Глава 15. Странные дела

«Неудачник, запертый в теле красавчика» — вертелись в памяти слова Канами. Рейна всё думала об этом с того момента, как только Ирука высвободился, наговорил ей глупостей и убежал к детям с красной мордой. Она вспоминала, как он стоял перед ней на коленях, связанный, беспомощный, краснел и сопел. Ей нравилось думать о том, как он реагировал на её прикосновения, смущался и отворачивался, но не останавливал. Интересно, что бы он стал делать, если бы его руки были свободны в тот момент? Ах, точно, он тут же открыл свой дурной рот и изрыгнул поток гадостей. Игра в молчанку продолжалась уже несколько часов. Рейна замыкала колонну детей, Ирука шёл впереди и иногда оглядывался назад. Такие резкие перемены заметили оба класса, ведь до привала учителя шли рядом и даже иногда разговаривали, а как вернулись на поляну откуда-то, так вообще старались не смотреть друг на друга и делали вид, будто не замечают друг друга. — Рейна-сенсей, — обратился к ней Вакадо, очень осторожно и вкрадчиво. — Да? — девушка взялась за лямки рюкзака. — Вы будете играть с нами в прятки, когда мы разобьём лагерь? — Само собой. — А где вы будете прятаться? — Так я тебе и сказала, — Рейна щёлкнула мальчика по козырьку кепки и улыбнулась. — Хм… Ирука-сенсей всегда хорошо прячется, мы его ещё ни разу не нашли. Интересно, как вы умеете прятаться. — Есть какие-то особые правила? — А вам не сказали? Прячется только учитель, а мы ищем. В этот раз вас двое… Ну, вас-то мы точно найдём. — Какой ты самонадеянный. Прямо как когда не выучил отрывок и пошёл отвечать. Дружный отряд приближался к подножию гор. Где-то вдалеке слышался рёв водопада, а Рейна увидела поблёскивающую в закатных лучах солнца реку. Она точно была здесь когда-то давно, вместе с мамой и папой. Они проходили это место на обратном пути, но Рейна не обратила внимания, потому что была слишком занята жалобами на боли в ногах, голове, пояснице и вообще везде. Тогда отец взял её на спину, хотя на нём уже висели сумки всего семейства, и нёс так до самого дома. Все вдруг резко остановились, и Рейна чуть не налетела на детей, предавшись воспоминаниям. Она подняла голову и увидела, что Ирука уже раздаёт поручения ученикам. Похоже, здесь они и заночуют. Девушка подкинула рюкзак на спине и пошла к Ируке. — Оцените обстановку. Помните, что весной так близко к реке останавливаться ни в коем случае нельзя. И ближе к горам тоже подходить не стоит. Это идеальное место, — рассказывал Ирука детям, которые неспешно разбирали сумки. — Э… Рейна-сенсей… — он встрепенулся, когда увидел девушку. — Сейчас Рейна-сенсей поможет вам с вещами, а мы с парнями пойдём ставить палатки. И поосторожнее с горелкой! Рейна с двумя девочками уселась перед приспособлением, которое видела во второй раз в жизни — газовой горелкой. Пока Ирука с учениками ставил палатки, используя ту самую верёвку, которой его связали, Рейна тяжело вздыхала и пыталась понять, как не взорвать это чудо техники с газовым баллоном. — Девочки, позовите-ка Ируку-сенсея, — Рейна с опаской покосилась на горелку. — Ирука-сенсей! Помогите! — крикнула ученица. Разумеется, Ирука тут же начал недовольно ворчать, бросил колышки и подошёл к компании: — Что тут у вас? — Рейна-сенсей не знает, как подключить горелку. — Кто бы сомневался… — тихо фыркнул Ирука. — Берите. Берите, не бойтесь. Она вам ничего не сделает. А вы смотрите, девочки. Вам тоже следует начинать учиться. — Но вы же сами сказали, что нам нельзя это