Конец.

      — Сюда! Быстрей! У нас мало времени, — нервно торопила их Левен.       И только Ворт успел закрыть дверь, как комната на большой скорости устремилась вверх по тоннелю, тем самым создав сильную тряску. Все трое не удержались на ногах и упали: Казан сгруппировался и упал на плечо, Левен слегка ударилась головой, а Ворту повезло меньше — он неудачно приземлился на спину и сильно стукнулся головой. Перед его глазами пролетели картинки из его раннего детства, юношества; он отчетливо увидел свой рабочий стол, заваленный бесконечными чертежами, увидел ненавистную душегубку и острые стержни, пронзающие Квентина насквозь.       Как только комната остановилась, Левен тут же подползла к молодому человеку:       — Ворт! Ворт! — повторяла она, проводя рукой по его плечу.       Резкий спазм в груди, а затем в горле заставил его вытолкнуть из дыхательных путей скопившуюся кровь. Ворт захрипел, и с трудом начал набирать в легкие воздух, сделал пару попыток перевернуться, но у него ничего не получилось.       — Не надо, пожалуйста, лежи…       — Левен, что со мной?       — Ты лежал и не двигался, я думала, что ты…       — О нет, нет. Далеко еще.       — Тебе сильно больно?       — Бывало и лучше, — он сделал еще одну попытку перевернуться и с большим трудом ему это удалось. Он посмотрел по сторонам, пересекся с отстраненным взглядом Казана, посмотрел на дверь справа, а затем перевел глаза на переднюю дверь и с какой-то упущенной надеждой спросил у Левен:       — Надеюсь, это та самая дверь?       — Должна быть…       Но за дверью была пустота. Ворт был опустошен. А Левен искала объяснение этой ситуации.       — Где?.. Н-да… — он прекрасно понимал, что больше не сможет путешествовать, и эта комната станет для него последней.       — Дай мне минутку. Терпение, — Левен улыбнулась. — Знаешь, что?       — Нет.       — Это комната, где мы начали, — она вовсю улыбалась. — Я была права: надо было сидеть на месте.       Глядя на Левен, Ворт тоже начал улыбаться. И правда, это же было так просто.       Время шло, но ничего не происходило. Они слышали вдалеке механические звуки перемещения комнат, но рядом с ними всё было спокойно.       — Сколько еще ждать? — опустив голову, спросил Ворт.       — Не зн…       Но Левен не успела договорить: скрежет и вибрация в комнате стали нарастать с каждой секундой.        — Вот и оно, — пронеслось у Ворта в голове. Когда всё устаканилось, Левен мгновенно открыла дверь: на другой стороне их ждала красная комната. Ворт, забыв про боль, даже встал от увиденного:       — Мост.       — Красная, — испуганно проговорил Казан.       — Казан? — Левен подозвала его и показала на цифры.       — 1-2-1.       — Чисто.       Втроём они быстро перебрались на мост.       Этот долгожданный момент наконец-то настал: всего один шаг отделял их от спасения.       Но что же ждало их за дверью — никто не знал.       Ворт остановился посередине комнаты.       — Казан, открывай, — он поднял руку в направлении нужной двери.       Ручка провернулась на полный оборот, щелкнула, и люк опустился вниз. В это же мгновение измученное, изможденное лицо Ворта, отекшее от гематом, с запекшейся кровью, озарил яркий белый свет. Он совсем не слепил глаза, а напротив, ласкал и успокаивал. В стороне сдержанно ликовала Левен. Ворт смотрел на свет, но радость на его лице вскоре сменилась грустью. Он опустился на пол, скрывшись от света в полутьме комнаты.       — Ворт? — озадаченно произнесла Левен.       — Ступай.       — Что ты делаешь? Ты не должен выходить из игры! Ты ни в чем не виноват!       А Ворт безнадёжно выдохнул:       — Мне там не к чему стремиться…       Левен перевела взгляд с Ворта на яркий белый свет, она пребывала в недоумении:       — А что там?       — Бескрайняя человеческая глупость.       — Это я могу пережить, — она улыбнулась легко и не принужденно. — Ворт, пожалуйста, пошли со мной. Ты мне нужен! Там на свободе.       — Мне нечего там делать.       Левен опустилась на пол рядом с Вортом. Яркий неземной свет больше не освещал её лица, и она снова была в плену лабиринта.       — Если ты не думаешь о себе, подумай обо мне. Если ты считаешь себя недостойным, то и мы с Казаном не достойны всего этого. Мы вместе справились с задачей, мы вместе нашли выход, мы вместе заслужили быть там! Как же ты не понимаешь этого, — она сжала его руку и прижала к своим потрескавшимся губам. — Пошли, пожалуйста…       Ворт посмотрел на неё серьёзно из-под лобья, слегка улыбнулся и, опустив глаза, поднялся с пола.       — Ты рассуждаешь, как маленькая наивная девочка.       — Но ведь я и есть маленькая наивная девочка, и я права, не так ли?       — Возможно.       — Тогда пошли, — но Ворт не спешил покидать куб. — У нас мало времени!       — Ты права, времени действительно мало.       Ворт метался между мыслями: остаться в кубе и не проводить бессмысленно время, как он делал это всю жизнь, спокойно встретить смерть и никому больше не навредить своими действиями и мыслями, выйти и продолжить своё бессмысленное существование. Что было лучше, он не знал.       — Прими правильное решение, — это был голос Левен.       Первым из красной комнаты вылез Казан, следом Левен, а за ней Ворт. Мост сдвинулся со своего места и уехал далеко во тьму бесконечного кубического лабиринта.       Они шли вперёд: их всё сильней окутывал невыносимый, бесконечный, белый свет. Этот свет не был похож ни на один из существующих видов света, и в нём чувствовалось некое внеземное происхождение. И в этом свете не было ничего, только пустота. Накопившаяся усталость, сильное чувство голода, жажда, эмоциональное и психическое истощение отступали от Левен, чем дальше они уходили в свет. Она было хотела оглянуться и посмотреть на вход в лабиринт, но Ворт крепко сжал её руку и слабо произнёс:       — Не оборачивайся туда!       Левен одобрительно кивнула. А Казан просто шел рядом и всё никак не мог понять, где он находится.       Неожиданно Ворт рухнул на пол и судорожно свернулся в калачик.       — Что с тобой?! — удивилась Левен.       — Господи, как же больно! Аа!       — Что с тобой, Ворт? — она присела на корточки.       — Мне очень больно! Внутри всё как будто рвется! Кости ломаются, а органы взрываются! Боже, мне трудно дышать! Всё внутри горит! Ноги немеют… А! — Ворт закрыл уши руками. — Что за жуткий звук! А! Прекратите, хватит!       — Ворт… — девушка положила на него свою руку. А из её глаз не переставая капали слёзы. — Здесь тихо…       — Что за жуткий металлический скрежет? А? Откуда он звучит? Хватит меня мучить!       Левен сидела рядом с Вортом и плакала. Рядом с ней сидел Казан и гладил её по голове, думая, что хоть немного её успокаивает.       — Ворт, не умирай, пожалуйста…

