Часть 12

Ветер колыхал уже пожелтевшие листья с высоких крон деревьев, надувая холодную погоду. Деревня скрытая в листве, а точнее Мадара находился в предвкушении от предстоящей встречи с главным поставщиком продовольствия. Усердный месяц переговоров всё таки убедил этого человека посетить Коноху. Фура Ибики- один из влиятельных людей по логистике товаров среди поселений. На его счету более тысячи поставок различных фруктов, овощей, рыбы, мяса и много другого. Он предоставлял не только высококачественные продукты, но и обеспечивал их транспортировку, охрану, а также гарантию на высшее качество. Поборов в свое время мелких конкурентов, Фура подмял под себя многих больших торговцев, отчего полюбился многим феодалам. Многие мелкие торговцы завидев лихого господина, поняли, что не справятся с такой конкуренцией отчего и стали работать на него, продавая свой товар и деля с ним процент от покупки. Так уж вышло, что такая цена не по карману в нынешнее время многим мелким деревушкам, что уж говорить о простых поселениях. Несмотря на это, Фура не жаловался на недостаток денег, отчего соглашался работать только с платежеспособными. Он долго не мог согласиться на уговоры сотрудничества с Конохой, считая, что деревня новая и не сможет должным образом платить. Но взвесив всё, решил дать шанс, так как иметь врага в лице самого Учихи Мадары наверное было намного хуже.  Как только господин прибыл в деревню, его поселили в небольшой гостиничный домик, где останавливались многие уважаемые люди, когда прибывали в деревню на переговоры. Обрабатывать Фуру Ибики будет один Мадара, после долгих диалогов с Первым и его братом, они пришли к выводу, что мягкость Хаширамы может послужить отказом, так как Фура перестанет бояться грозного Мадару на фоне лояльного Первого. За час нахождения в деревне, старшему Учихе уже доложили о прескверном характере господина. Его утомила дорога, ему не нравится погода, плохие дороги, ветрено, неприветливая охрана, плохие покои, тёплая вода, вообщем старик придирался практически к каждой мелочи и отказывался от предложений что-то исправлять.  Мадара дописывал последние свитки по делам клана, намереваясь успеть к назначенной встрече с Ибики. Вырисовывая последние иероглифы, которые были явно кривее остальных, в голове то и дело всплывали моменты вчерашнего вечера. Злость, идущая от сердца Учихи, смирялась холодным разумом, твердя своему хозяину что сейчас не до этой девчонки. Томно дыша, Учиха тушил нарастающее пламя,  которым он в последнее время слишком часто стал обжигаться. Сейчас он начинал более серьезную игру по завоеванию связей Кента, и харАктерная девчонка не должна была мешать его мыслям. Наборот от неё он должен был получать удовольствие, а  не проблемы.  Скрестив руки на груди и прикрыв глаза, Мадара сосредоточился на своих мыслях. Такое положение ему всегда помогало прийти в себя. Отгонять мысли тоже самое, что сбегать с поля боя. Ввиду характера бойца, он знал что только встретившись лицом к лицу со своим страхом его можно победить. Поэтому встречаясь со своими мыслями, а не погоняя их, он аккуратно расставлял их в своей голове по полочкам.  Наконец-то собравшись, Учиха покинул свои покои через окно, направляясь на встречу.  Лина сидела за небольшим столиком в своей комнате, реставляя шогги на доске. Отец всегда играл с ней в эту игру, развивая стратегическое мышление. Выиграла Химе у него лишь один раз, и то спехнув свою победу на поддавки отца. Делая различные ходы, Тенсей вспоминала как ходил отец, как рассказывал выгодность тех или иных ходов. Девушка громко выдохнула, не желая больше мучить себя воспоминаниями. Не желая придумывать себе соперников, Тенсей просто играла за двоих, выдумывая коварные ходы для себя самой же. Голова была занята и не отвлекалась на не нужные мысли вчерашнего вечера. После ухода Мадары, девушка долго ещё обдумывала произошедшую ситуацию, твердя себе о том, что для достижения своих целей нужно перестать его злить. Как бы она не хотела, разум вдалбливал ей, что нужно переступить через себя, нужно узнавать его, доверять, общаться, но юнешеский максимализм подкаливал бурный нрав.  Признаться самой себе Лина не могла, не могла попросту начать смотреть на Мадару не как на объект всепоглощающей злости. Она понимала, что чем больше наблюдает за ним в привычной для него обстановке, тем больше хочет его узнать. Не как воина, политика, главу, а как человека. Боль и обида путали мысли и прятали весь здравый смысл. Так ведь всегда проще, обвинить кого-то во всех бедах в своей жизни и отречься от собственной боли, переложив её на какого-то плохо человека.  