трогать… — Трогать нельзя, а вот смотреть и слушать — очень даже нужно. Ирука стоял к ним спиной и раскладывал с мальчиками ткань палатки, отдавая Рейне указания. Девушка нерешительно перекладывала предметы с места на место и слушала его инструкции: проверила регулятор подачи топлива и держала баллон строго в вертикальном положении. — Ввернули баллон в вентиль? — не глядя на Рейну спросил Ирука. — Кажется да?.. — Теперь проверьте герметичность соединения. Шипит? — Да вроде нет?.. — Вроде или нет? — Ирука посмотрел на неё через плечо. — Не шипит, не шипит! — закивали девочки. — Теперь берите шланг, — Ирука вернулся к раскладыванию палатки. С горем пополам, превозмогая страх внезапного взрыва, который не случился, Рейна установила горелку и наконец смогла с облегчением выдохнуть. Ирука отправил детей ставить палатки, а сам подошёл к Рейне и сел рядом, оценивая её работу: — Неплохо для первого раза. — Угу, — Рейна отползла от него, встала на ноги и пошла к своему рюкзаку. Всё оставшееся время, пока Ирука с детьми ставил палатки, Рейна сидела под деревом и смотрела на реку, перебирая пальцами распущенные волосы. На неё нашла страшная тоска, потому что это точно было именно то место, которое она в детстве проходила вместе с отцом. Они так неловко попрощались перед войной, потому что мама всё плакала и не хотела его отпускать, а Рейна была в ступоре и не знала, что сказать. Отец обнял их обеих, расцеловал и сказал, что очень любит. Это последнее воспоминание о живом отце — он держит её за щёки, крепко целует в лоб и быстро говорит, что любит своих девочек. А потом им вернули обгоревший клочок его жилета. Тогда Рейна поняла, что её детство кончилось. Теперь ответственность за мать лежала полностью на ней. Мама горевала, плакала, впадала в истерики, говорила, как ей плохо. Если бы Рейна стала делать то же самое, всё стало бы по-настоящему плохо. Поэтому она держала себя в руках ради мамы. — Какого дьявола ты меня не слушаешь?! Быстро вылезай оттуда! Погрустить о прошлом не давали выкрики Ируки. Дети расслабились, стали хихикать и не слушаться. Рейна подтёрла выступившие на глаза слёзы и оглянулась на их маленький лагерь. Все палатки были поставлены, и Ирука собрал всех вокруг себя. Девушка встала и, с интересом прислушиваясь, подошла к толпе. — И никаких ложных сигналов, как в прошлый раз! — снова прикрикнул Ирука и зыркнул на Акиру. — Так а… Рейна-сенсей играет или нет? — Акира растерянно посмотрел на девушку, которая стояла за спиной Ируки. — С чего бы ей… — Ирука повернул голову и увидел Рейну. — Играю, — кивнула она. — Вас найдут за минуту, — мотнул головой Ирука. — Вы и так устали. — Вот и посмотрим. — Ладно, — Ирука тяжело вздохнул. — Дети, слушайте меня внимательно. Если Рейна-сенсей побежит, техники не применять. Ловушки не ставить. Ложные сигналы не давать. Не думаю, что у вас будут проблемы с тем, чтобы просто её догнать. — Техники?.. — До вас должны дотронуться, а не просто найти. Если вас заметили, это ещё ничего не значит. Вы можете попытаться скрыться, — Ирука поправил протектор на лбу. — Так и поступают шиноби. — Ну и игры у вас… — заворчала Рейна. — У нас. Вы ведь тоже теперь часть нашего коллектива, — Ирука склонился к ней и зловеще ухмыльнулся. — Наслаждайтесь. У Рейны была минута, чтобы спрятаться. Ирука смылся сразу, как только начался отсчёт. Рейна тоже побежала, но наугад. Она решила идти вдоль реки к горе и спрятаться за каким-нибудь камнем. Сначала она бежала со всей скоростью, которую