Глава 3. Отбор

      Первая учебная неделя прошла быстро. Гермиона как обычно пропадала в библиотеке. Нужно было выполнить летние домашние задания, не забывая об основных уроках.       На удивление девушки её друг тоже зарывался в фолиантах и учебниках со старанием и усердием, которые не то что были ему не свойственны, но превосходили её собственные. Это приятно удивляло, но также пугала гриффиндорку, потому что во взгляде Гарри поселилось что-то странное… что-то ей, знающей его несколько лет, хотя казалось бы целую вечность, незнакомое.       Гермиона не раз пыталась поговорить с другом, но он всегда лишь отмахивался своим уже приевшимся: «Я в порядке». Любая попытка углубить разговор, а иногда просто проявить заботу лишь отталкивала его. И это чертовски бесило.       Сейчас она сидела в библиотеке с единственным вопросом: «Что делать?» Но из раздумий её вытянул голос одноклассницы:       — Можно воспользоваться этой книгой, раз ты всё равно пока занята чем-то другим?       — Конечно, Лили. — Гермиона не понимала такого холодного отношения к себе, но старалось выглядеть дружелюбно.А Эванс ничего не ответила, лишь шмыгнула носом, и обе однокурсницы погрузились в учёбу.       Через некоторое время во владениях мадам Пинс стало шумно, а чуть позже к ним подошёл Поттер-старший с молодым Блэком. Джеймс попытался подсесть к Лили, но та недовольно фыркнула и отодвинулась. Тогда мародёры взяли вещи и, бросив жалобный взгляд, пошли к сидящему неподалёку Гарри.       — Лили, извини, это не моё дело, но я здесь новенькая, поэтому хочу побольше узнать о учениках, да и вообще о школе. Почему ты так относишься к Джеймсу? Может мне стоит держать подальше от дальнего родственника? — Гермионе было удивительно видеть родителей Гарри даже не общающихся. Она слышала, что их отношения были довольно прохладными до определённого момента, но чтобы настолько, верилось с трудом. Особенно после рассказов о безграничной любви молодой пары. Гермиона подумала, что возможно у неё даже с Малфой вышла бы неплохая семья, правда ей сразу же пришлось сдерживать сильный рвотный позыв.       — Да нет, он на самом деле не плохой. То есть он всегда старался защищать тех, кто слабее или младше, за девушек постоянно заступается, маглорождённых не оскорбляет, хотя чистокровный, но просто… — до девушек донеслась часть разговора мародёров, где они подбивали Гарри на свою очередную шалость, и лицо рыжеволосой гриффиндорки стало жёстче, — просто он самовлюблённый павлин, который думает, что может безнаказанно делать всё, что захочет, не заботясь о чувствах некоторых людей.       Гермиона конечно же знала о шалостях этой компашки, но не могла не уточнить, чтобы не навести подозрения.       — Просто их проделки могут быть довольно опасными. Я сама не всегда в точности следую кодексу школы, но всё же не считаю, что им стоит пренебрегать. Джеймсу же всё равно, сколько баллов потеряет факультет, он просто сходит на отработки, а потом забудет.       — Да, это похоже на Поттеров. — Гермиона посмотрела на друга, который только для приличия препирался с отцом, а потом утвердительно кивнул.       Лили проследила за её взглядом: — А что, твой брат такой же?       — Ну, да… но… не совсем. Он может нарушить буквально любое количество правил, если посчитает, что это правильно или необходимо, но вообще он старается сдерживать эту свою сторону.       — А ты?       — А я белая ворона в семье: всегда правильная, всегда чересчур ответственная, всегда прячусь в книгах или домашних заданиях. Вообщем чёрствая всезнайка.       — Ну, судя по тому, что я видела, Гарри от тебя не отстаёт. И ты не чёрствая. Мне кажется ты способна на дружбу и любовь, но просто скрываешься от них в книгах.       — Да, Гарри тоже так говорит. — она наколдовала темпус. — что-то мы засиделись. пошли на ужин, а то он скоро кончится.       — Пойдём. А твой брат?       — Я сейчас у него спрошу. — Гарри как обычно отмахнулся, сказав, что не голоден, а если проголодается, зайдёт на кухню к домовикам.

