Глава 3. Ночной кошмар

***

Шиа

Опять. Неужели снова начался этот кошмар? Резкая вспышка вырвала меня из сна. Из крайне плохого сна. Руки тряслись, сердце бешено колотилось, лёгким не хватало воздуха, а всё тело покрывал холодный. пот. Я посмотрела на кровать сестры, она мирно сопела в подушку. Как хорошо, что я её не разбудила. В последнее время на нас выпало много переживаний, видимо, поэтому мой мозг дал сбой и старая проблема вернулась. Надо было как-то успокоиться, свежий воздух был бы, кстати, так, как казалось, что в комнате нечем было дышать, но открыть окно — не вариант. Здание крайне ветхое, если начну открывать окно, то разбужу не только Луну, но и половину разведотряда. Надо выйти на улицу, подышать. Аккуратно встаю с кровати и тянусь к штанам, трясущимися руками натягиваю на себя сапоги, каждый раз оборачиваюсь, только бы не разбудить Луну. Подойдя к двери, прислушиваясь, нет ли кого в коридоре. Тишина. Можно идти, поворачиваю ручку и толкаю дверь, предательский скрип, я зажмурилась. Спит. Фух… Дальше было проще, красться получалось хорошо, но крайне сложно в таком состоянии было контролировать ноги, ведь дрожь по всему телу ещё не прошла. Двери в казарму были открыты, выйдя из них сразу же села на небольшое крыльцо, задрала голову вверх, закрыла глаза и глубоко вдохнула свежий воздух. Ветер поднимал пряди волос и небрежно раскидывал по лицу. Трясло, всё равно трясло. Мысли роились в голове, как пчёлы, череда картинок сменяла друг друга. Кажется, становится только хуже. Я обхватила голову руками и начала раскачиваться взад и вперёд. Пыталась заглушить мысли внутренним голосом: «Хватит… пожалуйста… всё хорошо… здесь безопасно… ничего плохого не случится» Из этой агонии меня вырвал чужой голос:       — Что ты здесь делаешь? Подняв голову, я увидела капитана Леви. Он держал перед собой свечной фонарь, который направил на меня.       — Я не могу заснуть, вышла подышать свежим воздухом, — я опустила голову, чтобы он не видел мой ужасный вид, обхватила себя руками, но тело предательски трясло, — как ни зажимай его руками.       — Это первый раз у тебя такое? Будто ему было дело, что со мной.       — Нет, не первый, — я не хотела с ним говорить, вообще ни с кем, кроме Луны, только у неё получалось меня успокоить. Ну, почему именно он? Почему именно сейчас ему надо было здесь проходить? Сейчас глухая ночь. Какого хрена он здесь шляется? А… Наверное, в патруле. Чёрт… Как не вовремя.       — Вставай, — он опустил фонарь— Идёшь за мной, солдат. И он развернулся. Очень хотелось отказаться, но добавленное слово «солдат», напомнило мне, что я его подчинённый и не имею права ослушаться. С трудом оторвалась от ступени и зашагала в сторону капитана. Он шёл чуть впереди, потому что я понятия не имею, куда мы идём. Всю дорогу мы молчали, я смотрела под ноги, почти ничего не видела перед собой. Знакомый запах ударил в нос. Конюшня? Капитан остановился перед высокими дверями, одной рукой выдернул засов, потянул одну из створок на себя, и она с грохотом поддалась.       — Вперёд, — повернувшись ко мне, сказал он. Взгляд такой же тяжёлый и надменный. Делать нечего, надо идти. Интересно, что ему надо от меня? Лечение конной прогулкой? Только поездки верхом куда-то мне не хватало. А может, он даст мне коня и отправит восвояси? Так, это мне точно не подходит.       — Капитан, мне уже лучше, обещаю, что это больше не повторится! — начала я тараторить, заходя внутрь. Свет там был тусклый, под ногами шуршало разбросанное сено, в стойлах находились лошади. Почти все направили свой взгляд на меня, человека, нарушившего их ночной покой. Я остановилась, ожидая дальнейших действий.       — Сюда. Капитан стоял возле огромного деревянного чана с водой, из которого набирали воду для лошадей. В этот момент в моей голове не было ни одной идеи, зачем мне к ней подходить? Это наказание? Мне надо будет напоить лошадей? Что вообще происходит? Медленно подхожу к капитану.       — Смотри, — он указывает пальцем на воду.       — Что? Что там? — слегка нагибаясь, чтобы рассмотреть, на что он показывает. Доли секунд и рука капитана толкает меня, чуть выше лопаток, а его правая нога ударяет по моим, окончательно сбивая из равновесия моё тело, и я с грациозностью коровы лечу в чан. Холодная вода впивается иглами в тело, моментально выныриваю, хватая воздух ртом, на выдохе бы точно вырвался крик, но в этот момент, пока глаза ещё были закрыты, грубая рука затыкает мне рот.       — Не ори, — почти прошипел капитан, — Распугаешь лошадей. Его лицо было очень близко к моему, я почувствовала его тёплое дыхание на своём лице, когда он сказал мне не орать. Сейчас хорошо было видно его глаза: серые, безжизненные и злые. Я мотнула головой в знак согласия. Он убрал руку и отступил от меня. Немного собравшись с силами, я вылезла из чана. Гнев не покидал меня.       — Вы с ума сошли? — я перешла на шипение, — Вы, конечно, капитан, но это какое-то ребячество, честное слово! — я махала руками, потому что кричать нельзя было, а эмоции выливались из меня, как вода из проклятого чана, — Неужели нельзя было предложить холодный душ? Я бы прекрасно с этим справилась без купания в корыте! Не знаю, сколько времени продолжался мой эмоциональный монолог, но, успокаиваясь, я заметила, что взгляд капитана был прикован к чему-то ниже моего лица. Казалось даже, что он меня не слушает. Я опустила голову и… Святая Мария! Моя рубашка из-за воды стала почти прозрачной! Она плотно облепила тело, обнажая грудь, а как положено в анатомии человека, при понижении температуры, соски сжимаются и встают, как по стойке смирно. Реакция моментальная, я снова обняла себя руками, чтобы прикрыть этот стыд. Мне было очень холодно, но лицо теперь горело огнём.       — Холодная вода, — спокойным голосом сказал капитан, — В таких случаях помогает холодная вода. Я не слушала его. Все мысли были о том, что пару минут лицезрел капитан. Видимо, когда я махала руками, то в движении пришли и чёртовы соски. Вот же зрелище перед ним открылось. Меня никто никогда из мужского пола не видел обнажённой, даже в ночнушке! Какой позор. А это первый день в разведлагере. Страшно представить, что будет дальше.       — Давай на выход, мне надо закрыть конюшню, — снова этот монотонный голос.       — Капитан, — почти шёпотом сказала я, — Мне нужна сухая одежда, я не хочу залить пол водой в казарме. Он стоял спиной, видимо, размышлял, пожертвовать полом или какой-либо одеждой.       — Похвально, что волнуешься за пол, — процедил он, — Накидки тебе хватит?       — Вы предлагаете мне пойти в казарму в одной накидке?       — Да, в таком виде лучше не ходить по лагерю, — всё так же, стоя ко мне спиной, говорил он, — Жди здесь, я что-нибудь найду. И он вышел, прикрыв створку от конюшни. Холодно, очень холодно. Руки потянулись выжать немного воды с волос. Оглянувшись, я увидела слева от входа невероятной красоты жеребца. Он был полностью вороной, а глаза сливались с гривой, такой же чёрной, как и сам красавец. Он смотрел в мою сторону не шевелясь, как под гипнозом я пошла к нему. Медленно и осторожно. Лошади не любят громких звуков и резких движений. Я знаю, что лошадей для разведкорпуса почти с рождения учат не бояться этого, но кто знает, чья это лошадь и прошла ли она обучение.       — Здравствуй, красавчик, — я говорила очень тихо и по-детски, — Ты такой милый, хороший мальчик, — подойдя к столу, медленно протянула руку вперёд, но остановилась, не дотрагиваясь до него. Конь не двигался, когда моя рука остановилась, только его ноздри зашевелились, он принюхивался, как почти любой зверь.       — Не бойся, мальчик, я тебя не обижу, — ласково продолжала я. И набравшись смелости, аккуратно дотронулась ладонью до его головы. Он начал перебирать копытами и пыхтеть, но голову не убирал. Я улыбнулась.       — А мы подружимся, да? — уже смелее гладя его по гриве, приговаривала я, — Завтра я найду тебе сахарок в подарок за то, что ты такой замечательный.       — Насчёт сахара я сильно сомневаюсь. Я и конь одновременно повернулись в сторону голоса. Это был капитан. Как он так тихо ходит? Мне кажется, даже конь был в замешательстве.       — Неужели вы никогда не поощряете своих лошадей сахаром? — мне было искренне непонятно, как так, может быть? Ведь эти существа такие же боевые товарищи, как и люди.       — В отличие от военной полиции, у нас в разведкорпусе сахар в дефиците, его не хватает на людей, а про лошадей я вообще молчу, — голос был спокойный, но выражение лица показывало раздражение. Я никогда не задумывалась, как живут разведчики. Неужели им достаётся меньше провизии? Они же постоянно ходят за стены. Хотя с учётом того, как их не любят, то, видимо, и распределение в подразделениях отличается.       — А чем вы тогда балуете их? — я перевела взгляд на вороного красавца.       — Морковкой, конечно, если найдёшь её, — капитан тоже посмотрел на коня, — его зовут Корвус.       — А кто его хозяин? Выглядит очень ухоженным, — улыбка не сходила с моего лица.       — Давай переодевайся, у меня нет времени стоять тут всю ночь, — уже привычно грубый голос вернул меня на Землю. Протягивая мне аккуратно сложенные вещи, капитан зацепился взглядом на моей груди, это было мгновение, но я его поймала. Неужели все мужчины такие? Он быстро развернулся и вышел из конюшни. Натягивать одежду на мокрое тело было крайне проблематично, особенно штаны. Интересно, чья это одежда? Форма у всех была одинаковая, но есть незаметные детали в крое, ведь строение мужчин и женщин отличается. Натянув наконец-то штаны, я поняла, что они мужские. Спереди образовалась складка, понятное дело, для чего. Хм, неужели он принёс свою форму? Лицо снова начало покрываться пунцом. Как неудобно перед капитаном. Хотя…он же сам меня толкнул в чан, поэтому это не моя вина. Надевая рубашку, я осознала новую проблему — грудь. Рубашка не застёгивалась до конца, понятное дело, будь капитан побольше размером, то этой проблемы не возникло. Придётся крепко держать её за два края в районе груди. Сегодняшний позор закончится или нет? Хорошо, что он ушёл, можно в принципе, не переживать так сильно. Сложив мокрую одежду, я направилась к выходу. А дверь оказалась увесистой. Пришлось взять одежду в одну руку, а второй толкать на себя створку, рубашка в этот момент, естественно, еле прикрывала грудь. Дверь остановилась на полпути, что-то явно ей мешало.       — Дай сюда, — снова этот голос. Капитан нагнулся перед дверью и выдернул из-под неё какой-то камень.       — Теперь закрывай. Он разогнулся передо мной почти вплотную, потому что я продолжала держать дверь одной рукой. Замешательство. Секунда осознания. Я же опять стою с голой грудью перед ним. Не-е-е-е-е-т, сейчас даже круче, потому что рубашка растянута и даже тонкий слой ткани ничего не прикрывает. Резко отпускаю дверь и прикрываю грудь стопкой мокрой одежды. Дверь громко бьётся о стену, из-за чего несколько лошадей начинают ржать и фыркать. Он даже не попытался её поймать. Мне показалось, что он о чём-то задумался, но этот звук вернул его к реальности — как и лошадей. Однако его лицо оставалось непроницаемым, словно высеченным из камня.       — Ты сегодня доведёшь меня, Йорк, — раздражённо сказал капитан и начал снова закрывать конюшню.       — Вы меня напугали, я думала, вы ушли, — оправдывалась я.       — Слишком пугливая для человека, выбравшего военную службу, не находишь? — съязвил он.       — Я не всегда такая, просто вы слишком тихо ходите, — какое-то жалкое оправдание вышло у меня. Почему я перед ним веду себя, как провинившийся ребёнок? Даже с отцом диалоги проходят конструктивнее. Лучше бы вообще промолчала.       — Вещи сушить будешь в комнате или в прачечной? Я задумалась, где бы в комнате это развесить? В голову не приходили идеи, поэтому я спросила:       — А где у вас здесь прачечная? Капитан тяжело вздохнул и прикрыл глаза:       — Вот за что мне это всё? Пойдём. И снова мы куда-то шли. Завернув за конюшню и миновав главный корпус, мы подошли к небольшой постройке, стоявшей в пятидесяти метрах от него. Света в ней не было. Капитан подошёл в двери и достал ключи, пару поворотов в замке и дверь заскрипела.       — Прямо и вторая дверь налево. Там есть бельевые верёвки, развесь одежду и возвращайся.       — Капитан, можно мне ваш фонарь, там очень темно, — подходя к дверному проёму попросила я.       — Какие все беспомощные, — и вместо того, чтобы дать мне фонарь, он зашёл внутрь. Я последовала за ним, аккуратно переступая порог. За второй дверью оказалось достаточно просторная комната, в ней было натянуто много верёвок и сохнущая одежда на них. Пройдя вперёд, начала искать свободное место. Вроде вижу рядом с собой. Чудесно, главное — запомнить, где именно оставлю свою форму. На радостях встряхиваю штаны и начинаю вешать на верёвку. И снова оно… Осознание своей беспечности. Я снова забыла про расстёгнутую рубашку, быстро разворачиваюсь спиной к капитану. Какая же я дура! Сколько уже раз я сегодня засветила грудью перед ним? Быстрыми движениями вешаю рубашку, стягиваю два края предательской рубашки, поворачиваюсь:       — Я закончила, — выпалила я. Он стоял, облокотившись на стену, держа фонарь всё так же перед собой. На его лице чётко виднелась лёгкая ухмылка. По-моему, ему самому уже смешно сколько раз я показала ему грудь, надеюсь, он не думает, что я делаю это специально? Ужас, просто ужас. Я сжала грудь руками ещё сильнее.       — Точно всё? Или у тебя ещё будут сюрпризы для меня? — ухмылка стала ещё шире. Ну конечно, ему весело, а я, наверное, покраснела, как спелый бурак. Больше всего на свете я сейчас хочу исчезнуть и никогда его не видеть. Может быть, это сон? Я просто сплю? Вот бы так и было.       — Йорк? Ты оглохла?       — Нет, у меня больше ничего для вас нет. Я бы хотела пойти спать. И я направилась к выходу. Когда капитан закрыл дверь, я стояла за его спиной.       — Что ещё? — спросил он с лёгким удивлением.       — Шиа, я Шиа Йорк. Я сказала ему своё имя, чтобы этот позор касался только меня, а не Луну.       — Я знаю, как тебя зовут. И с этими словами он ушёл. Откуда он знает, что я не Луна? Решил выпендриться? Нас очень сложно различить, если не знать нас хорошо. А, к чёрту его. И я побрела в казарму. Вот это ночные приключения с нотками моего позора. Вернувшись в комнату, всё было тихо, Луна также безмятежно спала, раскинув рыжую копну волос по подушке. Смотря на эту картину, я почувствовала спокойствие: я не одна, и это так чудесно. В противном случае я бы точно сошла с ума. Схватила из шкафа ночнушку, привезённую из дома, надела и вдохнула знакомый запах дома, как же хочется сейчас туда и не видеть это место. Но, увы. Интересно, сколько осталось до рассвета? Надеюсь, я смогу хоть немного поспать сегодня ночью. Укрывшись одеялом, я перевела взгляд на окно. В этом месте так хорошо видно звёзды, может быть здесь и не так плохо, как кажется на первый взгляд… Видимо, после этого меня окутал сон.

