Глава 1. Папа, мы теперь разведчики.

***

Шиа

Экипаж медленно двигался в направлении главного разведывательного корпуса. Лу́на смотрела в окно, разглядывая окрестности. Вряд ли её занимала местная архитектура. Все наши мысли были поглощены только хаосом, что творился в городе, в правительстве и особенно в нашей семье. Как вообще можно было представить, что я и моя сестра отправимся на встречу с командующим разведкорпуса в надежде, что он примет нас в свои ряды? «Никогда не приближайтесь к этим выродкам-разведчикам!», — так в сердцах говорил отец о них. При упоминании об этом подразделении вены на его шее буквально вздувались от злости. Со временем и мы с сестрой, при каждом слове о разведчиках, начали испытывать стойкую неприязнь к ним. Злость заставляла сжимать челюсти, а отчаяние образовывало комок в горле, который мог привести к ненужным слезам. Хотя мы и были воспитаны в строгости и жёсткой дисциплине военной полиции, моя сестра всегда оставалась весёлой и общительной, в отличие от меня. В голове моментально всплыли слова: «Шиа, Луна! Эмоции не должны управлять вами, а вы должны управлять ими!» Не могу сказать, что я была абсолютно апатичной личностью, но мне больше нравится наблюдать за людьми, узнавать их, а потом уже взаимодействовать с ними. В своей жизни я никогда не искала друзей или нового общения — мне всегда хватало семьи и книг. Оставаться в тени мне всегда помогало выражение лица — точнее, отсутствие на нём каких-либо эмоций и полное безразличие к происходящему. А вот Луна была совсем другая, на её лице часто сверкала улыбка, добродушный взгляд очаровывал людей. В принципе, помимо аргументов, что мы отличные солдаты, есть надежда на Лу́ну и её способность располагать к себе, ведь между разведкой и военной полицией не осталось никакого доверия. Тем более мы дочери одного из самых значимых и влиятельных руководителей военной полиции, который в данный момент сидит в тюрьме и ждёт суда. «Не волнуйся, папа, мы освободим тебя» — это мысль должна дойти до него. Я знаю, что он это понимает. Пока у нас нет чёткого плана, как вытащить его из тюрьмы, но все ниточки ведут к разведчикам. — Шиа, ты волнуешься? — Луна задала вопрос тихо, всматриваясь в мои глаза своими зелено-карими глазами, будто искала в них успокоения. — Конечно, волнуюсь, но давай сейчас это будет моя прерогатива, а ты веди себя, как обычно. Нам нужно попасть в их ряды, любой ценой, — я пыталась успокоить Луну, хотя получалось не очень. — Меня аж трясёт от злости! Быть милой с этими деревенщинами…это отвратительно! — не унималась Луна. — Понимаю, но у нас нет другого выхода. Надо придерживаться плана… — немного помолчав, я продолжила, — Но если он провалится или пойдёт по наихудшему варианту, то я обещаю, что не буду взывать к твоей человечности или останавливать тебя. Луна подняла глаза на меня, в них блеснул огонёк с ноткой безумия, а уголки рта расползлись в улыбке. Хоть она и была веселушкой, но кровожадности в ней было достаточно, чтобы устранить любую преграду, которая стояла у неё на пути. Обычно в такие моменты, притормозить её могла только я, поэтому это обещание явно подняло ей настроение. Карету тряхнуло, и она остановилась. Приехали. Поворачиваюсь к Луне, она снова была собой — весёлой и улыбчивой. То, что сейчас нам и нужно. — Ты готова? — А то! Вперёд! — Луна схватилась за дверцу и первая выпрыгнула из кареты. Я последовала за ней. Когда мы встали рядом, окружающие начали оборачиваться и пялиться, не стесняясь, а кто-то уже шептался друг с другом. Типичная реакция нас. Кто же знал, что на все стены, мы, видимо, единственные рыжеволосые близняшки. Природа наделила нас густой кудрявой копной ярко-рыжего цвета и веснушками на лице, также нам достался достаточно редкий