Часть 1

— Спой мне, — она смотрела на него так жалостливо, что впору было и расплакаться. Нормальная девушка, одетая в дорогую и абсолютно непрактичную одежду, включающую в себя тоскливое серое пальто, платье и туфли на высоком каблуке, умоляла так, будто бы ей кровь из носу требовалась эта песня. — Зачем? — он застегнул куртку: становилось прохладнее.       Они стояли в тёмной подворотне, наполовину погружённую во мрак. Девушка ёжилась и переступала с ноги на ногу, безуспешно пытаясь согреться… мужчина только отвёл взгляд. Он и сам не знал, для чего согласился встретиться с первой встречной, не представлял, почему вообще установил приложение для знакомств, ненадолго оказавшись в большом городе. Его судьба давно была предрешена. — Мне кажется, мы… соулмейты, — она нервничала и запиналась, с трудом выговаривая слова, а он смотрел на неё сверху вниз и понимал, что никакой связи между ними нет и не может быть. — И если ты споёшь для меня, то…       Такое случалось чаще, чем ему бы хотелось.       Ну конечно, в мире, где соулмейт слышит ту же музыку, что и ты, наиболее популярными волей-неволей становились исполнители: обезумевшие фанаты и фанатки были готовы отдать всё за встречу со своим кумиром, но не только ради самих авторских песен… во время концертов многие парни и девушки одновременно слушали одну и ту же музыку, а потому всегда находилось с десяток-два человек, свято уверенных в том, что связаны они обязательно именно с популярным певцом.       В первые разы слушать подобные предположения было забавно, Сильвер даже напевал для незнакомцев слова своих песен, желая вместе с ними поверить в чудо… ничего не происходило. Собственный голос не двоился в ушах, а разочарованный слушатель тактично убирался прочь.       Самым смешным было то, что Сильвер никогда не слышал характерного «соулмейтского» звука своих песен. Его партнёр, кем бы этот человек ни был, слушал какую-то абсолютно невыразительную попсу, которая, во-первых, не рифмовалась, во-вторых, дико раздражала занятого своими делами или сном мужчину, и в-третьих, надолго зависала в голове, повторяясь в виде ничего не значащих обрывков фраз. А если уж его соулмейт начинал петь «про себя»…       Нет, это безвкусное исполнение Сильвер узнал бы по голосу в первое же мгновение встречи, поэтому сейчас и мог с чистой совестью заявить новой знакомой о том, что соулмейтами они ни в коем случае не могут быть. — Ну, может, хотя бы прогуляемся до центра? — девушка покосилась на часы, видимо, отметив, что время неумолимо клонилось к вечеру. — Я вызову тебе такси, — предложил Сильвер, и его спутница, умело скрывая разочарование, согласилась. *** — Мила, у тебя есть что-нибудь от головы? — простонал Сильвер, накрываясь подушкой. Как будто это помогало… его соулмейт, видимо, принял стратегическое решение переслушать весь свой ужасающий плейлист от и до, и если новые песни были ещё ничего, то более старые относились к числу того, что мужчина предпочёл бы никогда и ни в коем случае не вспоминать. — Всё равно не полегчает, — честно ответила домработница, устраивая на тумбочке возле кровати пачку обезболивающего и стакан с водой. — Пока не найдёшь эту хулиганку, лучше не станет.       Мужчина с тяжёлым вздохом сел, ненадолго оставляя подушку в покое, и со стойкой уверенностью, что хотя бы от нервов это поможет, сунул в рот две таблетки и в несколько глотков прикончил стакан воды. Сейчас он бы всё отдал за то, чтобы выяснить адрес человека, устроившего в его голове дискотеку, а затем разбить все музыкальные устройства в округе, чтобы хотя бы пару часов побыть в тишине… — Мне нужно музыку писать, чёрт бы её побрал, а у неё марафон песен какого-то побитого жизнью деда! — вспыхнул он, рывком поднимаясь с кровати.       