***

Леви

Нога снова начала болеть, мазь, видимо, перестала действовать. Ходить в патруле по ночам не составляло особой проблемы из-за моей бессонницы, но после травмы ноги это становится испытанием. Какого хрена? Возле входа в казарму сидела одна из новеньких и вела себя достаточно странно. Она качается туда-сюда? Надеюсь, у неё тоже просто бессонница, а не проблемы с головой, хотя большинство разведотряда ненормальные, чего стоит одна Ханджи.       — Что ты здесь делаешь, — подойдя ближе, спросил я.       — Я не могу заснуть, вышла подышать свежим воздухом. Да уж. Видок у неё был нездоровый, ночные кошмары? Бессонница? Нервный срыв? Обычно такое состояние я вижу, у солдат после первой встречи с титаном или с первой смертью. А здесь переехали из столицы и уже такие срывы. Какие нежные, как они вообще попали в военные? Неужели власть их отца так велика? Они и часа не продержатся за стеной. Надо будет устроить им ад на тренировках, может, тогда свалят к себе в замок. Нам некогда с ними нянчиться. Всё равно надо её угомонить, дабы ничего не начудила сегодня.       — Это первый раз у тебя такое?       — Нет, не первый. Замечательно, значит, всё-таки с приветом. Что же, остаётся один вариант, вывести её из этого состояния. Шоковая терапия холодной водой прекрасно с этим справляется и боль. Боль — отличное средство привести человека в чувства, но сейчас нельзя ей врезать, всё же ночь, не хочется будить всех из-за её воплей. Поведу её в конюшню, вечером чан для лошадей наполнили до краёв, поэтому он чудесно подойдёт для моей задачи.       — Вставай. Идёшь за мной, солдат. Когда она встала, я понял, что дело плохо, её нехило трясло, глаза были вытаращенными, а лицо бледное, точно титана увидела во сне, принцесса хренова. Как бы они с сестрой в обморок не попадали при встрече с ними. Одна морока с ними. Подойдя к конюшне, поднимаю засов и открываю дверь.       — Вперёд, — даю зайти ей первой. Красивые волосы, никогда не видел таких. Они были кучерявыми, ярко-огненного цвета и достаточно длинными. В наших рядах девушки предпочитают короткие стрижки — так удобнее. Но принцессам из военной полиции этого не понять: они ведь никогда не сражаются, не теряют товарищей и не видят того, что видим мы. Пффф… С этими мыслями подхожу к чану. Ничего, сейчас продемонстрирую, как у нас в разведкорпусе обращаются с такими, как они. Надо, чтобы она подошла ближе и слегка нагнулась, тогда это будет стопроцентный шанс окунуть её с головой.       — Смотри, — тыкаю пальцем в воду. Она начинает медленно подходить. Неужели не догадалась? Наивная.       — Что? Что там? — нагибаясь к воде, спрашивает она. Сделала всё, как я и хотел. Толкаю её в спину, а для полного погружения в воду, бью её ноги своей здоровой ногой, окончательно выбивая принцессу из равновесия. Полетела она хорошо, всё тело с головой погрузилось под воду. Чёрт, она же сейчас будет визжать на всю конюшню. Когда она начала подниматься из воды, я резким прыжком оказываюсь возле неё и в последний момент зажимаю ей рот рукой.       — Не ори, лошадей распугаешь. Она мотнула головой в знак согласия. В её взгляде читалась бешеная злость. Как же? Принцессу искупали в конюшне. Какой странный у неё цвет глаз. То ли зелёный, то ли коричневый. Губы были слегка пухлыми, но под ладонью отчётливо чувствовал их напряжение. Я отпустил её.       — Вы с ума сошли? — вылезая из чана, шёпотом возмутилась она, — Вы, конечно, капитан, но это какое-то ребячество, честное слово! Когда она вылезла и встала передо мной, гневно размахивая руками, я не мог не заметить, как её рубашка намокла и стала почти прозрачной. Она плотно прилипала к круглой упругой груди. Грудь не была большой, нет, в самый раз, чтобы аккуратно ложиться в ладони. Её маленькие соски нежно-розового цвета вульгарно торчали из-под мокрой рубашки. Дико захотелось взять их в руки, потрогать, помассировать, поиграть с сосками. Я и почувствовал, как в штанах начинает становиться тесно. Чёрт! Что за мысли? Какого хрена ты проснулся? Я думал, что похоронил все физические потребности после прихода в разведотряд. Она поняла в чём дело, потому что опустила голову и моментально обхватила себя руками, прикрывая грудь. Дерьмо! А я так и стоял, пялясь на её сиськи? А хрен с ним. Надо отвернуться и что-то сказать, дабы не напугать её образовавшимся бугром в штанах.       — Холодная вода. В таких случаях помогает холодная вода. Она молчала, смотря себе под ноги, лицо окрасилось розовый цвет. Какая стесняшка, неужели в свои восемнадцать ещё не умеет пользоваться своими женскими достоинствами? Наверное, эта Шиа — не Луна, той палец в рот не клади. Уверен, что она знает, как добиваться от мужчин своего, судя по её поведению. А эта типичная заучка, кроме книг ничего не видит. Расслабилась бы хоть один раз с мужиком, может, и проблемы со сном пропали. Да пофиг вообще на её проблемы.       — Давай на выход. Мне надо закрыть конюшню, — эта ситуация начала уже раздражать.       — Капитан, — почти шёпотом говорила она, — Мне нужна сухая одежда, я не хочу залить пол водой в казарме. Ничего себе, волнуется за пол. Не совсем потерянная тогда, хотя за этот вечер она мне уже порядком надоела.       — Похвально, что волнуешься за пол, — первая мысль, которая пришла в голову эта моя накидка, — Накидки тебе хватит?       — Вы предлагаете мне пойти в казарму в одной накидке? — её глаза снова расширились, и на лице читался ужас. Блин, накидка действительно не прикроет все пикантные места.       — Да, в таком виде лучше не ходить по лагерю. Мысли быстро сменяют друг друга для поиска оптимально быстрого варианта. Лишней формы не было, к ней в спальню не пойдёшь за вещами, там её не менее «умная сестра» может проснуться, значит, последний вариант — эта моя запасная форма. Ох, дерьмо! Как же не хочется кому-то давать свои вещи. Ладно, запрошу завтра новую, скажу, что эта ушла в утиль.       — Жди здесь, я что-нибудь найду, — сказав это, я отправился в свою комнату. По дороге туда мне вспомнился разговор с Эрвином:       — Почему ты хочешь принять их в наши ряды? Очевидно же, что они здесь не просто так, им надо что-то вынюхать или сделать. Это же обычные крысы военной полиции.       — Леви, я не идиот и прекрасно это понимаю, но разве ты не хочешь достать из них информацию?       — Какую полезную информацию могут знать эти соплячки?       — Ты забываешь, кто их, отец. Он имеет доступ ко всем секретам нашего правительства. А что делаем мы? Мы добываем ответы на вопросы.       — Ты думаешь, он спокойно, разбазаривал им секреты, за разглашение которых светит эшафот?       — Я не могу знать это наверняка, но Леви, мы не можем просто отпустить это шанс.       — Какой шанс?       — Помнишь, я говорил, что «пташка» из военной полиции дала интересную информацию о том, что правительство отдельно от разведки изучает титанов и, возможно, даже ставит на них эксперименты.       — Помню.       — Так вот, ты не думаешь, что нахождение Эрнста Йорка за стеной, как-то с этим связано?       — Думаешь, он ещё один разумный титан?       — Ну, именно из-за этой версии он и сидит, но что если он замешал в этих исследованиях и попался к нам случайно? Слишком много движений со стороны короля в его сторону. Суд будет закрытый, никаких новостей, никаких объяснений. Ты же помнишь лица премьеров, когда мы рассказывали про то, как мы встретили Йорка старшего за стеной?       — Да, будто пчела в жопу ужалила, тупые бездари.       — К чему я это всё. Мы постараемся втереться близняшкам в доверие и разузнать всё об их отце и его деятельности, если они даже не знают ничего, то мы придумаем, как через них разговорить Эрнста Йорка.       — Говорю сразу, их присутствие в отряде меня не воодушевляет, но я верю тебе, Эрвин.       — Я хочу попросить тебя предупредить всех в отряде, чтобы много не болтали. Возможно, они действительно пришли узнать какую-то информацию для военной полиции. Мы не можем так рисковать. Но в то же время нужно найти кого-то, с кем они смогут общаться, и пусть эти люди передают нам всю полезную информацию.       — Будет выполнено. Я обещал Эрвину смотреть в оба за этими двумя. Когда я первый раз их увидел в кабинете, то мне вспомнилась одна старая история из подземного города, она засела в мозгу как заноза, но я не стал её рассказывать Эрвину. Войдя в свою комнату, я направился к шкафу. Среди идеально сложённых вещей достаю рубашку и брюки, этого набора достаточно. Жалко, конечно, но, толкая её в чан, я забыл учесть последствия мокрой одежды. В голове моментально всплыла картинка упругой груди, обтянутой прозрачной тканью. Чёрт! Бью себя ладонью по голове. Хватит! Мне эти эрекции не нужны. Я умею контролировать своих демонов. Быстрым шагом направился обратно в конюшню, надо быстрее заканчивать с этой девкой, завершить обход и попробовать заснуть. Подходя к конюшне, я услышал, как она с кем-то разговаривает. Голос звучал тонко, будто она увидела ребёнка. Осторожно зайдя внутрь, вижу, как она крадётся к Корвусу. Я знаю этого коня, как свои пять пальцев. Он бы никогда не подпустил к себе абы кого, значит, она умеет обращаться с животными. Я тоже их люблю — это единственные существа, которые не предадут и не станут трепаться без повода. Только с ними мне спокойно. Её движения были плавными и аккуратными — очень грамотный подход к лошадям. Ого! Он дал до себя дотронуться, как-то быстро он доверился этой принцессе. Это не в его стиле.       