могло выдать её тело, но потом начала уставать и сбавила темп. Она слышала, что водопад всё ближе. — Начали! — раздался детский голос. Рейна опять побежала. Гора была ближе и ближе, и скоро девушка увидела скалу, с вершины которой с оглушающим рёвом лился водопад. Именно здесь много лет назад она начала хныкать и испортила отцу весь семейный поход. Тут же воспоминания посыпались одно за другим. Вон у того дерева мама сидела и хваталась за голову, а у того уступа отец пытался рассказать, как здорово выбраться на природу всей семьёй, но никто его не слушал. И если Рейна правильно помнила, за стеной водопада было очень маленькое углубление в скале, но мама запретила отцу вести туда Рейну, потому что они оба промокли бы. — Рейна-сенсей! Мы уже взяли ваш след! Камни были скользкими, но Рейна упорно перебиралась с одного на другой, пока не оказалась у скалы. Водопад оглушал её своим грохотом, однако она уже видела проём между водой и камнем, потому решила не сдаваться и поползла туда, прижимаясь спиной к влажной скале. Вскоре она уже стояла на крохотном выступе перед тем самым углублением, которое хотел показать ей отец. Мама была права: Рейна вся промокла, мелкие брызги окатывали её не переставая, как противная морось осенью. Девушка обтёрла лицо рукавом и шагнула в расщелину. Страшно стало почти сразу. Звук водопада будто концентрировался в этом маленьком убежище, скала давила на Рейну своими стенами. Она с трудом сползла на корточки и упёрлась коленями в противоположную стену, потому что стоять пришлось бы слегка согнувшись. Рейна была здесь совсем одна, и никто её не услышит и не найдёт, если она сама не захочет. — Папа… — шепнула девушка, но её голос затерялся в шуме воды. — Папочка… Слёзы появились на глазах сами собой. Рейна уткнулась лицом в ладони и заплакала. Болезненная тоска по отцу накатила на неё, она вспомнила, как он носил её на спине, утешал, садил на колени и обнимал. Рейна всегда чувствовала, что находится под защитой, что у неё есть опора, и даже если её обидят, папа всегда будет рядом. Он даже порывался её козлу-бывшему пойти морду набить, когда мама силой усадила Рейну за стол и заставила объяснить, что с ней происходит в последние недели. Рейна тогда долго молчала, родители тоже молча смотрели на неё, а потом она заплакала и всё рассказала. Отец стиснул челюсти и сжимал кулаки, мама поливала бывшего возлюбленного дочери грязью и громко восклицала, что Рейна вообще не должна была в его сторону смотреть, потому что он этого не заслужил. — Папа… Слёзы обжигали глаза, они будто вскипали и жгли лицо. Отца больше нет, остались одни только воспоминания и куча проблем, которые он уже никогда не решит. Он бы точно поставил Ируку на место или дал Рейне совет, как это сделать по-умному. И маме он быстро бы мозги вправил. Да она бы и не стала так себя вести, будь папа жив. Он был очень сильным, мудрым, самым спокойным и рассудительным в их семье. Это был тот образ шиноби, в который Рейна хотела верить. В Академию шиноби её не отдали, хотя, как говорил папа, «задатки были», но мать была очень против. Взамен у неё было обычное счастливое детство, отец держал свою семью вдалеке от дел шиноби, и дружила Рейна с обычными детьми. Но теперь в её жизни нет несокрушимого щита — папы. — Ох… — рвано всхлипнула Рейна и вздохнула. Начало холодать. Рейна уже не знала, от чего трясётся — от рыданий или от холода. Ей было плохо, грустно, одиноко, она горевала по отцу в полумраке, и ей