Она мирно спала у ног.

Она мирно спала у ног, Как лиса, свернувшись клубочком, Но с тревогой, от звука оков, Просыпалась глубокой ночью. Он держал её на цепи, Как опасного дикого зверя, И в слова её о любви Очень долго не мог поверить. Она часто смотрела в окно, Наблюдая, как солнца блики, Будто бы с ней заодно, Становятся вмиг безлики. Он очень любил дождь И, наверно, свое одиночество, Каждый раз повторял: «Ты уйдешь», Будто бы злое пророчество. Она тихо твердила: «Нет! Я тебя никогда не оставлю, И даже спустя много лет Плечо свое верно подставлю». Он громко смеялся в ответ, Говоря, что так не бывает, И что опыта горький след На другое совсем намекает. Она верила, что любовь Сможет вылечить его душу, И он сможет однажды вновь Вокруг сердца стену разрушить. Он не верил, хоть очень хотел, Чтоб слова ее стали явью, Но, смотря на нее в прицел, Упивался своей печалью, Она молча сняла броню И, оставшись совсем без защиты, Прошептала нежно: «Люблю! Даже если буду убита». Он резко нажал на курок И, не веря своим глазам, Смотрел, как кровавый поток Вихрем летит к небесам. Она пала к его ногам, Но, помня свои слова, Вырвалась прочь из тьмы Мощным взмахом крыла. Он ее убивал не раз, Всё пытаясь себя убедить, Что она от него отреклась И что нет на свете любви. Она возвращалась вновь, Залатав все свои раны, Даже почти без следов От недавно случившейся драмы. Он не верил, и вот опять, Наведя на нее прицел, Вдруг не смог на курок нажать, Хотя был достаточно смел. Она робко к нему подошла: «Ну чего же ты ждешь? Стреляй! Я уже через столько прошла, Я видела ад. И рай». Он не выстрелил в этот раз, Не нарушил ночной тиши, Потерять ее снова боясь, Заковать в цепи решил. Она мирно уснула у ног, Как лиса, свернувшись клубочком, Но с тревогой, от звука оков, Просыпалась глубокой ночью...