Часть 8: Тебе одиноко?

      Драко сонно потёр глаза, подходя к окну спальни.       Повторяющийся пронзительный стук по стеклу разбудил его. Посмотрев на улицу, он подумал, что сейчас раннее утро, и он не понимал, кто мог прислать ему сову в такое время.       Открывая окно нараспашку, он впустил грациозную маленькую сипуху в комнату. Она приземлилась на прикроватную тумбочку и протянула к нему лапку. Сморгнув остатки сна, Драко понял, что это Афина, сова его матери.       Он забрал письмо и вскрыл конверт.       Сын мой,       Через несколько дней я прибуду в Англию. Мой портключ от Французского Министерства перенесёт меня в Мэнор вечером ближайшего четверга.       Я бы хотела пообедать с тобой в субботу, в честь твоего дня рождения. Пожалуйста, спланируй своё время, я знаю, что ты создал традицию празднования с твоими друзьями.       С нетерпением жду нашей встречи, Драко. Надеюсь, всё хорошо.       Люблю,       Мама       Всё ещё сонный, Драко просто кивнул сове, жестом указывая ей возвращаться в Париж, и положил письмо на стол. Забираясь в кровать, он надеялась продолжить смотреть сон, который был прерван.       Он уснул, представляя библиотеку и смешные тёмные кудряшки.

***

      Когда-то, в один из периодов его жизни, Драко сделал выбор. Несколько маленьких и незначительных решений, которые привели его в этот конкретный момент.       Он сидел в его кабинете, на его министерской работе, ел его обед в компании Теодора Нотта и Гермионы Грейнджер.       Даже больше. Они ладили. Не то чтобы он сомневался, что они не смогут. Тео был из тех людей, к которым остальные сами притягивались. Будто сильный магнит, от которого не укрыться. Когда они были моложе, Блейз был уверен, что Тео частично был вейлой, ведь его любили абсолютно все.       Драко смотрел, как Тео шутил с Гермионой так, будто они были знакомы кучу лет, и как ведьма общалась с ним так же, как с Поттером и Уизелом в школе.       Несомненно, это было странно, но в то же время интересно.       Тео начал приходить к ним на ланч несколько дней назад, а когда Драко спросил, зачем он приходит, тот ответил «Что? Неужели Ваше Величество издало указ, что он - единственный Пожиратель Смерти, который может дружить с Грейнджер?». Больше он не спрашивал.       Он бы солгал, сказав, что его что-то не устраивало. У Тео хорошо получалось вызывать улыбку у Грейнджер. Большую часть этих моментов Драко проводил, пытаясь запомнить её смех, только чтобы понять, что она почти никогда не смеялась одинаково больше двух раз. Его щеки начинали болеть от постоянного смеха над действиями друга, но ему было всё равно.       Этот день был самым обычным. Тео стоял около книжных полок в их кабинете, подкидывая виноград и пытаясь поймать его ртом.       — Итак, что же есть в коллекции Спасителей Магических Существ? — произнёс он, проводя рукой по книгам Грейнджер. Подобрав огромный том, он перевернул его и громко вдохнул:       — Укрощение Драконов 101?! Грейнджер, если ты хочешь укротить Малфоя, то просто спроси у меня, — он обернулся, игриво подмигнув девушке.       — Что? Я... Нет, это для нашего.. Эм...       Он смотрел, как она пытается подобрать слова, пока ярко-алый переходит с её щёк на кончики ушей.       Она что, краснеет?       Боже, помоги ему.       — Это для нашего драконьего проекта, Тео, — прервал он. Тео обернулся, ухмыльнувшись ему, видимо, тоже уловив смущение Грейнджер. Драко закатил глаза и решил сменить тему разговора.       — Боюсь, вы двое завтра обедаете без меня. Мама приезжает.       — Мамочка приехала на день рождения? — хихикнул Тео.       Грейнджер посмотрела на него, удивлённо подняв брови.       — У тебя день рождения?       — Этот человек из тех, — воскликнул Тео, с громким хлопком положив руку ему на плечо, — кто делает вид, будто не хочет праздновать свой день рождения.       Он посмотрел на своего так называемого "друга" с прищуром:       — Идиот, — выдохнул он.       Грейнджер засмеялась. Новая мелодия. Отличающаяся от всех до этого. Драко уставился на неё.       — Перестань, дружище. Мы всё равно будем праздновать у меня, в субботу, в восемь часов, — Тео обернулся к Грейнджер, а ухмылка Драко превратилась в гримасу страха. — И ты приходи, Грейнджер! Выпьем вместе.       Её глаза расширились, она открыла и закрыла рот:       — Что? О, нет, я бы не хотела вам мешать...       — Конечно же ты не помешаешь. Вечеринка начинается в восемь. Малфой убери эту гримасу с лица, только Блейз и я...       — Тео, я уверен, у Грейнджер есть дела поважнее.       — Нет-нет, ничего такого, просто... — она замолчала.       Просто что?       — Вот видишь? Она свободна. Жду вас обоих, — сказал он, тут же выходя из кабинета до того, как кто-то из них успели бы поспорить.       Между ними повисла неприятная тишина.       — Грейнджер, ты можешь не приходить. Как он и сказал, я не люблю праздновать, и я знаю, что ты, наверное, очень занята.       — Я, эм, я просто не уверена, что смогу. Просто... Я бы очень хотела прийти, правда, но... А хотя, знаешь что? Я постараюсь придти, Малфой. Дни рождения важны.       — Ты не обязана. Тео просто...       — Нет, я хочу придти. Я постараюсь, — она кивнула, прежде, чем отвернуться к пергаментам на столе.       — Если ты уверена.

