И улыбаться через скрип зубов

Сияет небо, свет сквозь оспу звезд Как вспышка гнева, я в своем доме гость       Состояние Сергея не улучшалось. Кажется, что тяжесть больничных стен только больше давила на Разумовского, и ночные кошмары с участием Птицы только усиливались. Сегодня они снова поссорились, и Птица облила своего сожителя по телу говном, буквально обесценив тем самым всю прошлую терапию.       В очередной раз мужчина просыпается от страха, все еще ощущая присутствие темной сущности. Оно будто держит руки на его плечах, беззвучно хихикает и гримасничает, и Сергей это знает. Я ничего не могу с собою сделать Я ничего не могу с собою сделать       Споры этих двоих почти никогда не заканчивались в пользу Сергея, поэтому чаще всего чувство собственного ничтожества подавлялось горой лекарств и беседами с Рубинштейном. Последнее обычно выглядело как наигранный диалог, лишь бы отвязаться и поскорее закончить отвратительный допрос. Разбитой вазой я упал на пол Как в старой сказке, я не знал, кто волк       Гибель старого друга и, самое главное, обман собственного сознания до сих пор отдаются холодной дрожью по телу. Дикая паника, непонимание и первый диалог с темной стороной крутится перед глазами, как фильм на быстрой перемотке, который никогда не кончится.       Сначала Волков, подорвавший веру в себя и преступивший черту, далее слезы, мольбы и истерика… Его пустой взгляд. Он буквально бросил Сергея одного, мысленно пнув поддых, пока тот заливался слезами на холодном полу. Мысленно, конечно, только в голове Сергея, потому что никакого Олега здесь нет и не было никогда.       «Я во всем виноват, только я», повторяет Разумовский сам себе, а за ним же повторяет Птица: "Ты виноват, в том что мы оказались здесь, виноват в том, что наш (!) план провалился, виноват, решив, что Гром может быть тебе другом, доверился, пустил, пообещал помочь…" Я ничего не могу с собою сделать       Существование Олега, рядом, кажется все таким же реальным, будто он никуда не уходил и не был убедительной маской. Возможно, это Птица пытается заставить Сергея чувствовать себя комфортно и раскованно, чтобы интереснее было нападать из-за угла.       Внезапно когтистая лапа на плече ощущается не такой тяжелой и жесткой и на мгновение превращается в руку «Волкова». Она мягко и аккуратно гладит плечо Разумовского и медленно обнимает за шею. Я целую тело Синяки и вены Плечи в веснушках и Контур обкусанных губ       Очередной ночной кошмар плавно трансформируется в сладкую иллюзию, и Сергей невольно вздрагивает от неожиданных касаний. Кажется, что сон еще продолжается, ведь в реальности такого никак не могло произойти. Как проверить это явь или сон во сне? И различает ли он реальность вообще?       Разумовский медленно прикрывает мокрые глаза и чувствует, как второй рукой «Олег» слегка приобнимает его за талию поверх запутанной рубашки. Я запомнил сон, где мы вдвоем Пытали день, морили ночь В голове отчётливо проносятся картинки встреч с «Волковым», чёткий яркий образ старого приятеля, приободряюще похлопывающего Сергея по плечу, душевные разговоры в кабинете о будущем «Vmeste» и судьбе города. У них с «Олегом» была общая цель, он не должен всё сломать и уйти, как ни в чем не бывало.       У Разумовского до боли щемит в груди, ведь все так хорошо начиналось. А потом ты просыпаешься в допросной и на тебя вешают терроризм и серийные убийства. И отрицать уже смысла нет, что это сделал «он», только слушать так мучитель шепчет слова на ушко что бы такого лучше наплести полицейским. Но рот Сергея отказывается что-либо произносить, от шока даже дышать получается с трудом. Теперь не мил мне блеск янтарных глаз Со мной быть просто, но не в этот раз       Пернатый предатель щурится и пялится из темного угла, а его глаза изредка поблёскивают в свете уличных больничных фонарей. Он знает, что в голове у Сергея, о чем он никак не перестанет думать и говорить сам с собой. Разумовский устал от бесконечной борьбы за свое тело и разум. Безрезультатные попытки вырваться из адского круга самобичевания благодаря Птице не увенчиваются успехом, и даже спорить с пернатым уже нет сил. «Ты уверен, что хочешь сделать это?», с издевкой спрашивает Птица, надеется, что у Разумовского не хватит смелости. Конечно же, он уверен. Выход только один и это будет его последний кошмар. Пускали кровь своей мечте Она не сохла на ноже