Раз уж поработать сегодня всё равно не вышло бы, Сильвер собирался потешить свою младшую сестру и её пятилетнюю дочь, отмечающую юбилей, своим присутствием.       Предупреждать заранее не относилось к числу сильных его сторон, а потому мужчина попросту сунул в один карман права, в другой — кошелёк и немного наличности… Мила наблюдала за его сумбурным переодеванием из угла, параллельно пытаясь шваброй снять с карниза паутину. Вещи Сильвера, как и всегда, пребывали в абсолютном беспорядке после вчерашних похождений, поэтому ему пришлось несколько раз пройтись из угла в угол, вытряхивая из карманов ключи, удостоверение личности и чеки с парковок.       Ненадолго в голове воцарилась приятная тишина, и мужчина, пользуясь возможностью, как был, так и плюхнулся за фортепиано с приспущенными штанами, чтобы, едва касаясь клавиш, пробежаться по ним пальцами… После какофонии чужих песен собственная музыка казалась едва ли не божественной симфонией. Он закрыл глаза, представляя ноты, а затем позволил пальцам запрыгать по клавишам, повторяя мотив собственной песни. Мгновение, два — звук разливался по комнате, танцуя с утренними лучами солнца, растворялся в едва заметном тумане, скрывающем голубизну неба… Слова полились сами собой.       Сильвер пел о любви, о боли, которую она так или иначе причиняет, о долге, правах и обязанностях, размышлял о вещах не слишком возможных, скользя взглядом по идеально гладкой поверхности своего инструмента. Он начал припев…       Музыка вернулась… нет, заиграла с новой силой, как будто кто-то выкрутил попсу на максимум, и мужчина со стоном отдёрнул пальцы от клавиш, с грохотом закрывая крышку. Ему хотелось высказать всё, что накопилось внутри, но рядом была только ни в чём не повинная Мила, поэтому он только крепче стиснул руки в кулак, молча подтянул джинсы до социально приемлемой линии, в последний раз с тоской окинул свою квартиру-студию и молча захлопнул дверь.       Давно следовало разобраться с раздражающим звучанием музыки у него в голове, но между концертами и работой Сильвер не находил ни одной свободной минуты для поиска того «меломана», который мучил его своим музыкальным вкусом и любовью к прослушиванию попсы по ночам. — Сильв! — сестра распахнула объятия, а после крепко обняла его, прижимая к себе. — Боже, я так рада, что ты приехал! — И я, сестричка, — он искренне улыбнулся, поглаживая её по спине. Откровенно говоря, Сильвер старался не пропускать ни одного мероприятия в жизни своей младшей сестрёнки, которая всё успела раньше него: и отыскать своего соулмейта, и родить ребёнка, и с шумом развестись. Последнего вся семья ждала с огромным нетерпением, поскольку видеть раздражающую морду сестринской пассии даже весьма терпеливый Сильвер спустя два года общения уже не мог. — А где же именинница? — мужчина окинул пристальным взглядом вход в заведение, куда им, по видимому, предстояло войти. — У них сейчас программа, — сестра улыбнулась, заправляя прядь длинных рыжих волос за ухо. — Заказала аниматоров, играют её любимый мультик… в общем, ещё часик дети будут заняты.       Сильвер едва кивнул. Стараясь не морщиться от внезапно заоравшей в пределах его головы музыки, он даже попытался улыбнуться — это было необходимо не только сестричке, но и ему самому. Тем более теперь на фоне играла не почти что знакомая попсовая музыка, а какая-то идиотская детская мелодия… мужчина с трудом заставил себя подавить подкатывающее к горлу раздражение. — Мне нужно выпить таблетки, где-то здесь есть магазин? — он взглянул на сестру сверху вниз, а затем окинул взглядом спальный микрорайон, где явно не наблюдалось ни одного супермаркета. — У меня есть вода, пойдём, — она участливо взглянула на него, поглаживая по плечу. — Так и не нашёл?..       