***

      Остаток дня Драко провёл довольно продуктивно. После обеда он нашёл имена двух волшебников, которые могли бы стать свидетелями в деле о драконьем браконьерстве, поработал над черновиком их следующего проекта над правами оборотней и сделал список вещей, которые хотел купить в Косом Переулке перед приездом матери. Всё это до трёх часов дня.       — Ты остаёшься? — спросила Грейнджер, стоя в дверях их кабинета.       — Сейчас ведь только полтретьего, — сказал он, взглянув на свои часы.       — Нет, уже половина шестого. Я уже ухожу, просто хотела пожелать удачи с матерью.       Он снова посмотрел на часы и понял, что они остановились. Теперь понятно, почему он так быстро со всем справился.       — Чёрт, они сломались, — он фыркнул и перевёл взгляд на ведьму. — Спасибо, Грейнджер, я тоже скоро пойду. Хорошего вечера.       — Спасибо, Малфой.       Он сложил свои наработки в аккуратную стопку на своём столе на случай, если они понадобятся Грейнджер, пока его не будет.       Аппарировав в Дырявый Котёл, он мысленно повторил список покупок.       Он не планировал задержаться в Косом Переулке надолго. Хоть Драко и восстанавливал репутацию своей семьи все эти годы, многие волшебники до сих пор воспринимали его существование как личное оскорбление. Поэтому каждый раз, выходя в волшебной мир в одиночестве, он слегка нервничал.       Он планировал сделать всё быстро — зайти и выйти. Начать он хотел с Флориблундерского Флориста, чтобы купить именные цветы матери.       Но зайти в цветочный чувствовалось так, будто его переехал Ночной Рыцарь. Запах свежих цветов ударил его так же, как когда-то кулак Грейнджер на третьем курсе. Он был везде. В магазине пахло ей.       Он потряс головой, ругая себя за такую глупость, и попытался сфокусироваться на том, за чем пришёл. Проходя мимо рядов с цветами, он услышал чей-то мягкий голос, зовущий его.       Он сделал глубокий вдох, закрыл глаза и попытался подготовиться к оскорблениям.       Когда их не последовало, он обернулся и увидел маленькую забавную блондинку, которую когда-то видел в школе.       — Здравствуй, Малфой, — пропела она.       — Добрый вечер, Лавгуд.       Луна Лавгуд нежно улыбнулась ему. По лицу Драко пробежала волна облегчения, и он распрямил плечи. Странная когтевранка простила его за всё, что случилось до и во время войны, и всегда была к нему очень добра. Она была одета в... слишком яркую одежду и у неё было слишком много аксессуаров. Но Драко и не ожидал ничего другого.       — Что тебя сюда привело? — спросила она.       — Так, несколько дел. Как дела у Парвати?       — У неё всё хорошо, но ты, наверное, имел в виду мою девушку, Падму. У неё тоже всё прекрасно.       — Верно, извини, — сказал он. Ещё ни разу он не назвал имя правильной близняшки.       — Всё в порядке. Я надеюсь, у тебя тоже всё хорошо. Тебе всё ещё нравится быть адвокатом?       — На самом деле я теперь в министерстве. В юридическом отделе Департамента Регуляции и Контроля Магических Существ.              — Как здорово! Гермиона Грейнджер тоже там работает, ты знал? Она консультант по магическому праву. И Эрни Макмиллан тоже, он учился с нами на Пуффендуе. Но я не знаю, в чём заключается его работа.       В том, чтобы быть твердолобым кретином, который не может отличить свою задницу от своего же лица, подумал Драко, вспомнив недавнюю стычку с Макмилланом.       — Ты часто их видишь? — спросила она, прерывая его размышления.       Драко сглотнул, посмотрев под ноги.       — На самом деле, Грейнджер моя напарница. Она тебе не говорила?       — Ах! Нет, не говорила. Гермиона не особо разговорчива в последнее время. Она всегда занята, ну, ты знаешь, вы ведь вместе работаете. Не принимай близко к сердцу.       — Хм, — Драко задумчиво выдохнул. — И правда. Ну, мне, пожалуй, пора. Рад повидаться, Лавгуд.       — И я, Драко, — она пропела и тут же упорхнула.

