***
В конце концов, «отдых» у старого пердуна я смогла выпросить. Почему в кавычках? Потому что прям отдыхом я это назвать ну не могу… Взамен тренировок, Гарп отправил меня на помощь к нашему коку. И ладно бы, если бы это была и впрямь помощь в готовке, потому что готовить я умею и люблю, но нет блять, меня отправили на заготовки! А все потому что Шеф-повар не доверяет бомжу, подобранному с необитаемого острова, что задело меня до глубины души (нет). Чистка овощей, нарезка и прочая фигня теперь была моей работой, что меня вполне устраивало. А вот юнги, на которых переключился Вице-адмирал, не очень-то обрадовались моему «отдыху». Нет, они не эгоисты, просто Гарп хер страшный. Кхм, но сейчас не о готовке. Когда старик наконец от меня отвязался, то у меня появилось в разы больше свободного времени и, соответственно, я наконец смогла познакомиться поближе с членами нашего экипажа. Кок — по имени Минато, с чего я поначалу конкретно так выпала, не в силах его называть по этому чертовому имени, потому что в голову сразу приходил образ белобрысого йондайме. Внешне мужчина довольно прост, но характером он мне прям зашел! Мужичок среднего возраста юморной такой.
Знаете такой тип людей, что не ведутся на провокации, их сложно вывести из себя, так они еще тебя и на место поставят без заминки, придумав что-то остроумное? Так вот это он. Общаться и работать с ним очень даже приятно, особенно когда он рассказывает свои истории с молодости. Так ведь он еще так интересно и захватывающе рассказывает, даже Гарп, если заходил на камбуз, дабы что-то спиздить из жрачки, обычно зависал, слушая историю вместе со мной, а после уходил, забывая, что хотел что-то взять. В общем крутой мужик, всем советую.
Следующий о ком бы хотела рассказать, так это наш корабельный врач. Довольно
страшная странная персона на мой взгляд… Герд — высокий, худощавый, крайне молчаливый мужчина, а если говорит, то настолько невнятно, что иногда приходится переспрашивать его по несколько раз, от чего становится крайне неловко. В очках и искривлённой осанкой, от чего поначалу я крайне сомневалась, что это медик. Да и характер у него… никакой? Ну не знаю я, как иначе это описать! Единственное, что формулируется в голове при виде него, что человек этот ни рыба, ни мясо. Его устраивает буквально все! То как люди к нему относятся, при чем неважно как они именно относятся к нему: грубо или хорошо. Его все устраивает. С ним невозможно завести беседу и поговорить хотя бы немного, ведь его ответы кратки, немногословны и скудны. Ощущение, словно ты разговариваешь с кем угодно, но не с человеком. Да мне даже с табуреткой было бы комфортнее вести диалог, не смотря на то, что она физически на это не способна! Но стоит отдать должное: врач он отличный, в особенности из-за его дьявольского фрукта. Честно, понять что это за фрукт я толком не смогла, но штука это крутая. Может лечить и изучать человека: его возраст, физическое состояние и прочее! Кстати, на счёт моего возраста. Если в моем мире, при смерти мне было семнадцать, то в данный момент я старше на шесть, ебать его рот, лет!
Помимо врача и кока, я познакомилась с нашим штурманом, которого часто мог заменять Богарт. Им оказался молодой парень по имени Хаято, но постарше меня на пару годиков. Профессионал в своем деле, что, кажется, знает Гранд Лайн как пять своих пальцев. Пояснил он это тем, что с младенчества находился на корабле, плавая со своим ныне покойным отцом, бывшим дозорным. С ним я сразу нашла общий язык, общаясь на одной волне так, словно мы знакомы сто лет в обед. И большую часть свободного времени я проводила с ним, болтая на различные темы, обсуждая все и всех вокруг. Помимо разговоров мы часто играли в карты или в угадайку. Что за «Угадайка»? Все просто. Мы угадывали известных пиратов или дозорных, задавая вопросы про их внешность и прочие характеристики. Довольно затягивает, правда со временем не остается известных личностей и становится скучновато. Если не оставалось игр и нам было скучно, то мы брали более тяжелую артиллерию, а именно пакостили всем кому попало. Конечно же с малым ущербом, а то нас потом заставляли убирать весь этот беспорядок, оставленный нами же… Кхм, в общем весело с Хаято, крутой парень! С остальными членами экипажа я так и не познакомилась, если только парой фразами перекинулись меж собой и все.
