Часть 1

Лили тупо разглядывала обои сквозь решетку кровати, изучая почти истертые, потускшие цветочки. День был свежий, накануне прошёл дождь и окно было приоткрыто. Солнце было ещё по летнему ярким и его свет несмотря ни на что проникал в комнату. Ветер слегка покачивал задернутые старые шторы. Холодил её голую задницу. Черт, ужасно стыдно, что Сев видит всё с черного хода… Но лучше уж так, чем смотреть ему в глаза. Она умрет со стыда, если они будут смотреть друг на друга, пока… Если он будет видеть её лицо, когда она забудется. Она случайно услышала как Робби Вейн однажды сказал, что у его подружки глаза косят во время оргазма… И изобразил, скосив их на нос и вывалив язык. А что если у неё тоже так? Сев склонился над ней, упершись локтями в взвизгнувший пружинами матрас. Его длинные волосы слегка щекотали её шею и спину, дыхание обжигало нежную кожу. Поцелуи на шее, вызывающие чувство до того яркое и сильное, что терпеть его было невозможно. Она не смела оглянутся, и смотрела на солнечные блики танцующие на старых обоях, слушая как Сев часто дышит, и пытаясь умерить собственное дыхание, панически частое. Каждый вдох отзывался дрожью в груди. Ну чего он медлит. Тяжесть чужого тела прижимающего её к матрасу была томительной. Она наконец решилась заняться с Севом сексом, и теперь лежала в его постели чувствуя как простыня в катышках неприятно задевает твердые соски. Был уже конец августа, и начинало холодать, в воздухе чувствовалась близость осени, прощания с домом и с летними деньками… И если не сейчас, то может быть никогда. По крайней мере до зимних каникул точно. Она почувствовала как твердая влажная плоть легонько скользнула по ягодице. — Сев, нам нужна резинка. — У меня была. Сейчас, найду. — Вот возьми. — Лили всё же полуобернулась протягивая сверкающий фантик. — Может не налезть. — нервно заправил прядь за ухо Сев, и поспешно отвернулся от неё, завесившись темными волосами, вставая и доставая коробочку откуда-то из-за стопки книг. В этот миг Лили испытала лёгкий приступ паники, перед мгновением когда Сев окажется без штанов. Так, спокойно, это всего лишь член, а не верстовой столб… Но лучше отвернутся, пока не увидела и не передумала. За спиной тихо зашуршало, послышался шорох ткани, звон расстегивающейся пряжки на ремне, послышалось невнятное ругательство под нос. А затем снова горячие ладони ложатся на её талию, гладят, опускаясь ниже, сжимают, слегка раздвигая ей ноги. Лили прикусила губу. Зажмурилась ожидая боли… — Ты чего дыхание задержала. — полушепотом спросил Сев. — Я… ничего. Всё хорошо. — Не бойся. — шепнул он, чмокнув её в спину, и она опустила голову на сведенные локти, напоминая себе, что нужно дышать, в то время как его член наконец ткнулся у входа во влагалище. Она часто, панически задышала, твердя себе что это не страшно, что однажды это всё равно случилось бы, что это приятно и что они друг друга любят… — Спокойно, дыши глубже. — она различила волнение и нетерпение в его голосе, когда Сев прижался теснее, чувствовала что он наконец в ней и невольно приоткрыла рот, беззвучно застонав. Медленно, не сдержав тихого стона Сев протолкнул член глубже. Она закусила губы. Боже нет, только не двигайся. — Лили… — частое, сбитое дыхание на её плече, хрипловатый от сдерживаемого желания голос — всё хорошо? — Д-да… — шепнула она дрогнувшим голосом, стараясь расслабится — только пожалуйста не забывай что любишь меня. — Конечно люблю… Поцелуи, влажной дорожкой спускающиеся по плечам, по шее. Его руки осторожно гладящие её. Она вздрагивает и дрожь пробегает к животу. Он был в ней весь, настолько глубоко, насколько было возможно. Неприятное чувство растянутости, наполненности… Она боялась вдохнуть. Как будто ещё чуть чуть и она лопнет. С губ Сева сорвался полустон-полувыдох, когда она слегка пошевелилась, и он крепче прижался к ней. — Ептвою… — Шепотем донеслось из-за спины. — Сев! — Прости — шепнул он и она услышала как он нервно хихикнул — просто ты такая… Боже… — жарко выдохнул он уткнувшись ей в плечо. — Какая? — Такая горячая… Она слабо застонала, когда он начал двигаться, лежа на ней, она слышала его сопение за плечом, пытаясь стерпеть вторжение в свое тело. Неприятное, пусть и не болезненное… Черт, какой же толстый, вот вот порвет! Она сосредоточилась на дыхании и постаралась расслабится, пошире раздвигая ноги. Вслушиваясь в мерный скрип пружин старого матраса, и звук шлепков когда их тела мягко соприкасались. Его руки сначала лежали у неё на талии, на