День второй

      Проснувшись часов 8, он вместе со своей семьёй отправился в столовую, что находилась в нескольких шагах от их домика. Переодевшись, он вышел, закрыв на замок дверь. Солнце уже светило тёплым летним зноем. На удивление, народу было мало, видимо всё ещё спят, либо скоро придут. Зайдя в столовую, они прошли в крайний угол, потому что всё ближние места уже были заняты. Оглянувшись, он увидел деревянные спинки стульев, массивные деревянные столы и стены, украшенные разным декором. Оставшиеся ещё с советского времени. На завтрак подавали манную кашу и кофейный напиток. На вкус не столь сладко и не столь противно, хоть до этого он относился ко всему этому с неким презрением. Позавтракав, он отправился гулять по лагерю наблюдая как другие отдыхающие играли в футбол. Но это его удручало. Он не видит смысл игры, да и желания он не блистал. Хотя бы были лавочки и на этом спасибо. Полутень от высоких дубов закрывала его от палящих солнечных лучей. Сидя в телефоне даже не заметил как прошло два часа. Закончив игру, все стали расходиться, кто куда. Некоторые к себе в домики, некоторые в крытый зал для настольного тенниса. Увидев своего отца он пошёл с ним. Зайдя в зал, там не было большего скопления людей. Присев на лавочку вдоль окна он наблюдал за более интересной, но всё так же нудной и монотонной игрой. Так прошло ещё пол часа. Не выдержав, он пошёл в домик. Как устал. Он прилёг поспать. Пролежав 2 часа, он решил выйти на улицу. Солнце уходило за горизонт. И все по выходили на улицу подышать и развеяться от ненастной жары и скуки. Вечером его отец пошёл праздновать победу со своими коллегами. Как позже оказалось, что это был не просто лагерь, а спортивный. Среди юристов всего города. Оставшись дома, так как он был стеснительным и не хотел идти к его коллегам по работе, он лишь слышал, да и видел, сидя у окна, как все веселятся. Все буквально без преувеличения. Начиная от подростков, заканчивая всеми остальными. Но он не мог туда пойти, так как он никого там не знал, а знакомиться он не хотел. Или даже просто боялся. Так он был лишь вместе с природой. Она была его вечным другом. Грусть и тоска ела его изнутри. Как же он хотел к ним. Повеселиться или даже выпить. Дабы развеяться от всего этого. Зайдя в дом с каменной грудью, он сделал лишь пару затяжек, надел наушники и лег, слушая музыку. Он просто лежал, ничего не делая, просто лежал. И ближе к двенадцати уснул.