Faithful Knight | 1 Дракон

      Допросная ощущалась очень маленькой, но в тоже время уютной. Колумбина полностью растворилась в этом странном ощущении и в ожидании первого заключённого – закрыла глаза. Она с головой окуналась в собственные размышления.       Впервые увидев заключённых девушка неприятно удивилась – она явно не ожидала такого большого количества детей и подростков. Она насчитала не то четверых, не то пятерых. "Почти половина... Не думала, что так много детей нынче записываются в убийцы," – надзирательница вздохнула. – "В любом случае, моя работа - просто вынести вердикт. Не так уж и сложно, правда? Я справлюсь. По крайней мере, первый из заключённых выглядит самым надёжным... И самым грозным из всех. Ну ничего, справлюсь..."

Тук-тук.

      Колумбина широко раскрыла глаза и тут же поправила очки. – Да, заходите, заключённый 001!       Дверь со скрипом открылась и в комнату вошёл мужчина. Он был невероятно высокого роста – метра три, не меньше – из-за чего при входе ему пришлось сильно скрючиться, лишь бы поместиться в дверной проём. У него были растрёпанные ярко-красные волосы собранные в нелепо пышный хвост. На лице была небольшая, ухоженная и такая же красная борода как и все его волосы.       Колумбина даже засомневалась, а бывают ли по-настоящему настолько красные волосы, ведь выглядело это очень неестественно и странно. – Прошу меня простить за опоздание, госпожа надзирательница, – с лёгкой улыбкой произнёс мужчина, выравниваясь и тихо закрывая за собой дверь. – Дети задержали, не мог им отказать. – Всё в порядке, – по непонятной, для самой Колумбины, причине, но ей было невероятно спокойно с этим великаном рядом и как-то злиться совсем не получалось. – Присаживайтесь, господин.       Заключённый коротко кивнул и аккуратно сел на стул напротив девушки. Этот стул явно был ему мал, но он всё равно продолжал улыбаться, словно привык. – Итак, господин, Ан... Андж... Анджих... – Анджихатур Хан Илиштар. Всё хорошо, многие моё имя не могут прочитать или произнести, – он снова мягко, по-отчески улыбнулся – можете называть меня Анджи, госпожа Колумбина. – Хорошо, господин Анджи. Можете немного рассказать о себе? – Ну... Даже не знаю что рассказать. У меня есть замечательная жена и пятеро детей! Старшие сыновья уже работают и не живут с нами, а вот дочки ещё с нами, хах!       Глаза Колумбины удивлённо округлились. – Ого... Пятеро? – Да! Четверо родных и одну девочку взяли из приюта. – И как вы справляетесь? Наверняка это очень непросто растить такое большое количество детей...       Анджихатур пожал плечами. – Честно? Не знаю. Может, сердце смягчилось после войны, может жена так на меня влияет... А может просто хочется дать то, чего у меня самого не было. Один Бог его знает.       Колумбина сделала какие-то записи и с недоумением посмотрела в лицо Анджи. Оно было мягким, хоть и уставшим – видно и стресс и бессонные ночи, что отразились в серебряных прядях, которые он отчаянно закрашивал синей краской, и в лёгких морщинах на желтоватом лице. А глаза, светло-голубые глаза – так и искрили добротой и нежностью ко всему вокруг. Надзирательница не понимала, как такой человек может быть убийцей. – Вы сказали, что-то про войну... Воевали? – Да... Было дело, – он стыдливо потёр шею – не люблю вспоминать то время, на самом деле. Молодым был, вспыльчивым, не мудрым... Много дров наломал. – Убивали? – Много, госпожа Колумбина, много... Я этим совершенно не горжусь, – он грустно вздохнул. – Война такая... Неправильная. Много невинных гибнет. Я старался избегать жертв, но не выходило... Никогда не выходило...       Видно было, что он сожалеет о содеянном и сердце надзирательницы кровью обливалось, видя Анджихатура таким печальным, поэтому она попыталась сменить тему. – Расскажите немного о других заключённых. Вы выглядите самым общительным среди них всех... Хочется немного узнать про них из чужих рассказов. – Ох, другие ребята, – кажется, мужчина был озадачен, хоть и повеселел. – Разные они. Авель, вот, буйный. Маленький, хоть и кажется взрослым. Ещё почему-то Ахалию не взлюбил... Не знаю почему, она очень вежливая... А вот Коллетт старается с мужчинами не оставаться один на один. Видно по ней - боится чего-то. Мастер отчуждённый от всех, не общается ни с кем... Демитрос тот ещё сплетник! Всё обо всех пытается узнать, так что будьте с ним осторожны, госпожа! А дети... Травмированные. – Травмированные? – Многие из них - сироты. Или с очень жестокими родителями. Знаете, дети как цветы - по ним всегда видно, что не так. Они хрупкие - сломать легко. Не все справляются. Вот Тоша - у него глаза пустые, безжизненные... Бедный мальчик, боюсь представить, что он пережил... У Фин - ожог на лице, это же ужас! Кто так к детям относится?! За такими как она нужен особый уход, а тут такое... – Особый уход? Почему? – Ох... Ну понимаете, госпожа... Есть некоторые дети, которые рождаются... С особенностями. – Оу, вот как...       "Это будет определённо весело..." – У Бродяги тоже есть особенности, но он более социализирован... Луни - выглядит самой здоровой из всех. Правда, расстроена очень сильно, ведь скучает за отцом. – Понятно...       Каждое слово аккуратно записывалось, чтобы не потерялось по дороге и чтобы в будущем понимать, что делать дальше. Правда, сейчас Колумбина совсем запуталась.       "А казалось всё таким лёгким... Фиг тебе! И как теперь судить?"       Анджихатур же терпеливо ждал, хотя его грубые пальцы чесали чокер на шее. – Не нравится украшение? – с интересом спросила девушка. – Если честно... Не люблю, когда что-то на шее. Напоминает... О не самых хороших временах. Я могу его снять, госпожа надзирательница?       Колумбина отрицательно кивнула головой. – К сожалению, нет. Это поможет, когда будет проигрываться песня о вашем преступлении. – Ох... Вот как... Тогда постараюсь смириться с этим, – он снова улыбнулся. – Тогда... Чтобы не тратить ни ваше, ни моё время, может, начнём? – Прежде чем мы начнём, последний вопрос... Что вы думаете касательно своего преступления? – Я превысил уровень самообороны и мне за это жаль, но я защищал свою семью и я верю, что это было правильно с моей стороны. А вот какое решение вы примите - пускай это будет зависеть от вас, не от моих слов.       Колумбина кивнула и активировала куб. Последнее, что услышала девушка перед появлением клипа, так это тихое мужское "надеюсь, песня красивая будет"...

