Глава 57. Доверенное лицо

Стук в окно привлек ее внимание. Он повторился. Приблизившись, Кристен увидела белоснежную сову с огромными желтыми глазами. Записка, торчащая из клюва, не мешала птице постукивать им о стекло. Кристен любила сов: они напоминали ей ее персидского кота. Забрав записку, девушка погладила сову по голове. Получив дозу ласки от адресанта, птица ловко оттолкнулась от подоконника и взмыла в небо, почти сразу исчезнув из виду. Кристен ошиблась насчет погоды: она была изменчивой, а значит, ей точно не следовало делать поспешных выводов. На Хогвартс надвигалась снеговая туча. «Может, это от Северуса?» — подумала она, подозревая, что держит в руках что-то важное. Аккуратно сложенный пергамент был заклеен печатью зеленого цвета. Каллиграфический, почти идеальный почерк был однозначно незнаком Кристен. «Кафе «Три Метлы». Хогсмид. Через час. Важно и секретно. Гораций Слагхорн.» — Гораций? — Кристен перечитала текст записки. — Но, зачем? Почему он не может прийти в Хогвартс, если он и Дамблдор — друзья? На часах было 6.30 утра, а это значило, что встреча должна была состояться в 7.30. Что-то подсказывало Кристен, что она должна там быть. «Стоп, а вдруг это ловушка?» — подумала девушка. Очевидно, что просто так она пойти туда не могла. Да и Хагрид, скорее всего заметит ее. Что же делать? — Клеменс! — громко сказала гостья, не будучи уверенной в том, что именно так вызывают домовых эльфов. Однако, через несколько секунд в комнате раздался знакомый звук. — Вы звали меня, мисс? — прозвучал детский голосок из-под стола. — Прости, что оторвала от дел, Клеменс, но мне нужна твоя помощь. — Я никогда не слышал, чтобы с эльфами кто-то так разговаривал, а тем более, извинялся, — из глаз существа покатились слезы. — Я уважаю вас, ведь вы огромные молодцы. Вами, эльфами, нельзя не восхищаться, — улыбнулась девушка. — Клеменс, в кабинете Дамблдора есть мантия-невидимка, принеси мне ее, пожалуйста. — Но это невероятно сложно, мисс, ведь директор… — Директор будет на завтраке уже через 30 минут. Пожалуйста, я тебя прошу, это очень важно. И, разумеется, небесплатно. Глаза эльфа загорелись. — Но как я найду ее? — Она лежит на самой нижней полке книжного шкафа. Я видела ее. Кажется, это была она. А это, — Кристен достала большой черный шарф, — нужно положить вместо нее. Чтобы пожилой волшебник лишний раз не волновался, — подмигнула она. — Потом, когда я вернусь, нужно будет отнести мантию обратно. Ты готов? — Готов! — Кстати, вас не ругают за трансгрессию в Хогвартсе? — гостья скрестила руки на груди. — Нет, в этом плане, мы абсолютно свободные эльфы. После того, как эльф исчез, Кристен сидела на кровати и нервно ковыряла пальцы. За окном повалил снег. «Чего и следовало ожидать.» Спустя полчаса в комнате снова раздался хлопок, и Клеменс предстал перед девушкой уже со свертком в руках. — Вот, мисс. Я немного задержался. Директор никак не хотел покидать кабинет, — сказал запыхавшийся эльф. — Когда я вернусь, ты выполнишь задание до конца и получишь награду. Не бойся, я не обману, — подмигнула ему девушка. Дождавшись появления мучнистого облака, свидетельствующем о том, что она в комнате одна, Кристен развернула мантию, с виду напоминающую бархатное покрывало с узором. Накинув вещь на плечи, она подошла к зеркалу и на расстоянии не увидела ничего. «Отлично!» — гостья даже запрыгала от радости, однако, мантия не была настолько длинной, чтобы выпрямиться в полный рост. Надев пальто и заменив повседневную черную мантию на мантию-невидимку, девушка выскользнула в коридор, и, к своему неудовольствию, увидела Филча и мисс Норрис, патрулирующих коридор. «Делать им нечего, все равно студентов нет в замке» — негодовала она. Проходя мимо них, гостья больше всего опасалась реакции кошки, и не зря: та явно заинтересовалась ею. Повернув голову, она громко мяукала, пытаясь привлечь внимание Аргуса, однако, тот, всегда прислушивающийся к знакам своей помощницы, так ничего