...

      Уже привычно завывали сирены под грохот обваливающихся зданий. Пламя пожаров неспешно обгладывало улицы, оставляя после себя одинокое пепелище. Редкие зарницы взрывов на мгновение освещали небосвод, чтобы вмиг потухнуть. На город, охваченный хаосом, опускались сумерки.              Апокалипсис начался внезапно. Первый вой сирен сопровождал гул десятков самолетных взлетов. Власть имущие пытались спастись, отдавая на откуп миллиарды жизней. Оставляя многомиллионные столицы и маленькие деревеньки на заклание бездумным машинам для убийств. Зомби толпами нападали на людей, убивали и заражали их. Они были бездумны. Не боялись смерти и не чувствовали боли. Никто не знал когда они появились и из-за чего.              В кратчайшие сроки, создав безопасный уголок, правительство поняло, что места не хватит на всех и через контрольно-пропускные пункты проходили лишь единицы. Избранные. Те, чьи умения были первостепенной важности. Ради которых можно было пожертвовать десятками, а то и сотнями тысяч жизней обычной, серой массы. Человечество вернулось к выживанию по законам джунглей.              Стараясь остаться незамеченным зомби, Тоджи ехал на мотоцикле по улицам города, где хаос ненадолго стих перебравшись туда, где еще хватало народу. Он пробирался между брошенными машинами и внимательно следил за обстановкой. Расслабляться нельзя было ни на секунду. Если его лишат байка — его лишат мобильности и скорости. А без нее смерть постучит в его дверь намного раньше, чем хотелось бы.              Пистолет на поясе, тихо звякающий об пряжку ремня, придавал ему немного уверенности. Въехав в тихий переулок, Фушигуро заметил небольшой магазин. Он немного помедлил, но решил осмотреть местность в поисках припасов. Заглушив двигатель мотоцикла и оттащив его в неприметную нишу, он вошел в магазин с пистолетом в руках. Вопрос прозвучавший в тиши супермаркета был едва слышен.              — Есть кто живой? — настороженность в его голосе, казалось, можно было пощупать пальцами. — Выходи, я не заразный. — Перезаряжая ружье, продложил Тоджи, оглядывая помещение и замечая поддерживающуюся в предсмертных конвульсиях ногу за кассой.               Осторожно, на самых носочках он подходит к стойке, медленно заглядывает за нее, видя живого человека рядом с трупом. Девушка, вчерашний подросток если честно, сидит перед ним и смотрит ошарашенно. Тонкие ручонки так и трясутся словно бедолага только из запоя вышла, а глаза чернющие от зрачка, что и цвета радужки не разобрать. Сидит перед трупом, а вид такой то ли жалкий то ли жалостливый, что и не понять, как силы духу хватило в напарника, подвергшегося заражению, шмальнуть.              Обреченно вздохнув Тоджи выуживает из переднего кармана практически закончившуюся пачку когда то влажных салфеток и кидает в лицо, молчаливо предлагая вытереть физиономию.               —Как зовут тебя беда-наказание? — спрашивает мужчина, надеясь вопросом сбить фокус внимания с трупа и выровнять прерывистое, надрывное дыхание, которое четко предзнаменовало долгий женский плач.              —Нао-оми-и-и, — поскуливая от предстоящей истерики тянет девчушка, всхлипывая в перерывах.              —Напарник твой? — едва кивнув головой в сторону тела, осведомляется Тоджи и сразу же прикусывает язык. Полезность прошлого вопроса рассыпалась в труху. Он старается выглядеть естественно и переключает свое внимание на консервные банки, которые были полностью залиты зараженной кровью и мозгами. Можно было бы попробовать оттереть, но все вычистить в сегодняшних реалиях невозможно, а рисковать заражением не хочется. Значит, придется оставлять эти припасы тут. Плохо, но не критично.              —Да. — только и выдавливает девушка, судорожно дернув головой в чем-то напоминающем согласное покачивание головой, а после вздыхает так протяжно, что облегчение от того, что не будет воя, который мог бы привлечь зомби, ощущается едва ли не на физическом уровне. Теперь можно было основательно осмотреться.              Перепрыгнув через стойку, бывший Зеннин быстрыми движениями распахивает шкафчики и зло цыкает языком. Видимо тут недавно уже были другие, на дереве остались ржавые следы метала, и достаточно глубокие, но банок уже нет.              