Часть 54

      ________________       Итоге голосования в конце главы. Всем приятного чтения.       Внимание, могут быть ошибки! Если найдёте, то кидайте в личку/публичную бету.       ________________              Выбор — без выбора.              Рука Артёма медленно разжала пальцы левой руки, отпуская оружие. Скрипнула броня, не успевая за телом. Меч исчез в голубой вспышке. Ладонь звонко ударила по наплечнику Миранды. Звон ещё не смолк, когда толчок отшвырнул девушку с линии огня.              Воздух на разрушенной военной базе будто бы превратился в бетон.              Коллекционер, среагировав на движение, определился с целью, наведя на выбранного противника ствол оружия. В чёрном зеве стала разгораться звезда.              Мозг капитана мгновенно рассчитал траекторию выстрела. Словно красная линия отметила путь луча. Разум уже почти ощущал эту боль.              Правая рука пошла вверх. Второй меч был в воздухе, когда стальная хватка сомкнулась на лезвии, порождая искры.              Ноги сделали два шага. Пыль только начала подниматься, потревоженная поступью.              Замах. Перехваченный на манер копья меч отправился в полёт. Пел свою песнь виброгенератор.              Шеп ощутил удар в спину. Заработали реактивные двигатели рюкзака. Пламя, словно нехотя, вырвалось из сопел.              Ступня неловко опустилась. Хрустнул сустав. Лишь чудом он удержал равновесие.              Миранда только поняла, что летит. Она только начала поворачивать голову вправо, туда, где стоял капитан.              Луч вырвался из ствола, тяжёлый и медленный, будто продираясь сквозь воздух.              Вдох. Капитан плотнее сжал зубы. Рубикон пройдён.              Пышущее всеми оттенками синего оружие поравнялось с копьём света, разминувшись.              Мышцы обожгло болью. Хруст сустава догнал восприятие.              Поток энергии коснулся скафандра, ударив в правый наплечник. Металл мгновенно окрасился красным, исчезая. Копьё света продолжило путь.              Артём дёрнулся, выгибаясь, стараясь минимизировать ущерб.              Вскипел гелевый подбой. Жалящее излучение дотронулось до кожи…              «Доспехи крепки! Я — Железо снаружи!» — прогремели первые строки мантры в голове, вгоняя тело в экстренный режим.              Нервы дёрнуло холодом. Они испарились быстрее, чем был сформирован болевой импульс.              «И дух мой силён! Я — Железо внутри!»              Жидкость вскипела, разрывая волокна, что не успели испариться. Вспыхнула кость. Луч всё продолжал скользить вниз и наискось.              Кончик меча прорезал броню гуманоида, расширяя дыру. Импульс толкнул его вместе с оружием. Сжигающий свет поменял траекторию.              Вся правая сторона горела. Расплавленный металл вгрызался в кожу. Правое плечо испарилось. Рука, ещё секунду державшая меч, исчезла в облаке пепла.              Выдох. Грудь капитана обожгло болью. Корка на прижжённом мясе лопнула, обнажив рёбра. Нога вновь подкосилась.              Остриё меча показалось между лопаток коллекционера. Оставалось три шага…              Стук брони. Миранда упала на бок, только сейчас увидев движение оперативника.              Хруст. Сдались мышцы правой ноги. Из плохо прижжённой раны брызнула кровь.              Кончики пальцев касаются рукояти. Левая рука дёргает меч вниз, вспарывая брюшину.              Шаг в сторону. Разворот.              Завывая, лезвие вгрызается в шею. Хватка разжимается.              Хлопок. Девушка выстрелила. Пуля прилетит в уже мёртвое тело, но это будет потом…              Жест активации. Телекинез хватает Рису за ногу. Рывок невидимой руки. Разумная кошка летит в Шепа.              Ещё два шага. В глазах человека темнеет. Риса врезается ему в грудь. Он подхватывает почти невесомое тело товарища. Инстинктивно…              Грохот упавшей башни. Злой треск пламени, у которого отняли жертву.              Уже в полёте время вернулось к привычному бегу. Боль догнала человека.              Потеряв управление, реактивный ранец потащил человека и кошку в сторону, виденную только ему. Совершив несколько пьяных кульбитов, они попали в хватку телекинеза Миранды.              На лбу девушки выступил пот от усилия. Полностью отдавшись контролю невидимой силы, она мягко подтянула раненых к себе. Оба грузно упали на землю возле её ног.              — Вера… — прошептал капитан, глядя мутными глазами на Миранду, склонившуюся над ним.              Разум окончательно уступил боли. Темнота. Холод. Последние искры сознания угасли, растворившись в пустоте.       