***

Faithful Knight

Моя леди, мой лунный цвет

Не забыть мне твою защиту

Не забыть мне твою доброту

Моя леди, мой лунный свет

Не забуду я во век

Спасение твоё из пучины мрака

Молодой человек в броне рыцаря вырывается из тьмы, разрывая цепи на шее и конечностях, подбегает к женщине в серебристом платье и нежно целует её в щёки, боясь прикоснуться к чему-то настолько нежному и прекрасному.

Моя леди, клянусь тебя защищать

Моя Луна, клянусь тебя оберегать

Моя леди, клянусь защищать детей твоих

Моя Луна, клянусь защищать плод чрева твоего

Проходит много лет – рыцарь и леди взрослеют, становятся старше, начинают появляться первые морщины на их лицах. Вокруг них начинают бегать дети, чем-то похожие на рыцаря и леди. Семья счастлива. Однако...

Моя леди, куда ты исчезла?

Моя леди, где жемчужина наша?

Куда исчез свет Луны?

Кто похитил сердце моё?

Кто похитил тебя, моя любовь?

Кто забрал тебя, лунный свет?

Рыцарь остаётся совершенно один. Он растерян и напуган. Он бегает, пытается найти свою леди, но вокруг ничего, кроме следов крови. Лицо рыцаря бледнеет, а на его глаза наворачиваются слёзы.

Моя леди, я клялся, что защищу

Моя Луна, я клялся, что сберегу

Моя леди, время пришло

Моя Луна, я вас сохраню

Внезапно, здание в огне. Мужчина с кем-то яростно борется, истекая кровью и страдая. Он вырывает из рук недоброжелателя жемчужину и прижимает её к груди, как самое ценное, что есть в его жизни.

Моя леди, не плачь

Твой верный рыцарь всех победил

Всех чудищ истребил

Моя Луна, не грусти, я тут, не бойся

При свете Солнца и в тени Луны

Верный рыцарь будет рядом с вами

Противник рыцаря бьёт его по голове, после чего испуганная леди прижимает к себе плачущую девочку со светлыми волосами и начинает молиться. Драка продолжается.

Моя леди, как жемчужина наша?

Моя Луна, как дитя твоё?

Моя леди, я справился?

Моя Луна, достоин ли я быть с тобой?

Руки рыцаря в крови. Он плача смотрит на жену с дочкой, после чего подбегает к ним и очень крепко обнимает их.

***

      На глазах девушки появились серебряные слёзы, из-за чего Анджихатур выглядел явно озадаченным. – Госпожа Колумбина?.. – Анджи, позовите, пожалуйста, следующего...       Он молча кивнул, так же беззвучно встал, открыл дверь, тихо попрощался и согнувшись в три погибели, вышел из допросной. – Сентиментальная ты, Колумбина. – внезапно заговорил Джекалоп, что всё это время сидел где-то в углу. – Да нихрена! Просто... – Считаешь его невиновным? Я, конечно, не буду принимать за тебя решение, но помни, все они - убийцы. Думай с умом.       Колумбина вздохнула и одним движением руки стёрла слёзы со своего лица. Ей нужно принять решение, каким бы сложным оно ни было.