и не понял. Под мантией было тепло, но Кристен немного дрожала, идя по дороге в Хогсмид. И совсем не от холода. Волнение, которое охватывало ее все больше и больше, было связано с предстоящей встречей. «Я должна проверить его.» Черное озеро покрылось тонкой корочкой льда: такой хрупкой, что, казалось, упавший лист мог проломить ее. Деревня волшебников была безлюдна в это зимнее утро. Приготовив палочку, девушка шла с самого края дороги, стараясь не оставлять за собой следов. Увидев полного мужчину с усами, подопечная Снейпа остановилась. «Что делать дальше?» — ей вдруг стало страшно. «Я должна была хотя бы оставить записку, чтобы меня могли найти.» Но назад пути уже не было: гостья стояла в паре метров от господина в мантии верблюжьего цвета, отделанной мехом. Это и был Гораций. Сглотнув, она шагнула вперед, наполовину высунув палочку из-под мантии. — Какое зелье помогает залечивать сильные раны? — спросила она, стоя совсем рядом с ним. Услышав голос, мужчина подпрыгнул от неожиданности, но, мгновенно сориентировавшись, ответил: — Экстракт бадьяна. — Верно. — Это вы, Кристен? — удивленно спросил Слагхорн, задав вопрос в пустоту. — Да, — тихо ответила гостья. Гораций молча шагнул к входу и вручную открыл дверь, пропуская невидимку впереди себя. Кристен вошла внутрь и сняла с себя волшебное покрывало. — Вы меня напугали, — Гораций пожал ей руку. — Извините, но я должна была убедиться, что это именно вы, — Кристен была выше его ростом и ей приходилось смотреть на Слагхорна сверху вниз. — И правильно сделали, — согласился мужчина и пригласил ее в зал. Пустота, простор, простота: так на первый взгляд могла охарактеризовать Кристен «Три Метлы». Весь внутренний интерьер был полностью выполнен из дерева: огромные дощатые столы стояли вдоль окон, занимая весь периметр помещения. Те, что поменьше, занимали остальную часть зала. Выбрав место в самом дальнем углу, Гораций последовал туда. Гостья не отставала. Когда они сняли пальто, послышалось цоканье каблуков и к ним подошла приятная полная женщина со светлыми волосами и розовым румянцем на щеках. — Знакомьтесь, мадам Розмерта, — представил ее Слагхорн. — Хозяйка этого кафе и просто очень хороший человек. А это, — кивнул он в сторону Кристен. — Мисс Адамс, журналистка, — поспешно представилась девушка и кивнула женщине. — Что-то давно вас не видно, Гораций, — улыбнулась мадам Розмерта. — Решили дать интервью? Девушка незаметно подмигнула мужчине, а тот, поймав ее знак, сразу же подыграл ей. — Да, видите ли, становлюсь старым, а так хочется оставить после себя хоть что-то, — он засмеялся. Гораций носил усы, которые были похожи на седую щетку, но при этом был совершенно лысым. «Интересно, у него голова зимой не мерзнет?» — Вам как обычно? — Принесите нам два сливочных пива, пожалуйста, — деловито заявил Слагхорн, откинувшись на спинку стула. — Но, сэр, — вмешалась Кристен, — Сейчас еще утро и пиво… — Не волнуйтесь. Я отвечаю, мое пиво еще никому не причинило ущерба. Это, можно сказать, визитная карточка моего кафе… Вы ведь не были у нас раньше? — мадам стояла рядом и не сводила глаз с лица гостьи. — Н-нет, я здесь впервые… — Тогда вы просто обязаны сделать это! Девушка смотрела ей вслед и не понимала, как можно носить каблуки, весь день работая на ногах. — Прекрасная женщина, — сказал вдруг Слагхорн. — Кстати, а почему вы скрыли свое имя? — Если в Хогвартсе узнают, что я здесь была, мне не сносить головы, Снейп разорвет меня на куски. Надеюсь, нас здесь никто не увидит… — ответила девушка, осматривая зал. — Нет, нет, не волнуйтесь. Кафе работает с 9 утра, поэтому помещение только наше. Я договорился. — Но как?! — глаза гостьи расширились. — С «Тремя Метлами» меня многое связывает, но это длинная история. Я здесь бывал еще тогда, когда вместо этого заведения был небольшой бар, где не было ни одного стола. Кстати, вот и наше пиво. Звук каблуков, отчетливо раздающийся о деревянный пол, говорил о возвращении