Глава 40. В Конохе нет секретов

Пока на плите шипела сковорода с грибами, а на столе уже стояла тарелка с огромной рыбой, Рейна мечтательно смотрела в окно и слушала, как её мама и тётя Садако тихо смеются и делятся впечатлениями от похода на терапию в госпиталь. Мама торжественно сообщила, что уезжает «развеяться» на весь октябрь, но не увидела особой печали в реакции дочери, и немного насторожилась. Благо, рядом была тётя Садако, которая завела разговор про молодого доктора. — …да не смотрел он! Не смотрел! — мама игриво хихикала, как девчонка, и прикрывала рот рукой. — Рейна, мы нашли тебе мужа, — Садако наклонилась к Рейне, и та отвлеклась от разглядывания фонаря в окне. — Он спросил у твоей мамы, есть ли у неё дети, — женщина прыснула и получила шлепок по плечу от подруги. — Мы ему рассказали про тебя. Он тоже светловолосый, высокий, и лицо у него умное! — Он ирьёнин. Конечно, у него умное лицо, — мама вздохнула. — Не слушай её, Рейна. Он так спрашивал, потому что пытался выяснить мои причины жить. Мы тебе получше найдём. — Какая ты двуличная! Со мной же смеялась, про белокурых внуков шутила! — возмутилась Садако. — А может, и ты ему понравилась, Асами… — Не говори глупости! — мама закатила глаза и отмахнулась. — А что? Тебе даже пятидесяти нет, вот увидишь, мы с тобой ещё цепанём парочку мальчиков, когда приедем в Танзаку. Рейна покосилась на маму, предпочитая не вмешиваться в разговор. Мама перестала улыбаться и стала серьёзной, тётя Садако это заметила и притихла. — Я туда не за этим еду. И ты это знаешь, — строго сказала мама. — У меня есть муж. В кухне наступило гнетущее молчание. Рейна кашлянула, встала из-за стола и пошла к плите. Пока она возилась с грибами, Садако тихо заговорила: — Асами… — Я просила тебя не шутить так. У меня есть Наоя. — А Судо про тебя спрашивал… — Вот спасибо. Я перехотела есть. Пойду в душ, — мама встала на ноги и быстро ушла из кухни. Стало страшно неловко. Рейна стояла у столешницы и не решалась обернуться, так и замерев с тарелкой жареных грибов в руках. Садако выдохнула и, судя по скрипу стула, вытянулась на нём: — Ну как всегда. Зато… Рейна, иди-ка сюда. Перехватив тарелку одной рукой, Рейна подошла к столу и поставила её в центр, а сама села напротив Садако. Женщина слегка улыбалась и постукивала пальцами по столу, внимательно глядя на Рейну: — Наконец-то мы с тобой можем поговорить. Ну, рассказывай. — Что?.. — Рейна положила себе в тарелку немного рыбы. — Всё, что есть. Хотя твоя мама мне и так всё про тебя рассказала. Бросила танцы, — Садако осуждающе поцокала, — зарылась в книги… У тебя же такие данные! Если бы ты до сих пор танцевала, я бы обязательно пригласила тебя преподавать в мою школу в столице. Тут-то у вас не особо развернёшься. — Может быть, если с переездом всё получится… — Тогда замётано, пригрею тебе местечко. Твоя мама почему-то наотрез отказалась, а мне как раз нужен преподаватель. Школа небольшая, но детишек после войны всё больше, так что скоро мы разрастёмся. — А как… У вас получилось открыть свою школу танцев? — Удачно выскочила замуж за местного чиновника, — подмигнула Садако и принялась за еду. — А он взял и умер. Грустно, конечно, было… Но недолго. Главное было вовремя и по-умному вложить сбережения, чем я и занялась. Теперь я владею самым большим концертным залом в столице, занимаюсь проведением концертов. А школа танцев — моя отдушина. — А дети у вас есть? — Ну конечно. Примерно восемьдесят человек. Мальчиков, конечно, поменьше… — Садако вздохнула и с грустной улыбкой опустила глаза. — Своих мне заводить было некогда и не с кем. — А как же муж? — Рейне становилось всё интереснее слушать историю жизни