Ещё выдохнув, девушка обхватила себя за голову, кажись играть за двоих не так уж и просто. Но как всегда говорил отец, только играя против самого  себя можно вырасти. Закончив партию, Химе решила перейти к более приятному делу- чаепитию. В другой части деревни тоже проходило своё чаепитие. Мадара уже пол часа выслушивал от Ибики недовольства по поводу его дороги в деревню. Как бы Учиха не старался перевести разговор ближе к делу, противный старик лишь морщился, отмахиваясь от бумажек. Продолжая ворчать, Фура-сама недовольно размахивал руками, ожидая что Мадара поддержит его ну или как минимум начнет успокаивать. Но глава Учих лишь подпер щёку рукой, выслушивая бесполезные и утрированные истории. Атмосфера в комнатушке накалялась по мере возгласов старика, противный голос переплетался со старческой хрипотой своего хозяина, превращая его в настоящую пытку для людских ушей. Мысли Мадары уже давно улетели далеко за пределы этой комнаты, если бы остался здесь и вслушивался в речи этого надменного и капризного человека, то взорвался бы спустя пяти минут разговора с ним. Как только Мадара понял, что сидеть так бессмысленно, он решил брать ситуацию в свои руки. Старик был возмущен, зол и явно бы не подошел сейчас к их вопросу серьезно. Кое - как успокоив его, Мадара заверил, что его люди будут выполнять любые его просьбы о которых только тот попросит. В конечном счете, они сошлись на том, что завтра в более приятной и домашней обстановке они обговорят всё в доме Мадары.  Учиха возвращался домой в плохом расположении духа. Договариваться с этим типом было  очень трудно, что порядком злило и бесило молодого главу. На дворе стояла глубокая ночь, пока Мадара все же дошел до поместья. Остановившись возле порога, мужчина развернулся, решив зайти с другой стороны.  Лина блаженно спала на мягком футоне, изредка морщась от ярких сновидений. Если быть откровенным, то впадать в глубокий сон девушка начала с недавнего времени. До этого момента, она часто находилась в полусне, оставаясь на чеку. Страх от незнакомо места и людей вокруг, заставлял девушку  жертвовать таким приятным делом.  Окно в комнату Химе аккуратно отворилось, Мадара ловко пролез через него, будто это было обыденным делом. Выпрямившись во весь рост, мужчина оглядел окунувшуюся в темноту ночи комнату. На небольшом столике возле окна стояли шогги. Мадара подошел ближе, рассматривая расположение фигур на доске. Не сложно было догадаться, что девушка играла сама с собой и явно зашла в тупик, используя свои стратегии. Подумав пару минут, Учиха переставил фигурки на столе таким образом, что затянувшаяся ничья закончилась победой одной из сторон.  Ниндзя был бесшумным, настолько, что казалось даже Бару за дверью до сих пор его не услышал. Оглядев футон, Мадара заострил внимание на девушке. Хрупкое тело под одеялом, блаженно спало, что выдавало вздымавшееся от дыхания одеяло. Учиха сел на корточки, разглядывая лицо своей жены. Девушка дышала так тихо, что ему пришлось прислушаться дышит ли она вообще. Совсем тихое посапывание и движение ресниц, выдавало жизнь в этом тельце. Прядь волос небрежно свисала на лицо девушки, то и дело маня её убрать. Мужчина аккуратно убрал прядь назад, стараясь не разбудить владелицу. Злость от сегодняшнего дня ушла, эмоции бушующие от прошлой встречи наконец-то поутихли, придавая своему обладателю здоровый рассудок. Мадара всматривался в умиротворенное лицо жены, всё дальше погружаясь в дебри своих мыслей. Мысли о работе переплетались с мыслями о ней, об их встрече, об его судьбе, ведьме, Кента, и многом другом, возвращаясь к одному: почему она? Кто она? Как её использовать? Учиха не мог ответить на эти вопросы, когда находился в её присутствии. Появляясь рядом, страсть била в голову с такой силой, что кроме её тела, волос, кожи, глаз, он больше не мог или не хотел не о чем  думать.  