Уайт отсутствовал на протяжении двух дней и за эти дни я успела заскучать, так еще и Хаято работой завалили, от чего бездельничать мне приходилось в одиночку, что меня не совсем устраивало. Поэтому я решила побеседовать с Богартом, надеясь не наткнуться на старого пердуна, что обязательно бы дал мне работу, если бы увидел меня, прохлаждающую свою задницу без дела. Поначалу Богарта я довольно-таки опасалась, боясь его серьезную моську и нечитаемые эмоции. Но после, познакомившись поближе, я сделала небольшие выводы. Дядька то он серьезный на вид, иногда даже кажется, что если начнётся конец света, то ему будет посрать до глубины души с его-то невозмутимостью, но на самом деле это не так. Мужичок просто чувства свои выставлять напоказ не любит, в чем я его прекрасно понимаю. Но вот терпение у него просто феноменальное с моей точки зрения. Его то Гарп доебывает со своими вопросами, так теперь еще и я добавилась. Хотя, иногда все же его терпение имело свойство кончаться, например как сегодня рано утром…
— Богарт… — тихо подаю голос, словно прощупывая почву минного поля, что вот-вот обещало рвануть.
— Что на этот раз? — спрашивает он, кидая на меня короткий, предупреждающий взгляд, мол: «Выдашь что-то ебанутое опять, и я тебя за борт выкину.» Я лишь состроила самую невинную рожу и спросила с натянутой улыбочкой:
— А если так чисто теоретически подумать… — прежде чем я озвучила вопрос, он сказал:
— Ты думать умеешь?
Я недовольно взглянула на него, слегка сощурив свои серые глаза, а после ответила.
— К твоему сожалению или счастью да, — хрюкнула я, а после наконец задала вопрос, что мучал меня долгое время. — Так вот, если так подумать, то ведь у Теньрюбито должен быть распространен инцест?..
После моего вопроса, он даже оторвал взгляд от моря и посмотрел на меня как на умалишённую, ничего не говоря.
— Не смотри на меня так! Ты видел их загашенную внешность? Да и я сомневаюсь, что они согласились бы размножаться с «простолюдинами» — пояснила я, выжидающе смотря на него. Он лишь продолжал молча смотреть на меня, а после отвернулся и закурил сигарету. Я поморщилась, скосив на него недовольный взгляд негодования. Нет, ну он серьезно? Мы же с ним договаривались, что он рядом со мной старается не курить. После еще минуты молчания, он спросил:
— …Как ты вообще пришла к этому вопросу?
Я глупо моргаю и задумавшись на секунду, отвечаю, пожав плечами.
— Не знаю, мне скучно было…
После еще одной паузы молчания, он сказал с усталым стоном.
— Теперь я понимаю смысл фразы: «У беды одно начало — сидела женщина скучала.»…
Я лишь заржала и ответила:
— Приму за комплимент.
Он тяжело вздохнул, но ничего не ответил, на этом и закончился наш высокоинтеллектуальный диалог.
Уже ближе к началу дня. Блудный сын, то бишь Уайт, вернулся и честно говоря, никогда не думала, что буду рада увидеть эту наглую и высокомерную тварь вновь. Я стояла напротив него с максимально довольной рожей, пока он смотрел на меня в ответ с неким недоумением и подозрением. Хотя, его можно понять. Только-только вернулся с двухдневного полета, а его уже заёбывает какая-то сопля. Или, вернее сказать, хочет начать заёбывать. Он выгнул бровь и настороженно протянул:
— Фу-чан?..
— Хуй-чан блять, у меня на тебя великие планы. — ответила я, торжественно смотря на него, задрав голову. Он молча смотрит на меня несколько секунд, а после спрашивает.