Он оглядывает помещение, забитое разрушенными стеллажами, и видит неприметную дверь в самом уголке зала. Уже ни на что не надеясь мужчина перепрыгивает обратно и проходит вниз в подсобку слыша как металлические части костюма тихо звякают при ходьбе. Проблема. Надо будет заново перекрепить, звук издавать нельзя.              Раз за разом Тоджи распахивает очередные створки из почерневшего от времени пластика и не находит ровным счетом ни-че-го. Полная пустота на полках ясно намекала что мародеры отлично постарались забрав с собой любые полезные вещи. Привычное разочарование горьким привкусом оседает на языке, мерзотно-кислой пилюлей прокатываясь по гортани, спускается в пищевод, оставив на прощание тяжесть в глотке. В кладовку безликим призраком проскальзывает Наоми, едва приоткрыв дверь и меланхолично смотря за его суетой.              Резиновая подошва удобных, хоть и слегка великоватых тапочек давала ей преимущество в виде бесшумной ходьбы, а маленький, практически птичий вес создавал из нее отличную разведчицу.              —Мы уже все в машину погрузили. — хрипло выдыхает она, едва не доведя Тоджи до нервной дрожи. Про присутствие девушки, оказалось, очень легко забыть, а безжизненный, лишенный любой эмоциональной окраски голос продрал до костей.              —Ты же понимаешь, что я могу тебя убить и забрать все вместе с машиной? — подозрительно спрашивает мужчина не в силах понять, что за мысли одолевают ее мелкую головешку и какой ей резон говорить про полезные вещи с тем, кто может все забрать.              —Можешь. — едва слышно соглашается она и слегка нервно утирает нос рукавом относительно чистой, но уже слишком явно старой толстовки. — А я все равно не доберусь домой, водить я не умею, а если попробую пешком дойти то, скорее всего меня укусят зомби и я умру в муках, превратившись в безмозглую тварь. Но я могу предложить безопасный дом с хорошей территорией взамен на то, что ты отвезешь меня домой. Там есть еще больше припасов. — Наоми все говорит быстро-быстро, заглатывая концы слов, пытаясь склонить его решение на нужную ей сторону.              Разумные аргументы об общей выгоде и предложение о сотрудничестве для него слишком вкусный кусок если хотя бы пятьдесят процентов того что она сказала — правда. Если не получится, то свернет шею и уедет, но есть шанс получить что то большее чем пара консерв. Безопасный участок земли, где можно будет хоть немного расслабится и поспать не в пол глаза.              —Веди к машине. — решается Тоджи и подхватывает собственный рюкзак, скинутый на скрипучую лестницу, чтобы осмотреть все места без затруднений. Радостно кивнув, девушка легкими прыжками взлетает вверх по ступенькам и теперь ожидающе смотрит на него с выхода. Сверкая черными глазищами с высоты, она нетерпеливо топталась на месте, нервно оглядываясь на пустой торговый зал. — Поразительная легкость. — сварливо буркнул мужчина и сам не понимая чем именно он был так недоволен, но покорно поднялся вверх слыша как под его весом скрипят доски.              Выйдя из магазина, он заворачивает в переулок и выкатывает свой мотоцикл, заблаговременно его заводя. Мало ли. Толпа зомби могла появиться в любой момент, а машину нужно было прогревать, заводить, мобильности меньше. Если что можно будет просто уехать. Оглянувшись, Зеннин откидывает сиденье мотоцикла и сбрасывает рюкзак в нишу, сразу же закрывая багажник обратно.              Выглянув из-за угла Тоджи сканирует взглядом местность, особо уделяя внимание заброшкам и кучам мусора, что валялись около дорог. Все было тихо и без изменений с того момента как он зашел в супермаркет.              Наоми тем временем забирает свой рюкзак и заворачивает в противоположную ему сторону, скрываясь в повороте, чтобы через время выйти и помахать рукой. Прикатив свой мотоцикл, Тоджи удивленно распахивает глаза. Перед его глазами предстает роскошь. Кусочек старого мира — огромный внедорожник с открытым багажником, в котором стояли деревянные ящики, доверху набитые провизией.              