***

      Где-то далеко, в космосе, стоило одному голосу на время умолкнуть, зазвучали другие. В полумраке корабля коллекционеров слова Аргона прозвучали, будто скрежет когтей по камню:              — Ожидаемо. Если ты думал, что демонстрация ущербности твоих болванчиков меня тронет, то ты сильно ошибаешься, — хрипло выдавил из себя бывший командир «Аргентум».              Его нисколько не впечатлила транслируемая картинка битвы его бывшего подопечного.              — Мне нет дела до твоих ожиданий, органик, — безразлично констатировал главный коллекционер. Некогда гордый протеанин, а ныне лишь насекомоподобная марионетка, повернулся к человеку. Переступая на своих четырёх ногах, пустая оболочка погасила экран, погрузив отсек в почти осязаемый мрак. Существо, которое не могло существовать без ниточек кукловода, склонило голову, позволяя жнецу лучше рассмотреть лицо собеседника через взгляд куклы. — Ваша участь уже предначертана.              — За мной придут другие, — парировал офицер, распятый под потолком отсека. — Тогда посмотришь, что предрешено.              Он выглядел несгибаемо, даже несмотря на раны, голод и отсутствие одежды.              — Это просчитано. Незначительная погрешность.              Звук соударения хитина и каменного пола возвестил о приближении марионетки, которая вышла из поля зрения Кузнецова. Лишь холодные прикосновения ветра к обнажённой коже подсказывали ему, где марионетка врага.              — Как и твоя оптимизация, рудимент из плоти и крови, — произнёс кукловод, будто уже сверившись с чем-то.              Бывший командир рассмеялся тихим скрипучим смехом. Сухой воздух выпивал влагу, иссушая слизистые.              — Я не буду вам служить, сколько раз говорить. Ваш же дурман на меня не подействует, — отрезал человек.              — Есть вещи, неподвластные и настолько далёкие для вашего примитивного разума, что вы даже осознать их не сможете. Спираль уже свершила столько витков, что вы и не можете представить. Редко кто из вашей формы бытия может принять очевидное, — речь жнеца стала ещё холоднее. — Ты уже наш инструмент, человек. Прямое вмешательство — не венец наших возможностей. Вскоре ты поймёшь бесполезность своих потуг, как и органической формы.              Сухие губы человека исказились в оскале.              — Тебе легче убить меня, чем сделать своим рабом. Даже спустя годы…              — Не годы, — поправила его марионетка. — Десятилетия. Шаг за шагом мы перекроим твоё естество. Сделаем тебя лучше. Чем раньше ты это примешь, тем меньше испытаешь боли… Твоя участь — стать нашим орудием. Твои руки начнут Жатву…              В пустоте никто не услышит чужих криков боли. Истинный повелитель судеб принялся за работу, создавая безупречный шедевр. Он станет одним из последних аккордов органической жизни в своё время.       