— Какие планы?.. У меня есть право отказаться? Да и вообще-то я устал с дороги! — с каждым предложением его недовольство возрастало. Я лишь гаденько улыбнулась и ответила.
— Не-а, — делаю паузу. — По словам Хаято, мы скоро прибудем к острову.
— И?
— Осталось добавить «Аа» и вылитый осёл. — весело хмыкнула я. А у него аж глаз задёргался, но он ничего не сказал, хотя, я уверена, сказать ему было что. Какой хороший мальчик. Он тяжело вздохнул и наконец спросил:
— …Что за остров?
Я довольно улыбнулась на его слова, ответ не заставил себя ждать.
— Остров Веселья, слышал о таком?
Его недовольство постепенно сошло на нет и он выглядел более заинтригованно.
— Когда?
— Что когда?
— Когда мы прибудем на остров? — пояснил он, смотря на меня как на идиотку. Я че, по вашему мысли должна читать? Я недовольно фыркнула и ответила.
— Ближе к обеду.
Уайт задумался, потирая затылок и смотря куда-то в небо. Внезапно он довольно улыбнулся, хлопнул меня по плечу и сказал:
— Так и быть! Я уделю тебе немного своего драгоценного времени.
Я скривилась от легкой боли после его удара, силу которого он явно не рассчитал, и после кинула на него крайне раздраженный взгляд. Он сразу же убрал руку с моего плеча, неловко улыбаясь. Но его улыбка сразу же спала, после моих следующих слов.
— Спустить с небес на землю, боженька ты наш, пока я тебя сама не спустила. На колени. Ударом меж ног.
На мои слова он слегка скривился и посмотрел обиженным взглядом.
— Кто-нибудь, откройте окно! Эта сопля не понимает очевидного сарказма. — пожаловался он пустоте. Я лишь выгнула бровь на это.
— Открой свою черепную коробку и проверь наличие мозгов в ней, умственно отсталая шпала.
— А вот это было обидно.
— Поплачь об этом своей мамочке. — едко хмыкнула я, слабо ухмыляясь.
— Жестокая ты, Фу-чан.
— Ну, какая уж есть.
***
Я стояла на палубе, завороженно смотря на остров, к которому мы приближались. Музыку было слышно даже отсюда, так же как и было видно яркие краски разноцветных огней и красивые украшений. Уайт стоял рядом со мной и слегка улыбался, с бликом восхищения во взгляде, словно ребенок, смотрящий на заветную игрушку. Стоило наконец ступить на остров и приблизиться к шумящему городу, мы замерли с чувством глубокого благоговения и наивно-детского восторга; Празднество фестиваля бурлило жизнью. Счастливые толпы людей, словно реки, текли между пестрыми палатками и сияющими аттракционами. Яркие красочные огни расцвечивали ночное небо, превращая его в живой, пульсирующий гобелен. Фонари всех форм и размеров, словно светлячки, мерцали, освещая улыбающиеся лица. Приятный запах еды наполнял воздух, маня к себе ароматами жареного мяса, сладкой выпечки и экзотических специй. Звуки музыки смешивались со смехом и разговорами, создавая симфонию радости и единения. Дети с восторгом наблюдали за уличными артистами, а взрослые наслаждались дружеской атмосферой, забыв о повседневных заботах. Каждый уголок фестиваля дышал весельем и гостеприимством, оставляя в душе незабываемые впечатления.
— Как это… — я замолкла, не находя подходящих слов моему восторгу.
— …Ахуенно! — закончил за меня Чайка, я лишь прыснула, но кивнула.
Не медля, я взяла Уайта за рукав его плаща и потащила за собой, разглядывая все вокруг. Он рассмеялся, пытаясь меня остановить.
— Эй! К чему такая спешка?
Я все же сбавила скорость до обычного шага и немного пристыжено ответила.
— …Я впервые на фестивале.
Удивление на его лице читалось крайне легко и просто, а после удивление сменилось шоком и негодованием, пока его брови стремительно ползли вверх.
— Ты сейчас серьезно? Прям ни разу не была на фестивалях?
Я пожимаю плечами и отвечаю слегка неловко.
— Ну, да.