Сильвер покачал головой: — Понятия не имею, что мне теперь делать. Я даже не знаю, девушка это или парень; может, этому человеку вообще лет пятьдесят… хотя я бы ставил на двенадцатилетку, помешанную на модной музыке. — Ничего, — сестра улыбнулась ему. — Ты обязательно найдёшь. А даже если нет… далеко не всегда соулмейт — это твой единственный и лучший вариант.       Они ещё немного постояли снаружи, обмениваясь семейными новостями, а затем Сильвер двинулся внутрь, оставляя мать виновницы торжества дожидаться остальных гостей. ***       Дверь легко поддалась, и мужчина оказался в странном царстве декораций и несуществующих персонажей. В центре зала под странную музыку отплясывали три разодетые девушки, исполняя какую-то сюжетную часть постановки… Сильвер, не задерживая на них взгляд, скользнул вдоль заставленных блюдами от и до столов, стараясь не заграждать родителям вид ни на происходящее в зале, ни на их ненаглядных детей, за которыми даже в пределах замкнутого помещения требовался глаз да глаз.       Он взял со стола бутылку минералки и откупорил её, одновременно опускаясь на ближайший стул, чтобы своим значительным ростом не мешать никому из беспокойных мамаш. Таблетка оказалась в его ладони, и Сильвер уже собирался отправить беленькую спасительную пилюлю в рот, когда мелодия внутри головы мужчины резко сменилась, будто резонируя с чем-то… он поднял взгляд. Прислушался. Всё это походило на сон, но музыка в пределах его черепной коробки, от которой мужчина так долго стремился избавиться, и музыка в помещении слились воедино.       Ему приходилось только слышать о подобном явлении от друзей или читать на форумах — такое порой случалось, если соулмейты находились в пределах одного и того же помещения. — Чёрт возьми… — тихо выругался Сильвер, нервно поднимаясь со стула. Мысленно он молился, чтобы его партнёром не оказалась одна из сумасшедших мамаш, но те были чересчур заняты обсуждением своих детей, а значит не подходили на роль того, кого искал мужчина.       Ребёнок?       Сильвер стиснул зубы, заставляя себя успокоиться: нет, в его голове играли настолько непристойные песни, что ни одна мать при ребёнке не включит. Но тогда кто? Кто же, чёрт возьми?..       Его взгляд скользил по всем присутствующим, пытаясь отыскать того или ту, кто бы выдал своё беспокойство словом или делом. И всё же Сильвер что-то упускал. Что-то ужасно важное… он резко повернул голову, внимательнее изучая тех, на кого ни один здравомыслящий взрослый не обратил бы внимания; аниматоры. Девушки в костюмах, исполняющие роли персонажей мультфильма… Сильвер прищурился. Все они выглядели слегка взволнованно, но они ведь вели детский праздник — подобное никак нельзя провести и бровью не двинув.       И всё же… девушка в костюме кролика (к счастью, весьма цензурном) нервно оглядывалась по сторонам, изучая лица детей и их матерей, и с каждой секундой на её лице против воли отражался всё больший ужас. Ну конечно: на вид ей было от силы двадцать, а в подобном возрасте свойственно заблуждаться относительно того, что отношения с соулмейтом — единственные и на всю жизнь; для самого Сильвера, который неоднократно, на примере друзей и родственников, убеждался, что эта великая связь — всего лишь большое надувательство, всё выглядело немного проще.       Самую чуточку.       Мужчина неторопливо поднялся на ноги, прихватив бутылку с минералкой, за которую всё ещё крепко держался, и спокойно двинулся прямо к аниматорам. Никто не удивился: беспокойные мамаши уже не раз и не два бегали посмотреть, как там чувствует себя их чадо, а потому Сильвер спокойно добрался до группы девчонок, как раз начинавших очередной сюжетный виток.       