хозяйки, которая поставила перед каждым из гостей по большому бокалу с пенной шапочкой. — Приятного аппетита, — мадам Розмерта тут же удалилась, будто действительно была проинструктирована, а Гораций обвел палочкой пространство над ними, создав купол, дабы избежать любопытных ушей. Кристен сделала глоток. Напиток оказался действительно приятным, словно квас, в который добавили сливочных ирисок, меда и имбиря. — Вкусно, — девушка поспешила промокнуть губы, дабы не стать похожей на Горация (пенка часто оставляла след в форме усов). — Я рад, что вы смогли прийти, — мужчина тоже сделал глоток, и поставил бокал на стол. — Знаете, я ведь думал о вас с самого Рождественского бала, — заявил он. — В каком смысле? — гостья чуть не подавилась. — Полагаю, Альбус до сих пор гадает, откуда вы взялись. — Что Дамблдор вам рассказал? — напряглась Кристен. — Не бойтесь, я не желаю вам зла, — улыбнулся Гораций; однако, то ли от воздействия пива, то ли от волнения, его усы будто ощетинились. — Полагаю, вы в курсе, кто такая Галатея Вилкост? Гостья кивнула. — Откуда? Девушка замолчала, так как она не до конца понимала интереса Горация к своей персоне. — Хорошо, — вдруг сказал он. — Можете не отвечать. Просто послушайте, что я вам расскажу. Я проработал в Хогвартсе довольно много лет, занимая должность, ныне занимаемую вашим наставником, Северусом Снейпом. Через мои руки прошло огромное количество учеников: талантливых и посредственных, увлекающихся и безынициативных, ленивых и трудолюбивых. Но, в волшебном мире, к сожалению, бывает так, что в один момент человек меняется. Так произошло с одним из них — Томом Риддлом. — Я знаю, профессор, — кивнула гостья. Горация воодушевила ее реакция и он продолжил. — Так вышло, что он выбрал неверный путь, — Слагхорн вздохнул. — Конечно, в этом есть и моя вина… — О чем вы сэр? — спросила вдруг девушка, надеясь, что он расскажет ей о крестражах. Но не тут то было: Гораций был мастером повествования и умел хитро ускользнуть от ответа. — Я был слишком добр к нему, — ответил мужчина, сидя на широком и удобном деревянном стуле. Слагхорн непрерывно трогал пуговицу на жилетке. Одевался он довольно скромно, но со вкусом: как и на Балу, на нем была надета тройка одного цвета с мантией. — В те годы, Галатея Вилкост преподавала защиту от Темных Искусств. Кстати, это был любимый предмет Тома, — пояснил профессор. Кажется, он совершенно забыл о пиве. — Юноша был особенным: жестоким, властным, хитрым и невероятно обаятельным. Я очень хорошо относился к Госпоже Вилкост, которая, в свою очередь, дружила с Геспер Старки. Эта женщина умерла в 1973 году, при весьма странных обстоятельствах. Дело в том, что она изучала лунные фазы и их влияние на изготовление зелий. Скажу честно, я никогда этим не интересовался, поэтому не воспринимал всерьез ее теории. Однако, она была талантлива, очень талантлива, — Слагхорн, наконец, вспомнил о напитке. — Если вы были на кухне в Хогвартсе, вы наверняка видели прекрасные натюрморты. Так вот, они написаны ею, — Гораций посмотрел на Кристен, которая откинулась на спинку стула и с интересом слушала его. — Ходили слухи, что однажды, она купила в лавке «Боргин и Беркс» — той, что находится в Лютном переулке в Лондоне, интересный медальон, который затем подарила Галатее, в день ее рождения. Увидев его, Том уговаривал продать вещь. Для каких целей, можно лишь предположить… — Гораций вдруг задумался. — Я никогда не интересовался свойствами этого кулона, так как, как я уже сказал, скептически относился к госпоже Старки. И это продолжалось ровно до того момента, пока медальон не попал ко мне в руки. Сама Галатея дала его мне, и, честно говоря, я был поражен… Усы Слагхорна вздыбились еще больше. Он допил пиво. Кристен наблюдала, как пенка карамельного цвета постепенно сползает по стенке бокала. — Вы, наверное, знаете, что произошло с Томом. Точнее, что он сделал с собой, — продолжил мужчина. — Провозгласив себя Волан-де-Мортом, он