Он тут же поменялся в настрое и возбужденно сказал, таща меня за собой.
— Дура, чего ты раньше-то не сказала? Пошли, мы обязаны побывать везде, где только можно и нельзя!
Я лишь удивлённо смотрю на него, но после глупая и кривая улыбка сама расползается на моем лице, а щеки слегка розовеют. Не сказать бы, чтобы я любила подобные шумные и настолько многолюдные мероприятия, но собственно почему нет? Кто знает что будет с нами завтра, нужно жить и наслаждаться моментом насколько это возможно. Этот день обещал запомниться мне надолго.
***
Первым делом Уайт повел меня в сторону площади. Люди смеялись, танцевали под зазывающую музыку. Я лишь смотрела и слабо улыбалась столь приятному зрелищу. Словно это вовсе не опасный мир пиратов и прочей преступности, а что-то нечто жизнерадостное, теплое и живое. Что-то от чего на душе становилось так приятно, как никогда ранее. Я чувствовала спокойствие. Блондин смотрел на меня с чем-то странным во взгляде, с чем-то странным но словно приятным?.. Но так на меня ранее не смотрели никогда, от чего я почувствовала трепет в груди, что прошел так же быстро как и появился.
— Потанцуем? — спросил он, задорно улыбаясь. Я тут же стушевалась и начала отнекиваться.
— Не люблю танцы… К тем более тут слишком много народу. — пробурчала я, окидывая взглядом толпу.
— Ты стесняешься? — усмехнулся он, игриво выгнув бровь. Я мгновенно смутилась и отвела взгляд, слегка хмурясь, но не успела ответить, как он потянул меня за руку прямо в центр толпы. Я даже ничего сделать не смогла, как уже оказалась втянута в некий хоровод. Мне было крайне неловко, но и уходить было бы более неловко для меня. Что за замкнутый круг! Уайт лишь смеялся, и как только музыка сменилась несколько иным жанром, он вытянул меня из толпы обратно к себе, обнимая одной рукой за талию, а так же беря мою левую руку в свою и кружа вместе с собой. Я почувствовала, как щеки багровеют еще сильнее. Но я не отстранялась, лишь положила правую ладонь на его широкую грудь, на удивление наслаждаясь этим моментом, позабыв о своей боязни общества.
После танцев, Чайка потащил меня к ларькам с едой, точнее не потащил, а понёс, потому что от танцев у меня слишком болели ноги, так еще и обувь натирала… В общем, мои ботинки остались где-то в мусорном, почти заполненным доверху, баке. Я положила голову ему на грудь, лениво осматривая то, где мы идем своим боковым зрением, гарантируя заработать себе косоглазие. Остановились мы в на удивление тихом и комфортном заведении, где Уайт на свой выбор заказал нам поесть. После небольшого перекуса, в виде аппетитных онигири, мы отправились на поиск более удобной обуви для меня. По совету владелицы мы отправились в бутик, что находился не так далеко отсюда. На слове «бутик» я скептически посмотрела на старую женщину довольно приятной внешности. Но она заверила нас, что цены там не кусаются, и после чего мы отправились туда, все-же доверившись ее слову. На удивление цены в заведении и впрямь были приятны на глаз по меркам данного мира. В конечном итоге Уайт на свои сокровенные купил мне удобные греческие сандалии. Конечно же тут не такого понятия как «греческие сандалии», но по виду это были именно они.
Как только моя способность ходить вновь была рабочей, я более не удручала Уайта носить меня. Хотя вернее сказать, это он меня носил по собственным полномочиям и явно не горел желанием отпускать меня, оправдываясь тем, что я легкая. Но я лишь отмахнулась от него, гордо шагая впереди. Поначалу я слушала его болтовню, изредка как-либо добавляя или шутя. Но после я и сама не заметила, как поняла, что иду одна. Я пыталась разглядеть светлую макушку в толпе, но казалось все было бессмысленно из-за низкого роста. Я недовольно скривилась. Казалось, без Уайта все начало раздражать, а голова начала болеть от нескончаемого гомона толпы и прочих звуков.