цвет глаз — зелёно-коричневый, периодически он мог меняться от тёмного к светлому, в зависимости от освещения. Поэтому нам было не привыкать к такому вниманию. Окинув взглядом окружавших, мы двинулись к главному входу разведывательного корпуса. Здание ничем не примечательно, только флаги с эмблемой разведки, развевающиеся на ветру, отличают его от стандартной военной постройки, в которой мы привыкли проводить свои дни и ночи. Не доходя пару метров до парадных дверей, нас, окликнули: — Извините! Не знаю, как к вам можно обращаться, но могу я вам чем-либо помочь? Одновременно обернувшись, мы увидели невысокого, худого паренька, на вид ему было не больше двадцати лет. Он широко улыбался, будто нам здесь рады. Уверена, что он не в курсе, кто мы, а то бы его кривая улыбка и дружелюбие быстро улетучилась. — О, здравствуй! Меня зовут Луна, а это моя сестра Шиа. Мы хотели бы поговорить с командующим Эрвином Смитом. — Луна говорила самым милым голоском, который она могла изобразить, будто перед ней котёнок, а не солдат, — Может, ты нас проводишь до его кабинета? — А меня зовут Рори. Приятно познакомиться. Да, конечно, я вас провожу, за мной! — показав рукой следовать за ним, он двинулся в здание. — Вам же назначено во встрече с командующим Эрвином? — обернувшись через плечо, спросил этот вечно улыбающийся Рори. Наверное, до него дошло, что это должен был быть первый заданный нам вопрос, когда Луна попросила нас проводить. Смешно осознавать чью-то беспечность среди плохо обученных солдат. Луна начала громко хохотать. Первое правило, если хочешь уйти от ответа — это сбить с толку, звуком, действием, словом. — А ты очень прозорлив, Рори. Ты давно служишь здесь? Наверное, недавно, я бы точно заприметила такого красавчика, — снова заливистый смех и действия. Луна подошла к нему, схватив его под руку и заглянув в глаза, спросила шёпотом: — У тебя есть девушка? М? Второе правило — задавай вопросы, которые сбивают с толку. И главное отвлекай внимание любым способом. С такими мальчишками это провернуть просто, особенно Луне. Конечно, со всеми этот трюк не пройдёт, но нам достался лёгкий экземпляр. Пока Луна отвлекала от ненужных вопросов беднягу Рори, я рассматривала всю обстановку вокруг. Длинные коридоры, куча дверей и почти полное отсутствие людей. Слышались отдаленные голоса у входа, вероятно, внизу есть столовая или переговорный зал — помещение, вмещающее определённое количество людей. В нашем корпусе это была столовая, а что располагается у них, пока неизвестно, но в данный момент это не имеет значения. Следуя за нашим сопровождающим, мы поднялись по лестнице на второй этаж, двигаясь по коридору в конец левого крыла. Значит, кабинет уже рядом. Переведя взгляд на Рори, я улыбнулась. Как и ожидалось, парнишка покраснел, его слова стали неразборчивыми, а на лбу выступила испарина. Луна не дала ему ничего сказать, постоянно хихикая и задавая идиотские вопросы: «Какой у тебя рост? Откуда ты? А глаза мамины или папины?» — И прочая чушь. Наконец-то мы остановились перед коричневой дверью. Никаких опознавательных знаков о том, что это кабинет командующего не было, как в принципе и на других дверях. Интересно, это для безопасности или просто от лени? — Спасибо, Рори, без тебя мы бы не справились, — широкая улыбка Луны, — Дальше мы сами. — она сразу же начала стучать в дверь, не давая шанса парню, что-то сказать или спросить. Я в этот момент наблюдала за Рори. Как в его глазах ещё горел огонёк надежды на дальнейшее общение, но так резко оборвавшиеся на стуке в дверь. Не знаю почему, но я любила наблюдать за бедолагами, которые на секунду решили, что Луна обратила искреннее внимание на них, а потом смотреть на их разочарование, когда она получает от них чего хочет и оставляет