Часть 29

Яркие лучи осеннего солнца светили в не зашторенное окно. Разлепив сонные глаза, первое, что я сделала, — зажмурилась от этого света. Горло пересохло и требовало воды, голова раскалывалась от неимоверной боли. «Что вчера было? Как я оказалась У Эммы?» — пронеслось в мыслях. В комнате я была одна. Последнее, что помню, это как мы разговаривали по телефону с парнями. Потом огромный пробел. Ночью я, кажется, пару раз просыпалась. Рядом на кровати спали еще и Эмма с Хиной, но сейчас их нет. Наверное, проснулись и пошли завтракать. Или похмеляться. Я с протяжным стоном опустила голову обратно на подушку, осознавая, что совсем скоро получу по первое число. Ребята будут сильно ругаться и возникать, обвиняя нас в беспечности и легкомысленности. Особенно Баджи. О, нет. Только не он… С огромным трудом я оторвала ватное тело от постели и, покачиваясь, дошла до двери. Только сейчас обратила внимание на то, во что была одета. Какая-то милая пижама с фламинго, очевидно, принадлежащая Эмме. Но кто меня переодел, если девчонки точно были не в состоянии, а я — тем более? Решив разобраться с этим позже, я дернула ручку и вышла. Из кухни доносился манящий аромат свежего завтрака и кофе. Слышались оживленные голоса. Я, чувствуя странное беспокойство, побрела туда. Все ребята уже собрались — я очухалась последней. Майки, Дракен и Баджи сидели за столом в домашней одежде и с взлохмаченными волосами. Мицуя колдовал у плиты. Чиф и Такемичи стояли у окна. Эмма и Хина, с видом побитых собак, полусидели-полулежали за столом, приложив к голове пакеты с замороженным мясом. — О, а вот и Минори! — Весело заявил Чифую и помахал мне. — Всем… доброе утро. — Я опустилась рядом с подругами, стараясь не обращать внимания на недовольный взгляд янтарных глаз. Друзья поочередно поздоровались со мной. Мицуя заботливо поставил передо мной стакан холодной воды и обезболивающую таблетку. Я закинула таблетку в рот и залпом осушила весь стакан. Затем взглянула на Эмму, которая своим видом напоминала зомби. — Эмма, с тобой все нормально? — неуверенно спросила я и задумалась над тем, как ужасно сейчас выгляжу. — А?.. — О, у сестрицы похмелье, — Манджиро весело рассмеялся и махнул рукой на блондинку, которая совсем не реагировала на нас. — Кажется, не у нее одной. — Ну а теперь, когда все в сборе, — нарочито громко начал Кейске, и моя голова заболела сильнее. — не хотите ли объяснить, какого черта вчера было? Между нами повисло давящее молчание. Мы с девочками опасливо переглянулись. Лица парней вмиг стали серьезными и недовольными. — Кхм… ну… — Без «ну», Хина! Говорите, почему вы напились с незнакомцами?! — Такемичи Ханагаки топнул ногой, и мы троем дернулись. Выглядел он до смешного рассерженным. Хината удивленно глянула на своего парня и сказала: — Ну, мы вчера гуляли. Ходили на пикник и в кино… или мне это приснилось? — Нет-нет, вроде ходили, — успокоила я ее. — Ну так вот. Мы сходили в кино. Потом не помню, что было, но мы оказались в туалете торгового центра. — Да, и там встретили девушку Сору, — переняла эстафету оправданий Эмма. — Она пролила на свое платье виски и плакала в кабинке. У нее был день рождения. Я оттерла пятно, а девочки ее успокоили. — И в благодарность она пригласила нас на свой день рождения в ресторан, — закончила я. Свастоны скептически переглянулись между собой. — Допустим. И на кой хрен вы там нажрались хуже свиней?! — Басистый голос Кена разрезал недлительную тишину. Блондинка вздрогнула. — Это вышло случайно. Как-то завертелось, закрутилось… — Ах завертелось?! Эмма, черт возьми, я чуть не поседел, когда не мог дозвониться до тебя! — Он ударил кулаком по столу и