одновременно хотелось сбежать отсюда и остаться здесь навсегда. Она слабо верила, что в их с мамой жизни что-то изменится, когда они уедут из Конохи, и не знала, что делать с этим. В Конохе прошла вся её жизнь, она любила это место, и ей не было здесь плохо, в отличие от матери. В Академии тоже было хорошо, и Рейна иногда жалела, что гражданские учителя сюда понадобились только в этом году. Может, тогда у неё были бы целее нервы, даже несмотря на противного Ируку. Шаги эхом донеслись до Рейны. Она быстро вытерла слёзы с лица и повернула голову к просвету между камнями. Тёмный силуэт закрыл собой выход. — Ирука-сенсей?.. Места здесь хватит только на одного. Рейна вскочила на ноги, бросилась на Ируку и стала выталкивать его наружу, когда он попытался протиснуться внутрь. Из-за водопада они не слышали друг друга, только обрывки фраз. Кричать было нельзя, и они продолжали толкаться без слов. Ирука, разумеется, победил, закрыл Рейне рот ладонью и заволок в расщелину. В лучах закатного солнца девушка видела его перепуганные глаза и прижатый к губам указательный палец. «Тихо» — прочитала Рейна по губам и кивнула. Ирука убрал руку и в полусогнутом положении навис над ней. Они стояли, прижавшись друг к другу, и тяжело дышали. Рейна — от неожиданности и испуга, Ирука — от пробежки. Он подал девушке знак, чтобы она выдыхала, когда он вдыхает, потому что иначе их тела вдавливали друг друга в стены. Вскоре их дыхания успокоились. Оба смотрели на выход и прислушивались. Вдруг Ирука наклонился к самому уху Рейны и, задев губами, сказал: — Будем ждать сигнала, что они сдаются, — он отстранился и посмотрел ей в глаза. Рейна кивнула, взяла Ируку за воротник жилета, притянула к себе и прижалась щекой к его щеке: — Как долго ждать? — Думаю, им скоро надоест, — ответил он и выдохнул в шею Рейны. — Но меня чуть не поймали. Вы плакали? — Не из-за вас, и не надейтесь, — Рейна хотела оттолкнуть Ируку от себя, потому что стало как-то неловко настолько прижиматься к нему, но ничего не вышло. Ирука предпринял попытку устроиться поудобнее, но вместо этого ещё больше вжал Рейну в стену. Она попыталась показать своё недовольство взглядом, но в ответ мужчина только покачал головой с улыбкой. Рейна тоже невольно улыбнулась. — Осторожно! — воскликнула девушка, получив случайный удар локтем в грудь. — Не кричите, — Ирука опять закрыл её рот ладонью и нагнулся к уху. — Я просто пытался создать немного пространства. — М-м! — Рейна замотала головой. — Я не хотел вас задеть. Никогда, — его ладонь переместилась на щеку девушки, и он посмотрел ей в глаза. — Шея болит так стоять… Холодный протектор Ируки уткнулся в лоб Рейны. Лицо Ируки было так близко, что их носы почти соприкасались. Рейна замерла, чуть не теряя сознание, и вцепилась в руку Ируки на своей щеке. Зрительный контакт продолжался, пока Ирука не закрыл глаза. Рейна с ужасом уставилась на него, слушая своё дыхание. Ноги подогнулись, и она стала медленно сползать вниз. Ирука подхватил её под руки и поставил на место. — Так мы не поместимся, — в который раз он оказался у её уха. — Я устала стоять. Я замёрзла. Когда уже это кончится… — Тогда держитесь за меня, — Ирука с трудом протиснул руку между собой и Рейной и расстегнул жилет. — Давайте. Под жилетом Ируки окоченевшие руки Рейны быстро согрелись. Она просунула их туда не сразу, несколько секунд подумала, с подозрением глядя на мужчину. Но как только она это сделала, Ирука обнял её за спину, прижал к себе и навалился на