Часть 1

- Наташа! На голос мужа Наташа отвернулась от шкворчащей сковородки - и прыснула: - Ты чего это, Бронечка? Кто-то, может, и не удивился бы. Ну, стоит себе муж в самом что ни на есть утреннем виде - в рубахе, но без штанов! Однако, Бронислав Романченко в некоторых вопросах отличался армейской аккуратностью, и ходить по дому голоштанным привычки не имел. - Штаны потерял? - На месте, - со всем достоинством, какое позволял нынешний вид, отозвался супруг. - Да и не они одни на месте, вот дело в чем! Наташа хмыкнула. Ловко переставила на стол сковородку с уже готовой яичницей с салом, развернулась, и решительно направилась к супружеской постели. Вернее, до нее она немного не дошла. На стуле возле кровати как раз и обретались аккуратно сложенные мужнины штаны. А поверх этих самых штанов, свернувшись пушистым клубком, дремала кошка, черная, как сажа. И на эту самую кошку Бронислав Романченко почему-то косился опасливо, как на мину. - Опять! - шепотом пожаловался он. - Вот же Лихо, а... Верно ты ее назвала, Лихо и есть! Наташа вдруг улыбнулась и приобняла мужа. - А помнишь, Броня, она же так сразу улеглась... В первую ночь, как ты вернулся! - Помню, - буркнул тот. - Ей что, во всём доме места мало? Ты вон со своей подушки и то ее не гоняешь, а ей мои штаны подавай! Спящая кошка недовольно дернула ухом, и Бронька осекся. Вот уж правду говорят - не буди лихо, пока оно тихо. А уж это Лихо раньше времени будить себе дороже. Поцарапает спросонок - это так, мелочи. Но потом ведь целый день не уймется! То за мухами охоту устроит, и неважно, если на дороге кто-то покрупнее мухи окажется. То сметаны опять недосчитаешься, крынка - вдребезги, а это Лихо хвостатое уже на крыше сидит, умывается, достань-ка ее оттуда! И ведь не сделаешь ничего. Наташка на эту шкоду не надышится. И взаимно. Лихо к ней ластится, мурчит - трактор бы заглушила - и только ее одну и слушается. Иногда. - Просыпайся, соня, - Бронька аж вздрогнул от того, как ласково прозвучал Наташин голос. Да он за такую ласку наизнанку вывернулся бы перед ней, а тут... кошка! Глаза распахнула, зевнула во весь рот и - тут Бронька понял, что сейчас рассмеется - встала на задние лапы, передние сложила умильно, на Наташу уставилась... Цирк! - На ручки хочешь? Ну давай, - проворковала Наташа, и хвостатое несчастье то ли впрыгнуло, то ли перетекло ей в руки, освобождая наконец-то несчастные Бронькины штаны. - Ну наконец-то! - Романченко сдернул штаны со стула и натянул с такой скоростью, что спичка не то что догореть, а и зажечься не успела бы. Отряхнуться и потом можно. - Ты иди умойся, Бронечка. Яичница-то стынет. - Ага, - отозвался он, а сам и с места не двинулся, наблюдая, как тискает Наташа своё Лихо четырехлапое. И надо ведь ей и за ушами почесать, и по спинке пройтись, и по бокам. А эта... Ишь, разомлела. Жмурится, мурчит, аж жарко становится. Или жарко вовсе и не от этого? - Броня… - Наташа снова хихикнула. - Ну, милый ты мой, не расстраивайся... И тебя поглажу, дай срок. Подмигнула - Бронька аж воздухом подавился. Неужто у него всё на лице написано? Хотя, Наташа-то завсегда рассмотрит, хоть какое лицо сделай, да даже хоть кастрюлю на голову нахлобучь - не укроешься. И Бронька сдался. Вздохнул, глянул на жену просящими глазами и спросил хрипло: - Правда, что ли? - Правда, правда, Бронечка. Обещаю. Разве я когда такие обещания нарушала, а? Блеснули глаза из-под ресниц, будто обожгли. Но и успокоили. - Ну, раз обещаешь... - многозначительно протянул Бронька, вздохнул еще раз и всё же отправился умываться. Яичница ведь и правда стынет. Лихо, лениво щурясь под ласковыми Наташиными руками, повернула голову и глянула ему вслед. В кошачьей голове свои мысли бродили. О том, что нынче вечером она опять уляжется спать на те же самые штаны. Как делала и вчера, и месяц назад, и в ту памятную ночь, когда хозяйкин ненаглядный наконец вернулся. И больше не уйдет. Лихо уж постарается. Настрадалась Наташа без своего непутевого, хватит. Да и сам он вроде бы уже понял, что ночью без штанов никуда ему не уйти. Ну и правильно. Нечего этому котяре двуногому неизвестно где шляться. Дома надо мышей ловить. А о мухах - так уж и быть! - Лихо сама позаботится.