Глава 49. Оказывается, плакать было рано

На танцы никто не пошёл. Рейна провела большую часть дня и всю ночь в номере Ируки, а утром ушла собирать вещи. Она несколько минут сидела над раскрытой сумкой и плакала, держа в руках халат. Ей не верилось, что время так быстро пролетело, и теперь они возвращаются в Коноху, ко всем проблемам, которые там ждут. В отличие от Рейны, Ирука не был расстроен. Он весь путь до остановки нахваливал источники, обслуживание и мягкое постельное бельё. Насчёт последнего пункта Рейна могла бы возразить — у неё горели и раскраснелись колени, она обнаружила это утром. А ещё у неё болели связки в паху, будто она училась садиться на шпагат весь прошлый день. Из-за этого она с трудом могла поднимать ноги и делать широкие шаги, чтобы взобраться на ступеньки автобуса. Поездка заняла несколько часов, теперь они ехали по прямой, без заезда в храм. Сначала Ирука пытался шутить, развеселить Рейну, потому что видел, что она слишком тихая и задумчиво смотрит в окно. Однако ему пришлось сдаться: она так и не улыбнулась, только смотрела на однообразные пейзажи окрестностей Страны Огня, упираясь лбом в стекло. Ей не хотелось завтра идти на работу, не хотелось видеть никого, кроме Ируки. Но всё будет с точностью до наоборот. Ещё и все дороги были в слякоти от недавнего дождя. — Документы, — со строгим видом спросил шиноби на пропускном пункте ворот Конохи. — А… Ладно, — Ирука полез в карман. — Да шучу я. Проходите, — дежурный усмехнулся. — Как съездил, Ирука? Что, опять спина? — Пойдёт, — кивнул Ирука и подтолкнул Рейну вперёд. — Как всё прошло? Без происшествий? — Не считая пьяных ветеранов, тоже пойдёт. А это… — взгляд мужчины скользнул по Рейне. — Ладно, Изумо, нам пора, — Ирука поправил сумку на плече и подошёл к Рейне. — Всё, идём, не стой… — Не толкай меня, и так еле иду! — Рейна сделала слишком резкий шаг, и ноги опять разболелись, она стала прихрамывать. — Мы в гору сходили один раз, с чего бы ногам болеть? — Ирука почти силой отобрал у Рейны сумку и забросил на свободное плечо. — Не знаю. Утром проснулась, и так болели… — Рейна вздохнула и оглядела знакомые крыши. — Мне кажется, я забыла дома закрыть какое-то из окон, когда уезжала. Интересно, много пыли налетело? — Хорошо, что у меня нет такой проблемы, кроме как в кухне, — посмеялся Ирука. — Ты же тогда прятался на улице? — понимая, что они подходят к её дому, Рейна полезла в карман за ключом. — Нет, — категорично ответил Ирука. — Я видела, как ты влез через окно. — Да я… — Тогда где ты прятался? Я всё обыскала. — Какая теперь разница? — пробубнил Ирука. — Ну нет!.. — расстроенно протянула Рейна, увидев, что окно в кухне открыто нараспашку. — Ещё и ветер был, наверное! Хоть бы дождём не сильно залило! — Вообще не понимаю, зачем такие окна себе ставить, — продолжал ворчать Ирука, следуя за Рейной. — Ставни эти… Что-то было не так. Рейна вставила ключ в замочную скважину, и что-то подозрительно щёлкнуло. Когда она повернула ключ, он не провернулся до конца: дверь уже была открыта. Рейна медленно обернулась к Ируке, догадываясь, что мама, скорее всего, вернулась раньше обещанного: — Ирука… — Чего? — Ирука вертел головой по сторонам со скучающим видом. — И… Иди домой… — Почему? — он нахмурился и мотнул головой. — Мама вернулась… — Рейна говорила предельно тихо. — И что? — Просто… — Рейна закрыла глаза. — Спасибо за поездку, но сейчас… — Рейна, — Ирука был явно недоволен, — в чём проблема? — Я уже говорила тебе, — она продолжала стоять с закрытыми глазами, и её сердце замирало каждый раз, когда Ирука чересчур громко отвечал ей. — Что-то не похоже, что в доме кто-то есть, — Ирука заглянул в прихожую. — Дверь открыта. И окно… Хотя мама обычно никогда так не открывает… — у Рейны затряслись руки: нутро чувствовало неладное. — Дай-ка… — Ирука протиснулся между Рейной в дверях и стеной и вошёл в дом. — Ирука, ну подожди!.. В доме никого не было. Крючок для маминых ключей пустовал, её одежды тоже не было на месте. Лёгкий тремор пробил всё тело Рейны. Она обвела взглядом коридор и заметила, что ящик тумбочки открыт. — Вот что, Рейна. Сейчас мы с тобой пойдём в полицию, а потом ты возьмёшь свои вещи и переберёшься в безопасное место. Сдаётся мне, что кто-то тут побывал, пока тебя не было. Поживёшь у меня. — Стой, почему? — Рейна