за своего любимца, Настя перебирала другие варианты в голове, Молли-Энн стояла с чуть взволнованным выражением лица, Гермиона старалась не краснеть от неудачи, а Рон и Гарри просто смотрели. Вдруг, одна лапка Тревора упала с крыши поезда. — С-сделайт-т-те что-нибуд-дь, п-пожалуйст-та! «Ай, да хрен с ним! Всё равно во сне не сдохнуть!». — Подстрахуйте меня, — сказала Настя, стягивая с себя какую-то красную жилетку и нелепую вязаную кофту жёлтого цвета. «Главное – не волноваться…». Настя в плотную подошла к окну и, оперевшись на оконную раму, высунула голову наружу, крепко держась одной рукой за верхнюю часть окна, а Гермиона и Молли-Энн подбежали к ней и стали придерживать ту за голени. Тревор выбрал крайне интересное место, где мог бы застрять: с этого места его нельзя было поймать, просто высунув из окна руки, зато можно было прекрасно увидеть то, как он висит и собирается вот-вот упасть, если посмотреть с края окна. Настя стала медленно идти по оконной раме, иногда поскальзываясь на мокрой из-за дождя поверхности, пока не подошла к самому краю, и потянулась свободной рукой к жабе. «Ну же, чуть-чуть!.. Дотянулась!» Настя схватила Тревора и поспешила залезть обратно, но, передав жабу её законному владельцу, сделала неловкое движение и соскользнула с оконной рамы. У Насти не успело промелькнуть ни мысли перед тем, как её многострадальная туша упала под колёса движущегося поезда. *** Так и помер дед Максим. Именно так скончалась Белла Свон, она же Гавшикова Анастасия. Судить и как бы то ни было обсуждать то, как она умерла, я не стану. Случилось и случилось. И не стоит шутить или как-то её упрекать. Хотелось бы лишь отметить, что благодаря её призраку, появившемуся всего лишь один раз за всё время, да и то на малый срок, от шока и испуга умер Драко Малфой, чья могила находится совсем рядом с могилой некой таинственной «Беллы Свон», стоит сказать, что у могилы этого человека вид не столь презентабельный, сколь у настиной: надгробие всё в трещинах, разрисованное граффити и исписанное не самыми добрыми словами, поломанные цветы, оставленные родителями юноши. Автор в этом, безусловно ничуть не замешан. Достоверно не известно, из-за чего именно Малфой получил шок, но известно, что в этом замешан призрак «Беллы Свон», ученицы, что так и не попала в Хогвартс. За смерть Драко-Хорька-Малфоя ей низкий поклон. Человек в черном пальто и в таких же черных солнцезащитных очках около могилы «Беллы Свон» втянул через трубочку стакане из какого-то фаст-фуда Эвервесс со вкусом Пленительного апельсина и положил на могилу букет белых ромашек. Но это уже совсем другая история…