создал организацию, куда входили люди, решительно настроенные против маглорожденных волшебников и одобрящие действия Риддла. — Они убивали грязнокровок, — сморщилась девушка, тем самым давая Горацию понять, что она знает об этой истории. — Пожиратели Смерти. — Да, именно так. Когда я создавал «Клуб Слизней», я представлял его совсем иначе. Хотя, безусловно, в нем собирались лишь самые талантливые волшебники. В основном те, к кому я благосклонно относился. Но, чтобы убивать… — Слагхорн отвернулся и стал смотреть в окно, словно собираясь с мыслями. Разговор давался ему нелегко. Гостья была не против небольшой передышки: информации была много и она стала очень хорошо понимать журналистов, которые носили с собой диктофоны. — Том, желая завладеть кулоном, фактически превратил жизнь Галатеи в кошмар, практически, выжив бедную женщину из замка. — Дамблдор знал об этом? — О том, что Риддл был причиной ее ухода — нет. Хотя, я думаю, Альбус догадывался, ведь Том мечтал занять должность преподавателя защиты от Темных Искусств в Хогвартсе. Госпожа Вилкост просто исчезла и какое-то время скиталась по магловским районам, скрываясь от Пожирателей. Но, я думаю, ей нечего было бояться. Она верила в Медальон Стихий и всегда говорила, что он особенный. — Они преследовали Галатею после ее увольнения? — удивилась девушка. — Да, им нужен был кулон. Каюсь, однажды, я вытащил лунный камень из его середины и приготовил из его части ингредиент для зелий. И он повел себя совершенно иначе, нежели обыкновенный лунный порошок. Вернув камень на место, я сварил Умиротворяющий Бальзам. Думаю, вам знакомо это зелье. Его действие вполне посредственно, но, интересно то, что порошок, сделанный из адуляра медальона, придал ему новые свойства: теперь с помощью этого снадобья можно было забыть старые обиды, ощущать легкость и радость долгое время. Но самое главное: при употреблении внутрь, любые атаки извне — неважно: физические или действующие на разум, — оно отражало безотказно. Мне пришлось применить заклинание приумножения, чтобы увеличить количество этого чудесного порошка. Теперь вы понимаете, какими свойствами обладал Медальон, в котором, помимо лунного камня, были еще четыре других? Слагхорн вспотел от повышенной эмоциональности, однако за все время его голос ни разу даже не дрогнул. Снег за окном прекратился и девушке почему-то показалось, что уже давно наступил день. — Я недооценил Старки, ведь это она сделала его таким мощным, — задумчиво сказал мужчина, положив обе руки ладонями на стол. — Почему его назвали Медальоном Стихий? Может быть, эти камни обозначают вовсе не стихии, а факультеты Хогвартса? — предположила гостья. — Интересная теория, никогда об этом не думал. Если Рубин — Гриффиндор — Лев — огонь, Сапфир — Рэйвенкло — Ворон — воздух, Желтый турмалин — Хаффлпафф — Барсук — земля, Изумруд — Слизерин — Змея — вода. Вы, кстати, со Слизерина, как и я? — хитро спросил Гораций. — Да, — улыбнулась Кристен. И вдруг задумалась, вспомнив как особенно хорошо у нее получались заклинания вызова воды. — Но, профессор, зачем вы мне все это рассказываете? — спросила девушка, не понимая, к чему клонит Слагхорн. — Полагаю, порошок у вас, — чуть наклонившись вперед сказал он. — Сны, о которых вы молчите, снятся и мне, мисс, — взгляд Горация был торжествующим, словно он знал о Кристен больше, чем она думала. — Даже если и так, — дерзко ответила гостья. — Какую пользу он может принести? Ведь есть другие способы блокировки атак. Протегосерум, к примеру. — Должен сказать, вы хорошо осведомлены в зельях, мисс. Я рад, что Снейпу досталась умная подопечная, — улыбнулся мужчина, но, тут же снова стал серьезным. — Когда Пожиратели Смерти начали нападения, они стирали память у своих жертв. Я знаю, что Галатея была убита ими. Но вот что стало с кулоном… — Он достался Риддлу? — спросила девушка. — Не думаю. Достанься медальон Тому-Кого-Нельзя-Называть, он бы уже давно вернулся… В любом случае, это