***
Повсюду был шум, что уши горели желанием свернуться в трубочки, от нескончаемых криков людей. Я пробиралась сквозь толпу весельчаков, которые, казалось, не замечали ничего кроме ебучих фейерверков. Становилось до невозможности душно, дышать грудной клеткой было невыносимо, так вдобавок ещё из-за давки протолкнуться было практически непосильной задачей. Я с такой силой пробивалась через людей, что в один момент не заметила как толпа уменьшилась и я буквально вылетела из неё, спотыкаясь. Вероятно, я бы упала носом прямо в землю и расхерачила его в кровь, но вместо этого посадка оказалась на удивление довольной мягкой. Только спустя время я поняла, что не падаю, а часть моего лица упирается во что-то упругое, похожее на чью-то жопу. Я, скажем так, приахуела. И ладно если это было что-то не живое, но оно же блять начало шевелиться! Я ахуела ещё сильнее. Откуда то сверху донеслось вопросительное ворчание. «Твою мать, только не говорите, что это человек.» — моментально пронеслось в голове. Наконец, я смогла отпрянуть от своей недавней спасающей от падения подушки. В ту же секунду я почувствовала как воздух рассекает что-то невидимое для глаза. Не думая, я тут же сделала выпад, совершив кувырок назад. Кажется уроки с волей старика не прошли даром. Тогда я смогла рассмотреть, что или кто находилось передо мной. Огромный под 3 метра, мать его, человек! Я словно выпала из реальности, в которой я и так недавно очутилась, пытаясь сфокусировать свой помутневший взгляд.
— Фуфуфу, что за нахалка, а? — внезапно уверенный голос заставил меня вздрогнуть. Стоящий передо мной человек явно был не так прост, иначе бы от него не исходила столь зловещая аура.
Подняв свои глаза, я наконец догнала, кому я только что врезалась в задницу. Мужчина с загорелой кожей в малиновом костюме и со странной на спине шубой с ярко-розовым оперением. Его причёска была не менее странной, как, в принципе, и весь мужчина. Вместе с этим на его лице были изогнутые солнцезащитные очки. Ебана мать,
Дофладилдо Дофламинго! Получается, я только что смогла избежать его нити? Кому не расскажи — не поверят, особенно старый пердун, засмеёт разве что. Это же Шичибукай, при том ахуеть какой сильный. Так я его ещё и облапала…
— Так и будешь молчать, куколка? — по лицу урода расползся фирменный оскал, от которого меня бросило в лёгкую дрожь. — Назовись.
— Фуккацуми. — я едва смогла вымолвить из себя своё имя из-за кома в горле. От услышанного Донкихот разразился смехом. Да что ему не понравилось, хорошее же имя!
— Смогла увернуться от моей лески, неплохо… но слишком недостаточно. — весело хмыкнул он. Мысли панически вертелись в моей голове. Как блять от приятного вечера я докатилась до этого?! Конечно же я понимала, что мне сейчас до силы Дофламинго, как раком до луны, а сбежать мне, кажется, не дадут. Ведь я тут же почувствовала, как что-то странное коснулось моей кожи. Только я хотела повернуться и посмотреть, что вызывает такие ощущения от соприкосновения с моим телом, как этот урод продолжил:
— Если двинешься, считай, что ты труп. — он казалось крайне наслаждался моей паникой и страхом. И когда только успел! Я в лапах Джокера без возможности как-либо пошевелиться. Зашибись!