Завтра я найду тебе сахарок в подарок, за то, что ты такой замечательный, — эта глупая фраза вывела из себя. Сахар? Серьёзно? Ей что здесь королевский замок? Мы не видим сахара месяцами, а тут лошадей им кормить? Точно не от мира сего. Молчать больше не получилось:       — Насчёт сахара я сильно сомневаюсь. Она и Корвус одновременно повернулись в мою сторону, услышав голос.       — Неужели вы никогда не поощряете своих лошадей сахаром? Её лицо выражало искреннее удивление. Конечно, кто живёт в роскоши, даже не задумывается о простых людях и что такие мелочи, как сахар для нас дефицит. Может эта жизнь в разведкорпусе, вынудит всё же их покинуть нас? Я очень на это рассчитываю.       — В отличие от военной полиции, у нас в разведкорпусе сахар в дефиците, его не хватает на людей, а про лошадей я вообще молчу, — не без раздражения объяснял я.       — А чем вы тогда балуете их? Её взгляд стал жалостливым, будто я лично отобрал у всех коней сахар, который она хотела раздать лошадям. Но, она так по-детски смотрела на Корвуса, что я сжалился:       — Морковкой, конечно, если найдёшь её. А найти морковку было не так просто, кладовка с припасами хранилась за замком, и никто не выдавал еду по запросу солдат. Поэтому даже интересно, сможет она добыть её или нет? Сворует, то наказание будет суровым, а если найдёт честным способом, то это будет говорить, что не всё потеряно в этой рыжей головешке. Я посмотрел на коня, она явно ему понравилась, вот же старый кабель. Ладно, пусть хоть по имени будет его называть, а то все эти словечки: хороший мальчик, красавчик и вся эта девичья чепуха действовала на нервы:       — Его зовут Корвус.       — А кто его хозяин? Выглядит очень ухоженным. На её лице нарисовалась идиотская улыбка. Походу её уже не беспокоила мокрая одежда. Бесит.       — Давай переодевайся, у меня нет времени стоять тут всю ночь, — пусть вернётся с небес на землю. Я протягиваю ей сухую одежду. Непроизвольно взгляд цепляется на её груди, видимо, холод не даёт расслабиться соскам, это зрелище, надо признать, мне нравилось, думаю, как почти любому мужчине. Чёрт! Она походу заметила. Быстро разворачиваюсь и иду к выходу, пока мой дружок снова не проснулся. На улице была глубокая ночь и признаться, лёгкая усталость начала давать о себе знать. И нога всё не унималась, мечта о спокойствии и спасительной мази грела душу. Я облокотился на стену, скрестив руки на груди. Надо закрыть за ней конюшню и пойти закончить дела. Через минут десять она наконец-то соизволила выйти. Она пытается сама закрыть конюшню? Ну, ну. Наблюдаю картину, как немощная принцесса, пытается одной рукой закрыть дверь, а второй держать вещи. Естественно, не закрывается, внизу явно какая-то преграда. Неужели это непонятно? Ох, надо самому закрыть, пока она не сломала всё, что можно.       — Дай сюда, — нагибаюсь за преградой в виде камня и отшвыриваю его в сторону, — Теперь закрывай. Я разгибаюсь и передо мной знакомая картина — нежная девичья грудь. Только в этот раз без мокрой ткани, вот они во всей красе передо мной. Как я понял, рубашка не сошлась в районе декольте или она просто любит ими светить? Я за этот вечер увидел сиськи больше раз, чем за последние пару лет. Это уже ни в какие ворота не лезет. Возбуждение и дикое раздражение кипели во мне. Она прикрыла грудь одеждой, когда поняла, куда я смотрю. А чего уже стесняться? Не первый раз уже видимся. Меня из потока мыслей выдернул грохот двери, которую благополучно отпустила эта недалёкая. Лошади начали волноваться, надо срочно уводить её отсюда, пока не разбудили весь лагерь.       — Ты сегодня доведёшь меня, Йорк. Быстро хватаю створку, чтобы закрыть наконец-то конюшню.       — Вы меня напугали, я думала вы ушли. Интересно, если враг подкрадётся сзади, это будут её последние слова? И это отличницы военной полиции! Явно Эрнст нарисовал им в бумагах эти оценки.       — Слишком пугливая для человека, выбравшего военную службу, не находишь?       — Я не всегда такая, просто вы слишком тихо ходите. Самая тупая отговорка, которую я слышал. Если враг тихо ходит, то всё? Я так не играю? Чушь. Я обратил внимание на одежду в её руках, с неё так же текла вода. Выжимать, видимо, принцесс не учили.       — Вещи сушить будешь в комнате или в прачечной? — я задал этот вопрос и сразу же об этом пожалел. Какая мне разница, где она будет сушить свои шмотки? Скажи, что в комнате, просто молю, высуши их в комнате.       — А где у вас здесь прачечная? Вот молодец, Леви. Тебе же мало сегодня геморроя, поэтому решил ещё добавить. Кто вообще за язык дёргал с этой прачечной. Сил моих нет. Закрываю глаза, глубокий вдох:       — Вот за что мне это всё? Пойдём, покажу. И я снова куда-то плёлся, но только не туда, куда планировал. Чтобы я ещё что-то сказал ей. Нет, пусть повесил свои сраные вещи и я пойду за мазью.       — Прямо и вторая дверь налево. Там висят бельевые верёвки, развесь одежду и возвращайся, — ничего лишнего, всё по делу. Но, девка явно решила, что мой вечер приключений с Йорк ещё не закончился.       — Капитан, можно мне ваш фонарь, там очень темно. Она стояла перед входом, пытаясь, что-то разглядеть, но внутрь не заходила. В голове вихрем пронеслась ситуация, как она не может найти правильную дверь, вешает вещи куда угодно, только не на верёвки, потом спотыкается об тазик, роняет фонарь, он попадает на ткань и начинается пожар. Такие мысли периодически меня посещают в разных ситуациях и с разными людьми, поэтому я предпочитаю всё делать сам.       — Какие все беспомощные, — вырывается из моего рта, когда я захожу внутрь. Дойдя до нужной двери, открываю её, внутри куча вещей на верёвках. Я облокачиваюсь на стену и поднимаю фонарь перед собой, чтобы осветить помещение. Благо рыжая быстро сообразила и быстро нашла место для своих вещей. Она схватила штаны и встряхнула их, а потом встала на носочки, чтобы дотянуться до верёвки. И снова здравствуйте — её груди ходили ходуном от её движений. Интересно, она это делает специально или действительно забывает, что я слежу за ней? Мне ничего не оставалось делать, как наблюдать за ней. Надо было признать, что глубоко внутри, я хотел её сейчас прижать к стенке и трахнуть как следует, чтобы она потом боялась даже подойти ко мне. Опять начало нарастать давление в области паха и в этот раз намного быстрее. Зараза, надо перестать представлять это и как-то прикрыть это недоразумение, но тут она замерла на секунду и резко развернулась ко мне спиной. Хах, дошло. Быстрыми, нервными движениями она повесила рубашку, снова закрыла руками грудь:       — Я закончила, — она повернулась ко мне, лицо было уже не розовым, а ярко-красным. Она не смотрела мне в глаза. Вроде и правда она это делает не специально. Меня это позабавило. Я не смог сдержать улыбку полностью.       — Точно всё? Или у тебя ещё будут сюрпризы для меня? — тут уже точно я не мог скрывать свою улыбку. Вдруг она ещё мне что-то приготовила? Она снова молчала, а моё терпение заканчивалось:       — Йорк? Ты оглохла?       — Нет, у меня больше ничего для вас нет. Я бы хотела пойти спать. Достаточно резво она направилась к выходу. Неужели она ушла? Какое облегчение, наконец-то я закончу свои дела. Я закрыл дверь на замок и собрался уходить, но эта бестолковая стояла позади и будто чего-то ждала, это не могло меня не удивить. Я думал, она уже на полпути к своей комнате:       — Что ещё?       — Шиа, я — Шиа Йорк. Она произнесла это так, будто признавалась в краже, всё так же не смотря мне в глаза. Зачем она мне это говорит? Мне абсолютно по барабану, кто она, хоть Король Фриц. А наверное, думает, что я как многие не различаю их с сестрой. Какая наивность, да, они похожи, но я вижу детали и для меня не проблема.       — Я знаю, как тебя зовут, — с этими словами я отправился заканчивать обход. Это же надо было столько времени убить на эту принцессу с голыми сиськами. Снова всплыла картина перед глазами. Да, что это за проклятие такое? Чтобы отвлечься, схватил рукой раненую ногу и надавил, резкая боль, кажется, отдала даже в затылок. Мысли сразу вернулись к ноге и спасительной мази. Так-то лучше. Ничего, через минут 15 буду у себя в комнате и забуду сегодняшний вечер.