Девушка в костюме кролика — он молча встал напротив, и до того, как она успела задать хоть один вопрос, закрыл ей уши ладонями.       Тишина… блаженная тишина, о которой мужчина столько ночей подряд молился, когда в его голове звучала раздражающая попсовая музыка! Сквозь неплотные «наушники» проходил звук, и всё же это было лучше, чем ничего. А затем, более не стараясь вести себя прилично, Сильвер молча взял девчонку за локоть и потащил к выходу. На её лице отражалось недоумение: она явно не понимала, что вообще происходит, а чего мужчина в тот момент не собирался делать, так это объяснять очевидные вещи; благо что никто не начал вопить — остальные трое как ни в чём не бывало продолжали программу, пленница, быстро смирившись со своим положением, покорно шла за ним… *** — Я вообще-то на работе, — незнакомка скрестила руки на груди, видимо, желая воззвать к остаткам совести Сильвера. — К этому мы ещё вернёмся, — пообещал он, опускаясь на ступеньки перед дверью чёрного хода, сквозь который двое выскользнули наружу, оказавшись на противоположной от центрального входа стороне здания. В руках Сильвера сама собой материализовалась пачка сигарет, а после он прикурил, глубоко затягиваясь.       Девушка в костюме зайца неловко переминалась на месте, пытаясь понять, что ей следовало бы делать дальше. — Что ты знаешь о соулмейтах? — тихо спросил Сильвер, наслаждаясь блаженной тишиной в собственной голове. В его планы входило запереть девчонку в подвале и никогда в жизни не давать ей любого вида музыкальный проигрыватель, поскольку даже в отсутствии интернета та явно могла отыскать среди загруженной музыки что-нибудь, что станет снова выводить мужчину из себя. — Побольше Вашего, — она скептически приподняла одну бровь. — Мне нужно закончить праздник, иначе выговор влепят. Поговорим после, хорошо?       По её честным глазам было видно, что никакого «после» не будет: оказавшись в родной стихии, рыбка ускользнёт от него своими способами. И снова ищи-свищи… Если бы содержание людей в подвалах без их согласия считалось законным, девушка уже ехала бы в данном направлении в багажнике машины Сильвера, связанная по рукам и ногам, но, к сожалению, подобные методы относились к противозаконным.       Он со вздохом полез в карман куртки, отыскав бумажник, выудил на свет… внутри было негусто, поскольку мужчина не имел привычки таскать за собой целое состояние, однако для девчонки, работающей аниматором за гроши, даже его «мелочь» представляла из себя значительное количество средств — это можно было прочесть по блеснувшим при виде денег глазам «зайчика». — Этого хватит? — Сильвер протянул ей несколько купюр.       Сначала девушка засомневалась, не зная, стоит ли ей принимать что-либо от незнакомца, но затем быстро и достаточно решительно убрала деньги в карман костюма и осторожно спросила: — Вы хотите, чтобы я с Вами переспала?       Мужчина покачал головой. Всё было бы намного проще, если бы его беспокоил только секс… — Ты — мой соулмейт, — он снова глубоко затянулся и выпустил облачко густого едкого дыма. — И ты мешаешь мне писать песни… эти твои «концерты» убийственной попсы вынуждают меня по полдня тратить на бессмысленную ерунду, а у меня через месяц тур по стране. Поэтому я готов платить тебе за то, что ты не будешь слушать это дерьмо… по крайней мере, в рабочие часы. — Вам даже имя моё не интересно? — она наморщила губы, демонстрируя, что деловой подход в её случае вряд ли подойдёт. — Вы свалились буквально с неба и заявляете мне, что мы с Вами соулмейты, но вместо любви и романтики предлагаете мне денег, чтобы я… не доставляла проблем? Это просто смешно. А как же вечная любовь, высшая связь и всё остальное? — В любовь я не верю, — Сильвер едва улыбнулся. Пальцы сами собой потушили уже тлеющий окурок, и тогда мужчина поднялся на ноги. — Меня зовут Сильвер, а тебя? — Незабудка, — она тряхнула своими короткими волосами, демонстрируя, что такой подход нравится ей больше. — Так какие условия у нашей с Вами сделки? ***       Всё, чего он просил, — тишины. Отсутствия популярных битов, дни и ночи напролёт звучавших в его голове до сегодняшнего дня, и теперь, заполучив желаемое, мужчина наконец смог сесть за инструмент и заняться написанием последней композиции для нового альбома, который группа собиралась представить во время тура.       