Сердце билось так бешено, что обещало вырваться из моей груди или словно ещё немного и оно остановилось бы, ну или этот ублюдок бы сжал его своими ебучими нитями до такой степени, что его просто бы разрезало на части. Воздух засел у меня внутри груди и никак не мог выйти. Послышался звук каблуков. Очевидно, что этот уёбок приближался ко мне в своих не то подкрадулях, не то бархатных тягах. Цокот стал будто смертным приговором, отсчитывающий секунды до моей смерти. Но если бы всё было так просто. Подойдя на достаточное расстояние, Шичибукай замахнулся ногой и со всей силы въебал мне прямо по животу. Острая боль пронзила всё моё тело, да так, что казалось я вот-вот увижу мать его Роджера. Что-то хрустнуло. Я сплюнула кровь, что только-что появилась у меня во рту. Только я смогла вздохнуть грудью и пережить первый удар, как тут же мне нанесли второй, от которого я отлетела на несколько метров. В ушах все зазвенело, а в глазах потемнело. Ну что за джентльмен, я хуею! Как обращаться с девушками его вообще не учили? Или он только на насилие и способен? Я сморщилась и постаралась не то, чтобы не двигаться, а не дышать, чувствуя как нити внезапно оставили порезы по всему телу. Но я не сдержалась и задержавшийся воздух наконец вышел из моих лёгких, от чего захрипела. Едва я смогла приподняться на локти, как тут же нога вдавила меня в землю.
Ебучее фламинго не останавливалось, продолжая хуярить меня своими ногами. Он бил меня по всему, до чего дотянутся его кривые лапы: по лицу, конечностям, груди. Я сжалась калачиком, закрыв голову руками. «Сука, как больно!» — хотелось скулить, как последняя сука. И единственное, что я слышала, это его ебучий смех, который мне в кошмарах являться будет. Возможно такое избиение длилось с вечность, я потеряла счёт времени. Только я молила всех Богов, чтобы эти пытки прекратились, как я перестала ощущать удары по своему телу. Может, я умерла? Иначе почему вдруг эта жертва аборта остановилась? Но появилась одна маленькая проблема: моё обессиленное тело начало подниматься. Трудно не догадаться, что этот гад использует свой фрукт, свои нити. Как же я мечтала засунуть их ему в его сраку.
— Ну и позабавила же ты меня куколка, — как бы иронично это не звучало, но я действительно было куклой, над которой он измывался — Но ты мне изрядно наскучила.
Играясь со своими пальцами, он заставил меня подняться на ноги. Донкихот вновь расплылся в своей ухмылке и продолжил смеяться. Честно сказать, я бы тоже смеялась от своего вида: вся побитая и измученная. Если бы не леска, которая держала меня, как марионетку, я бы точно свалилась. Но кажется на это он как раз и рассчитывал. Мгновенно сила, что удерживала меня на ногах, исчезла, и мои конечности не в силах удержать меня, подкосились. Я приземлилась точно на колени, перенося на них весь свой вес и урон от падения. Хруст заполнил недолгую тишину. Меня будто двести двадцать вольт ёбнули, ей Богу. Я завопила наверное так, как за всю свою жизнь не орала. Блядский рот, мои колени с хуевыми суставами! Слёзы бесстыдно текли по моим окровавленным щекам. Ухмылка Шичибукая на секунду померкла, он слегка не ожидал столь бурной реакции. Но после он лишь усмехнулся вновь и снова замахнувшись ногой, он ударил меня по голове. Мой, по ощущениям, труп врезался в невесть откуда взявшуюся стену. Оставив на ней багровый след, я упала на бок. Я лежала не в силах пошевелить даже кончиками пальцем. По лицу стекали слёзы и кровь. В голове был лишь белый шум, пока перед глазами вновь все плыло. Мне хотелось уже просто отключиться, но сквозь пелену послышался голос Уайта. И меня словно вернули в реальность.
— Уайт, идиот, не смей сюда лезть… — хрипела я невесть кому, захлебываясь слезами. Когда все это наконец закончится?
Я не могла понять, что происходит, где я и сколько времени прошло, как я находилась в состоянии полу-отключки. Но лишь изредка мое сознание просачивалось в реальность. Крики радости сменились криками паники, некоторыми моментами я даже чувствовала сильное неосязаемое давление, а так же внезапно появившийся голос Гарпа… Стоп, что? Я с трудом разлепила свои очи, заставляя себя хотя бы немного побыть в ясном сознании, но поняла, что зрение вновь неясно. Из последних сил протёрла глаза и проморгалась, но зрение так и оставалось неясным… Оно было не то чтобы неясным, оно было помутневшим, что напугало меня не на шутку. Мысли вновь путались, но я отчетливо слышала слабое, но одновременно сильное «Живи».