дело времени, — напряженно добавил Гораций. — Думаю, есть и другие пути, по которым он сможет вернуться, правда? — Кристен допила пиво, ни разу не отведя взгляда от лица Слагхорна. — Вы говорите точно так же, как Дамблдор. Зелье Мемориумверде очень сложное, но именно оно поможет вернуть людям память после заклятия Забвения. Именно это снадобье содержит в своем составе Специальный Ингредиент, о котором Северус вам вряд ли рассказывал. И, не потому, что он не знает, наоборот: ваш наставник знает очень много. — Скажите сэр, — обратилась к профессору гостья. — В чем разница между Мемориумверде и Зельем памяти? Кажется, я видела такое в одном из учебников… — Все очень просто, — Слагхорн явно обрадовался заинтересованности подопечной Северуса. — Обыкновенное Зелье Памяти готовится очень быстро и помогает людям, проблемы с памятью которых не связаны с применением заклятия Обливиэйт. Как правило, это рассеянный склероз у пожилых или временная потеря памяти в связи с эмоциональным потрясением. Причем, спустя какое-то время, провалы в памяти могут возобновится, чего не скажешь о Мемориумверде, которое, наоборот, восстанавливает память после магического воздействия. Стоит ли говорить о совершенно разных составах этих двух снадобий? Девушка молчала. Теперь она неотрывно смотрела в окно. Мадам Розмерта не обманула: пиво действительно было очень вкусным. — Кстати, это снадобье обладает одним очень редким свойством: его не нужно принимать внутрь. Достаточно вылить его на кожу пострадавшего, — заговорщицки прошептал Слагхорн. — Но это не ваша забота. Все, что от вас требуется — приготовить зелье, — продолжал Гораций. — Вам несложно будет это сделать, я уверен, — профессор ждал ответа. — Хорошо, — произнесла Кристен. К тому моменту, она уже все для себя решила. — Куда вы спрятали порошок? — В камин, куда же еще, — улыбнулся мужчина. — Я выбрал место, связанное со стихией. — Почему вы не приготовили зелье сами? — нахмурилась девушка. Она хотела знать все. — Я решил не расходовать такой ценный ингредиент напрасно. Когда начались нападения и Галатея была убита, у меня не было доступа к камину. А потом, я не знал всех свойств лунного порошка. Вдруг, спустя годы, в нем бы проявились новые свойства, доселе неизвестные? Я не мог рисковать, — вздохнул Слагхорн. — Поймите, этот порошок не воскрешает, но может служить важным компонентом при приготовлении какого-нибудь противоядия, например. Но разве стоит улучшать Сыворотку Правды или, например, Протегосерум? — Логично, — кивнула гостья. — Уверен, вы еще много о себе узнаете, мисс, — Гораций взмахнул палочкой и крикнул: — Мадам Розмерта! — Профессор, я могу захватить с собой пару бутылок сливочного пива? — Разумеется, — улыбнулся Слагхорн. — Вкусный напиток, верно? Только никому не показывайте, иначе не донесете, — мужчина вдруг засмеялся: впервые за встречу он почувствовал себя легко, словно гора с его плеч свалилась. — Нам, пожалуйста, четыре бутылки сливочного пива! С собой! Хозяйка кафе радостно подпрыгнула: каблуки еще веселее застучали по полу. Расплатившись, и ,поблагодарив за гостеприимство, Кристен дополнительно оставила на столе один золотой галеон, но выйдя из кафе, пожалела об этом, опасаясь, что мадам Розмерта хорошо запомнит ее. А девушке этого очень не хотелось. Гостья накинула мантию. На улице Хогсмида было довольно людно. Гораций остановился, поправляя одежду, отделанную мехом и снова очень удивился, когда рядом с ним, из пустоты, раздался голос Кристен. — Спасибо, профессор. — Я желаю вам удачи, мисс, — сказал он. — Пусть это будет нашей маленькой тайной. — В свою очередь, попрошу вас не говорить Дамблдору о том, что вы видели на мне мантию-невидимку. — Я не вижу ни мантии, ни ассистентки Северуса, — Гораций подмигнул примерно туда, где по его мнению, находилась гостья. Отойдя на несколько метров, она повернулась: Слагхорн как сквозь землю провалился. «Трансгрессировал» — поняла Кристен. «Мне тоже пора.»