стену. Он уткнулся носом в её плечо, она слышала и чувствовала, как он дышит. — Почему вы плакали? — Потому что я дура, отчего бы мне ещё плакать? — проговорила Рейна через ком в горле. Теперь они хорошо могли слышать друг друга, потому что Ирука крепко прижимал Рейну к себе и растирал её спину, чувствуя её мелкую дрожь от холода. Рейна поморщила лицо, но сдержала слёзы. Не хватало ещё при нём плакать. — Скоро всё закончится, — Ирука двинул головой, прошёлся носом по макушке Рейны и прижался к ней губами. — Вы что, нюхаете меня? — Рейна подняла голову после того как почувствовала щекотное дыхание в своих волосах. — Вы мне куда предлагаете себя деть? — с раздражением цокнул Ирука и отвернул голову вбок, насколько это позволяло положение. Мерзкое, отвратительное чувство симпатии к Ируке пробралось в сердце Рейны, и она поняла это довольно быстро. Ей нравилось, как он обнимал её и пытался согреть, даже нравилось, что он её понюхал. Только одно ей не нравилось: его тон и то, как он вёл и будет вести себя за пределами этой расщелины. Эта мысль отрезвила её, и девушка быстро завертелась, вынимая руки из-под одежды Ируки. — Что вы творите? От злости Рейна согрелась сама по себе и уткнулась лбом в холодную каменную стену, развернувшись к Ируке спиной. Тут же она услышала тихий смех над своим ухом. От этого её сердце растаяло, и она сдержанно улыбнулась, радуясь, что Ирука этого не увидит. — Вы предпочитаете общество камня моему? Кровь ударила в голову. То, как Ирука шепнул ей это на ухо и убрал её хвост с плеча за спину, совершенно лишило её сил. Рейна пялилась в стену перед собой, закатывала глаза, жмурилась и кусала губы. Она напряжённо перебирала пальцы, иногда впиваясь в них ногтями, чтобы хоть как-то держать себя в сознании. Ирука стоял за её спиной, прижимался к ней и обдавал горячим дыханием её затылок. — Всё… — тихо сказала Рейна сама себе. В голову полезли мысли о связанном Ируке на поляне с умоляющим красным лицом. Она поняла, что надо выбираться отсюда, иначе потом перед Канами никаких оправданий не хватит, да она и сама умрёт со стыда, чтобы такое рассказывать. — Вы что-то сказали? — руки упёрлись в стену по обе стороны от головы Рейны, и она вздрогнула и сглотнула. — Хотя теперь я вряд ли вас услышу. А вот вы меня, — Ирука прижался щекой к уху Рейны, — вынуждены слушать… Сигнал. Резко руки по бокам от Рейны исчезли, и пространства за спиной стало больше. Ирука пополз к выходу. Девушка не понимала, как он смог расслышать какой-то сигнал, если они и себя-то с трудом слышали, но последовала за ним. Чем ближе становился свет последних лучшей заката, тем больше Рейна радовалась тому, что дети так долго их искали — она чувствовала, что её лицо очень красное. Перебирая дрожащими руками по стене, девушка вышла наружу, споткнулась такими же трясущимися подгибающимися ногами о какой-то камень и чуть не упала. — Сейчас все вернутся в лагерь и будут нас ждать, — Ирука подал Рейне руку. — Идёмте. — Наконец-то! — Рейна взяла его за руку, и они вместе стали выбираться. Когда настало время преодолевать камни в реке, Ирука остановился: — Вы не против? — О чём вы? — Обещаю, ни на одном из этих деревьев, — он кивнул в сторону леса на берегу, — вы сегодня не побываете. Давайте я вас донесу, тут скользко, а теперь ещё и почти стемнело. — Что это с вами? — Рейна положила руку на плечо Ируки, и он осторожно поднял её. По всему тело разливалось приятное радостное чувство. Рейна обхватила шею Ируки обеими руками