***

      В субботу вся школа проснулась из-за визга в Слизеринских гостинных, куда кто-то запустил кучу крыс. А камин змей теперь сильно дымился, причём дым всем красил волосы в самые причудливые цвета.       Гарри эта шалость не очень понравилась, но он всё же ему хотелось побыть вместе с утраченными родственниками. Но после посещения свое декана у него неприятно засосало под ложечкой.       В гостинную они шли с Сириусом, а Джеймса профессор попросила остаться.       — Гарри, ты чего такой грустный? Подумаешь, баллы сняли да отработку назначили.       — Да, ничего. Просто… Просто… не знаю, паршиво себя чувствую.       — Тебе змей что ли жалко? — голос бродяги стал жёстче и холодней.       — Нет, но…       — Не знаю, как было у вас во Франции, но в Хогвартсе эти подонки считают, что имеют право нападать на ребят, которых из-за чистоты крови считают ниже себя. В этом гадюшнике даже полукровка, вроде Снейпа, в итоге становится мудаком. Мне ничуть не жалко любого из них, потому что наши шалости — действительно шалости, а по сравнению с тем, что вытворяет их факультет, так и вообще цветочки.       Он не стал слушать объяснений, а лишь мрачно ускорился, стараясь увеличить отрыв.       Насколько Гарри помнил, бродяга этим летом сбежал из дома, поэтому просто не мог винить его за такую реакцию и нежелание разобраться. Но этот разговор день явно не улучшил.       В башне их догнал Джеймс. Оказывается, Макгонагалл решила напомнить рассеянному ученику об его обязанностях капитана квиддичной команды, поэтому он запрыгнул на спинку дивана, чтобы объявить:       — Завтра с утра будет отбор в команду. Сбор на поле в восемь утра. Ищем охотников и ловца, но придти могут все — возможно возьмём вас в запас. Спасибо за внимание! — он поклонился и спрыгнул, на что Лили только фыркнула.       К Гарри тут же подошла обеспокоенная Гермиона:       — Ты будешь участвовать?       — Может быть. Не знаю правильно ли это.       — Я думаю, тебе стоит попробовать. — после этого заявления челюсть Поттера-младшего шаталась ещё неделю, потому что сейчас она открылась так, что пару костей вылетело из суставов. — Не смотри на меня так. Я не люблю квиддич, но полёты тебя всегда успокаивали, а последнее время ты сам ни свой: мало ешь, мало спишь, мало отдыхаешь. Вот я и волнуюсь.       — То есть ты признаёшь, что вела себя не разумно, когда поступала также при сдаче С.О.В.? — за это заявление он получил возмущённый толчок со смущённой улыбкой. — Никогда не думал, что ты будешь вытаскивать меня из библиотеки на самую опасную игру магического мира. — и ещё раз эта прекрасная улыбка. — Спасибо, что обо мне заботишься, я подумаю.       Гарри встал и, повинуясь внутреннему порыву, обнял подругу. И тут он понял, что никогда сам её не обнимал. Обычно это она стискивала его до потери дыхания, чтобы порадоваться или поддержать, а он лишь отвечал.       Стало стыдно, но запах её шампуня так приятно щекотал нос, что из головы вылетели все мысли.       — Да и за всё остальное тоже спасибо…       Отстранились они друг от друга, лишь когда громкий лающий смех вернул их в реальность. Правда оба заметили у другого на щеках румянец.

***

      Гарри, как и сказал, пришёл на отбор. А через несколько минут понял, что он чуть ли не единственный ловец, который хотя бы на метле нормально держится, поэтому вопрос о зачислении в команду можно сказать уже решён.       Всё вроде бы было как на обычной тренировке, поэтому он был спокоен, но несколько вещей висели над ним, словно жужжащие мухи: во-первых, нигде не было Снейпа, который всю прошлую неделю ошивался где-то рядом с ним или с Гермионой.       А, во-вторых, Сириус, как уже игрок команды, отбор не проходил и сидел сейчас рядом с Марлин Маккиннон. Не то, чтобы это было плохо, но он постоянно бросал в сторону Гермионы, на которую постоянно поглядывал сам Гарри, многозначительные взгляды и улыбки.       Немного похоже, пусть и не так явно, с ней иногда вёл себя Рон. Тогда Поттер списывал списывал свои странные, покалывающие ощущения на страх потери друзей, но сейчас Сириус ему никто: после вчерашнего разговора они даже парой слов не перебросились, а Гермиона никогда его не бросала, а скоро им вообще возвращаться в своё время. Так в чём же дело?       Гарри взглянул на сидящую рядом с подругой Лили, и ему сразу же стало тоскливо. Как он хотел ей рассказать всё: как скучал, как ждал всё детство, что она заберёт его к себе и звал по ночам в своём маленьком чулане. Но нельзя. Неизвестно, что будет со временем.       Да и не поймёт она его. Это не его мать, это лишь её молодая версия.       Он сбросил оцепенение и помчался за мерцающим неподалёку снитчем. Конечно, сейчас он был не на своей любимой молнии, но навыки, рефлексы и интуиция никуда не делись.       Вот он крутанулся в бок, вот уклонился от бладжера, вот вошёл в своё фирменное пике и уже протянул руку…       Острая боль, очень знакомая, но от этого не менее ужасающая, пронзила его шрам на лбу. Гарри совсем забыл про окклюменцию и почти не тренировал её в этом времени, но сейчас понял, что это было глупо, потому что кто-то очень грубо вторгался к нему в сознание.       Он смотрел прямо на Джеймса и понимал, что нельзя показывать Реддлу воспоминания об отце. Это даст ему преимущество, если Тёмный Лорд узнает о той самой ночи, всё пойдёт наперекосяк.       Надо отвлечься. Любое другое воспоминание. Любое другое… Вот к отцу подошёл Лунатик. Гарри посмотрел на него и хотел вызвать воспоминание об уроке с богартом, но те щиты, которые он выставил, разбились в дребезги.       И тут в воспоминании всплыло превращения Римуса в оборотня на третьем курсе. Его битва с бродягой. А потом лишь темнота…

***

      Том был доволен. Он не смог понять то чувство, которое неожиданно появилось неделю назад, но сегодня он смог его использовать. И даже выудил интересную информацию, которую можно даже использовать против бородатого долькоеда.       Возможно он даже завладеет телом этого мальчишки и убьёт свою главную опасность чужими руками.       — Северус, ты как раз вовремя.       — Повелитель. — зельевар поклонился хозяину.       — Северус, есть ли в Хогвартсе оборотни?       — Не знаю, мой повелитель. У меня есть только догадки, но я не могу их подтвердить.       — Мне нужна эта информация, Северус. Постарайся её проверить, а иначе ты меня сильно разочаруешь.       — Да, мой повелитель.       Лицо Тёмного Лорда исказилось в жестокой усмешке.