Часть 10

      Часть 10              Очередная вылазка.       Адам стоял посреди заброшенного цеха, окруженный маслянистым туманом. Из динамиков под потолком доносился издевательский смех Аластора, перекрываемый треском статики.       — Какая забавная картина! — голос Радио-демона доносился отовсюду. — Наш небесный каратель теперь подрабатывает «мальчиком на побегушках» у мадам Кармайн. Признаться, я не ожидал, что ты так быстро приспособишься к жизни в её тени.       Аластор медленно материализовался на верхушке ржавого конвейера. Он выглядел истощенным после заключения, но его улыбка всё так же сверкала фальшью. Он точно оценивал свои силы: в прямой схватке с Адамом, который теперь владел яростным пламенем, у него не было шансов. Но у Аластора было другое оружие — информация.       — Ты убил Вокса и сломал мою игру, Адам. И я намерен вернуть долг. Как думаешь, что скажет Совет Оверлордов, когда узнает, что их «праведная» глава использует ангельского выродка, чтобы расчистить себе путь к абсолютному господству? Кармайн не просто нарушила правила — она привела волка в овчарню.       Аластор начал медленно растворяться в тенях, его голос становился всё более глухим и вибрирующим.       — Впрочем, радуйся. Это лишь моя маленькая месть. Кармайн казнят за предательство, я займу её место в Совете, а ты... ты просто сбежишь обратно в свои сточные канавы. Прощай, Первый Человек.       — Погоди... — окликнул Адам.       Тень Аластора замерла, наполовину слившись со стеной. Радио-демон медленно повернул голову, и одна его бровь вопросительно приподнялась.       Что ты хочешь за молчание? — Адам сделал шаг вперед, гася пламя на руках. Его плечи были сутулы, но взгляд — тверд.       Аластор замер, и на мгновение джаз в динамиках сменился резким белым шумом. Он вглядывался в лицо Адама, пытаясь отыскать там скрытый мотив. Мысль о том, что между этими двумя может существовать некое подобие чувства, даже не промелькнула в его голове — для Радио-демона это было настолько абсурдно, что граничило с безумием.       — Прошу прощения? — статика в его голосе на мгновение стихла от искреннего, почти снисходительного удивления.        — Ты хочешь компенсации за свой сорванный план. Тебе нужен рычаг, чтобы вернуть влияние в городе. Так давай не будем тратить время на загадки. Что ты хочешь за свое молчание?       Аластор склонил голову набок, и хруст его шеи прозвучал в тишине как предупредительный выстрел. Он ожидал выкриков, угроз, но не этого ледяного прагматизма.       — Я предлагаю тебе сделку, — продолжил Адам, глядя Радио-демону прямо в глаза. — Любая цена, которую ты назовешь: мои услуги, информация...душа — что угодно, что в моих силах. Сегодня я готов на «эксклюзивные предложения». Но при одном условии: ты навсегда забываешь о существовании Кармиллы Кармайн и её связи со мной. Ты не трогаешь её бизнес, семью и репутацию. Я просто больше не хочу, чтобы кто-нибудь ещё платил за мои ошибки — ни Небеса, ни даже эта женщина, хватит и моего проеба на последнем истреблении.       Аластор замер. В его глазах-циферблатах промелькнуло хищное удовлетворение. Он был уверен, что видит Адама насквозь: «Этот отчаявшийся так боится за свою гордость, что готов сам залезть в петлю». Мысль о том, что Адамом движет нечто иное, кроме гордыни даже не пришла ему в голову.       — Как... прагматично, — проскрежетал Аластор, и его улыбка растянулась до неестественных пределов. — Признаться, я не ожидал от тебя такой деловой хватки. Ты готов стать моим должником, лишь бы помереть без моральных долгов? Что ж, я не в силах отказаться от столь щедрого предложения.       Аластор полностью материализовался из тумана, постукивая тростью по ладони.       — Скажи мне, Адам... — голос Радио-демона зазвучал с мягким шуршанием старой пластинки. — За всей этой суетой с выживанием под крылом Оверлорда... осталось ли в твоем сердце место для старых привязанностей? Ты ведь ненавидишь Люцифера, не так ли? Жаждешь ли ты отомстить ему за всё?       Адам на секунду замер. Он мгновенно оценил ситуацию: Аластор искал слабое место, рычаг, который заставит Адама действовать. И Первый Человек решил дать ему то, что тот хотел увидеть.       — Ненавижу? — Адам выдавил из себя полный фальшивой ярости смешок. — Это слабо сказано. Я мечтаю вырвать его недоразвитые крылья и заставить его сожрать собственный нимб. Всем сердцем желаю увидеть, как он захлебнется своей гордыней.       Аластор удовлетворенно склонил голову. Его улыбка стала шире — он поверил, что поймал Адама на крючок опьяняющей мести.       — Замечательно! Поскольку я истинный джентльмен, я готов подарить тебе возможность совершить твою личную вендетту, — Аластор взмахнул тростью, и вокруг них заплясали тени. — Моё условие простое: ты сразишься с Люцифером. Один на один. До самого конца.       Адам нахмурился, скрывая за маской подозрительности работу своего ума. Он не знал ни о Рози, ни о деталях контракта, сковывающего Радио-демона, — для него Аластор был просто еще одним безумным игроком в этом выгребном рву. Но он чувствовал подвох. Аластор не был благотворителем. Тот, кто просит «просто шоу», обычно сам собирает все фишки со стола, когда игроки истекают кровью.       — И это всё? — Адам подозрительно прищурился. — Ты просто хочешь посмотреть шоу? В чем твой интерес? Тебе-то какая радость с того, что мы перегрызем друг другу глотки?       — О, мой дорогой друг, — Аластор приложил руку к груди, и статика в его голосе стала почти мелодичной. — В Аду так мало по-настоящему качественных зрелищ. Видеть, как два древних титана рвут друг друга на части — это высшее эстетическое наслаждение. Разве этого недостаточно для такого ценителя, как я?       Адам смотрел на него долго и тяжело. Он знал, что Аластор лжет, как дышит. Он понимал, что эта битва с Люцифером — почти гарантированный смертный приговор: без ангельских сил он не сможет противостоять королю Ада на равных. Но это была цена за молчание о Кармилле. Шанс купить ей жизнь ценой своей собственной.       — Ладно, — Адам протянул свою руку. — По рукам. Я устрою тебе это шоу.       Когда их ладони соприкоснулись, между ними проскочил зеленый разряд магического договора. Аластор выглядел почти счастливым — его план по «очистке» статуса Адама до полного (а не наполовину) – самого сильного грешника через смерть от рук короля пришел в движение. Как только это произойдет — Аластор больше не будет самым сильным грешником, что является главным условием в контракте с Рози, — и оковы контракта спадут с него.       — Превосходно. Я дам тебе знать, когда придет время для расплаты. Наслаждайся своими последними днями, Адам. До скорой встречи.       С тихим шипением радиопомех силуэт Аластора растворился в тенях, оставив после себя лишь запах озона и затихающий эхо-смех.       Адам остался один. Он сжал кулаки и горько усмехнулся. Он только что заключил контракт, который, скорее всего, станет для него последним. Но в его голове была лишь одна мысль: Кармилла будет в безопасности. И это делало его победителем в этой заведомо проигрышной сделке.