и положила голову на его плечо. Когда они оказались на берегу, Ирука опустил её на ноги и невзначай провёл ладонями по талии, прежде чем выпустить. Рейна в ответ скользнула руками по его шее и плечам, потом заложила руки за спину и сделала несколько шагов назад. В последний раз она чувствовала такое помутнение рассудка, когда напилась с Канами. Это ведь тот же Ирука, с которым она может сцепиться при любом удобном случае, тот же Ирука, который посадил её на дерево, довёл до слёз и столкнул в воду. Но сейчас он выглядел подозрительно безобидно и вёл себя так же, будто и не он вовсе. — Вы сильно замёрзли? — Ирука оглядел Рейну и смущённо потёр шею. — Нет, вы меня согрели, — она мотнула головой и улыбнулась. — То есть… Сегодня и так тёплый день. На суше тепло. — Не хотите посидеть здесь немного? В тишине. Потому что когда вернёмся, нам и ночью покоя не будет, уж поверьте. У моих есть одна игра… Слово за слово, и они сели на поваленное бревно у берега. Недолго думая, Ирука набросил на плечи Рейны свой жилет, и она не стала возражать. Ирука стал рассказывать про то, какие отъявленные демоны собрались в его классе, Рейна тихо посмеивалась. — На моих уроках они ведут себя совсем по-другому, — перебила его рассказ девушка. — Потому что вы новый учитель. Со временем они и вам на шею попытаются сесть. — Ну не знаю… Мне они сказали, что ведут себя хорошо, потому что я добрая и красивая, — Рейна потрепала влажные волосы из хвоста. — И рассказываю интересно. — Ха, вот же подхалимы, — Ирука фыркнул и посмотрел на скалу. — Хотите сказать, они мне просто льстят, и на самом деле это не так? — Я не знаю, я не был на ваших уроках… И вообще, у нас в Академии много учителей… Добрых и красивых… — Как Арума-сенсей? — При чём тут Арума? — Ирука удивлённо сдвинул брови и посмотрел на Рейну. От такого искреннего недоумения Рейна рассмеялась. Слышала бы Арума, что и как Ирука только что сказал, и все её фантазии пошли бы прахом. — То есть Арума-сенсей в эту плеяду добрых и красивых не входит? — продолжая посмеиваться, Рейна закуталась в жилет Ируки. — Входит, конечно… Просто… Почему вы именно про неё вспомнили? — А кто ещё туда входит? — Э… Рейна-сенсей, это какой-то странный вопрос… — Ирука окончательно засмущался и опустил глаза. — Ваше мнение обо мне я знаю, не переживайте. Куда мне, белобрысой швабре? — Рейна улыбнулась сжатыми губами и с прищуром посмотрела на мужчину. — Вы не поняли контекст… — О-о? Так у того разговора был особый контекст? Интересно. Тогда, может, расскажете? — Рейна придвинулась к Ируке и сложила руки на колени, с интересом ожидая ответа. — Я не уверен, что правильно понимаю слово контекст… Ну вот, сейчас вы меня на чём-нибудь подловите, — он нервно рассмеялся и почесал затылок, пряча взгляд. — Ну разумеется. — Сидите так, будто готовы в любой момент броситься на меня и растерзать за незнание терминов. Если я скажу слово метафора… — Я похожа на швабру? — Рейна рассмеялась. Ирука растерянно уставился на неё, приоткрыв рот. От этого стало ещё смешнее. — Я этого не говорил! — Вы сказали, что это метафора. — Нет, я хотел сказать, что вы совсем не похожи на швабру… — Тогда я и швабра — это антонимы? — Да, хорошо… — Ирука с шипением вдохнул сквозь стиснутые зубы и выдохнул, надув щёки и не сводя взгляда с Рейны. — А вы прямо дамский угодник, — Рейна продолжала выпускать короткие смешки. — Вечно осыпаете меня комплиментами. От них, правда, портится настроение, но вы, я вижу, пытаетесь изо всех