Ошарашенно моргнув Тоджи подкатывает мотоцикл и прикидывает, как же его можно закрепить, пока девушка уже открывала двери машины ключом.              —Веревку надо? — наполовину высунувшись из автомобильного окна, спрашивает Наоми по совиному моргнув и получив кивок, быстро ныряет обратно, сопровождаемая скептично поднятой бровью. Выскочив с машины она подходит к нему держа в руках веревку что по размеру больше напоминала корабельный канат. Больше не проронив ни слова девушка протягивает веревку ему. Взгляд зацепляется за худющие ручонки, в которых грубое плетение смотрелось омерзительно неестественно. Байк удается основательно зафиксировать, а завалив подол тяжелыми деревянными ящиками с консервами еще и дать основательную поддержку.              Тоджи садится за руль автомобиля и едва не стонет от наслаждения. Прошлый хозяин автомобиля не скупился на себя и приобрел ортопедическое кресло. Что примечательно — пассажирское было обычное. Пошарив рукой около руля мужчина не находит ключа в зажигании и вопросительно переводит взгляд на девушку.               Та, виновато ойкнув, суетливо оголяет тонкое предплечье, полностью усыпанное паутинкой шрамов. Под застиранным рукавом, оказывается, скрывались многочисленные самодельные фенечки, на которых висели десятки ключей. Вопрос как она оставалась беззвучной, с таким брянчащим грузом на руке, остался открытым, но проглоченным за ненадобностью.              Чем меньше она издает звуков, тем меньше шанс того что она привлечет своими движениями парочку зомби. Взяв отданные без капли сомнения ключи Тоджи вставляет их в зажигание и с благовением ощущает, как под его руками оживал железный монстр, который в свое время стоил десятки тысяч зелеными. Не смотря на очевидное плохое обслуживание, автомобиль, заводится без проблем и позволяет выехать из тупика. Зеленые глаза попеременно смотрят то в лобовое стекло, то в зеркало заднего вида, контролируя устойчивость мотоцикла. Верный друг радовал тем, что прочно стоял и не пошатывался от движения.              Заметив как рядом с ним беспокойно заерзала и затряслась Наоми тот вопросительно смотрит на девушку, пока та достает из-под сидения одеяло. Большое и мягкое оно полностью скрыло тонкие ноги, оставив на свету только кончики кроссовок и лицо с рукой. Мысленно согласившись, что девушка вполне могла мерзнуть, хотя бы просто от недостатка веса, Тоджи перестает обращать внимания на маленькие физиологические особенности спутницы.              —Нам туда. — Тыкнув костлявым пальчиком, указывает девушка, устроившись по удобнее и откинувшись в кресле практически до состояния лежа.              Хмыкнув Зеннин направляет машину в указанную сторону, покорно следуя на удивление точным указаниям, пока сама Наоми вытащила из бардачка странную железную конструкцию, казалось, состоящую из одних переключателей и все возилась с ней, посекундно поглядывая в лобовое стекло и сопровождая путь раздражающим щёлканьем своей железяки.              Наконец последний раз, щелкнув своей страхолюдиной, девушка с довольным видом устроила ее у себя на ногах и ехали бы они спокойно, если бы это не заговорило!              —Поворот налево через три переулка. — Проскрипел механический голос, отдаленно напоминая, навигатор существующий в прошлом, но даже так до чертиков напугав Тоджи не ожидающего что это создание Сатаны заговорит.              —Твою мать! — подскочив на своем месте, он едва ли не улетел в обломок столба, лишь чудом сумев выкрутить руль обратно. — Это че за хуйня? — взвинченно рявкнул мужчина, яростно смотря на девушку что неловко улыбнулась на своем кресле вжавшись в спинку и казалось, уменьшившись в размерах.              —Пожалуйста, не сердись, я забыла тебе рассказать. Это Пасу. Аналог навигатора прошлого. — На девичьих глазах блеснули слезы, а взгляд затуманился, когда она обронила севшим голосом. — Тору создал его, чтобы иметь возможность вернуться домой, куда бы мы не пошли. В нем есть камера и карта памяти. Снимаешь весь свой путь вперед, а потом просто зеркалишь его и ты сможешь приехать домой по его памяти. — Под конец Наоми уже бормотала себе под нос, но Тоджи это не помешало услышать полное объяснение.              —Полезно. — Соглашается Тоджи еще раз, подозрительно покосившись на железное исчадье ада и интересуется: — И много у вас подобных вещей?              — Есть еще Такеши и Дайсуке. Это перепрограммированные роботы-помощники по дому. Наверное, благодаря им мы и выжили. Им хватило информации с книжки по садоводству и животноводству чтобы обустроить хозяйство, которое прокормило нас с Тору. — Ностальгически улыбнувшись Наоми суетливо вытерла глаза рукавом и благодарно улыбнулась, когда Тоджи неловко похлопал ладонью по ее плечу. — Они тебе понравятся.              — Следующий поворот налево через пятьсот метров. — Прерывает так и не заданный вопрос навигатор, и Зеннин с лязгом закрывает рот, снова сосредотачиваясь на дороге перед собой.              Удручающая картина разрухи привычно мелькает перед глазами, уже не удивляя и не шокируя. Все было достаточно привычным, хоть и не менее удручающим. Обгоревшие здания, пятна крови повсюду, истлевшие кости валялись кучами. В относительно целых зданиях можно было даже не пытаться остановится, все уже давно были забиты мародерами и прочим отребьем, которое накидывалось стаей, жестоко убивая каждого, кто попытается их выселить.              Хотя порядком удивило, что едва сохранившаяся асфальтированная дорога была относительно чиста. Ни огромных обломков, ни упавших деревьев. Машина также практически молчала, приятно удивляя низким и тихим гудением под капотом.              Скорее всего, почивший «Тору» колдовал и над машиной — решает Тоджи, все так же слушаясь механического голоса и с удивлением замечая, что Наоми спокойно сопит на своем кресле, укутавшись в свой плед по самую макушку. Впрочем, удивление быстро сменяется откровенным шоком, когда он, наконец, видит ее «дом».              Огромный металлический настил возвышался на добрые пять метров, вверх вызывая ассоциации с военными объектами из прошлого. Не хватало лишь колючей проволоки под электрическим напряжением.              —Мы приехали. — Тихо хрипит Зеннин едва не разучившись говорить, и толкает девушку в плечо. Та, разом подобравшись, приоткрывает глаз, но увидев его, расслабляется и улыбается бронированной крепости мягкой, полной теплоты улыбкой. Мысль о том, что он уже давно не радовался чему-то так же как она, проскальзывает, но не успевает обосноваться в сознании.              —Дома. — Радостно выдыхает она и резко откидывает кресло уже полностью назад, чтобы схватить рупор и, высунувшись, в торопливо открытое окно, заорать в него со всей силы. — Такеши, я приехала! Открывай дверь! — она бросает громофон обратно на заднее сидение и радостно елозит по креслу, ожидающе гипнотизируя слитную стену без капли сомнений.              И ожидание венчается успехом. Громко треснув, слитная стена превращается в мелкий пазл металлических соединений, которые крутились сами по себе отворяя замок за замком. Нетерпение поглотило девушку, казалось, целиком и полностью. Она подпрыгивала на своем сидении, совсем по-ребячески топала ногой словно отсчитывая секунды, а Зеннин наконец смог разглядеть цвет ее глаз.              Его догадка, что в моменте убийства зрачок закрыл радужку, расширившись от колоссального стресса, подтвердилась, да не совсем. Чистый, глубокий коричневый цвет практически сливался с черным зрачком, совершая иллюзию, из-за которой он запутался.              Ворота, наконец, распахиваются, впуская их и Тоджи забывает как дышать. Сотни и сотни дней без цивилизации оказывается, оказали на него большее давление чем он думал. Солнечные батареи расположились по соседству с аккуратными грядками на которых спокойно располагались помидоры, капуста и батат. Они выбивали из колеи больше, чем если бы он увидел прогуливающихся по двору зеленых человечков.              —Твою мать. — Ошарашенный комментарий вырывается непроизвольно, а за ним следует то, что едва не доводит его до инфаркта.       —Че-ло-век. — говорят где-то снизу и пируэту Тоджи в тот момент могли позавидовать все балерины прошлого. В прыжке он разворачивается на сто восемьдесят градусов, чтобы, едва не упав на зеленую травку увидеть маленького, слегка большего за метр, робота. Серый метал поблескивал в свете закатного солнца, а глаза на маленьком экранчике трогательно хлопали. Рядом встала Наоми легко опустившись на колено чтобы взглянуть в глаза робота и сказать.              —Такеши, это наш новый друг. Представься ему и он представится в ответ. — Понукает Наоми, слегка подталкивая очередную железку в направлении Зеннина.              —Друг? — растерянно переспрашивает робот, наклонив механическую голову в бок. Жест был настолько детско-человеческим, что у мужчины мурашки по спине пошли непроизвольно. Он подъезжает к нему на маленьких колесиках и протягивает узловатую механическую клешню для рукопожатия. — Друг, я Такеши.              —Тоджи. Тоджи Зеннин. — представляется мужчина, сглотнув слюну и пожимает металлу руку. Жест сюрреалистичный как ни посмотри. Кажется, мир сошел с ума даже больше чем он думал.              —Теперь вы друзья. — Торжественно кивает девушка и гладит механическую макушку совсем как котенка, а потом направляется к дому, призывно маша рукой зазывая за собой.              Переглянувшись с механическим созданием Зеннин отправляется за девушкой наблюдая за тем как Такеши быстро едет в дом радостно попискивая и размахивая своими маленькими железными ручками. Еще раз осмотрев двор подмечая аккуратные грядки и даже ангар для хозяйской скотины Тоджи довольно улыбается. Решение ехать с этой чудачкой было удачным.              Он заходит в дом и едва не идет дальше в обуви, когда его взгляд натыкается на больше застиранные тапочки в виде медведей. Приподняв бровь он разувается и надевает забытый элемент прошлого, заключая про себя, что все больше элементарных удобств, привычных тогда вызывают у него неподдельный ступор сейчас.              Он проходит по дому, заставленному европейской мебелью, заглядывает в каждую комнату, вскоре обнаруживая Наоми на кухне, окруженную радостно возбужденными роботами. Они споро нарезали морковь, крошили петрушку и терли батат, определенно что-то готовя.              —О, ты пришел! — Наоми смущенно улыбнулась, едва взглянув ему в глаза. — Подожди полчаса, мы приготовим поесть. Если ты устал, то можешь пройти направо по коридору, там будет диван, можешь отдохнуть. — Тихо шепнула она одними губами и отвернулась к плите, на которой стояла шкварчащая сковорода.       Тоджи хотел было и правда последовать совету, но он остался. Лишняя предосторожность никогда не вредила, а через еду расправится было легче всего, но девушка не суетилась, не пыталась нервно оглядываться на него или находить предлоги для того, чтобы выставить его из кухни, чтобы что-то подмешать. Роботы также не подавали подозрительных признаков, работая наравне с хозяйкой. По маленькой кухоньке распространился вкусный аромат заставивший сглотнуть образовавшуюся слюну поднимаясь со своего места и подходя ближе, чтобы вдохнуть полной грудью.              Запах был густым и насыщенным. Из-за отвыкших рецепторов казалось что даже через чур. Он вдыхался через нос, оседал пряным вкусом на языке и прокатывался по гортани задерживаясь рядом с адамовым яблоком и ускользал дальше, согревая изнутри.              —Пахнет вкусно. — Отойдя назад, чтобы не сильно нависать над хрупкой девушкой, сделал комплимент Тоджи, слегка улыбнувшись. Пусть вежливость была и погребена под новой жизнью, но он никогда не забывал о том, что раньше все было иначе.              —Я старалась. — Вернула улыбку Наоми и потянулась за тарелками, на верхнюю полку, едва зацепив их кончиками пальцев. Осторожно отодвинув девушку рукой, Тоджи сам достает пару тарелок и передает их ей.              Благодарно приподняв кончики губ Наоми споро накладывает порцию еды в тарелку и передает ее в руки своего спутника. Наложив себе чуть поменьше, она тоже идет к столу и усаживается на диковинный металлический ужас, который было трудно назвать стулом.              Тот был выше барного, а его ножки удерживали два кольца став на которые можно было забраться на стул. Сзади, прям под спинкой располагалась металлическая подножка, на которой Наоми устроила свое колено с видимым удобством. Почесав затылок, Тоджи решает не заморачиваться в прихотливых изгибах женских потребностей и с комфортом располагается на мягком диване.              