Часть 12

POV Хирузен

      Странный этот Нотт. Почему он, в свои на вид лет шесть-семь, стал анбу Данзо? Что-то тут не чисто… Я не хотел отдавать ему одного из своих лучших Анбу, но пришлось одолжить, дабы не вызвать подозрений. Он слишком внимателен и умен для ребенка. У него слишком хорошо получается обучать этих бездарей. Не могу позволить им продолжать в том же темпе… Иначе мне станет слишком опасно находиться в деревне, под присмотром анбу корня.

End POV Хирузен

      Во время этих рассуждений в дверь постучались. Хокаге позволил войти незваному гостю. Или точнее, как оказалось гостям. — Хокаге-сама, команда пришла для получения новой миссии. — отрапортовал заявившийся Хатаке. — Хм? — Каге задумчиво хмыкнул, а позже хитро улыбнулся. — Конечно-конечно. У нас критически не хватает шиноби для выполнения такого количества миссий. Большинство из них слишком высокого ранга для вас, так как вы еще только генины. Но не будем забывать, что вы являетесь особой командой, которую ждет хорошее будущее в карьере. Вообщем, вам дается довольно сложная миссия, заключающаяся в поимке и устранении нескольких отступников из группы людей, называющих себя «Стаей белого дома». Наши шиноби выяснили, что завтра они будут находиться на границе между страной Дождя и страной Волн. Я могу рассчитывать только на вас. — закончил свой монолог Хокаге, мысленно ликуя от наивности этих детей. — Какаши-сенсей, мы обязаны взять эту миссию! Мы справимся, правда! — начал лепетать Сарутоби младший. — Хм. Хорошо, но… — пепельноволосому не дали договорить, перебивая того радостными визгами и возгласами в предвкушении предстоящей миссии.

***

      В начале этой миссии все, казалось бы шло хорошо, однако, под конец этой подозрительно легкой миссии ихожидала ловушка, в виде засады из десятка шиноби-отступников.       Каждый из команды сражался, помня, что дома их ждут родители и братья или сестры. Однако это помогло не всем. Хотя Хатаке и пытался всеми силами защитить детей, но это у него получилось не так хорошо, как ему хотелось бы. Кей и Саёри пали смертью храбрых, защищая раненого Исаму. Те погибли прямо перед Учихой, что пробудило его мангеко-шаринган. Да, он не считал их семьей или чем-то вроде нее, пусть он и не показывал этого, но, тем не менее, он был привязан к ним. Когда Хатаке убил последнего отступника, то сразу подбежал к Саери, потерявшему сознание. Он видел, что остальных уже не спасти. Широкие сквозные ранения уже не залечить никакими техниками. Он тихо выдохнул, но нашел в себе силы, чтобы поднять на руки Саери и рвануть подальше от этого места. Чуть позже он решил вернуться в Коноху, но не рассказывать Хокаге о том, что Учиха выжил. Он больше не доверял ему. Хирузен мог послать на эту миссию своих анбу, показывать того же Какаши, но вызова не было. Он специально подстроил это. Он желал этим детям смерти или, как минимум, инвалидной коляски до скончанья дней. Хатаке решил сохранить в секрете жизнь Учихи от всех, кроме Лиса. Тот должен знать обо всем. Тот не является личным псом Каге.       В этот момент в дверь дома Какаши постучали, однако тот, находясь в сильном алкогольном опьянении, не обратил на этот звук никакого внимания. Через пару минут в открытое окно залетел Лис. Хатаке не сразу узнал его из-за мутной пелены на глазах. Лис начал допрашивать Какаши что с командой и почему они не тренируются. После долгой истории Хатаке Теодор пришел к выводу, что это задумка Хокаге. Ему было не выгодно иметь под боком сильную команду, что подчинялась явно не ему. — Слушай меня, Какаши. — Нотт посмотрел в глаза анбу. — Раз Хокаге не знает, что Исаму жив мы можем воспользоваться этим. Он пойдет в Корень, Данзо-сама с радостью примет его. Ты тоже можешь вступить в Корень, но в то же время оставаться в Анбу Хокаге. Шпион в подобном месте будет нам на руку.       В этот момент Саери, что спал на диване в паре метрах от Анбушников, проснулся. — Саери! — Теодор подошел к мальчику. Приведя мальчишку в порядок Нотт начал важный разговор, в ходе которого те решили, что Исаму всё-таки пойдет в Корень. И, на всякий случай, сменит имя, которое тот уже выбрал — Лиам.