резко поднялся. Отошел к окну. — Кенчик, ну прости! Такого больше не повторится! — Кто еще с вами был? — спросил Майки самым невозмутимым тоном, но по лицу было видно, что он тоже недоволен нашим рассказом. — Сора, ее младшая сестра, — начала перечислять я, затем глянула на подруг, мысленно спрашивая, стоит ли говорить про тех двух парней. В их глазах прочитала отрицательный ответ. — Больше никого не помню. — Зато я помню, Исида. С вами было еще два каких-то ублюдка! — злобно отрезал Баджи. Я встретилась с ним взглядом и увидела гнев. Он сжимал пальцы так, что белели костяшки. Кейске был одет в домашнюю белую футболку и шорты. Волосы взлохмачены. Но даже в таком виде он выглядел довольно угрожающе. Наверное, они все ночевали у Майки. — Э-эм… да… Это были друзья Соры, — Хина нервно усмехнулась. Несколько секунд ребята снова молчали. Выражения их лиц было очень легко понять: раздражение, ярость, свирепость, ревность. — Вы понимаете, что могли влипнуть в неприятности? — вкрадчиво поинтересовался лидер. — Вы были пьяные в щи. На вас могли напасть, начать приставать. Вы бы даже ничего сделать не смогли. — Прости, Майки, мы больше не будем, — Эмма состроила брату ангельские глазки. — Да, мы больше не будем, — поддержала Тачибана. Я лишь молча кивнула. Между нами повисло напряжение. Я нервно сминала ткань пижамных штанов под столом. Было чертовски стыдно. Хоть никто из них не был моим братом, парнем или, более того, отцом, но, тем не менее, я понимала, что парни переживали за нас. Мы поступили глупо и необдуманно. Неожиданно для всех Кейске резко поднялся из-за стола и пошел к выходу из кухни. Остановился возле меня и взял за руку. — Пошли поговорим. — приказал он. Да, именно приказал. По-другому это не назовешь. Я молча встала и поплелась за ним в комнату Эммы. Девочки проводили меня сочувствующими взглядами. Баджи пропустил меня вперед и зашел следом. Закрыл дверь (слава богу, не на ключ). Я подошла к окну, сложила руки на груди. Он остановился в паре метров от меня в той же позе. — Ты дура, — спокойно, не меняясь в лице, сказал юноша. Я не ожидала, что диалог начнется с оскорблений, но виду не подала. — Может быть. И что? — А ничего! — Он преодолел расстояние между нами в два шага. Я уперлась ягодицами в письменный стол Сано. Кейске положил руки на стол по обе стороны, блокируя мне проход. — Ты гребаная дура. Идиотка. Мы с парнями вчера уже такого себе напридумывали, а вы просто бухали в свое удовольствие. — Все сказал? — Я с вызовом взглянула в его карие глаза и вздернула подбородок. Парень скрипнул зубами и плотно сжал челюсть, но ничего не сказал. Несколько секунд все так же гневно пялился на меня. — Нет, не все. Если подобное повторится еще раз, мы с тобой будем разговаривать по-другому. — Да? И как же? — Я ухмыльнулась, показывая, что не боюсь. Правая рука Баджи взметнулась вверх и сомкнулась на моей шее. Он крепко сжал горло, чтобы я не вырывалась, но могла дышать, и приблизил мое лицо к себе. — Узнаешь. — угрожающе прошипел он. — Ладно. Извини, если заставила переживать. Такого больше не повторится, — ответила я хриплым голосом, не разрывая зрительный контакт. Прежде чем отпустить меня, капитан первого отряда еще несколько секунд всматривался в мое сонное, опухшее после пьянки, лицо, и только потом удовлетворенно кивнул. — Они тебя трогали? — Кто? — Те сопляки. Они трогали тебя? — Баджи нахмурил темные брови и сжал губы в тонкую линию. Я нервно сглотнула. — Нет. — Не смей врать. — предупредил он. — Я говорю правду! Они были нормальными и вежливыми. Мы просто общались, — Я не врала. Те парни, чьих имен я уже не помнила, вели себя вполне адекватно. — Запомни: ни один еблан не смеет трогать тебя. Я найду и лично убью каждого. Оторву сначала руки, а потом все остальное. Я видела в его глазах нездоровую ревность вперемешку с агрессией. За это время я хорошо узнала Баджи и понимала, что этот парень способен и не на такое. Уверена, если бы я упомянула, что какой-то бедолага приставал ко мне, то сегодня же вечером его нашли бы с пробитой черепушкой в каком-нибудь овраге. — Ты поняла меня, Исида? — спросил он голосом, не терпящим возражений. — Да… Несколько десятков секунд мы помолчали, исподлобья глядя друг на друга. Потом я задала вопрос, который интересовал меня с самого момента пробуждения. — Я проснулась в белье и этом, — кивнула на одежду Эммы. — Кто меня переодел? — Я. Никто больше не может видеть тебя без одежды, — спокойном голосом ответил собеседник. Я едва ли не поперхнулась от его наглости. — Ты тоже! — Почему? Ты однажды видела меня в трусах. Око за око. — Кейске невозмутимо пожал плечами. Меня затрясло от злости (а может от того, как близко ко мне он стоял), и я с трудом поборола желание ударить нахала. — Это другое! И вообще, я не подсматривала за тобой! Я отвернулась, чтобы не получить психологическую травму при виде твоих трусов. — Ага. Конечно. Ты просто не могла отвернуться при виде моего ослепительного тела, — Кейске самодовольно ухмыльнулся и расправил плечи. Я почувствовала, как щеки наливаются румянцем. — Что?.. Фу, лучше замолчи. — я нервно хмыкнула, и чтобы хоть как-то разбавить это перенапряжение, поспешила перевести тему. — Буквально пару дней назад ты не был столь самоуверен. Что поменялось? В себя поверил? Ты не мой парень, чтобы смотреть на меня в белье. Хах, да тебе вообще повезло, что я спала, иначе бы я тебе, извращенцу, хорошенько вмазала… — Ну так будь моей. — Эта фраза завершила мой невнятный лепет. Я почти физически ощутила, как мои глаза округлились, а сердце забилось чаще. Кейске внешне был совершенно спокоен. — Что?.. — переспросила я, уверенная, что ослышалась. Баджи молчит. Молчит долго, видимо, размышляя, стоит ли повторять. Я воплощение терпения и терпимости — молча жду. Мысли постепенно смешиваются в голове, и когда я уже думаю, что не протрезвела окончательно, он произносит: — Я хочу любоваться тобой. Сегодня, завтра, всегда. И показывать свое отношение временем, подарками, руками, каждым проведенным мгновением рядом с тобой. Мой рот в удивлении раскрывается буквой «О», которую я часто использовала в письме на английском. Юноша смотрит прямо в мои глаза. Его дыхание ровное — не сбитое, как у меня; взгляд осознанный. Я не могу поверить в услышанное, поэтому тревожно шепчу: — Я польщена твоей красноречивостью, Баджи-сан. Но что ты все ходишь вокруг да около? Скажи прямо. — Будь моей, — легко повторяет он. Я чувствую, как сердце бешено трепыхается в груди. Наконец, беру себя в руки и произношу: — Да. — Да? — Его брови в изумлении ползут вверх. Первая эмоция за последние пару минут, что показались мне вечностью. — Да, — Я улыбаюсь. Не знаю, что на нас двоих нашло. Не знаю, почему именно сейчас он решил предложить мне стать его… девушкой? Да, девушкой. Я почувствовала, как бабочки порхают по моему желудку и щекочут каждую клеточку своими усиками. Мое сердце билось так быстро, словно хотело проломить в груди дыру. — Честно говоря, не ожидал, что ты так легко согласишься, — задумчиво произнес Баджи и улыбнулся. Он притянул меня ближе и обнял за талию. Наклонился за поцелуем — мягким, нежным. Не требовательным или грубым. Внутри меня все трепетало. Я не могла осознать, что все это реально, что Кейске действительно предложил мне стать его девушкой. Когда мы отстранилась друг от