ягодицах. Она вслушивалась в стон сквозь сжатые губы, в частое шумное дыхание. Ей должно быть приятно, и будет… Наверное. «Раз-два шнурки завязали Три-четыре в дверь постучали» Зачем то она начала припоминать считалку чтобы отвлечься, в то время как Сев всё более распаленный близостью продолжал двигаться, толкаясь с каждым разом быстрее, едва сдерживая стон, тихий, заставляющий дрожь пробегать по её телу. Она тяжело дышала, комкая в пальцах простыню. Надо потерпеть, всего лишь потерпеть. — Ты такая красивая Лили, такая сладкая… Я не могу… — слышался сбивчивый шепот над ухом, перемежаемый жадными, судорожными вдохами. Семнадцать-шестнадцать, служанки ждут Восемнадцать девятнадцать, на кухне стоят «Пожалуйста пусть это скорее закончится!» — взмолилась она мысленно. Движения стали резче, грубее и она ахнула. — Ай, осторожнее. — Да, Лили… Он сдержался, и на миг замер. Она вдохнула и стуснула зубы уткнувшись в подушку. Её уже не трахали жадно и нетерпеливо, а проникали медленно и настойчиво. Она не сдержалась от тихого молящего стона, господи, пожалуйста, скорее заканчивай, Сев… Раздался звук с которым выходит воздух, и она сжалась чувствуя как прилила к щекам кровь, но Сев ничего не сказал. Господи, как стыдно. Лили Эванс и её пердящая киска, один концерт в вашем городе, спешите слышать! Сильное чувство, не боли но и не удовольствия, словно прутом хлестало по нервам… Она терпела, стараясь не сжиматься, расслабится, позволить ему скользить внутри, наполняя её раз за разом, ощущая как растет гнетущее тяжелое напряжение в груди, внизу живота. Она уже сбилась со счета, казалось эта странная пытка никогда не кончится… Она обреченно тихо застонала, и Сев обнял, прижал её к себе, шепча что то паточно сладкое и это придало ей сил. Лишь в самом конце, это было немного приятно, когда он плотно прижался к ней, так глубоко, что она вздрогнула и выгнулась от вспыхнувшего искрой удовольствия. Но это чувство слишком быстро прошло, а затем он вышел из неё, и она смогла вздохнуть спокойно. Было не больно, но очень непривычное ощущение опустошенности не покидало её. — Ты… Всё? — М… Да. Она не сдержала вздоха. Огонь бущевавший, и сладко тянущий внизу живота и не думал гаснуть. У неё только что был секс. Она потеряла девственность. Совсем не то, что она себе навоображала. Даже близко не то, что Жофрей де Пейрак делал с Анжеликой в её первый раз, не то, что испытывала Конни Чаттерли в объятиях егеря. Как несправедливо. Она закусила губу. — А ты нет. — вздохнул Сев, верно поняв её скованность. Щеки у него горели, он всё ещё тяжело дышал, но выглядел расслабленным. — Прости. Прости меня тыковка… Я облажался. — Ничего. Бывает. — спокойно отозвалась она прикрыв глаза, садясь и одергивая юбку, подтягивая чулки. — Просто… Не знаю. Она вновь шумно выдохнула и поерзала, обхватив себя руками. Покачала головой пытаясь стряхнуть бегающие по телу мурашки и привыкнуть к новым ощущениям. К требовательному, сосущему чувству внутри. — Мне стоило продержаться дольше, я знаю. — вздохнул Сев. — Нет! Правда, это не потому… — Лили вздрогнула представив ещё несколько минут под ним. Как хорошо что он не стал сдерживаться! — Ты… хочешь ещё? — осторожно спросил Сев заглядывая ей в глаза, но опуская взгляд. Она покачала головой. Двух минут пихания толстенной колбасы в её киску на сегодня было вполне достаточно. Избавившись от кондома, Сев принялся одеваться, явно с некоторым чувством скованности. Усевшись рядом поднял на неё взгляд, изучающий, слегка встревоженый. — Всё хорошо, Сев, правда. — она слегка тронула его за плечо, погладила. — я просто очень боялась что будет больно, но всё в порядке. Она заставила себя улыбнуться. В конце концов он мог быть грубым, мог растерзать её, проливая кровь, почти насилуя… Ведь это был и его первый раз, откуда ему знать как правильно. Сев взял её за руку, поднимая взгляд, в глазах у него горел тот мягкий жаркий огонь всегда заставлявший её плавится и течь. Она вздрогнула, когда он коснулся её щеки, а затем губ, и нагнувшись к ней поцеловал. Она прикрыла глаза отдаваясь движению губ, снова заставляющему серебряные искры падать дождем к низу живота… Его рука легла ей на талию, а затем Сев мягко заставил её лечь, не отрываясь от её губ. Сердце колотилось ещё сильнее, она слышала только собственное тяжелое сопение. Неужели ему мало? Но зачем тогда он оделся? — Полежи со мной. Не уходи. — шепнул он и Лили расслабилась. Что ж, порвать её надвое сейчас в его намерения не входит. Может