***

      Он бродил по дорожке, ведущей к Мэнору, ожидая Нарциссу.       Он был рад увидеть мать. Они не виделись с нового года, и он наслаждался каждым моментом, проведённым вместе. Война научила его не принимать время с близкими за должное.       Но он не мог забыть разговор с Лавгуд в цветочном.       Казалось, что Грейнджер из тех, кто говорит о работе не переставая. С тех пор, как они стали напарниками, он выслушал её страстные монологи больше раз, чем он мог сосчитать.       Разве она не должна быть ещё более увлечённой этими рассказами при людях, которых она знала с детства?       Лавгуд упомянула войну как причину замкнутости Грейнджер. Но он этого не видел. Иногда они говорили о войне, но при этом она не замыкалась. Было что-то другое.       Она изолировала себя от друзей, но почему? Он представлял себе её жизнь: она, Уизел, воскресные обеды с семьёй и вечера с бокалом вина в руке. Но он начал подозревать, что всё не так.       Она почти не говорила о родителях или о чём-то личном. Но она была открыта к дружбе с Тео, да даже с самим Драко.       Что она скрывала? Ей было одиноко? Так же, как и ему? По какой-то причине, он зацепился за эту мысль.       Его поток размышлений прервался, когда он услышал прибытие матери. Её сумки приземлились рядом с ней.       — Здравствуй, дорогой! — воскликнула она, снимая свою эксцентричную шляпку и подходя к нему.       — Здравствуй, мама, — он тепло поприветствовал её, тут же передавая цветы. — Надеюсь, ты хорошо добралась.       — Спасибо, Драко. Как ты? Расскажи мне всё, что я пропустила с нового года. Ты ведь мне совсем не пишешь!       Он позвал Ролли и Тинки, которые тут же появились рядом с ними. Они были одеты в фиолетовые фартуки и разноцветные носки. Он попытался не улыбнуться двум счастливым разодетым эльфам, но у него не вышло.       — Тинки, Ролли, не могли бы вы перенести вещи мамы в её комнату?       — Конечно, хозяин Драко! — улыбнулась Ролли.       — Добро пожаловать домой, хозяйка Нарцисса. Тинки и Ролли по вам так скучали! — воскликнула Тинки.       Нарцисса одарила их тёплой улыбкой:       — Спасибо, дорогие. Я очень рада вас видеть.       Когда эльфы испарились, она вновь повернулась к Драко, беря его под руку.       — Что ж, продолжим. Я хочу знать абсолютно всё.       Он вздохнул и повёл Нарциссу в гостиную, где их уже ждал заваренный чай.       — Ты всё ещё живёшь в магловском Лондоне? Как тебе там?       — Да, всё прекрасно. Мне нравится жить в городе.       — А почему ты не писал мне? Неужели это связано с какой-то ведьмочкой? — игриво улыбнулась мама.       Можно сказать и так, подумал он.       — На самом деле, я начал работать консультантом по магическому праву в юридическом отделе ДРКМС в Министерстве. Извини, я знаю, что должен писать чаще, но я был так занят.       — Звучит просто замечательно. Тебе нравится?       Больше, чем следовало бы.       — Да, — он отпил чай. — Очень... освежающе. Как будто моя работа имеет реальный смысл, будто я и правда могу кому-то помочь.       — Это чудесно, дорогой. Хотя, ты ведь знаешь, тебе не нужно работать...       — Мама, я знаю. Мне нравится моя работа.       Она слегка улыбнулась.       — Хорошо. Что-нибудь ещё?       Мой напарник — Гермиона Грейнджер.       — Нет, это всё. Расскажи мне про Париж, — предложил он, стараясь сменить тему.       Нарцисса начала рассказывать о всех приёмах и балах, что посетила, и про всех людей, которых там встретила, прежде, чем Драко предложил показать ей новые изменения в её крыле. Когда на улице стемнело, он проводил её в комнату, чтобы попрощаться перед сном.       — Помнишь семью, про которую я тебе рассказывала? Та, что часто приглашает меня на чай в Париже? — спросила Нарцисса, подходя к дверям.       — Помню, — он кивнул, хотя все имена маминых знакомых начали мешаться в его голове.       — В общем, у них есть дочь, примерно твоего возраста, и я надеялась...       — Мама, твои своднические таланты изумительны, но я слишком занят. В данный период жизни у меня нет на это времени.       — Ты что, не собираешься подарить мне внуков? Или семья Малфоев останется без наследников?       Он закатил глаза на мамину драматичность.       — Спокойной ночи, мама. Увидимся за завтраком.       Он поцеловал её в щеку и уже собирался уйти к себе в спальню, когда услышал:       — Не думай, что мы закрыли эту тему, дорогой. Спокойной ночи.       Он помахал ей, не оборачиваясь.       Мерлин, эти дни обещали быть такими долгими.