одних со своими мыслями. Конечно, моя сестра не стервозная девушка, просто её стиль общения почему-то воспринимается некоторыми парнями как флирт. От этого и случаются разочарования. Хорошо, что мне повезло с моим выражением лица. Как говорит Луна: «Лицо, которое ненавидит всех и вся». Хотя это не так. Обычно меня обходят стороной, и я этому только рада — излишнее внимание сводит меня с ума. — Войдите, — раздался голос за дверью. На секунду бросило в жар. Этот голос вернул меня в настоящее, будто обдало всё тело кипятком. А что, если не получится? Что, если мы скажем, что-то лишнее? Что, если он не станет нас слушать? Эти мысли пролетели в голове за доли секунд и, видимо, отпечатались ужасом в моих глазах, так как, подняв взгляд на Луну, её выражение лица изменилось. Она понимала, о чем я думаю, поэтому тут же скрестила указательный и средний пальцы перед своей грудью, давая мне понять, что мы вместе, и всё будет хорошо Этот знак мы придумали в детстве, когда было тяжело на тренировках, особенно мне. Два пальца — две мы. Без слов мы поддерживали друг друга. Когда плохие мысли начинали одолевать, и одна из нас это замечала, она всегда напоминала, что мы вместе. Мысли моментально остановились. — Добрый день, командующий Эрвин Смит! Разрешите представиться, бывшие рядовые военной полиции Луна и Шиа Йорк! — голос Луны звучал громко, звонко отдаваясь эхом в кабинете. Мы отдали честь, как принято, прижав кулак тыльной стороной к груди. Кабинет был абсолютно невзрачным. Не было и намёка на помпезность, как в некоторых кабинетах в военной полиции, особенно у вышестоящих руководителей. Шкафы с книгами, посередине стоял стол, за которым сидел сам Эрвин. Сбоку был чайный столик со стульями, и один из стульев не был пуст. Конечно же, кто бы это мог быть, как незнаменитый воин разведотряда — капитан Леви. Невысокий, хорошо сложенный, темноволосый мужчина с ужасно надменным взглядом, до сих пор не понимаю, как с таким ростом можно смотреть на людей сверху вниз. Он не выразил ни единой эмоции при нашем появлении, в этом у нас есть что-то общее. Хотя смотря на это со стороны, не могу не отметить, что это бесит. — Вольно, — Эрвин смотрел на нас своими огромными голубыми глазами, от которых веяло холодом, широкие брови были нахмурены, в остальном лицо не выражало никаких эмоций. Он выждал паузу, видимо, давая нам первыми начать диалог. — Командующий, мы выслали вам письмо с просьбой, неделю назад, но так и не получили на него ответ, поэтому решили лично с вами встретиться, так как подозреваем, что оно не дошло до вас… — Дошло, — перебил Эрвин. Воцарилась тишина. Мы ждали продолжения его ответа или пояснения, но он молчал. Просто наблюдал за нами, выжидая нашу реакцию. — Мы бы хотели узнать ваш ответ на нашу просьбу, — начала Луна, снова натянув улыбку на своё лицо. — Я изучил ваше досье. Две прилежные ученицы военной полиции, одна тяготеет к наукам и медицине, — его взгляд устремился на меня, — Вторая отличный боец, — взгляд перенаправлен на Луну. Как он, чёрт возьми, понимает, к кому из нас это относится? А этот Эрвин не так прост, как кажется. Он всё изучил про нас и знал, что мы сами придём к нему, не отвечая на письмо. Но, зачем ему это? Возможно, чтобы видеть наши лица и считывать с них нашу реакцию на его вопросы. — Зачем же вы хотите перейти в разведчики? — также бесстрастно спрашивает Эрвин. — Господин командующий, нам нужны ответы на вопросы. Мы хотим узнать правду об этом мире и за пределами стен. А ещё мы хотим обелить нашу фамилию среди военных и обычных граждан, — Луна говорила с надрывом, без пауз. Не зная её, я бы поверила её пламенной речи, но Эрвин другой, он умеет видеть людей и считывать их. Как говорил отец: « Хочешь соврать убедительно, добавь