тёти Садако. — Ему дети были не нужны, мне и подавно. С ним-то… Мне просто не повезло так, как твоей маме. Не встретила мужчину, ради которого была готова бросить всё. Или я просто другая, — Садако пожала плечами и опять улыбнулась. — Как вы познакомились с мамой? — Когда я прибилась к труппе, она уже была там. Всё мне рассказала, объяснила, очень помогала. Защищала. А потом появился этот Наоя, и всё… Асами стало не узнать. — Так значит, мама не врала про любовь с первого взгляда? — Рейна с тёплой улыбкой подпёрла щеку рукой, внимательно слушая рассказ. — О-о, ещё какая. Твоему папе тогда уже было за тридцать, а маме только-только двадцать стукнуло. И что ты думаешь? Одурел так, что ломился к ней в окно по ночам, бросался под ноги. За три дня, что мы были в Конохе, и охомутал её. Когда мы были на пути к Стране Мороза, Асами не досчитались. Сначала думали, что Наоя её выкрал — взгляд у него постоянно был сумасшедший, а потом я нашла записку от неё. Ух, как Судо злился… — И что там было?.. — Рейна замерла, готовясь узнать тайну знакомства родителей. — Да что там могло быть? Написала, что остаётся, потому что не может жить без твоего папы, вот и вся история. Я потом приехала и лично в этом убедилась. Уж не знаю, как они сошлись… Она над ним смеялась, говорила, что он для неё старый, а потом слиняла, и через год ты родилась. — А кто такой Судо? — Ай, — Садако поморщилась и махнула рукой, — неважно. — Мамин знакомый? Он тоже был в труппе? — Вот у мамы и спроси, я их историю плохо знаю, — Садако напихала в рот еды и стала жевать. — Ну, а ты? Тоже ждёшь свою судьбу, чтобы как у родителей? — Такое вряд ли возможно… — сказала Рейна на выдохе. — Да и шиноби сейчас совсем другие… — Ну и правильно. Переедете, и мы тебе подыщем кого-нибудь получше, чем какой-то плешивый биолог. — Мама вам рассказала?! — Да она его ненавидит, — со смешком ответила Садако. — Конечно, рассказала. И на что только ты потратила несколько месяцев своей молодости и красоты… — Давайте не будем… — Рейна помрачнела. — Правильно, нечего про такое вспоминать. Лучше расскажи мне про свои приключения в студенческие годы.

***

Кажется, мама обиделась на тётю Садако. Рейна чувствовала это с самого утра, когда заглянула в кухню, чтобы только пожелать всем хорошего утра — на завтрак у неё не было времени, она проспала и уже опаздывала. Обе женщины сидели за столом в полной тишине и молча ели завтрак, не глядя друг на друга. Рейна бросила быстрое «доброе утро, я побежала» и не услышала ничего в ответ: подруги были настолько не в духе, что только покосились на неё. Быстрым движением Рейна набросила на плечи куртку и выбежала из дома, хлопнув дверью. Вчерашний разговор с тётей Садако получился интересным, она хотя бы немного узнала о прошлом родителей. В нём не было ничего ужасного, никакой трагедии или преступлений, и Рейна не понимала, отчего мама не хотела обо всём рассказывать. — Рейна, — Ирука оттолкнулся спиной от дома и окликнул девушку, несущуюся по улице на работу. Он поджидал её у соседнего дома, но теперь с той же стороны улицы, где был дом Рейны. Она резко затормозила и чуть не налетела на него: — Ирука! — Опаздываешь. — Я знаю, проспала… — щёки Рейны запылали от взгляда на улыбку Ируки, и она сама невольно заулыбалась. — Идём, я знаю короткую дорогу, — Ирука взял её за руку и потащил за собой в тёмную подворотню, где не было людей. Сначала тайные ходы были просто грязными, потом стали узкими и грязными. У кучи старых ящиков рядом с большой лужей, в тени старого высокого дома, Ирука остановился и потянул неуклюже обходящую грязь Рейну на себя: — Стой. Специально сделав вид, что споткнулась, Рейна упала на