***

      Пока одни решали судьбу галактики, другие лишь думали, что решают. В бескрайнем космосе затаился небольшой дипломатический корабль. Его обтекаемый корпус и изящные линии выдавали в нём судно Республики Азари.              На борту высокопоставленные дипломаты выжидали момент, чтобы начать свою игру — представить свою расу во всём блеске, укрепив репутацию миротворцев. Пока флоты СССР и Иерархии проливали кровь, достопочтимые азари, едва достигшие возраста матрон, изнывали от скуки в роскошном салоне.              — Долго эти варвары ещё будут всё крушить? — капризно протянула одна из них, лениво отпивая сок из бокала. — Такими темпами от Гегемонии ничего не останется.              — По расчётам аналитиков — совсем недолго, — проворковала её коллега, специалист по традициям. — Чем больше они перебьют друг друга, тем лучше для нас и для Пространства Цитадели.              Помедлив, она добавила с опаской:       — Турианцы в последнее время стали слишком самоуверенными…              — Поэтому мы и висим в пустоте, — перебила её дипломат с едва скрываемой меланхолией. — Ждём, пока два варрена вдоволь передерутся. Даже гипотетический шанс их союза нельзя допустить.              — Но разве плохо, если новая раса вольётся в наше сообщество? — наивно хлопнула глазами языковед. — Рыцари Цитадели тоже когда-то были дикарями, пока мы их не цивилизовали.              — Были, — дипломат оживилась, сбросив показную скуку. — Но мы использовали это в свою пользу. Не обольщайся — они так и остались дикарями, только теперь с оружием посовременнее.              — Разве? — удивилась языковед, откладывая планшет.              Мастер традиций лишь иронично хмыкнула:              — Про твою слабость к турианским гребням знает весь дипкорпус.              — Зато у меня была личная жизнь, в отличие от тебя! — вспыхнула та. — И должность я получила заслуженно, а не через постель!              — Ох, как интересно… Но, кажется, мы наконец движемся, — с облегчением прервала их дипломат, которой этот спор уже надоел.              В отличие от них, она не разбрасывалась ни словами, ни связями. Потому и занимала высокий пост.              «Дипломатия — это не только переговоры, но и умение так лечь под оппонента, чтобы он свято верил, будто это он тебя, а не ты его…» — вспомнились ей слова одной матриарха.              Она понимала: жизнь, хоть и долгая, может рухнуть в один момент. Провал — и столетия прозябания, даже среди элиты.              «Но если всё получится…» — её пальцы сжали планшет так, что побелели.              С хищной улыбкой, которую не скрыл бы даже самый искусный макияж, она вновь погрузилась в работу, игнорируя болтовню.              По данным аналитиков, турианцы вот-вот разобьют часть флота СССР. Слепо поверив прогнозам, дипломат не предполагала, что где-то за световые годы от её удобного кресла израненные, но не сломленные корабли Союза продолжали вести бой.       