каплю правды в свою ложь». Надо попробовать. — Мы хотим найти брата или хотя бы место его гибели. Нашу маму эта трагедия сильно подкосила, а отец в тюрьме. Ей больше не на кого положиться. Это наше обещание ей, — выпалила я. Луна замолчала и вопросительно посмотрела на меня. Этого не было в заготовленной речи, но я рискнула. — Да, Магнус Йорк, он считается пропавшим без вести, — заговорил Эрвин. — Или дезертировал, — прозвучал голос сбоку. Вскрик и вешалка, стоящая рядом с Луной, полетела на пол. Как же я сразу не поняла, что сестра не заметила капитана, сидящего молча за столиком. При всех своих заслугах Луна была не особенно внимательной, в отличие от меня, и, как бы это сказать… немного растяпой. — О, пресвятые стены! Я не хотела, — поднимая вешалку, тараторила Луна, — Я вас не заметила, простите. Эрвина эта ситуация развеселила, а вот капитан смотрел с раздражением на телодвижение Луны. — Что значит дезертировал? — вздёрнув бровь, спросила я, обращаясь к капитану Леви. — Никто точно из его отряда не может сказать, в какой момент он пропал и где. Последний раз его видели со всем отрядом перед воротами стены Мария, когда мы возвращались из экспедиции, он исчез, — сухо проговорил капитан, смотря мне прямо в глаза. — Но, в отчёте было сказано, что он был убит титаном, — возразила я. — Каким отчётом? Отчётом военной полиции? Разве ваш великий отец был бы рад тому, что его сын, не только ушел в разведку, но ещё и дезертировал? — с ухмылкой спросил Леви. Ярость и гнев обуяли меня, но лицо я сохранила. Как же хотелось ударить капитана в этот момент и не кулаком, а прям ногой, чтобы на его надменной роже отпечатался след моего начищенного сапога. — Мы не можем подтвердить или опровергнуть это, поэтому дам вам возможность найти ответы на свои вопросы, — очень вовремя вмешался Эрвин, — Но, вы должны понимать все риски. Мы не военная полиция. Наши жизни почти каждый день находятся под угрозой смерти. Мы стремимся привести человечество к спасению от любых угроз. Поэтому прошу вас подумать хорошо, готовы ли вы пойти на жертвы ради этих целей, сотрудничая с разведкорпусом? — сделав паузу, он продолжил, — Пока вы неофициально в отряде. Даю вам время для раздумий, месяц хватит? — Думаю, за неделю мы поймём, подходим ли мы друг другу, — ответила Луна. — Отлично. Завтра тогда я жду вас в нашем лагере. Я передам, чтобы вам приготовили комнату и форму, — сказал Эрвин, доставая из ящика в столе бумаги, — В ваших делах есть размеры, мы их вышлем в лагерь. Точно ждал нас, даже наши дела сложил себе в ящик, промелькнуло у меня в голове. — Это будет большая ошибка, — с этими словами Леви встал со стула, пристально смотря на нас, а потом двинулся к Эрвину. Не очень было понятно, кому адресована эта реплика, поэтому мы промолчали. — Можете быть свободны, — сказал Эрвин. — Есть! — сказали мы и отдали честь. Закрывая кабинет, я видела, что капитан взял наши личные дела в руки и понёс за свой столик. Закрыв дверь, я посмотрела на сестру, наши чувства с ней явно совпадали. Мы смогли! Мы убедили взять нас в разведотряд! Но, неприятный осадок в душе остался. Ничего, время придет, и мы уберём с этих лиц это довольное выражение. — Ты как? — спросила я сестру, положив руку на плечо. — Могло быть и хуже, но мы пробились в их ряды, а значит, мы на одну ступень ближе к своей цели, — Луна улыбнулась, — Хотя сразу я была сбита с толку твоими высказываниями, но ты молодец! — Мы молодцы, — сказала я и выпрямила руку для пожатия. Пожав друг другу руки, мы двинулись к выходу. — Как думаешь, если постараться, ты сможешь накостылять этому коротышке? Или проще закинуть ему в еду крысиного яда? — шутила я. — Не знаю, может яд слишком быстрая для него смерть? — рассуждала Луна, — Что касается