Металлические палочки привычно тяготят руку, а желудок наполняется едой. Мужчина не спешит раскусывать батат и долго греет его на языке, прежде чем разжевать и проглотить. Свежая морковка и огурцы так и вовсе были, что то вроде чуда. Наевшись и до полного удовольствия насладившись простыми, но от того не менее вкусными блюдами, он отодвигает от себя тарелку и зевает прикрыв рот рукой. После сытного, теплого обеда зверски хотелось спать. Давно он не испытывал такого чувства удовлетворения.              Заметив, что ее спутник клюет носом, девушка встает из-за стола и стучит кончиками пальцев по плечу предлагая встать. Она отводит его в отдельную комнату, в которой стояла добротная европейская кровать и оставляет его в одиночестве, прикрывая за собой дверь.              —Хороших снов! — тепло пожелала Наоми и на пути к кухне послышалась возня. — Такеши! Дайсуке! Хватит шалить, дайте ему отдохнуть! — сурово отчитывает своих маленьких друзей девушка, уходя в другую часть дома громко шлепая тапочками о пятки.              Когда она уходит достаточно, далеко Тоджи подхватывает свой рюкзак и недолго пошарив в его недрах рукой достает крепкую веревку, которой он привязывает дверную ручку к ножке своей кровати. Привычка все контролировать вскинула голову понукаемая ревностно взращённой паранойей и подкидывала идеи через что ему можно навредить, а потому он лег спать только через полчаса, закупорив все входы по максимуму.              Упав лицом в мягкую подушку Зеннин едва не застонал. Все напряженные мышцы враз расслабились и уже через несколько мгновений, он провалился в целительный, крепкий сон. Место было едва ли не идеальным, а безопасность намного выше, чем заброшенные многоэтажки и подвалы, в которые в любой момент могли забраться зомби.              Не видел он, как радостно улыбалась Наоми, помешивая в своей кружке зеленый отвар, залпом выпивая его и скупо морщась от вкуса и запаха. На глазах ее сонливость растворялась, а и так почти черную радужку затопил зрачок. Рядом с девушкой пикнул робот, держа в металлических ручках множество баночек, инструментов, удерживая их на подносе и радостно подрагивая всем своим видом готовый служить и выполнять приказы.              —Молодец, Такеши. — в ее глазах сияло яростное пламя безумия. — Он идеальный кандидат. — Легко развернувшись на бесшумных тапочках, девушка мурчит веселую песенку, пинком открыв секретную половицу под раковиной и подняв люк Наоми, спрыгивает в свою лабораторию. Она уже знает, что происходит в дальней комнате ее дома и просто ожидает прибытия Дайсуке с новым подопытным.              Такая же половица под кроватью Тоджи отодвигается от своего законного места. Совсем чуть-чуть. На несколько миллиметров. И гибкая роботизированная рука взмывает над беззащитным телом, чтобы впиться в горло впрыснув конскую дозу парализующего яда.              —А вот и вы! — рывком развернувшись к двери, девушка с точностью предугадывает появление робота со спящим телом на руках. Радостно захлопав в ладоши Наоми, проходит в свою вотчину, с умилением глянув на клетку со своим первым зомби. Сейчас конечно он уже просто пытался сгнить побыстрее, но три года назад он прошел весь процесс от вопящего человека, что пытался ее уговорами и угрозами заставить отпустить.              Глупец ведь даже обещал не заявлять в полицию, если она его отпустит. Несмотря на его малый интеллект, она испытывала к нему нежные чувства. Первый удавшийся образец как-никак. Впрочем, это не ее вина, что тот не понимал, или не хотел понять, что такие вещи всегда будут контролироваться как раз этим же самим правительством. Даже в реалиях апокалипсиса под их крылышком жилось просто чудесно, а взвинченные люди не считали ее поехавшей думая, что это уже следствие смертельной опасности.              Погладив по носу ядовитую змею что спокойно спала в своем террариуме девушка стерилизует руки и без капли сомнений натягивает перчатки подхватывая скальпель.              —Что ж, Тоджи, пришло твое время служить науке! — и нежные, девичьи руки сделали первый надрез.