Глава 3

Для неё работа никогда не представляла собой рутину - даже с учётом того, что ей пришлось - на время - отказаться от значительной её составляющей. Поэтому дни ожидания сменяли друг друга с неимоверной скоростью, оставляли лишь тень и, как бонус, очередную видеозапись в дневнике учёной.

Девять месяцев спустя

Норм трепал её по правому плечу, она медленно открыла глаза, поднимая голову. - Опять заснула за работой? - спросил Спелман с улыбкой. - А тебя это до сих пор удивляет? - задала встречный вопрос Грейс, прислоняя правую ладонь к лицу. - Нет, однако... я думаю: тебе придётся забыть о таком времяпровождении. - отвечал учёный. - На год - это как минимум. Учёная повернулась левым боком к столу, не сводя с него взгляд. Он улыбнулся шире, прочитав на её лице что-то вроде: "Я не могу понять, к чему ты клонишь?". Оборвав повисшую тишину, Норм, улыбаясь, вполголоса объявил. - Поздравляю, у тебя девочка. Грейс поднялась с кресла, продолжая пристально смотреть на Спелмана. - Всё прошло хорошо, - пояснил он, - обследование уже провели - я оставил в первой камере медицинского блока планшет, чтобы ты могла ознакомиться с результатами. - она кивнула и покинула лабораторию. Войдя в камеру, Огустин подошла к кушетке с аватаром и взяла прибор. Все жизненные показатели тела, учитывая произошедшее, были в пределах нормы. Она сменила изображение - на экране появилось подробное описание обследования новорождённой на'ви, которое также соответствовало норме. Обойдя кушетку, Грейс положила планшет и направилась к кювезу. Малышка крепко спала, не обращая внимание даже на малейшие звуки со стороны. Учёная взяла её и, уложив себе на правую руку, поцеловала в лоб. Огустин сидела на постели, с улыбкой смотря на спящую дочь, слегка поглаживая малышку большим пальцем левой руки по уху. Когда Грейс - в очередной раз - приложила маску к лицу девочки, та проснулась, открывая золотые глаза. - Ну привет, маленькая... - на'ви записчала в ответ. Наблюдая за тем, как девочка реагировала на каждое её прикосновение или поцелуй, учёная, впервые, ощущала себя настолько счастливой, что с этим чувством, не могла сравниться даже бесконечная любовь Огустин к работе. Теперь у неё появился вечный приоритет, благополучие и счастье которого она уже успела - негластно - определить на первое место в своей голове. Так уж сложилось, что малышка, сама того не подозревая, сумела подобрать ключик, который позволит ей раскрыть ту часть души учёной, которую та тщательно скрывает под маской жёсткого руководителя, что обязан соответствовать занимаемой должности. Часть, которая будет принадлежать только ей одной - и никому больше.