грудь Ируки и положила голову на его плечо. Хитрая улыбка растянулась по её губам. — М… Тут лужа… — Ирука накрыл ладонями её плечи и погладил. — Осторожно. — У тебя сегодня новая кофта? — Рейна провела рукой по его плечу и груди, ощупывая напряжённые мышцы. — Ткань какая-то другая… Над её макушкой раздался кашель. Ирука закашлялся и отстранил Рейну от себя. Это из-за него она проспала и опаздывала, потому что слишком много думала про их субботнюю ночь перед сном. Хотя её мысли были заняты не только прошлым, но и будущим: Рейна уже планировала, что возьмёт с собой в поездку на горячие источники, что будет делать и говорить. А ещё, раз мама скоро уезжает, она сможет привести Ируку к себе домой и не тащиться к нему на отшиб Конохи. Каждая мысль была приправлена лёгким налётом фантазий о том, как Ирука сжимает её грудь или устраивается между её ног. — Что ты… Что ты выдумываешь, обычная рабочая… — Ирука смущённо отвернулся. — Перестань… — Нет, точно другая, — Рейна прижалась к Ируке и погладила его по груди, в которой бешено колотилось сердце. — Не надо, — тихо сказал Ирука и закрыл глаза, — выдумывать. И… И не делай так. — Как? — Рейна с удовольствием щупала мышцы под одеждой Ируки и тайком улыбалась. — Вот так? — Рейна… — Ирука стиснул зубы и выдохнул носом, не открывая глаз. Она потянулась к его губам, чтобы поцеловать. Ирука опередил её, схватил за бёдра, прижал к себе и уткнулся носом в её шею, сделав глубокий вдох. У Рейны закружилась голова, она вцепилась в плечи Ируки и застыла на месте, пока он нюхал её, щекотно обдавая шею горячим воздухом. Пальцы Ируки медленно поползли с бёдер на ягодицы, перебирая лёгкую ткань юбки. Рейна поверить не могла, что занимается подобным, и ей это ещё и нравится — обжимается в грязном закоулке с Ирукой и улыбается, как дура. Ощущение полнейшего счастья заполнило грудную клетки Рейны. Хотелось застонать от удовольствия, когда Ирука прижался губами к месту рядом с ухом и шепнул, что скучал. Уголки губ Рейны подрагивали от широкой улыбки, она смотрела на обшарпанную стену перед собой и поглаживала Ируку по плечам. — Всё, всё, Ирука, мы опоздаем, — она решила, что пора прекращать эти подростковые страсти, которых у неё, вообще-то, никогда в жизни и не было. — Ирука… Её слова Ирука проигнорировал. Он продолжал щекотно тыкаться носом в её шею и шумно нюхать волосы. Его тёплые губы скользили по коже Рейны, вызывая у той мурашки. Потом Ирука стал напирать и вжал Рейну в стену за её спиной, а его пальцы впились в ягодицы девушки. Она растерянно захихикала: — Ирука, что с тобой? — Я не могу… — Что? — она похлопала его по плечу. — Ну отпусти, я испачкаюсь! Кое-как Ирука отцепился от Рейны и нехотя выпустил её из чересчур крепкий объятий. Оба тяжело дышали и смотрели друг на друга. — Кстати… — громко сопя, Ирука полез в карман. — Ты забыла. Чёрные трусы повисли на пальце Ируки. Рейна уставилась на них, соображая, откуда они у него взялись, и довольно быстро вспомнила: она сама их и оставила у него в туалете, чтобы высохли, а потом забыла про них и счастливая ушла домой. — Спа… Спасибо, — Рейна резким движением сорвала трусы с пальца Ируки и запрятала в сумку. Когда она закрыла сумку и подняла голову, лицо Ируки снова было прямо перед ней. Они припал к её губам и взял за руки. — Ну… Ладно, всё, идём, — Рейна смущённо отвернула голову. — Ты едешь со мной на источники? — Я думала, ты всё решил за меня, — Рейна высвободила одну руку из хватки Ируки и провела большим пальцем по его губам, подтирая следы своей помады. — Ты же сказала, что тебе надо подумать, — Ирука наконец-то отошёл от Рейны, поправил воротник жилета и затянул потуже повязку на