Арка 1 "Я очнулся, ещё не уснувший..." Глава 6 "Уснуть, чтобы проснуться."

      Глухая тишина, повисшая в спальне, наполнилась тихим перезвоном ржавых колокольчиков, висящих на беседке за окном, и едва слышным дыханием отца и сына. — ...Что ты сказал? — Голос мужчины средних лет, одетого в крайне дорогую одежду, был настолько хриплым, что, казалось, его владелец сейчас или задохнётся, или расплачется. — Кха-кх-х... Я не знаю, кто вы, — в этот раз Ким Рок Су удалось произнести эти неимоверно важные слова более чётко, хотя его язык, будто налитый свинцом, всё равно отказывался хоть сколько-нибудь работать.       Огонь в глазах мужчины мгновенно потух, а после он таки позволил себе соскользнуть в пучину рыданий. Пожилой же слуга, казалось, не мог найти себе места: он принялся беспокойно расхаживать по комнате, пальцы его рук начали дрожать ещё сильнее: — Может, Молодой Господин просто не узнаёт нас? В конце-концов, мы сильно изменились...за эти десять лет, — слуга резко остановился и посмотрел в зеркало, висящее на противоположной стене.       Ким Рок Су проследил за его взглядом и встретился глазами с совсем молоденьким юношей. Что же... Кейл Хенитьюз значит? Неприятная ситуация, крайне неприятная. Юноша в отражении зеркала был необычайно бледным, можно даже сказать, что его кожа мертвенно белая. Черты его лица тонкие, аристократические, а сам он чрезвычайно тощий и измождённый. Но воистину примечательной частью его внешности являются длинные прямые волосы, поразительно кроваво-красного цвета... И карие глаза, узоры в радужках коих идеально повторяют те, что Ким Рок Су постоянно видит в отражении собственных.       Кейл Хенитьюз едва ли похож на своего отца.       Вновь собравшись с мыслями и заставив свой, или не свой, мозг работать, Ким Рок Су быстро объединил в голове два несовместимых кусочка пазла, коими были слова старого слуги и его собственное отражение в зеркале, а после, окончательно приняв решение подыграть мужчинам, тихо спросил: — Мама?       В этот же момент в комнату ворвался молодой слуга с графином воды...       Ким Рок Су с лёгким шоком наблюдал, как Дерут – так звали мужчину в дорогих одеждах – продолжая всхлипывать, притянул его к себе и принялся шептать: "Да, да, ты очень похож на свою маму. Ты очень похож на неё...", а зеленоглазый слуга – Ганс – убирать с пола осколки хрустального графина под строгим взором Рона – сказочного старика. Ладно, это можно считать за некий успех... — Что случилось? Где мама? — Услышав новую реплику юноши, Дерут ещё сильнее сжал сына в объятиях. Его шёпот потерялся среди всхлипов.       Рон перевёл взгляд на своих господ, думая, как будет правильнее поведать ребёнку, у которого, очевидно, есть некоторое проблемы с памятью, о том, что его мама умерла десять лет назад, которые он сам провёл в беспробудном сне. — Это долгая история, мой Молодой Господин. Очень долгая...

***

      По лестничной площадке в очередной раз раздался мерзкий звонок, после которого дверь в квартиру наконец открылась: — Исаак? Ты что тут забыл? — Крайне помятая внешне девушка, с трудом держась за дверь, глядела на своего друга, от которого так и веяло гневом на мир и судьбу-злодейку. — Не хочу в свою квартиру возвращаться после... такого. Аме, ты чего такая бледная?       Девушка пропустила Исаака в квартиру, заперла дверь, а после позволила себе опереться на плечо друга: — W2ts оказалась слегка жестковатой для меня. Я только стрим завершила. Пойдём пить чай?       Друзья, переместившись на кухню, возложили алтарь электрическому чайнику из нескольких пачек печенья, а после принялись ждать, когда вода согреется. — Как машина? Добился компенсации? — Да, мне возместят починку и заплатят сверху. Правда, ближайшие несколько недель я не смогу катать тебя на работу. И на свою ездить не смогу. — Ничего, у меня автобусная остановка недалеко.       Спустя несколько минут пустого разговора закипел чайник. Амелия несколько секунд помялась, налила себе и другу по чашке чая, а после прошептала: — Давай игру вместе проходить. — Что? — Исаак чуть не подавился чаем от такого заявления. — Давай вместе проходить W2ts! Я хочу её победить! — Девушка наконец нашла в себе силы сесть ровно: — Я знаю, что там есть кооп. Он криво реализован, но нам, думаю, подойдёт. Один персонаж вступает в команду другого, после чего оба, за исключением боя, управляются первым игроком. Ну... Просто персонаж второго игрока ходит следом за персонажем первого.       Исаак несколько секунд смотрел в глаза своей подруги, слегка прикрытые чёлкой, а после усмехнулся: — Чур я – хост. Даже если ты будешь стримить. — Согласна, у меня будет больше времени болтать. Но, давай начнём играть завтра. Ты далеко прошёл? — Нет, я только начал новое сохранение. — Отлично, — Аме позволила себе улыбнуться. Вдвоём они взорвут чарты этой противной хоррор-игры.