когда нибудь ей и будет приятно когда в неё засовывают член, но не сегодня… И не завтра. Господи, вот бы вообще никогда! Вот уж не думала, что секс так переоценен. Тепло объятий согревало ее, осторожные нежные поцелуи были такими сладкими. Она совсем расслабилась и успокоилась от нежных прикосновений. Хотелось уснуть от этой легкой грусти… Столько чувств, смутных ожиданий и всё напрасно. Ну почти — ведь он так нежно обнимал её сейчас. Сев прижимал её к себе, гладил, по талии, по бедру, пробуждая сладкую дрожь… Она хотела было вывернутся, когда он коснулся её за ухом, это прикосновение выбивало её из равновесия заставляя взрываться и таять… Вновь целовал в шею, уже более нежно, медленно, чувственно. Рука скользнувшая по бедру юркнула под юбку. Она открыла глаза и строго посмотрела на Северуса, изучающе глядящего на нее. Его рука уже легла на её трусики, а взгляд горел. — Позволь мне. — шепнули тонкие искусаные губы, в то время как пальцы замерли на слегка влажном розовом хлопке. Его губы были совсем близко, на бледную кожу ложились яркие отсветы от её волос. От яркости темных глаз напротив она терялась, чувствуя себя открытой, почти уязвимой. — Пожалуйста… Я знаю, всё было не так, но позволь мне загладить вину. — Ты не виноват… Ах!.. — она не сдержала короткого вскрика. Прикосновение, застало её врасплох и она почти что всхлипнула от силы обрушившегося ощущения. — О боже, да… — всхлипнула Лили, чувствуя невыносимое напряжение, но сладостное, желанное… И Сев вовсе не собирался прекращать, наоборот он настойчиво ласкал её погружая в горячий, сладкий трепет всё глубже. Огонь охватывал её всю, горячими стеблями обвиваясь вокруг ног, оплетая позвоночник, распускаясь внутри как пламенный цветок, прорастая сквозь грудь цепким вьюном, удушающим, не дающим вдохнуть… — Черт! — Лили! — притворно возмутился Сев, и у неё вырвался смешок. Она уткнулась в его плечо, прячась от этого наслаждения, которого слишком много для неё одной, слишком ярко оно обжигает её, слишком… Слишком… — Ещё… — она теряет себя, и уже не может сдержаться, сама двигаясь навстречу прикосновениям. И чужие пальцы неутомимо ласкают её, Иногда скользя чуть дальше, по краю влагалища, сжимающегося от дрожи в ожидании нежного касания. Сев целует её в губы, и она едва успевает дышать растворяясь в поцелуе. Его пальцы скользнули внутрь, и она застонала… –Боже. Господи… Сев!.. — твердила она уткнувшись ему в шею, оторвавшись от его губ невыносимо горячих, сжимая его в пальцах до боли крепко, а Сев и не думал останавливаться, продолжая мерные движения, пока она совсем не потерялась в ощущениях, утопая в пламени, вздрагивая всем телом не замерла, выгнувшись, чувствуя как пульсирует и судорожно сжимается всё внутри, и вся она горит возрождающим прекрасным огнем. Уже не так настойчиво, скорее нежно, успокаивающе его пальцы скользнули по мокрым лепесткам, и осторожно подтянули на место слегка липкую ткань. Она сжала его руку бедрами, не желая отпускать. — Я люблю тебя. — жарко прошептал он ей в ухо, обнимая, прижимая к себе. — А я тебя. — она едва находит в себе силы шепнуть это охрипшим шепотом. Казалось мир на миг сошел с рельсов и теперь медленно возвращался на место, будто кто то наколдовал «репаро» спустя миг после взрыва. Разомлевшая, Лили лежала, нежась в объятиях, пока не начало смеркаться. Когда Сев уже провожал её домой они шли под руку, и она улыбалась широкой улыбкой. Не могла не улыбаться. Мама точно поймёт что было — по её радостному лицу. Ну и ладно. Она чувствовала себя легкой, счастливой, и шагая чувствовала что ноги едва касаясь земли. Прохладный ветер не мог погасить того теплого огня, что горел теперь у неё в груди. Встречая взгляд Сева она понимала — он чувствует то же самое, и осенний холод не может коснутся его своей желтой листвой. Они в очередной раз переглянулись, и Лили вприпрыжку забежала вперёд и закружилась. Сев поймал её за руку, и они засмеялись, легко и беззаботно. — А знаешь… — сказал Сев с хитрой улыбкой — У тебя глаза немного косят когда ты… — Балда! — она слегка двинула его по плечу, но Северус, подлец, только рассмеялся, обнимая её, и целуя в макушку. — Знаешь меня наверное тоже. — понизив голос сказал он с легкой усмешкой — Ты просто не видела. — Когда нибудь я обязательно это выясню! — она легонько его ущипнула, и потянулась к его губам с поцелуем. Ветер проносил первые желтые листки мимо них. В новом учебном году у них будет много времени вместе. У них будет всё время мира. Вечность.