голове. — Поеду. — Хорошо, — кивнул Ирука и почесал затылок, делая вид, что оглядывается. — Тогда сегодня позвоню им. — Под Химачи, на пути к Танзаку, есть храм. Я бы хотела туда попасть. Спроси, пожалуйста, устраивают ли они экскурсии, — Рейна достала маленькое зеркало и начала поправлять волосы и макияж. — Что мы, сами туда не сможем дойти, что ли?.. — заворчал Ирука. — Я не знаю дорогу, мы были там группой от университета. Помню только ворота и что не успела всё как следует осмотреть. — Я всё выясню. Будет тебе храм, — Ирука дождался, пока Рейна вернёт зеркало в сумку, и пошёл вперёд. — Тогда идём? — Рейна поравнялась с ним и прижалась к его плечу. — Даже не знала, что есть эта дорога… Ирука привёл её к задней площадке Академии, к укромному заросшему кустами месту, где в заборе не хватало нескольких досок. Он обошёл куст и указал рукой на забор: — Вот отсюда обычно линяет с уроков твой Китано с дружками. — Тогда почему это место до сих пор не починили? — Рейна последовала за Ирукой через прореху в ограде. — Чинят. Каждый год. Но у наших детей дури много, спустя несколько дней всё снова так, как сейчас, — Ирука подал ей руку и помог пробраться на территорию Академии. — Это, можно сказать, историческое место. — Почему? — Отсюда, возможно, сбегал сам Джирайя. И я тоже. Да много кто. — Так ты был прогульщиком? — шутливо ахнула Рейна. — Я ещё и хулиганом был. — Ну, это я успела заметить. Так, подшучивая и толкаясь, они дошли до главного двора Академии. Здесь их пути разошлись, Ирука пошёл прямиком на тренировочную площадку, задержав на Рейне долгий взгляд, а Рейна энергичным шагом направилась в здание Академии. — Доброе утро, Рейна-сенсей! — Доброе утро, Хамаре, — Рейна улыбнулась и кивнула своей ученице, столкнувшись с ней в коридоре. Уроки сегодня шли на удивление легко и весело. Рейна даже не стала ругать и ставить плохие оценки детям, которые неважно подготовились или пришли без домашнего задания — настроение было слишком хорошее, чтобы портить его другим. Потом, на большой перемене, Рейна решила проведать Канами и не пожалела: её подруга устроила настоящий концерт прямо в коридоре перед своим кабинетом. Она выстроила детей в два ряда, вручила им инструменты, и те стали кое-как исполнять какую-то мелодию. — Канами, — Рейна подкралась к ней сзади и положила руку на плечо. — Ох! — девушка вздрогнула и обернулась. — Рейна, напугала… Не отвлекаемся! В темпе, в темпе! — Канами прикрикнула на детей. — Чего это ты выбралась с ними в коридор? — Пусть привыкают, что на них будут смотреть люди. Начнём с маленьких концертов в Академии, а к ярмарке уже никто стесняться не будет. Ну, как тебе? А? Ну звёздочки, ну посмотри на них! — Канами, очень довольная собой, помогала детям жестами. — Кстати, как там сценарий? — Ну… — Рейна закусила губу и посмотрела в окно. — Не хочешь выйти на улицу, подышать? Здесь слишком шумно для такого. — Идём, хорошо… А вы продолжайте! Если я перестану слышать музыку, у вас будут проблемы! — Канами пригрозила своему оркестру кулаком, взяла Рейну под руку и потащила на улицу. День выдался солнечным, поэтому дети весело прыгали по двору — по крайней мере, те, до кого не успел добраться Ирука. Он с небольшой группой учеников стоял у брусьев и проводил какой-то зачёт по подтягиваниям. Канами увидела это первой и фыркнула: — Опять этот козёл детей достаёт. Хоть бы на перемене дал отдохнуть. Они же поесть не успеют, потом на уроке ныть будут. Пойдём, побесим его, — она потянула Рейну за собой к площадке. — Так что с пьесой? — Канами… Подожди, — Рейна пыталась сопротивляться, но Канами усадила её на скамейку прямо напротив площадки. — Ладно. В общем, я думала над тем, как