Глаза девушки постепенно стали открываться, будто бы сквозь сон она почуяла его присутствие. Заспанная и растрепаная, Лина приподнялась на локтях, спросони вглядываясь в темноту ночи. Никого. Крепкие пальцы сжимали ягодицы девушки, вальяжно расположившейся на коленях Учихи. Лина откинула голову назад, пока Мадара покрывал её шею горячими поцелуями, не переставая гладить по спине. Издав блаженный стон, девушка притянула его к себе страстно целуя. Жар исходящий от обоих, уже заполнил всю комнату, создавая настоящую парилку. Воздуха катастрофически не хватало, но отрываться друг от друга они не хотели. Мадара продолжал целовать её губы, прикусывая их до крови. Наконец-то отстранившись, Тенсей томно дыша, смотрела в глаза своего мужа. Их носы по прежнему соприкасались друг с другом, глаза девушки внимательно всматривались в самые страшные глаза этого мира с особой нежностью и страстью.  Мадара завороженно, будто бы под гипнозом наблюдал за ней. Белое лицо, немного подрумяненные щеки, растрепанные волосы, искусанные красные губы, он бы продолжал тонуть в ней пока уловил отдаленные звуки.  Учиха резко распахнул глаза, лежа на своей кровати. Сон. Это был сон. Мадара сонно потёр глаза, ощущая на себе руки.  -Как ты сюда зашла,- лениво проговорил Учиха, вновь закрывая глаза. -Я так соскучилась, - Мизуки продолжала сидеть на своем господине, одаривая его грудь поцелуями.  Мадара схватил девушку за бёдра, переложив ту на кровать. Сам перевернулся на бок, продолжая надеяться на сладкий  сон. Обычно он спал очень чутко и мог услышать Мизуки ещё раньше. Но этот сон, полностью охмельнил молодого главу, не давая вовремя сориентироваться. Мизуки же  не сдавалась, продолжая водить своими пальцами по плечу мужчины. -Уже поздно, иди домой, - пробормотал Мадара, хоть и выглядел он вполне умиротверннно, внутреннее чутье  подсказывало, что не стоит испытывать его терпение. -Помнишь, как нам было хорошо? Неужели ты совсем не скучаешь?- пискляво проговорила девушка, всё теснее прижимаясь  к Мадаре. Учиха не отвечал. Лишь продолжал дальше неподвижно лежать, дожидаясь когда же она уйдет. Боль вновь стала разрывать грудную клетку, на глазах Мизуки выступили слёзы, хоть и темнота ночи тщательно их скрывала. Девушка окончательно приблизилась к Мадаре, но видя его отношение внутри зарождалась самая настоящая злоба. Хотелось кричать, бить его, рушить всё вокруг, а её и вовсе задушить. Он никогда не отказывался от неё, конечно Мизуки знала, что Мадара  не хранил ей верность. Но только она была с ним всегда, предана ему и его постели. Только она знала его, видела его в разных моментах и, конечно, считала себя особенным человеком в его жизни. Ревность. Она жирала Мизуки изнутри, заставляя тлеть в этом пагубном чувстве. Она не могла ему надоесть, она не могла смириться с этим. Мадара был слишком консервативен для такого.  -Этого не может быть, Мадара,- девушка стиснула зубы, унимая нарастающую злобу и окончательно подступившие слёзы, продолжила, - Ты не можешь её любить, ты не способен любить женщин,- тихие, но такие громкие слова произнеслись  на одном вздохе в кромешной темноте.  Глаза Мадары распахнулись и тут же прожгли девушку. Цепкие глаза из подлобья тяжелым грузом упали на хрупкий взгляд девушки. Ресницы Мизуки продолжали блестеть от выбившихся слёз, но она не переставала смотреть на него так, как никогда не посмела бы раньше. Мадара приподнялся на локтях, не отрываясь от неё. Сердце Мизуки забилось быстрее, мужчина словно скала навис над ней.  -Ты права,- совсем тихо, проговорил Мадара, прежде чем грубо притянул её за волосы. Учиха не отпускал Мизуки до самого утра, даже не пытаясь заглушать её крики. Рано утром, когда он закончил с ней, как ни в чем не бывало шиноби  покинул свое поместье. Мизуки ещё некоторое время решалась встать, вся заплаканная и потрепанная, девушка пыталась покинуть дом до того как в нём станут просыпаться люди. Порванная одежда, боль в теле и внизу живота, ссадины и гулкая печаль от этой ночи тяжелым грузом осели в её памяти… Жители деревни провожали самые крайние тёплые деньки, которые дарила им погода. Был глубокий обед, Мадара стоял возле входа территорию Учих, ожидая визита Ибики. Молодому главе снова доложили о прескверном настроении почетного господина, на что Мадара был совершенно не удивлен, даже сомневаясь бывает ли тот в ином настроении.  Ко входу стала подъезжать повозка, несмотря на то, что господина расположили совсем недалеко, он предпочел не идти, а всё же ехать. Не унимаясь возмущаться на долгое ожидание и дороги.  -Добро пожаловать на территорию моего клана Ибики-сан,- Мадара слегка поклонился в знак приветствия. -Благодарю, хоть и дорога была неважной, яма на яме, ещё бы чуть-чуть и меня бы вовсе укачало,- возмущенно проговорил Фура, деловито размахивая своим веером. -Прошу пройдемте внутрь, надеюсь обед возместит негативное впечатление о дороге,- любезно выдавил из себя Мадара, решившись промолчать о пожелании чтобы его укачало. Пока они шли до поместья Мадары, он рассказывал Ибики о своем клане, немного истории, показывал как устроен их квартал. На удивление, Фура даже повеселел и с неподдельным интересом слушая своего собеседника. Ввиду хорошей погоды, было решено провести обед на природе. Наори повстречала господина глубокими поклонами и помогла уместиться в беседке.  Шли часы, беседка была наполнена различными разговорами то и дело, напоминающие американские горки. Темы переплетались между собой с невероятной скоростью, заставляя двух господ тщательно держать нить разговора.  -Фух, Мадара, мне по вкусу твоё саке,- дурманно произнёс мужчина, держа в руках рюмку. - Я рад, что Вам пришлось по вкусу, когда мы обговорим все детали, я дам вам координаты этой лавки с саке,- Учиха отпил рюмку не морщась. -Ооо ну да да, точно,- Ибики легонько отпил немного содержимого, звонко затягиваясь закуской. -Что касается нашей сделки, на вчерашней прогулке мне посчастливилось встретить Господина Хокаге,- Ибики громко зажевал кусок риса, - Признаться я и не знал, что он такой чурбан, - Фура закончил с рисом и приступил к остальным блюдам, продолжая говорить с полным ртом. -А так, я думаю паре человек может придутся по вкусу ваши места. -Паре- это сколько?- серьезно спросил Мадара, прожигая господина напротив. Как он и предполагал, пообщавшись с Хаширамой, старик решил позабыть о своих предрассудках. -2-3 человека,- непринужденно бросил Ибики, смакуя рыбу. -Вы же понимаете, что для нашей деревни это крайне мало,- Мадара кое- как сдерживался, пытаясь не применить силу. -Ну чтож, если вам и это неугодно, то уж простите, я вам не девушка, чтобы приходиться по вкусу,- запищал дед, гордо вздернув нос. -Обычно я не прихотливый,- терпению мужчины пришел конец,- И с такими разговариваю обычно по другому,- чакра распространилась уже куда-то далеко за пределы, стража Ибики тут же напряглась, оголяя оружие. -Вы мне сейчас угрожаете что ли? Не забывайтесь, Мадара. Я знаком с самим феодалом страны Огня, и в случае чего ему не составит труда решить вопрос с вашим Хокаге. А судя по нему, то разговор будет короткий,- брови старика схмурились, наблюдая за реакцией Мадары.  Пока обстановка окончательно не накалилась, Изуна поспешил к брату.  -Прошу прощения за то, что встреваю, но мне передали, что комната где расположился господин Фура-сама была затоплена,- Младший Учиха решил спасать ситуацию подручными методами, перенаправляя вектор разговора. -Да что вы, немедленно туда, там же мои вещи,- Ибики подскочил с места так, будто бы и не был стариком. Суматошно гоня своих людей спасать его вещи, Ибики похлопал Мадару по плечу. -Ох и заставил же ты меня напрячься, вот что значит Учиха,- смеялся Ибики, - Так уж и быть, дам 4-х людей,- продолжал Фура, направляясь к выходу. Мадара нашел в себе силы проводить этого господина, не понимая издевается ли тот или в правду считает, что 4 его  поставщиков смогут спасти экономику их деревни?  Продолжая свирепствовать, Учиха вернулся назад в беседку. Допив стакан с саке, он громко поставил кружку на стол, проклиная этого старика. Была бы его воля, он бы задушил его ещё вчера. Гневные мысли кружили в голове молодого главы, не замечая рядом болтающего Изуну. Прикрыв глаза, Мадара пытался усмирить нрав, возвращаясь к здравому смыслу. Спустя пару минут, Учиха двинулся куда-то в поместье. Лина сидела на полу у стены, всё так же играя в шогги. Наори с утра не было, даже завтрак принёс ей Бару, намекая что сегодня важные гости. Не вдаваясь в подробности, девушка продолжала тлеть в своей комнате. Сегодняшняя партия в шогги была интересней остальных, хотя бы потому, что за дверью и в доме слышались постоянные шаги и сумахота со стороны Учих. Лина лишь изредка улавливала разборчивые слова, пытаясь понять кто же этот гость.  К глубокую обеду голоса прекратились, отчего она вновь погрузилась в тишину игры, пока пару минут назад фигуры на её столе не затряслись от мощного вихря чакры. Такая мощь принадлежала только одному человеку в этом доме. Девушка замерла на месте, когда услышала тяжелые и уверенные шаги по коридору. Не успев собраться с мыслями, дверь в комнату отварилась. Темные глаза девушки встретил шаринган.