накостылять, то мне нужно увидеть его в деле, чтобы понять его стиль и тактику в бою, если он действительно такой крутой воин, — продолжала она. Спускаясь по лестнице, я заметила пятно на сапоге. Когда я успела его поставить? Достала платок из кармана и остановилась протереть его. — Да, яд — слишком простое решение, — с опозданием ответила я. Разогнувшись, я поняла, что разговариваю сама с собой. Надеюсь, она уже ждёт у выхода. «Пожалуйста, будь у выхода» — молилась я про себя Естественно, её не было там. Ну, и где её искать? Ну, как можно было заблудиться на лестнице? Так рассуждаем логично. Лестница ведёт только в двух направлениях: вверх и вниз. Мы шли вниз… Поворачиваюсь — и точно. После одного пролёта лестница вела в подвал. Если там столовая, то понятно, почему Луна не возвращается. Двинулась туда. В длинном коридоре было очень скудное освещение. Я остановилась, чтобы прислушаться. Слышала голоса вдалеке и какие-то странные звуки, из-за которых не могла понять, принадлежит ли один из голосов Луне. — Что-то потеряла? — голос раздался прямо за спиной. Я отпрыгнула на два метра, возможно, могла бы прыгнуть дальше, но противоположная стена остановила этот отскок. — Чёрт, нельзя же так подкрадываться к человеку! — почти истерически выпалила я. Сердце было готово выпрыгнуть из груди. По очертанию силуэта и низкому тембру голоса я поняла, что это капитан Леви. Почти уверена, что он следил, вышли мы из здания или нет. Да, уж, ситуация складывается не в нашу пользу. — Мы разминулись с Луной, я вытирала сапог, а она не увидела и ушла вперёд. Возле выхода я её не нашла, вот ищу теперь здесь, — оправдывалась я. — Вы ещё не доехали до лагеря, а уже создаёте проблемы на ровном месте, — он подошёл с этими словами вплотную ко мне. Я выпрямилась, как странно, мы почти одного роста. В нашем отряде не было таких низких парней, и вот здесь самый сильный воин человечества стоит передо мной, а мне даже не надо поднимать голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Меня это улыбнуло. — Я сказал что-то смешное? — грубый голос вернул меня в реальность. — Никак нет, сэр, — добавить мне было нечего в своё оправдание, — Я слышала там голоса, возможно, она там. Указав в сторону света, горящего из дверного проёма в конце коридора. — Иди, — сухо сказал капитан. И я пошла, только чтобы не смотреть на эту недовольную рожу. Еле слышные шаги. Идёт за мной. Надо запомнить, что этот товарищ ходит очень тихо. — Это очень вкусно, — Луна говорила с каким-то солдатом в переднике. Он явно готовил обед для военных, потому что ложку с какой-то едой он протягивал прямо из огромной кастрюли. — Тебе не положено здесь находиться, а тебе кормить из общей кастрюли хрен знает кого, — этот голос в момент сорвал улыбки и радость с лиц Луны и солдата. Луна посмотрела на капитана, потом на меня. Взгляд ребёнка, которого уличили в пакости. Я в эти моменты не могу на неё злиться, но на капитана это никак не влияло. — Простите, я заблудилась, — Луна рванула ко мне, схватила за руку и дёрнула к выходу. — Спасибо за всё и до свидания! — помахав солдату и потянув меня, мы двинулись к лестнице с приличной скоростью, почти бегом. — Как жаль этого милашку, — протянула сестра, когда мы вышли из здания. — Зачем его жалеть? И с каких пор он милашка? — возмутилась я. — Он добрый, и у него получился отличный суп. Представляешь, там нет мяса, а вкус бульона, как у мясного! — продолжала Луна. — А-а-а-а, ты про солдата, — ответила я. — Подожди, ты подумала, что я про капитана??? — Луна зашлась хохотом, — С ума сошла? — снова заливистый смех, — Стой, а почему ты искала меня с ним? — тут смех остановился, и она с ужасом смотрела на меня. — По дороге расскажу, — улыбнулась я, зная, какая нетерпеливая моя сестра.