***

      Словно со слышимым в вакууме грохотом, два флота вновь сошлись в сшибке. Подобно средневековым рыцарям, остриё атакующего клина воинов Палавена навалилось на строй СССР. Приняв смертоносный шквал, корабли Союза, уже порядком потрёпанные, одновременно двинулись вперёд. Будь на месте космических странников средневековые витязи, они бы качнули монолитной стеной щитов, разбивая бурю.              Красный флот держал строй. Корабли менялись, будто движимые гигантской каруселью, что давало восстанавливаться плазменным завесам и перезаряжаться орудиям главного калибра. Многие вымпелы уже пестрели пробоинами. Шпангоуты торчали обнажёнными костями, лишившись брони. Из дыр сочился воздух. На палубах бушевали пожары. Всё больше на месте орудийных башен и батарей появлялись пустоты. Целые секции корпусов превращались в руины.              Техники спешно ремонтировали всё, что было можно. Матросы латали обшивку и тушили пламя. Канониры творили чудеса, выдавая скорострельность, превосходящую расчётную. На многих кораблях гремели абордажные схватки. Гул реакторов разносился по проходам, резонируя с бронёй. Шипели системы охлаждения орудий, ослабевшие от длительного боя.              Само пространство изгибалось от киловатт энергий и килотонн взрывчатых веществ. Космос, тёмный и мёртвый, ожил в апокалиптическом великолепии. Пустое пространство расцветало взрывами и лучами лазеров, чтобы быть пожранным дюзами звездолётов.              Всё больше вымпелов исчезало со сканеров, но эскадра СССР раз за разом смыкала строй, не давая появиться брешам в своих рядах. Пусть офицерам и матросам не доставало реального боевого опыта, они постигали науку воевать в этой чуждой всему живому среде с удивительной скоростью. Раз за разом единый организм военной машины Союза отвечал ударом на удар.              Буквально единые разумные не нуждались в словах или приказах. Каждый знал, что делать. Вместе они усиливали друг друга. Более того, те, кто остался в тылу, помогали бойцам. Учёные анализировали, инженеры искали бреши, военные придумывали тактики, а гражданские подбадривали матросов и офицеров.              Даже погибшие, но проснувшиеся в информационном пространстве, снова вставали в строй, беря на себя управление системами и снимая нагрузку с ещё живых товарищей. Смерть не была оправданием, чтобы прекращать сражаться, для коммуниста!              Вот только эскадра проигрывала бой. Медленно, пятясь назад и заставляя платить противника кровью за каждого убитого и каждый пройденный шаг, но проигрывала. Турианцы, выучкой и железной дисциплиной ничем не уступавшие советским космолётчикам, двигались вперёд. Медленно и методично их корабли вскрывали линии обороны.              Встретив достойного противника, который не дрогнул от численного превосходства, легионеры выкладывались на полную. В их понимании этого требовала честь…              Вместо звонкой победы матросы и офицеры всё больше ощущали привкус тлена. Долг требовал идти вперёд, во славу Иерархии и Флота… Честь — вывести память об этой битве чёрной копотью.              Они сражались против тех, кто сделал то, что они должны были сделать давно! Иерархия должна была пройтись по Гегемонии катком, огнём и железной поступью легионов, чтобы отребье всех мастей познало возмездие! Вместо этого Рыцари Цитадели, связанные торговыми договорами и долговыми расписками, защищали убийц, насильников и контрабандистов, убивая таких же воинов, как и они. Воинов, которые пришли, не лицемерили и просто сломали хребет мрази…              Пусть они творили такое, от чего вздрогнула вся галактика, но их добычей не были невинные. Впервые за века мразь получила своё, ощутив на своей шкуре, каково было их жертвам. Легионеры кривились от этой жестокости, одновременно подмечая её эффективность и понимая, что из-за них она и произошла. Им не хватило выкорчевать гниль в зародыше.              Сейчас между Рыцарями Цитадели и азари пролегла ещё одна трещина. Больше не будет так, как раньше. Как бы ни закончилась эта битва, Иерархия в ней не победит, даже уничтожив последний корабль противника…              Адмирал СССР стёр целой рукой кровь. Его флагман был в первой линии. Бывший дворянин, принявший когда-то сторону красных, и не мог подумать, что его путь окончится за тысячи световых лет от родной планеты.              Он, будучи юнкером, и про космос смутно представлял. Тем ироничнее была жизнь и будущая смерть. Только офицер ни о чём не жалел. Он был горд, что встретит свой конец в бою, стоя бок о бок с товарищами. Адмирал знал — даже если флагман погибнет, его сознание продолжит бой.              Его коллега, по ту сторону, турианец, мысленно просил духов простить их. Не думал он никогда, что война будет так горька на вкус. Тут и додуматься можно было, что их долг — неправильный. Если его так штормит, то что творится в головах у рядовых? Не принесёт эта битва ещё больше смуты, чем уже?              Женщина-пилот закрутила свой истребитель, снова бросаясь в круговерть битвы. Громада вражеского линкора затмила весь обзор.              Двигатель горел. Основное орудие уничтожено. Последняя ракета так и не сорвалась со стартового пилона. Она умрёт, но сделает это на своих правилах!              Там далеко её дети. Она — мать. Она ведёт бой, чтобы ужас, который они здесь выжгли, никогда не пришёл домой.              Юркий корабль устремился в последний полёт. Последний, но яркий в своём финале…              — Прекратить огонь! — разорвало эфир сообщение с обеих сторон. Два адмирала практически одновременно отдали приказ, получив информацию от своих правительств.              Два флота словно налетели на невидимый риф. Корабли словно застыли в янтаре. Космос замер в шатком равновесии, где одна искра могла вновь разжечь ад.              На мостиках кораблей повисло недоумённое молчание. Даже самые ярые вояки замерли, не веря своим ушам.              Пилоты, матросы и офицеры, разгорячённые битвой, разом ощутили всю усталость, до конца не веря в происходящее. Неужели политики наконец договорились?              Где-то за миллионы километров от кровавого хаоса битвы действительно звучали слова, изменившие ход… всего.       