сил. И много женщин полегло от вашего сногсшибательного обаяния? — Достаточно… — загадочно и серьёзно ответил Ирука и отвернулся. — И сколько же? — Вы пока держитесь, это главное. Вы в своём культурном обществе, небось, и не такое слышали, — тихо буркнул Ирука и посмотрел на неё из-за плеча. — Поверьте, Ирука-сенсей, такого я ещё не слышала! — сквозь смех проговорила Рейна. — Ни один мужчина мне таких комплиментов не отвешивал. — И много их у вас было? — А у вас? — Мужчин? — нахмурился Ирука. — Избранниц, — прыснула Рейна. Разговор зашёл в странное и слишком личное русло, но Рейне было действительно интересно. Ирука засмущался не на шутку, нагнулся вперёд и таинственно уставился на реку. — Я первым задал этот вопрос, — после недолгой паузы тихо сказал он. — Один. Но он не был особо щедрым на комплименты. Да и вообще… Не хочу вспоминать. Не знаю, что я в нём нашла. — Ха, небось он был красив и богат, вот вы и… — Он работал учителем, был ниже меня на десять сантиметров и во всём слушался маму. А, и ещё его ко мне не тянуло, как выяснилось сразу после того, как он рассказал обо мне своей мамочке. — Не смог покорить вершину, — Ирука кашлянул с ухмылкой. — Видать, сильно это вас задело. До сих пор злитесь? — Уже нет. Но с учителями и карликами я больше никогда не свяжусь, — щёки Рейны запылали. — Что плохого в учителях? — Теперь ваша очередь. Сколько женщин вы покорили своим красноречием? — Где-то пять… — непринуждённо и лениво протянул Ирука, пряча бегающий взгляд, будто сомневался в своих словах. — Или восемь? Не помню точно. — М-м, — протянула Рейна в ответ, скептично подняв брови. — А по вам и не скажешь. Хотя, может, куноичи менее притязательные. Или им такое нравится. — А по вам не скажешь, что у вас был всего один. — Да, потрепала меня жизнь, — улыбнулась Рейна. — Нет, я не это имел в виду… Просто странно, что у такой девушки… Э… — Ирука запнулся на полуслове и снова потёр шею. — Какой? — Ладно, нам пора, скоро стемнеет, а дети одни, — Ирука хлопнул себя по коленям, вскочил на ноги и огляделся. Рейна прикрыла глаза и улыбнулась. Сердце взволнованно трепетало в груди, и она понимала, что это из-за Ируки. Она по его взгляду видела, что это не последний их разговор сегодня, и они обязательно его продолжат у костра, когда дети лягут спать. Ей хотелось узнать, что ещё у него на уме. — Интересно, дети уже успели что-нибудь натворить или просто ждут? — Рейна приняла протянутую руку мужчины и встала с бревна. — Лучше не выпускайте мою руку. Уже темно, а дорога к лагерю это просто заросли. Я поведу. Взять Ируку за руку Рейна так и не решилась и обошлась его рукавом. Но мужчина иногда дотрагивался до неё пальцами и поторапливал, продираясь через кусты. Рейна с дурацкой улыбкой шагала по полумраку наугад, глядя только на спину Ируки. На полпути они услышали громкий хлопок со стороны лагеря. Ирука замер и прислушался. Потом они переглянулись и побежали. — Ой, вы наконец-то пришли! — Ирука-сенсей! Рейна-сенсей! — Что произошло?! — Ирука сразу бросился к детям и стал осматривать. — Мы слышали взрыв! Все целы? — Да это горелка дурацкая! Сначала плохо огонь шёл, а потом как рвануло! — Рейна-сенсей, вы же сказали, что там ничего не шипело! — Ирука повернулся к девушке. — Я сказала, что не уверена, — Рейна испуганно смотрела на место взрыва, возле которого дети палкой ворошили останки баллона. — Как мы рады, что вы нашлись! Мы думали, что вы пропали! — Кадзи подбежал к Рейне и схватил её за руку. — Уже