это лучше обставить. Реквизит у нас скромный, и большие исторические события всерьёз затронуть не получится. Можно, конечно, прибегнуть к символизму… — Рейна, ближе к делу, — Канами поморщилась и помахала детям на площадке. — Смотри, у них уже руки трясутся. Бедняги. — Есть два варианта: оригинальная история или история, основанная на реальных событиях. В любом случае, центральной фигурой будет собирательный образ шиноби, потому что… — Рейна, я уже засыпаю. Ещё ближе к делу. Когда будет готов сценарий? — Н-н-н… — Рейна стала заикаться, случайно встретившись взглядом с Ирукой: он ей улыбнулся. — Наверное, скоро. Я хотела с тобой посоветоваться по поводу… — Я тебе полностью доверяю, — Канами тоже посмотрела на Ируку. — Смотри, пялится на нас. Думает, наверное, как прикопаться. Он недавно случайно услышал, как я говорила с директором про репетиции спектакля во время занятий, так этот козёл остановился, не прошёл мимо и стал возмущаться. Мешаю, видите ли, детям учиться. — И чем всё закончилось? Один из детей неправильно ухватился за перекладину и упал. Ирука отвёл его в сторону: — Смотри, показываю один раз. Руки держи вот так, — он взялся за перекладину и начал подтягиваться. — И не напрягай тело слишком сильно. Только нужные мышцы. — Чем… Директор сказал ему заниматься своими делами. Нам сейчас нужно быть на слуху, чтобы все видели, что работа кипит, и господин Накаяма это понимает. А спектакль — отличный шанс показать себя. — Это точно, — Рейна слушала Канами вполуха и смотрела на Ируку. Он подтягивался с лёгкостью, будто не прилагал никаких усилий. Дети столпились вокруг него и дружно считали, сколько раз он подтянулся. Ирука подтянулся наверх и замер, покосившись в сторону, где сидели подруги. Канами была слишком занята рассуждениями о будущем Академии, а вот Рейна тоже посмотрела на него и заправила волосы за уши с глупой улыбкой. — Боже, как он выделывается перед детьми, — донеслось до её слуха ворчание Канами. — Такой неудачник. Аруме под стать. Я тебе рассказывала, что мы с ней недавно закусились? — Она и к тебе стала лезть? — Рейна навалилась на спинку скамейки и оттянула воротник блузки, когда Ирука спрыгнул с брусьев и помог ученику взобраться на них. — Да нет, в учительской про тебя пыталась сплетни распускать, и тут я зашла. И чего она к тебе так прицепилась? — Не знаю, — Рейна пожала плечами. — Ревнует, что Ирука уделяет скандалам со мной больше времени, чем разговорам с ней. — Кстати о ревности… Рейна, я знаю, что уже достала тебя, но Эбису опять сошёл с ума. У него что-то случилось, и он не хочет говорить. Я, конечно, надеюсь, что он просто окончательно рассорился со своей мамашей, потому что сказал, что дело в женщинах. Никак не могу Генму встретить, чтобы спросить у него. Может, ты его видела? — Ну… — Рейна фыркнула и сдвинула брови. — Конечно, нет. Я уже давно его не видела. Может, на миссию ушёл? Ты же знаешь, как я к нему отношусь. Он старается мне на глаза не попадаться. И тебе не стоит с ним разговаривать. Ирука уверял, что Генма ничего не заподозрил, но Рейну терзали сильные сомнения по этому поводу. Улыбался он так, будто всё понял. Вдруг он решит в отместку за то, что Рейна иногда была груба с ним, всем рассказать про них? — Да… Генма не такой уж и плохой. Если держать с ним дистанцию, — Канами удивлённо посмотрела на Рейну. — И тебе он ничего плохого толком не сделал. — Он мне просто не нравится. Лучше подожди, и Эбису сам всё тебе расскажет. А то Генма снова выдумает что-нибудь, какую-нибудь записку… — Ну хватит мне это припоминать! — Канами толкнула её плечом. — Идём, скоро перемена закончится. А мои что-то притихли, не слышу звуков музыки.