***

Шиа

      — Шиа, вставай! Сколько можно спать? — голос сестры вытянул меня из сладкого сна.       — Ммм… Луна, чего тебе не спится? Дай ещё немного полежать, — с этими словами я натянула одеяло на голову.       — Я хочу успеть на завтрак, если хочешь ходить голодной, то вперёд! Спи дальше, — голос звучал слегка истерически, пропустить приём пищи было смерти подобно для Луны. Стоп… А который сейчас час? Я резко подскочила на кровати, сестре не свойственно меня будить по утрам, это моя задача, так как она обожает валяться в постели до последнего.       — Луна, который сейчас час?       — Почти восемь утра, — она сидела на кровати и пыталась расчесать свои волосы, следовательно, вокруг неё царил полный хаос — видимо, расчёска лежала на дне чемодана. Ладно, за бардак спрошу потом.       — Почему ты не разбудила меня раньше? — я негодовала, ведь я ненавижу собираться впопыхах!       — Я пыталась, но ты что-то бубнила себе под нос и отказалась вставать. Давно я не видела у тебя такой крепкий сон, — расчёска застряла у неё в волосах, и она безнадёжно пыталась её достать оттуда, — А-у-у-у-ч… Ты мне не поможешь? Я встала с кровати и пошла на выручку сестре:       — Луна, сколько раз я тебе говорила не брать эту расчёску, она постоянно запутывается в твоих волосах, — вытягивая по маленькой прядке волос из расчёски, бубнила я, — Я же купила нам специальные расчёски для кудрявых волос.       — Ну, Шиа, эту расчёску подарил папа, я не могу её просто выкинуть, — она перешла на детский тембр голоса.       — Я не говорю тебе её выкидывать, храни, но не трогай ей волосы! Мы и так опаздываем, а я только встала.       — Ой, ну не ворчи ты с утра пораньше.       — Готово, — я протянула ей расчёску с остатками её волос, а их там было немало.       — Ты решила оставить меня без волос? — вопила Луна, увидя эту картину.       — А зачем ты так её накрутила на свою головешку? — я шла к шкафу в поисках запасной формы.       — Если бы ты встала, как положено, то я бы избежала сегодняшнего облысения!       — Где же моя запасная форма? — я говорила не с Луной, а сама собой, — Я же точно доставала её из чемодана.       — А чего ты не наденешь свою форму? — она указала на форму Леви, которую я сложила на стул.       — Потому что это не моя форма. Наконец-то я нашла, что искала и начала переодеваться прямо возле шкафа.       — Погоди, но она и не моя. Так, что происходит? Шиа, откуда эта форма? У кого ты её спёрла? Или к нам кто-то вчера приходил, а я не услышала? — последнюю фразу она говорила медленно и заулыбалась, как идиотка, прикусив губу. Я бы в жизни никому не рассказала эту историю, но она же моя сестра, кому, кроме неё я ещё могу рассказать этот позор.       — Я вчера проснулась и не могла уснуть.       — Та-а-а-а-к, — глаза у сестры загорелись, она видела, что мне тяжело говорить, а значит, её ждёт что-то увлекательная история.       — Решила подышать свежим воздухом и вышла на крыльцо.       — О, Святая Мария! И кого ты уже успела зацепить, Рыжик? — её глаза расширились, как у филина на охоте, — А ты шустрая, даже я ещё никого не приглядела для себя, — она захохотала, не давая закончить. Я продолжила переодеваться и ждать, когда она успокоится.       — Ну, чего ты молчишь? Рассказывай дальше! Я вся в предвкушении! — в этот момент она подняла колени к подбородку, обхватив ноги руками, и таращилась на меня своими глазёнками, в ожидании продолжения истории.       — Я никого не цепляла. Но, меня встретил капитан Леви… — я не успела договорить.       — И-и-и-у-у-у, так это уже кошмар какой-то, а не милая сказка, — её лицо скривилось, как от кислого яблока.       — А я и не говорила, что это будет милая история.       — Погоди, но ты же не хочешь сказать, что эта его форма? — она небрежно показала пальцем в сторону стула. Я опустила голову и глубоко вздохнула:       — Да, это его форма, — я расчёсывала волосы, чтобы собрать их в косу, пытаясь не показать, как я нервничаю, вспоминая свой позор. В это время Луна сидела с открытым ртом, её палец всё так же показывал в сторону стула, она переводила взгляд с него на меня и так несколько раз.       — Я готова, пойдём завтракать, а то ты меня достанешь своим нытьём о голоде, — я встала возле дверей, ожидая сестру. Она медленно встала с кровати:       — Я думала, у меня будет интересная история для тебя, но, видимо, ты меня переплюнула, — с этими словами она подошла ко мне, — Идём медленно, я хочу знать всё в подробностях, — она открыла дверь и резко повернулась ко мне, — Только не настолько мелких, как сам капитан, — она залилась хохотом, который разнёсся по всему второму этажу, благо там никого не было. Эта история изначально никак меня не веселила, но Луна умела поднять настроение, поэтому даже я начала улыбаться. Пока мы медленно шли в столовую, я вкратце поведала историю о моей ночной прогулке с капитаном. Луна была в полном восторге от того, что я кому-то показала грудь. Она не переставала громко смеяться, когда мы заходили в столовую. Людей было меньше, чем вчера, потому что мы пришли в конце трапезы. Несколько оставшихся столов, конечно же, пялились на нас, потому что громко хохочущая Луна отлично привлекала внимание. Ну, хотели же тихо зайти. Надо было ей рассказать эту историю после завтрака. С одного из столов нам начала махать девушка, которая впилась в волосы Луне в первую встречу. Интересно, почему она нам машет? Тут Луна её заметила и тот же начала махать ей в ответ.       — Когда вы успели подружиться? Или она всём подряд машет? — я прошептала это на ухо сестре.       — А мы вчера с ней столкнулись в кладовке. Я тебе за завтраком расскажу. Еды почти не осталось на раздаче, но оно не удивительно, ведь мы пришли последними. Остатки каши и кусок булки. М-да, уж, очень питательно. У нас животных дома лучше кормят. Выслушав возмущения Луны, мы сели за стол. Поковыряв остывшую кашу и обсудив вечерние приключения Луны с Сашей, мы двинулись на построения. Нас ждала тренировка. Я слышала, что они немного отличаются от наших, мы ведь работали с людьми, а не с титанами. Почти все солдаты стояли своими группами и что-то обсуждали в ожидании командира, было среди них и пару белых ворон одиночек, меня коллектив мало волновал, у меня есть сестра и книги и это всё, что мне нужно для комфортного пребывания здесь. Напрягал только один солдат — Эрен Йегер. Он уже сверлил нас взглядом, как только мы показались в поле его зрения. От него одни проблемы:       — Луна, я прошу тебя, давай сегодня ты не будешь реагировать на его нападки. Успеешь навалять ему на официальной тренировке, нам пока не надо светиться, — я говорила тихо, чтобы никто не услышал.       — И это мне говорит человек, который вчера светил сиськами перед капитаном? — она снова расхохоталась во весь голос, хватаясь за живот. Естественно, все обернулись на нас, и даже вороны на деревьях, кажется, замолкли. Я осматривала окружающих меня людей с каменным лицом. Внутренняя борьба — дать Луне подзатыльника или оставаться беспристрастной — терзала мою голову.       — Солдаты, равняйсь! — из-за спины раздался голос командира Моблита. Вместе с ним был капитан Леви и какая-то девушка в очках. Вид у неё был не самый опрятный, она что-то эмоционально рассказывала капитану, активно жестикулируя, а глядя на него, было понятно, что он вряд ли её слушал. Мы стали в шеренгу. Я предпочла потянуть сестру к краю построения. Так мы менее заметные.       — Слушай сегодняшние задачи. Эрен Йегер, шаг вперёд. Выскочка сделал шаг вперёд, отдав честь кулаком в грудь.       — Сегодня ты идёшь с Ханджи и Леви. Выполнять. Эрен направился в сторону этих двоих. Когда мой взгляд устремился за ним, я встретилась глазами с капитаном, он смотрел на нас не моргая. В мозгу сразу же пронеслись картинки вчерашнего вечера, я опустила глаза, не хватало мне ещё при всех покраснеть. Я устремила глаза на Луну, и это было зря! Эта идиотка, видимо, увидела капитана и моё смущение, поэтому она пыталась смотреть в одну точку, прикусывая губу, чтобы не заржать опять. Я готова была её убить в этот момент. Пришлось опустить глаза в пол.       — Вы трое идите чистить картошку на кухню, — Моблит указал на каких-то солдат с другого конца шеренги.       — Крис Фаркер и Лиза Стоун вступают на дежурство.       — Так, кто у нас остался для уборки казармы? — командир водил глазами в поисках жертв. Когда его взгляд остановился на нас, он произнёс:       — Новобранцы, шаг вперёд! Мы сделали шаг вперёд и отдали честь. Он подошёл ближе и начал пристально всматриваться в нас:       — Представьтесь перед всем отрядом!       — Луна Йорк!       — Шиа Йорк!       — Ну, и как мне вас различать? — он нагнулся ещё ближе к нашим лицам, отчего стало не по себе.       — Как вам будет удобно, командир, — отчиталась Луна.       — Ты! — он ткнул пальцем в Луну, — Завяжи волосы или обрежь их! Я не собираюсь потом выкручивать твою башку из упм!       — Но завяжи не так, как у неё, — его палец переместился на меня. Луна окинула недобрым взглядом Моблита:       — Так точно!       — Пока так, а там посмотрим, — на этих словах он зашагал на своё место.       — Ты, ты и ты, — он тыкал в разных людей в отряде, — Сегодня на уборку, шагом марш! И те солдатики зашагали в сторону конюшни. Снова раздался голос командира:       — Остальные бегом на тренировочную базу! Десять кругов вокруг неё, а потом я жду вас на поле.       — Есть, сэр! И строем по двое человека мы начали бег в сторону базы.       — Как думаешь, куда они забрали Йегера? — спросила Луна, когда мы бежали вокруг базы.       — Ну, помнишь, разведчики обещали, починить стену с помощью него, результатов пока нет. Может, возникли какие-то проблемы?       — Наверное… Блин, как нам узнать, чем они там занимаются?       — Ты обратила внимание на девушку с ними? Ханджи Зое, так назвал её инструктор.       — Да, вроде бы она давно уже в разведкорпусе служит. Это не она часом занимается изучением титанов?       — Точно, больше некому. Судя по её виду, она явно не в себе.       — Шиа, это же новый план! Тебе надо втереться в доверие к ней! И тогда мы с лёгкостью узнаем, всё, что нам надо.       — Меня не радует эта перспектива, но ты права, стоит попытаться. Пробежав десять кругов, мы оказались на ровной площадке, окружённой деревянным ограждением. Моблит приказал разделиться на пары для спарринга. Такое мы проходили много раз. Типичная тренировка, нам даже было проще, потому что наши тренировки начались намного раньше, чем у этих солдат. Отец начал тренировать нас с лет шести, и его тренировки почти ничем не отличались от военных. Мы отрабатывали удары по старой схеме. Со стороны казалось, что между нами идёт ожесточённая борьба, но на самом деле это был спектакль, мы его придумали пару лет назад, никто на тренировках не мог понять, что это не по-настоящему, кроме отца, конечно. Если он наблюдал за тренировкой, то приходилось драться всерьёз, а там не обходилось без синяков, в основном моих, как я не старалась, а Луна была мастером в рукопашном бою.       — Шиа, я смотрю, здесь нет для меня соперников, — Луна говорила это, в момент, когда я выкручивалась из её захвата.       — А для меня? — я спросила это искренне. Луна всегда мне помогала, акцентируя мою наблюдательность, она учила изучать противников, подмечать их слабости и бить именно туда. Так я и поступала, если считала противника сильнее.       — Видишь ту чёрненькую справа, — она развернула меня лицом к ней, будто пытается заломать мне руку.       — Ага, — вывернулась я и сделала атаку ногой.       — Эта та, что постоянно ошивается возле Эрена, наблюдай за ней и её движениями. Мы слегка сместились, чтобы лучше видеть её. И вправду её движения были быстрыми и чёткими, а на лице читалась полная апатия к происходящему.       — Луна, она слишком быстрая, я боюсь, что не смогу её одолеть, — сказала я, зажав Луну в захват.       — Если будешь сдаваться до боя, то так оно и будет, — она вырвалась из захвата и резко ударила пяткой мне в грудь, но я успела подставить руки, — Изучай, она же человек, а значит, у неё больше уязвимостей, чем у титанов, — Луна снова перешла в атаку, — А пока избегай спарринга с ней. Я молчала, потому что Луна увлеклась и её удушающий приём не давал мне вздохнуть. Пришлось смачно наступить ей пяткой на ногу, чтобы привести в чувства. Это сработало, она разжала руки:       — Прости, пожалуйста, я просто засмотрелась на неё, — оправдывалась она. Я согнулась, чтобы отдышаться, в лёгких не было воздуха достаточно долго, поэтому в глазах ещё сверкали звёздочки. Махнула рукой, чтобы сестра не переживала.       — Меняемся партнёрами, — раздался приказ Моблита. Все быстро поменялись, явно исключая нас из цепочки. Мы стояли и смотрели по сторонам, все начали спарринг, но что было делать нам?       — В чём дело? — командир заметил, что наши две рыжие головы всё также в паре.       — Мы как-то не успели поменяться с кем-то, — оправдывалась Луна с улыбкой на лице.       — Откосить не получится, новобранец, — он снова нагнулся прямо к лицу Луны.       — Саша Браун, бегом в пару к ней, — он ткнул пальцем в Луну.       — Сэр, я могу попросить себе в пару самого сильного солдата? — спросила Луна с ехидной ухмылкой.       — Крутой себя считаешь?       — Нет, просто учиться можно только у человека сильнее тебя, вы не согласны с этим? — она снова расплылась в улыбке.       — Хм, ну посмотрим, как ты справишься, — Моблит развернулся, — Микаса Аккерман, в пару к ней. Девушка повернулась, на секунду замерла, а потом начала медленно идти в нашу сторону.       — Арлерт, а ты чего сидишь, прохлаждаешься? Давай в пару ко второй, — он кивнул в мою сторону. Только сейчас я обратила внимание на этого голубоглазого парнишку, он стоял в стороне и, как я поняла, не участвовал в спарринге. По его миловидному виду несложно догадаться, что он не воин, тогда зачем он сюда припёрся? Какие у него тогда цели? За кем-то пошёл? Он испуганно посмотрел на меня, потом на командира и нехотя начал движение в мою сторону.       — Продолжаем! — приказал Моблит. Я не знала, какой он в бою, ведь не видела его в деле. Он стоял, просто опустив руки по швам. Я собиралась с мыслями, какой удар отработать на нём, хотя внутренне не хотела с ним драться, мне он казался таким нежным цветочком:       — Меня зовут Армин. Его слова привели меня в замешательство. Он говорил это с таким лицом, будто мы не на тренировке, а на свидании. Слегка опешив от такого, я вышла из стойки:       — А я Шиа.       — Вы с сестрой хорошо дерётесь, я видел ваш спарринг.       — Эм, спасибо, Армин, но если мы сейчас не начнём, то нам влетит от Моблита.       — Да, ты права, тогда начинай, — он опустил глаза и, наконец, встал в стойку. Я стремительно начала выпад в его сторону, он прикрылся руками, думая, что удар пойдёт по лицу, но он сделал фатальную ошибку, полностью закрывая лицо, он теряет из вида соперника, поэтому я присаживаюсь на корточки и сбиваю его с ног мощным круговым ударом своей ноги. Он падает набок, но не успевает ничего сделать. Я наношу ещё один удар стопой в солнечное сплетение — он переворачивается на спину с открытым ртом. Мгновенно запрыгиваю на него, замахиваясь кулаком, но затем останавливаюсь. Его взгляд полный боли и открытый рот, которым после удара, он пытается безуспешно хватать воздух, вырвали меня из боевого состояния и мне стало не по себе. Складывалось впечатление, что я бью ребёнка и это чертовски неправильно. Я слезла с него и протянула ему руку. Он вытянул на встречу свою, поднимая торс, он скривился от боли. Я присела на корточки и взяла его за плечо:       — Ты как? Встать можешь?       — Сейчас… мне… надо… отдышаться, — каждое слово давалось ему с трудом.       — Удар в солнечное сплетение приводит к кратковременному спазму диафрагмы, поэтому тебе надо успокоиться, скоро это пройдёт. Он помахал головой в знак согласия. В этот момент я вспомнила, про Луну. Встав в полный рост, начала искать её глазами и нашла. А у неё явно дела, шли веселее. Обе ещё стояли на ногах, явных признаков, что кто-то проигрывает, нет. Они кружились в боевом танце. Когда Микаса пыталась обойти Луну сбоку, пользуясь своей скоростью, та моментально смещалась немного, поэтому удары пролетали мимо. Когда же Луна шла в атаку, то Микаса тоже ловко уворачивалась от неё. Этот бой завораживал. Половина солдат уже остановились, чтобы насладиться этим зрелищем. Наблюдал и Моблит, поэтому пока не раздавалось привычных криков с его стороны. Не знаю, сколько по времени это продолжалось, но в моменте Микаса всё-таки нанесла удар в спину Луне, когда та уворачивалась. Луна проскользила на одном колене по земле, еле удержав равновесие. Это было спусковым крючком для неё, потому что Луна не умеет проигрывать. В эти моменты лучше не попадаться ей под руку. Она тихо смеялась, когда вставала. Лицо Микасы было таким же бесстрастным, но одышка говорила, что она устала. Повернувшись к ней лицом, Луна произнесла с улыбкой на лице:       — Давай ещё раз. И Микаса, ни секунды не думая, рванулась на неё. Луна больше не уворачивалась, она отставила правую ногу назад для лучшего упора и сложила руки перед собой. При ударе Луна выбила руку Микасы и нырнула под неё, обхватила ноги и перекинула через себя. При падении Микаса успела сгруппироваться, но удар о землю был сильный, поэтому она не смогла сразу встать на ноги.       — Закончили тренировку! — раздался голос Моблита, — Перерыв пятнадцать минут и идём на упм. Луна подошла помочь подняться Микасе, но та проигнорировала её протянутую руку. Поднявшись с земли, она даже не посмотрела в её сторону:       — Пойдём, Армин, — она обратилась к блондину, что всё ещё сидел на земле. Я посмотрела, как он встаёт, и поняла, что он снова мог дышать. Взглянув на меня, он молча двинулся к Микасе. А ко мне уже подошла сияющая Луна.       — Ну, как тебе? — она села на землю, поправляя растрёпанные волосы.       — Эффектно, как и всегда в принципе, — я улыбнулась ей.       — Признаю, одолеть её было непросто, но мне понравилось, давно я не встречала, тех, с кем можно достойно подраться.       — Да, это тебе не наш постановочный бой.       — О, а ты как? Размялась наконец-то? — спросила она, махая головой в сторону Армина.       — Ничего интересного, он не боец, — я решила высказать свои мысли Луне, — Зачем он здесь? Такие, как он, вообще в армию не идут, а он полез в разведчики — в самое неблагодарное подразделение.       — Может, попёрся за какой-нибудь девушкой? Ты же знаешь, такие романтики — мол, за любовью на край света, — на этих словах она захихикала.       — А наш брат? Он тоже был романтиком? Или обычным глупцом, как и эти вроде Эрвина? — не знаю, почему я задавала эти вопросы.       — Не знаю, Шиа, но хочется верить, что он не был идиотом, — улыбка пропала с лица Луны, — Давай представлять его романтиком, — она подняла голову в мою сторону. А я одобрительно махнула головой в знак согласия. После был двухчасовой полёт на упм с применением лезвий. Не с первого раза нам далась эта задача, по отрубанию импровизированного куска из шеи деревянного титана, но это было логично, если на упм мы периодически летали на тренировках в военной полиции, то отрубать бошки титанам нам не давали, в этом не было нужды. Но, раза с десятого мы справились, повторяя это снова и снова, чтобы закрепить новый приём. Наконец-то мы отправились обратно в лагерь. По прибытии все отправились на обед. Нам повезло, и мы с сестрой успели занять стол, поэтому обедали одни, никто не решился к нам подсесть. Отобедав, мы собирались в душ. В комнате мой взгляд упал на стул, где лежала форма капитана. Чёрт, а ведь я почти забыла тот инцидент. Надо постирать и вернуть её, заодно забрать из прачечной свои вещи. Придётся после душа заняться этим. Я схватила вещи со стула, и мы направились в путь. Постройка, в которой была душевая, не отличалась ничем от других, следуя за сослуживцами, мы без труда её нашли. Внутри было на удивление просторно, но вот вода была ужасно холодной, принимая душ у меня зуб на зуб, не сходился. Надеюсь, это разовая проблема с подогревом воды, также и заболеть недолго. Благо погода сегодня тёплая. Когда мы выходили из душа, я сказала Луне, что пойду в прачечную, заберу свои вещи. С довольной ухмылкой она проводила меня взглядом, когда я пошла в противоположную сторону. Днём прачечная была открыта, и к моему счастью, внутри не было ни души. Я без труда нашла свою форму, но меня ждало разочарование, от неё пахло конюшней, мокрая одежда быстро впитывает запахи. Зараза, придётся стирать обе формы. Смирившись с этим, я начала искать подручные средства для стирки. В соседней комнате нашла тазик и мыло, а во второй щётку. Не знаю, сколько времени заняла стирка — но руки гудели, как после турника. Наконец, развесив всё, я улыбнулась проделанной работе. Её же ещё надо будет утюжить — улыбка моментально пропала с моего лица. Ополоснув руки, я отправилась к выходу. Выйдя наружу, я осмотрелась, и мой взгляд зацепился за дерево недалеко от прачечной, там кто-то сидел и держал книгу в руках. Интересно, здесь есть библиотека? Как я могла не узнать этого сразу? Может спросить? Я начала медленно подходить к человеку, сидящему за деревом, сначала рассмотрю, кто это. Это был Армин, парень, с которым мы боролись, если это так можно было назвать. Я расслабилась и решила заговорить:       — Что читаешь? Армин дёрнулся от неожиданности, быстро закрыл книгу и спрятал её себе за спину. Обернувшись на меня, он испуганно произнёс:       — А так сказки, ничего интересного. Он врал. Это отчётливо читалось у него на лице.       — Извини меня, — эти слова вырвались сами собой. Ведь мне правда было стыдно.       — За что? — Армин искренне удивился.       — За случай на тренировке. Мне не стоило так сильно бить тебя.       — Не переживай, это же тренировка и у каждого своя сила удара, просто мне не повезло, — он широко улыбнулся мне, и эта улыбка была такой искренней.       — Можно я присяду? — я указала рукой на место возле него.       — Конечно, — он слегка подвинулся, похлопав рукой по траве. Я аккуратно села рядом, согнув ноги в коленях:       — А у вас здесь есть библиотека?       — Нет, это старая база, из неё вывезли все книги, — он задумался на секунду, — Но, знаешь, у Ханджи в кабинете есть много книг, которые она возит с одной базы в другую. Ой, а какие книги тебе нужны? Просто Ханджи изучает титанов, и вряд ли у неё будут обычные книги, скорее всего, научные…       — Серьёзно? — перебила я Армина и уставилась на него.       — Да, она же не просто военный; я бы сказал больше учёный.       — Это же прекрасно, — я не могла сдерживать улыбку, в этом месте кто-то любит науку, так же как и я, — Армин, а как мне её найти?       — Эм, её кабинет находится в подвале. Только мне тяжело сказать, когда она там бывает, — задумчиво ответил Армин.       — Спасибо тебе, — сказала я и собралась уже уходить.       — Можно задать тебе один вопрос? — спросил Армин, опустив взгляд на землю. Я остановилась:       — Задавай. Внутри всё напряглось, ведь вопрос мог быть любым.       — Почему ты пошла в разведкорпус? Складывалось впечатление, что всем вокруг это было интересно. Что сказать? Мне самой было бы интересно, будь я на его месте. Но, на это был заготовленный ответ.       — Мы хотим найти нашего старшего брата или то, что от него осталось. Армин смотрел на меня с недоумением, видимо, он ничего не слышал об этой истории.       — Наш брат служил в разведкорпусе, но после одной из вылазки, он бесследно пропал. И пропал не в бою, а по дороге к стене Мария, — я замолчала, потому что неприятные воспоминания накрыли с головой.       — Как его звали?       — Магнус… Магнус Йорк, — с этими словами я повернулась к нему. Он не смог долго смотреть мне в глаза, поэтому отвернулся.       — А ты? Почему ты здесь? — мне искренне было интересно, ведь я не воспринимала его как воина, но эту мысль я при себе оставила.       — Море, — почти шёпотом сказал он и повернулся ко мне, — Ты когда-нибудь слышала про море? Хм, я начала судорожно перебирать книги и определения, что мне известны, но в голове не возникало ничего, что хотя бы напоминало это слово. Я растерянно смотрела на него.       — Представь огромное озеро, только оно настолько огромное, что ты не видишь противоположный берег! А вода! Она солёная! — его голос стал громче, а в глаза сияли от восторга. Я была ошарашена, мой мозг безуспешно пытался нарисовать описанную картину, но ничего не выходило:       — Как это? Почему она солёная? — я уставилась на него, ища ответы на свои вопросы. Он вытащил из-за спины книгу, которую прятал всё это время. Обложка была незнакома мне, поэтому желание узнать, что там внутри, становилось почти невыносимым. Он открыл её и начал листать страницы в поисках, так называемого моря.       — Вот, — он указал на картинку, где солнце наполовину зашло в воду, отражаясь в ней. Закат, но вместо привычного горизонта, была вода. Под картинкой было описание моря. И тут меня осенило, это была книга о мире за стенами, о том, что нам с сестрой было строго настрого запрещено читать, знать или даже задумываться об этом.       — Армин, эта же запрещена книга! — я указала на неё пальцем. На мгновение он замер, потом захлопнул книгу и хотел вскочить на ноги, но я успела свалить его за руку:       — Стой! Не уходи… Пожалуйста! — я искренне не хотела его напугать. До меня только дошло, что я из четы военной полиции, которая садит людей за такое, — Армин, даю тебе слово чести, я никому не скажу про твою книгу, только расскажи мне больше о мире за стенами, — я говорила искренне, хоть я не любила нарушать правила, но сильнее этого я хотела всё знать, а за стенами скрывалось то, о чём мне не доводилось даже подумать. Видимо, он поверил моим словам и медленно опустился обратно.       — Тебе, правда, это интересно? — он смотрел на меня, видимо, пытаясь понять, можно ли мне доверять.       — Очень. Он неуверенно улыбнулся, открыл книгу на первой странице и начал рассказывать, каждый раз показывая незнакомые иллюстрации загадочных пейзажей. Я слушала молча, пытаясь запомнить каждое новое слово, каждую картинку. Время шло. Из этого восхитительного момента нас вырвал женский голос:       — Армин! В метрах двух от нас стояла Микаса и Эрен.       — Ты забыл про нас? — спросил Эрен, испепеляя меня недовольным взглядом.       — Ребята, — Армин широко улыбнулся, — Немного зачитался.       — Шиа, прости, но мне пора, — с этими словами он закрыл книгу и начал вставать.       — Армин, можно потом почитать твою книгу? — я пыталась говорить шёпотом, чтобы его друзья не услышали этого вопроса. Он повернулся ко мне и присел на корточки:       — Мы обязательно ещё её дочитаем, обещаю, — он похлопал меня по плечу и направился к Микасе с Эреном. Я немного выждала время, когда они уйдут, и начала подниматься с земли. Шагая в казарму, я не могла сложить два плюс два, новые знания не укладывались в голове, и тут новая идея вспыхнула в моём мозгу, как пламя в камине: «Я хочу за стены! Я хочу это увидеть!» В этот момент я даже остановилась. Во мне боролись две стороны: послушница военной полиции, благодарная дочь своего отца и сумасшедшая, жаждущая новых знаний, готовая наплевать на все законы и правила. Мне надо срочно увидеть Луну, я должна выплеснуть эти мысли из головы, пока они не свели меня с ума. Когда я зашла в казарму, то вдруг вспомнила слова Армина, что кабинет Ханджи находится в подвале. С минуту я сомневалась идти к Луне или к Ханджи. Ладно, Луну я точно сегодня увижу, а вот Ханджи могу и не застать. Я направилась в подвал. Стоя в холодном подвале, я вдруг поняла, что не спросила, куда именно мне нужно идти. Решено было медленно двигаться вперёд, прислушиваясь к звукам. Пройдя половину коридора, возле тяжёлой деревянной двери, я наконец-то что-то услышала. Это был голос, он что-то быстро и эмоционально говорил, но из-за двери было не разобрать, что именно. Что же, попробовать стоит. Я постучала кулаком в дверь. Голос затих, минута и дверь распахнулась. На меня смотрела взъерошенная девушка в очках. Это она. Я не успела ничего сказать:       — О-о-о-о, здравствуй, близняшка! А где вторая? — она высунула голову в коридоре, ища глазами Луну.       — Здравствуйте, я Шиа Йорк, новенькая, — я пыталась натянуть улыбку на лицо, — Я пришла одна, без сестры.       — Оу, жалко. Если бы титанов не было в нашем мире, я бы точно занялась изучением таких близнецов, как вы, — на этих словах она приблизилась ко мне максимально близко. Не скрою, что мне стало страшно. Я одна в подвале с какой-то сумасшедшей. Надо было выкручиваться.       — Армин, рассказал мне о вас и вашем увлечении наукой, — начала я, удаляясь от неё, — Мне тоже всегда это было интересно. Пока я это говорила, Ханджи отошла к одному из своих столов, на которых царил настоящий хаос, и начала изучать что-то в пробирках. Я продолжила:       — А ещё я ничего толком не знаю о титанах, может быть, вы мне расскажите про них? Вы же сейчас их изучаете? В этот момент Ханджи кинула пробирки, уставилась на меня, поднесла руки ко рту и взвизгнула, потом подпрыгнула, подбежала ко мне:       — Ты ничего не знаешь про титанов? — она схватила меня за руки.       — Только школьную и военную программу, — аккуратно освобождая руки, ответила я. Её активность меня пугала, я бы никогда не общалась с таким человеком. С ней каждый день, явно, как на пороховой бочке.       — Отлично! Тогда присаживайся куда удобно, я сейчас тебе всё расскажу! — она начала бегать по кабинету и что-то искать. Я оглядела её импровизированный кабинет. Это был мой ночной кошмар. Все книги в шкафах стояли вверх ногами, какие-то вообще валялись под ногами. Куча разбросанных бумаг: на полу, столах, стульях. Хаос был невероятным: ни один предмет в комнате не стоял на своём месте. Внутренний педант негодовал, он кричал бежать оттуда, со всех ног. Но, пришлось подойти к стулу возле стола, где было накидано меньше всего бумаг, и аккуратно взять их в руки, чтобы освободить место. Святая Мария, мне этот кабинет будет сниться в кошмарах.       — И так начнём со строения титанов, — Ханджи показывала мне огромный плакат с нарисованным титаном. Видимо, его она искала минуту назад. Спустя часа три я машинально собрала все бумаги вокруг меня и сложила их стопками. Рассказ Ханджи был действительно интересным и познавательным, и теперь я уже сомневалась в словах отца, который называл их «бездельниками, тратившими налоги обычных людей». Ведь они много чем пожертвовали ради этих крупиц знаний. Внезапно дверь распахнулась, и в неё вошёл капитан Леви. Я даже остановилась от раскладывания бумаг. Он окинул меня недобрым взглядом, но когда он опустил глаза на бумаги, сложенные вокруг меня стопкой, спросил:       — Ханджи, ты наконец-то нашла себе уборщика? В этот момент она повернула голову в мою сторону и заметила, что я успела сделать за время её лекции.       — Ого! Когда ты успела их сложить? — она подошла ко мне ближе, — Ты, что такая же чистоплюйка, как этот? — она показала пальцем в сторону капитана.       — Я просто люблю порядок, — я улыбалась ей как можно милее.       — Слушай, а ты пишешь, так же быстро, как и складываешь бумаги? — Ханджи сложила ладони в замок и нагнулась ко мне.       — Думаю да, — Мой голос звучал неуверенно, потому что я не знала, к чему клонит Ханджи.       — Это же великолепно! Тогда завтра поедешь с нами и будешь всё записывать за мной! А по дороге я тебе расскажу, про то, как мы однажды встретили разговаривающего титана!       — Ханджи! — перебил её капитан, — Ты не слишком ли много болтаешь?       — Леви, она же одна из нас! Ей придётся сражаться с титанами, а значит, надо знать врага досконально, — Ханджи говорила это, радостно направляясь уже в его сторону, — Или она тебе нужна для других задач? Капитан молча смотрел на Ханджи. На лице явно читалось его привычное раздражение:       — Не нужна. Раз решила её взять, то и отвечать за неё будешь сама.       — Вот и договорились! — она развернулась ко мне, — Да, Шиа?       — Как прикажете, Ханджи Зое, — я снова попыталась изобразить радость. Выглядело, наверное, глупо.       — Ой, Шиа, перестань, зови меня просто Ханджи и без этой официальщины!       — Хорошо, а во сколько и где мне быть завтра? — я встала со стула.       — После построения мы сами вас заберём, тебя и твою сестру, — за Ханджи ответил Леви. Я немного оторопела:       — И мою сестру?       — Да, — сухо сказал он.       — Но зачем?       — Это приказ Эрвина, он не обсуждается, — он начал движение к Ханджи, — Свободна. Ничего не оставалось, как подчиниться и направиться к себе. Зачем им моя сестра? Это очень подозрительно, да ещё и приказ Эрвина. В этих раздумьях я добралась до нашей комнаты. Когда я потянулась к ручке, дверь распахнулась и оттуда на меня смотрела Саша.       — О, вот она! — она повернулась к Луне, которая уже мчалась к двери.       — Где ты шлялась всё это время? — Луна подскочила ко мне вся на нервах, — Я этот хренов лагерь обежала три раза!       — Ладно, пока девчонки! — это был голос уходящей Саши. Мы промолчали, мне было не до неё, а Луна ждала ответ, где я была. Закрыв дверь, я начала говорить:       — Помнишь, сегодня перед тренировкой, Эрена куда-то забрали?       — Ну, помню. И что дальше? — Луна сложила руки на груди.       — Так вот, завтра мы едем его сопровождать.       — Что??? Серьёзно? Это целый день терпеть этого придурка? — Луна схватилась за голову и пошла в сторону своей кровати.       — Ну, мы же сами с тобой хотели узнать, что они делают с ним.       — Ты права, — она сказала это, глубоко выдохнув.       — Это ладно, а где ты была всё это время? И как смогла пристроить нас в сопровождение? — Луна заулыбалась. Она явно ждала весёлой истории, как в прошлый раз, но хорошо, что в этот раз всё прошло гладко. Я даже где-то была довольна этим продуктивно проведённым временем.