друга он спросил: — Как там дела с освобождением Па-чина? Отец ничего не говорил? Меня осенило. Я не видела свой телефон уже давно — очевидно, он валялся где-то разряженный. Наверняка отец звонил или хотя бы писал. Я глянула на стул со своей одеждой и начала копаться в вещах, намереваясь найти гаджет. Мои догадки подтвердились: он разрядился. — Батарейка села. Нужно зарядить и тогда я смогу посмотреть. Без лишних слов парень протянул мне зарядный шнур. Телефону потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя. Когда экран загорелся, я зашла в историю звонков и очень удивилась, ведь отец ни разу не позвонил мне. Тогда я зашла в сообщения. Отец: Я связался со знакомым адвокатом и объяснил ему ситуацию. Думаю, он сможет вытащить твоего друга из колонии, но понадобится время. 17:44 Он написал одно единственное сообщение как раз в то время, когда я кутила с подругами в ресторане. Я была рада и тому, что мне не прилетели предъявления по поводу отсутствия, и тому, что он, все-таки, согласился помочь, а не отмахнулся, как бывало раньше. — Отец написал, что нашел адвоката для Па-чина. Понадобится некоторое время, но, думаю, он скоро выйдет на свободу, — сказала я с довольной улыбкой. Баджи облегченно кивнул. — Спасибо. Правда, спасибо. Мы этого не забудем. — Перестань. От меня ничего не зависело, — Я махнула рукой. — Но если бы ты не попыталась, то шансы были бы на нуле. — Парень заключил меня в объятия. — Я позову девочек. Отдохните, пообщайтесь. Мы с пацанами перетрем на этот счет тогда. — Хорошо, — кивнула я и села на край кровати. Баджи вышел из комнаты.

***

Капитан первого отряда вошел на кухню. Эмма и Хина подняли на него встревоженные взгляды. — Девочки, идите в комнату, нам надо поговорить, — попросил он. Те молча поднялись и последовали в комнату Эммы. — Что такое, Баджи? — спросил Майки. — Есть новости. Отец Минори нашел адвоката для Па-чина. Понадобится время, но есть все шансы вытащить его без шума. Некоторое время ребята молчали, не веря своим ушам. Они вряд ли могли так легко поверить в то, что их близкий друг Па-чин наконец-то сможет выйти из исправительной колонии. — Ты не шутишь? — спросил Чиф. Баджи глянул на него и увидел в зеленых глазах неподдельную надежду. — Конечно, нет. Минори зарядила телефон и увидела сообщение от отца. — Прекрасные новости. Передай ей огромное спасибо, — кивнул Майки. — Тогда будем ждать освобождения Па-чина. Надо сделать все тихо, чтобы Кисаки потерял козырь и не смог нас больше шантажировать. — Представьте, как будет рад Пе-ян, а! — Дракен широко улыбнулся, и друзья согласно закивали. — Да, это отлично. Поблагодари Минори от всех нас. — поддержал их Мицуя. — Кстати, а что между вами? — Довольный голос Чифа резанул по ушам Кейске. Парни умолкли и уставились на него. Баджи сжал кулаки под столом и мысленно поклялся врезать своему заму смачную оплеуху за то, что не умеет держать свой рот на замке. Дырявая голова. — Хм. Да, Баджи, действительно. Что между вами? — Майки сузил глаза и потер гладкий подбородок, как настоящий детектив из европейских фильмов. Баджи нервно сглотнул, не готовый к такому вниманию. — Э-м-м… Ну, мы встречаемся. — Что?! Давно?! — Мацуно подскочил на стуле и едва ли не подавился чаем. — Ну, уже, пожалуй, минут десять, — Он глянул на настенные часы и пожал плечами. — Чего-о-о? Как так? Давай, рассказывай! — Подобрался Такаши. Баджи глубоко вздохнул. Придется рассказать. И он рассказал. О их взаимоотношениях, о чувствах. Обо всем, начиная с самого начала. Друзья слушали с интересом. Их глаза говорили о том, что они рады за Баджи. Он, наконец-то, обрел свое счастье. А меж тем приближался Хеллоуин…