хотели бежать за вашим парнем, чтобы он помог вас найти! — Каким парнем? — в суматохе Рейна не могла сообразить, есть ли пострадавшие. — Куда ещё вы собирались бежать? — Ирука подошёл к ним. — Привести помощь! Парень Рейны-сенсей джонин, я видел его форму! — Кадзи закивал. — И я! — подхватил подоспевший Ясу. — Джонин точно вас нашёл бы! — Так… Он не мой парень, и вообще… — Рейна с трудом отцепила руку Кадзи. — Рейна-сенсей, мы видели вас в парке… И видели, что вы делали, — Кадзи вытянул губы и прищурился. — Дети! Общий сбор! — крикнул Ирука и быстро ушёл. По итогам расследования выяснилось, что Рейна не виновата — просто дети поставили баллон слишком близко к горелке, и всё «взлетело на воздух к чёртовой матери», как выразился Ирука, заканчивая свою пламенную речь о технике безопасности. Он был очень зол и взволновал, и Рейна понимала его, но предпочитала быть тем самым «хорошим учителем», чтобы уравновесить баланс добра и зла, дети и так были напуганы. Ночное купание Ирука тоже отменил. Сказал, что непослушных детей каппа забирает в первую очередь, а сегодня они все провинились. Даже историй у костра не было. Ирука как бешеный бык какое-то время носился между палатками и загонял всех спать. Рейна наблюдала за всем, сидя у костра, и грела руки. Когда над лагерем наступила полная тишина, Ирука подошёл к костру. — Верните мой жилет. Рейна немного удивилась, но сняла жилет и отдала Ируке. — Идите спать, — строго сказал он и потёр руки, сев напротив девушки. — Я подежурю. — Я думала, мы не договорили, — Рейна вытянула ноги к огню и попыталась поймать взгляд Ируки, но он упорно смотрел на пламя. — О чём нам с вами говорить? — Ну… Хотя бы о том, что произошло, пока нас не было. Поворчать на детей, да и вообще… — Расскажете об этом своему парню. Но, боюсь, скоро у вас его не будет. — Ого, это ещё почему? — Рейна решила подыграть ему и подалась вперёд. — Если это действительно Генма-сан, то у меня для вас плохие новости, — Ирука хмыкнул, и в его тёмных глазах отразилось пламя. — А вы так хорошо разбираетесь в людях? Вам-то какое дело? — Мне всё равно. Идите спать, вы устали, — Ирука поднял с земли палочку и начал перебрасывать из руки в руку. — Так почему у меня скоро не будет парня? — Вот и узнаете. — С чего вы вообще взяли, что между мной и Генмой что-то может быть? Такая резкая смена поведения подпортила Рейне настроение, и она решила, что старый-добрый Ирука заступил на пост. Всё, что было у водопада, просто какое-то наваждение, об этом надо поскорее забыть, иначе перед Канами потом точно будет не оправдаться. — Я просто не слепой. И не глухой. Видел я, как он на играх… И Генма-сан не тот человек… Хотя нет, он как раз ваш типаж. Судя по вашей истории, — Ирука вцепился в палочку обеими руками и согнул до треска. — А вдруг со мной он совсем другой человек? — Рейна наслаждалась видом вскипающего без причины Ируки. — Я знаю, что о нём говорят, и иногда он бывает холоден, смотрит на других женщин, но… — И вы это терпите? Вы какая-то ненормальная. Раз вам одни козлы и уроды нравятся, — палочка наконец сломалась, и Ирука сжал кулаки. — Странно, вы же мне не нравитесь. Палочки полетели в огонь. Ирука вскочил с места и куда-то ушёл, злобно топая. Рейна рассмеялась ему вслед, потянулась и нагнулась к костру. Было одновременно и смешно, и грустно. Недолго Ирука пробыл приятным. Если бы не длинный язык Кадзи, то так бы всё, наверное, и оставалось. И кто знает, чем тогда кончился бы этот разговор у костра?