Пальцы легко скользили по клавишам.       Музыка лилась будто сама собой, рождаясь из знакомых движений, и всё же каждую секунду обретая какое-то новое, абсолютно незнакомое до текущего момента даже ему самому, значение. Ноты, ноты, мелодия… Мужчина, откашлявшись, тихо запел, осторожно накладывая слова на музыку, словно боясь своим исполнением испортить ту невероятную красоту, которую сам только что и создал.       Приятное чувство удовлетворения растекалось по телу, Сильвер ускорил темп движения пальцев… инструмент почти что рыдал от его прикосновений, голос брал ноты всё выше, всё надрывнее; а затем всё кончилось. Композиция закончилась так же внезапно, как и началась, и мужчина со вздохом вытянул пальцы перед собой, разминая руки… Телефон завибрировал, уведомляя о новом сообщении. «А Вы неплохо поёте, — конечно, он дал девушке свой номер. Ну а как иначе? Они всё же были связаны, а эта самая «путеводная нить» порой проявляла себя крайне странным образом. — Хотя мне эта группа не нравится».       Мужчина едва улыбнулся, поднимаясь на ноги и лениво потягиваясь: всего трое суток без раздражающего гудения попсы на фоне сделали из него максимально лояльного и доброжелательного даже по отношению к хейтерам его творчества человека… а то ли ещё будет! Он взял телефон: «Прислать билет на концерт?» «Давайте, — она размышляла не дольше мгновения, и Сильвер не был уверен в том, что этот самый билет немного позже не окажется нелегально продан. — Вы, кстати, свою куртку в зале забыли, заедете забрать?»       Он прекрасно знал об этом… однако не хотел ехать, откладывал — чересчур уж подобное походило на своего рода «судьбу», в которую мужчина предпочитал не верить. И всё же через несколько дней ему в любом случае придётся надолго покинуть город, а значит и решить возникшую проблему нужно было до того, как менеджер прилетит к нему на всех парах с билетами на самолёт через три часа.       Поэтому, смирившись с влиянием высших сил и собственной забывчивостью, Сильвер уже через два часа сидел на лавочке перед тем самым местом, где его племянница отмечала юбилей и где ему повезло поймать за короткий заячий хвост собственного соулмейта.       Она приехала на такси.       Мужчина понял, что это та самая девушка, в то же мгновение, когда увидел подъезжающий автомобиль, а потому заранее поднялся и приблизился, чтобы затем галантно распахнуть для причины своих несчастий дверь… Она явно оделась не так, словно сегодня требовалось на работу. Ну конечно — денег, которые заплатил Сильвер, было более чем достаточно, чтобы некоторое время не переодеваться в зайчика, а он ведь обещал перечислить ещё!..       Они столкнулись взглядами, и мысли о деньгах внезапно отдельными нотами высыпались из головы Сильвера. Он едва вспомнил о том, что нужно захлопнуть дверцу и выпустить ладонь девушки из собственных пальцев, потому что касались они друг друга уже чересчур долго. — Привет, — мужчина мягко улыбнулся. — Сейчас схожу за курткой, — быстро выдохнула она и поспешным (насколько это было возможно на каблуках) шагом исчезла внутри здания.       