***

      Внимательно выслушав историю, рассказанную Роном, Ким Рок Су наконец начал хоть что-то понимать. В этом странном сне он отыгрывает роль юноши по имени Кейл Хенитьюз, который десять лет назад вместе со своей матерью – Джур Хенитьюз – разбился из-за того, что их карета перевернулась. После аварии женщина умерла, а мальчик впал в долгосрочную кому. И, по-хорошему бы, Ким Рок Су стоило расплакаться или закатить истерику, если он и дальше хочет подыгрывать этому страшному сну, но он не может: это не его трагедия. Всё что остаётся корейцу – это с сожалением смотреть на мужчину, который продолжает громко рыдать ему в плечо. — Что произошло за эти десять лет? — На самом деле Ким Рок Су не хотел бы это знать. Он вообще не хотел глубже погружаться в эту иллюзию, но он не может отказать своей привычке контролировать как можно больше информации. — Молодой Господин, я думаю, вам лучше узнавать обо всём постепенно, — Рон, внутренне волнуясь из-за отсутствия слёз у мальчика, слегка остепенил последнего, боясь, что сознание ребёнка не выдержит ещё больше информации: — Мой Господин, я думаю, что вам пора прийти в себя...       Дерут, шмыгнув носом в последний раз, наконец отлип от сына и отсел в сторону, давая юноше больше места. Ким Рок Су присвоил старому слуге ещё одно очко репутации и, вновь мельком взглянув на своё отражение в зеркале, прошептал: — Я хочу немного побыть в одиночестве.       Рон кивнул Молодому Господину, помог встать Деруту и, схватив Ганса за шкирку, вышел из спальни, не забыв сообщить юноше, что зеленоглазый слуга будет ждать приказов за дверью.       Оставшись наедине со своим сном, Ким Рок Су с трудом поднял руки и принялся разглядывать их. Его запястья, выглядывающие из-под белой ночной рубашки крайне тонкие, обтянутые бледной, полупрозрачной, словно тончайший фарфор, кожей, кисти была маленькие, пальцы длинные. Эти руки совершенно отличаются от тех, что у настоящего Ким Рок Су: на них нет ни шрамов, ни мозолей... ни синего пятна, оставшегося от удара током. Но человек с такими руками не выжил бы в мире апокалипсиса и дня.       Ким Рок Су...хотел бы иметь такие руки в своём реальном мире... Однако сейчас его окружает сон, который он видит уже второй раз подряд. Нет, не так. Это видение не повторяет то, прошлое, а наоборот – продолжает. В этом кошмаре он необычайно чётко лицезреет людей, которых раньше не знал, необычайно чётко ощущает все прикосновения к его коже... Выводы делать рано, но какова вероятность, что это всё-таки не сон, не галлюцинация и даже не злая шутка членов его команды, а что-то иное? В конце-концов, в его мире у людей существуют почти магические способности... Но сейчас ему нужно проснуться. Как он проснулся в прошлый раз? Точно, он потерял сознание в этом кошмаре. Значит, чтобы проснуться, ему необходимо уснуть? Какая странная, но разумная логика... Хм, логика...       Ганс, слишком долго ничего не слышавший из спальни его Молодого Господина, наконец решил заглянуть внутрь только для того, чтобы обнаружить, что юноша вновь спит. Наверное, это даже хорошо...

***

      Виолан острым взором рассматривала своего в сердцах расстроенного мужа, который в очередной раз в щепки сломал стол. Она нисколько не удивлена, что её дочь, рождённая от этого мужчины, хочет стать рыцарем. И то верно, уж пусть лучше крошит врагов мечом, нежели стол руками. — Что случилось с Кейлом? — Этот вопрос дался женщине тяжело. Виолан, за исключением Рона, была единственным человеком, который практически каждый месяц, а то и неделю, видел старшего сына Дерута. Она...любила этого мальчика, несмотря на то, что ни разу не разговаривала с ним. Это была безусловная любовь: — Я тебя слишком хорошо знаю. Если ты мне не скажешь, что случилось, то я сама туда схожу и узнаю.       Эта фраза давно стала её личной угрозой упёртому мужу. Чувствовала ли Виолан превосходство над Дерутом из-за того, что она может войти в спальню его сына, а он нет? Ни в коем разе. Если бы её на многие года лиши возможности не то что общаться – видеть Басена или Лили, то она бы сошла с ума ещё в первую неделю. — Он проснулся. — Что? — Женщина не сразу поняла суть сказанного. Она ожидала очередную новость про какого-нибудь вора, убийцу или прочую нечесть, забравшуюся в старое крыло, но уж точно не это. — Кейл проснулся, но он не помнит ни меня, ни Рона... Зато он помнит Джур. — Так это же замечательно. При том вдвойне, — Виолан просияла, а после обхватив лицо Дерута ладонями, слегка приподняла его вверх: — Если он очнулся, значит беда, о которой говорила дражайшая подруга, миновала, а если он её помнит, то значит не всё потеряно. Я думала, когда Кейл проснётся, его память будет полностью пуста. Он тогда сильно ударился головой. Главное – не унывай.       Дерут поднял голову и уставился на свою жену покрасневшими глазами: — А если он тебя не примет? А если он не примет Басена и Лили? Если он не вспомнит меня? — Это уже пол беды. Главное не бросать ребёнка на произвол судьбы. А мы этого не сделаем, так ведь?       Дерут, до этого понуро сидевший в своём рабочем кресле, слегка приосанился, а после и вовсе сел ровно: — Верно, мы именно так и сделаем. Мы победим это... Чем бы оно ни было.