***

      — …Мы ждём ваших посланников, — оставил за собой последнее слово азарийский дипломат, разрывая сеанс связи.              Главный координатор СССР снял с виска «Мысль», устало растерев лицо руками. Короткий разговор дался невероятно тяжело. Одно неосторожное слово могло обернуться крушением всех планов и привести к миллиардам жертв. Слишком большая ответственность для одного человека.              «Успели. План выполнен в полном объёме, вовремя, как нельзя кстати», — промелькнула у него в голове мысль, полная горькой иронии.              Фигуры были расставлены на игральном поле галактики. СССР вступил в партию с шулером, что уже раздал краплёные карты. Теперь оставалось разыграть представление под названием «Переговоры с Цитаделью», но для начала…              Выдохнув, Сеченов убрал от лица ладони, поворачиваясь к висящей чуть правее центра его кабинета голограмме.              — Надеюсь, товарищ Лебедев, у вас была веская причина настоять на данном решении? Ваша просьба… повременить со связью стоила нам множества жизней.              Сейчас для него это был ни коллега, ни друг, с которым они прошли множество невзгод, а подчинённый, который хранил множество тайн.              — Коллега, вы сами понимаете, что я не могу сказать, — так же устало произнёс учёный, бессменный глава Академии Последствий. — Я и так пошёл на риск, озвучив причину. Прогнозирование будущего — зыбко.              — Я знаю, что любая мелочь может изменить его до прохода точки бифуркации, — согласно кивнул Сеченов. — Даже, казалось бы, обыденность, как «Радио Будущего». Никаких вычислительных мощностей не хватит, чтобы осознать, что льющаяся из репродукторов музыка каждый квант времени — разная. Но мы тут не дискутируем по поводу теории…              На Лебедева посмотрел уже не академик Дмитрий Сергеевич, а Волшебник, требовательный и беспощадный в своей логике. Выбранный правитель, остановивший битву, связавшись напрямую с дипломатами Цитадели, задал интересующий его вопрос:              — Надеюсь, когда-нибудь вы мне всё же расскажете, что вы увидели годы назад?              Глава Академии и пророк от науки в одном лице, осторожно подбирая слова, ответил:              — Обязательно. Иначе наше будущее будет кошмарным. Сейчас же я могу только сказать, что осталось относительно недолго. Граничные условия почти наступили. Сами понимаете, нельзя рассказать про то, чего просто пока нет.              — Поэтому стране и народу остаётся только положиться на ваш ум, — с ещё большей усталостью в голосе подытожил Волшебник.              Связь оборвалась, оставив в кабинете гулкую тишину и тяжёлые мысли о будущем, которое нельзя предсказать, но нужно изменить. Лишь метроном, продолжавший свой бег, нарушал тишину и уединение кабинета правителя…       ________________       Товарищи! Голосование окончено. Победил, с большим отрывом, вариант «Е»:              Жизнь для Рисы. Шеп играет в героя, спасая всех. Эффект: Шеп — чуть не сдох. Миранда — плюс к карме (спасает Шепа и Рису). Риса — тяжёлые травмы. Подъём морали команды в перспективе. Шеп делает шаг в героизм, а за ним и весь отряд.              Спасибо всем тем, кто проголосовал на Fikbook и Author.Today! У автора дома обитают три гордых хищника, и сам он любит кошек, так что я рад выбранному вами варианту.              Ещё отмечу, что много людей проголосовали за вариант «Ё». Для них будет приятный бонус в последующих главах. Мне не сложно, а вам приятно.              Прочитав ваши комментарии, я смею заверить: злоупотреблять подобного рода интерактивами, как голосование, — не буду. Все приправы хороши, пока не перебивают вкус основного блюда. Кроме того, сами голосования моему авторскому замыслу мешать не будут. Если я их инициирую, то это означает, что заранее проработал на уровне концепта все варианты и то, как их интегрировать в сюжет. Опыт есть. Был момент, когда помогал одному мастеру...              Теперь же про планы. Не за горами отметка в 300 лайков на Author.Today. В плане достижений для себя я выбрал эту отметку как старт начала ведения записей в блоге. При достижении 400 лайков заведу Telegram-канал. Взяв 500, создам профиль автора на Boosty.              На последнем остановлюсь подробнее. Я долго думал про это и о том, как всё организовать, если дела пойдут хорошо, и остановился на следующем — чтобы было интереснее. Помимо иллюстраций, автор дружит с нейросетями, и, начиная с некоторого количества глав вперёд (от 5 до 10 — тут как пойдёт), буду публиковать фрагменты по мере написания. В идеале это позволит мне выкладывать контент практически каждый будний день, пускай и понемногу. Это в идеале и в будущем. «Камень по голове» — ещё никто не отменял.              В начале же страница будет для желающих поддержать автора, ну и как резервная платформа. Просто, смотря на другие страницы там, у меня начинает болеть пролетарская совесть. Я как писатель полного метра — начинающий, только уверенно встал на путь пера и воображения. Для меня важны ваши впечатления. Не хочется писать «в стол». Ну и, естественно, на одной истории и мире я не планирую останавливаться! Как в «Геймере» поётся: «Про чудесный мир, что дрогнет под пятой…»              Поэтому мне интересно ваше мнение. К примеру: какой бы вы сделали протез Артёма — полимерным, как в трейлере второй части, механическим или просто пересадили клонированную руку? Я-то уже определился, но мне интересны ваши варианты. Напишите их в комментариях.              Касательно книги: арка войны кончилась. Со следующих глав начнётся арка политики, а после — послевоенного сосуществования.              Получилось немного много букв, но как-то так.