Покачав головой, Сильвер невольно вспомнил о том, как порой пытался угадать, какой именно человек стоял за всеми этими музыкальными композициями. Бунтующий подросток? Женщина в годах, работающая в баре? Какой-нибудь офисный работник, не слишком привередливый к тому, что играет по радио? По внешнему виду Незабудки никогда и ни за что нельзя было определить, что она слушает. Да и сегодня девушка выглядела просто восхитительно — явно собиралась как на свидание — и потому мужчина не собирался надолго её задерживать.       Она принесла куртку минут через пять, всё так же излучая уверенность и доброжелательность. По ней в платье, едва достигающим колен, и не скажешь, что время от времени переодевается в бесформенный костюм зайца, чтобы за скромную плату развлечь детишек. — У тебя были планы на сегодня? — Сильвер перебросил куртку через локоть и едва приподнял уголки губ. У него самого таковых не наблюдалось: благодаря прекрасной тишине он за какие-то двенадцать часов доделал работу, на которую закладывал почти неделю (а всё из-за ужасающих треков). — Вообще-то да, — она задумчиво коснулась своего подбородка пальцами и добавила, — свидание с одним любителем фортепиано. ***       Она казалась ему особенной. Такой, от одного вида которой сносит крышу… и пусть внешне девушка казалась почти что среднестатистической (таких на его концертах были целые толпы), Сильвер уже догадывался, что за её внешним обликом и абсолютно бессмысленной популярной музыкой, которую она слушала едва ли не каждую секунду своей жизни, крылось нечто большее, нежели просто заурядная натура. — Боюсь спросить, сколько стоит просто сесть за стол в таком месте, — Незабудка с интересом осматривала ресторан, который Сильвер облюбовал ещё во времена первых концертов в этом городе. — Насчёт этого можешь не волноваться, — он выдвинул для неё стул, а затем сам опустился напротив.       Зал пустовал: было ещё слишком рано даже для завсегдатаев, но зато все столики оказались свободны, а за окном открывался невероятный вид на город… Мужчина чувствовал, что его спутнице и правда нравится. Не сама обстановка (цены в меню её, скорее, пугали), а пейзаж снаружи, приятная тихая музыка, которая одновременно звучала и в голове каждого из них. И мысль о том, что происходящее и ей тоже по душе, немного грела его изнутри. — Чем ты занимаешься? — девушка, задумчиво касаясь пока что пустого бокала под вино, немного оттаяла. По крайней мере от вежливого обращения наконец-то отказалась, что не могло не привлечь внимание Сильвера. — Пишу песни, — он пожал плечами, заинтересованно наклоняясь немного вперёд. — Как сегодня.       Незабудка задумчиво нахмурила брови, словно пытаясь понять, что именно в её представлении об этом человеке не сходится, а затем тихо продолжила: — Значит, ты действительно… — Вроде того, — Сильвер невольно снова улыбнулся, позволяя себе показать глубину собственного смущения. Он всегда с трудом мог объяснить незнакомцам, чем именно занимался, поскольку сходу упоминать группу казалось бестактностью — в конце концов, ни о чём таком его и не спрашивали.       Девушка покачала головой, словно бы в пределах её мозга происходил весьма занимательный спор на какую-то непростую тему. — Как может человек, который пишет такие песни, не верить в любовь? — она подняла взгляд, изучая то, что накопилось на дне глаз Сильвера, и то, что мужчина даже и не думал от неё скрывать.       Он пожал плечами, словно желая сказать, мол, не все писатели-фантасты летали в космос… а затем внезапно приподнялся со стула, чтобы дотянуться до её уха, и одними губами произнёс: — Может, теперь у меня будет причина в неё поверить?       Незабудка только пожала плечами, словно бы ей не раскрыли только что великую тайну, и улыбнулась в ответ, явно имея в виду, что им ещё многое друг с другом предстояло попробовать.       Связь соулмейтов ведь не обязана приносить лишь боль?..