***

      Погружаясь всё глубже и глубже в темноту, он осознал, что вспоминает не самое удивительное, что случалось с ним. Не хорошее, а совсем другое приходило на ум.       Невзрачные мелочи, давно позабытые за ненадобностью. Он вспомнил, как некоторое время назад прочел в газете фразу, которую не смог понять, вспомнил старый чемодан, который пылился на чердаке у какого-то родственника и мимолетный взгляд прохожего. Несвязные обрывки воспоминаний заполнили последние мгновения его жизни. Секунды уже не были секундами, они растягивались в минуты, время застыло.

***

      Секунды уже не были секундами, они растягивались в минуты, время застыло. О чем она думала, когда вдруг поняла, что выхода нет и смерти не избежать? Она вспомнила, как однажды замерзла до костей, возвращаясь домой с работы, а всё тело горело от жары. Ей казалось, что уже ничего не изменится. А может ей представилось совсем иное: родительский дом, коридор, гостиная. Может быть она даже подумала о ребёнке. Может быть представила то, о чем он сам никогда бы не подумал: он прячется и слушает, как она зовёт его по имени, он понимает, что всё это время она видит его, притаившегося поблизости, но притворяется, что не замечает. Может быть даже подумала…

***

      Вскоре Ворт потерял счет времени, он больше не слышал всхлипов Левен, не ощущал её рук, его голова и тело наконец освободились.

***

      Ворт открыл глаза, сидя в мягком кресле перед винтовым маятником.       Мистера Грина в кресле напротив не оказалось: он пересел за свой массивный стол для заполнения каких-то бумаг.       — Я был там, мистер Грин, в том жутком месте! Я вспомнил! Я был в тюрьме и никак не мог выбраться! А потом… Было страшно, и мне казалось, что ничего не изменится. Люди внутри сходили с ума, убивали и умирали. Я убивал людей. На меня это совсем не похоже! Но я делал это, чтобы спастись. И… Больше не боюсь. Меня больше не одолевает внутренняя тревога, я освободился. Понимаете, я свободен!       — Очень хорошо, Ворт. Ты готов. Теперь настало время вам уходить. Пройди в соседний кабинет. Моя ассистентка тебя проводит.       Ворт обомлел, когда увидел помощницу мистера Грина:       — Холлоуэй?!.. Я не понимаю, ты ведь умерла.       — Да… Да, я умерла.       — Тогда как ты можешь стоять здесь?       — А как ты здесь стоишь?..       — … Я тоже умер.       Они вышли и направились в сторону следующего кабинета. Ворт был в полном недоумении, а Холлоуэй напротив вела себя очень спокойно. Молодого человека переполняли вопросы, но он не знал, что спросить. Еще несколько минут назад на его глазах Холлоуэй сорвалась в пустоту, а сейчас она шла рядом, как ни в чем не бывало.       — Ты… Ты настоящая? — наконец решился спросить он.       — Да, я настоящая. И ты тоже. И всё, что случилось, было на самом деле. И все эти люди за дверью тоже реальны, — она остановилась около стеклянной двери, за которой сидели Левен, Квентин, Казан и Ренн.       Ворт не поверил своим глазам:       — Они все… они все мертвы? — с грустью произнёс он.       — Все когда-нибудь умирают, Ворт. Кто-то из них раньше тебя, кто-то намного позже.       — Но почему все они сейчас здесь?       — Здесь нет такого понятия, как сейчас.       — Где мы, Холлоуэй?       — Это место, которое мы все вместе создали, чтобы друг друга найти… Самую важную часть своей жизни ты провёл с нами. И поэтому мы все сейчас здесь. В одиночку такое не делается, Ворт. Мы все были тебе нужны, а ты был нужен нам.       — Для чего?       — Чтобы вспомнить… и… отпустить.       — Доктор Грин… он сказал, что мы уходим.       — Нет, не уходим, нет. Мы идём дальше.       — Дальше… куда?       — Пойдём, узнаем.       Холлоуэй зашла к остальным. Ворт последовал за ней и не смог сдержать радости от встречи с ними. Квентин приподнялся со стула и дружелюбно, хоть и сдержанно поприветствовал его, а затем Ренна. Левен крепко обняла Ворта и слегка заплакала, затем она обняла каждого по очереди. Все радовались и говорили друг с другом, вспоминая то жуткое место. В каждом из них больше не было ни злости, ни завести, ни отвращения, ни пренебрежения — теперь они были свободны.       Впереди их ждала целая бесконечность небытия.