боролась с очевидной мыслью — кто-то вломился в её дом. — С чего бы мне жить у тебя? От Академии так дале… — Хочешь сказать, ты знаешь, кому принадлежат эти следы? Рейна не сразу обратила внимание, но на полу действительно были чёткие грязные следы большого размера. Ирука взял её за локоть и вывел на улицу. Сама Рейна вряд ли сообразила бы, что делать, если бы Ируки не было рядом. Просто долго стояла бы в коридоре и смотрела на грязный пол. — Так… Где живёт твоя бабушка? Я что-то подзабыл. — Ирука… Что теперь делать? — Рейна посмотрела на свои дрожащие руки. — Не топтать улики, — Ирука улыбнулся и перебросил сумку Рейны с одного плеча на другое. — Что-нибудь ценное в доме было? Деньги, украшения? — Де… Деньги наши все в банке, а украшения… У… У мамы были, да… — Вспоминай, пока мы идём. — Нас что, ограбили? — на последнем слове Рейна сделала рваный вдох, готовясь рыдать. — К счастью, всего лишь обокрали, — Ирука подмигнул ей с улыбкой. — Но кто знает? Может, твоя мама хорошо прятала украшения, и они ушли ни с чем? — Нет, у неё на столике была шкатулка, там всё и лежало, — Рейна остановилась посреди улицы, потому что ноги ослабли, тряслись, и она не могла идти. — Нас обокрали… — Хорошо, что тебя дома не было. Ирука вёл себя так спокойно, будто ничего не произошло, ещё и улыбался. Сначала Рейна разозлилась: конечно, не его ведь обокрали, но быстро поняла, что её с трясущимися руками и слезами в глазах вполне хватает, и кто-то должен оставаться спокойным. — Ирука, что мне теперь делать?.. С другой стороны, если бы не Ирука со своим спокойствием, Рейна, может, собралась бы с мыслями побыстрее и не позволила себе долго быть растерянной и беспомощной. — Оставим твои вещи у бабушки, а потом пойдём в полицию. — Думаю, бабушке лучше не знать обо всём… — Мы ей и не скажем. Просто погостишь у неё пару дней. Она же будет рада тебя видеть? — Наверное… — И до Академии от неё ближе идти. Только напомни мне, где именно её дом. Район-то я запомнил, — Ирука положил руку на спину Рейны. — Достань сразу документы, в полиции могут попросить. — Я просто не верю… — Рейна замотала головой, зажмурилась, и слёзы покатились по щекам. — Рейна, все живы? — Ирука устал толкать её по улице и остановился. — Ну… — Никто не пострадал? Или кто-то лежит в госпитале? — М… — Наверное, просто какой-то пьяный придурок вломился, ничего не нашёл и сбежал. Вот увидишь, уже завтра его найдут. Встреча с бабушкой состоялась раньше, чем они дошли до её дома. Женщина не спеша шла с сумкой — возвращалась с рынка. Она первой увидела Рейну в компании Ируки и окликнула. Рейна вздрогнула, по привычке отшатнулась от Ируки, чтобы люди не подумали, что они вместе, но было поздно. Хотя бабушка — не мама, и на шиноби реагировала спокойно. Первый вопрос от бабушки был не о том, куда идёт Рейна, почему она с сумкой, а что за «мальчик» её сопровождает. — Бабушка, мы… Это мой коллега, Ирука-сенсей, — Рейна протёрла глаза и сглотнула. — Я шла к тебе, мы встретились, и он мне вещи помог… — Ирука? Какой хороший у тебя коллега! Я бабушка Рейны, Мива, — женщина кивнула Ируке. — Что, всё-таки погостишь у меня, Рейна? — Да, решила пару дней… Пока мамы нет, — произнесла Рейна на выдохе, с радостью понимая, что слёзы отступают. — Она у нас такая внимательная, Ирука-сенсей! Всегда ко мне заглядывает, будто чувствует, когда я тосковать начинаю! — бабушка рассмеялась и погладила Рейну по плечу. — А в детстве, у-у, с рук не слезала, такая ласковая была! — Бабушка, ну перестань… — прошипела Рейна. — Заходите, заходите! Вы голодные? С трудом удалось отбиться от настойчивого предложения бабушки дождаться, пока она приготовит скумбрию. Рейна сказала, что им надо уйти «по делам», но бабушка взяла с Ируки слово, что он придёт к ним на ужин, а Ирука не стал возражать, даже под испепеляющим взглядом Рейны. Когда дверь за их спинами закрылась и они вышли на улицу, Ирука с улыбкой спросил «что?», Рейна недовольно хмыкнула, и они пошли к полицейскому участку. Только не хватало, чтобы бабушка стала разговаривать с Ирукой. — Заходи, — Ирука потянул дверь и пропустил Рейну вперёд. — …да я тебе клянусь! Он сам в забор врезался! Внимание Рейны привлёк громкий возмущённый голос. Она уже видела этого парня раньше, когда они с Ирукой пошли «рыбачить». Это был его ученик, только имени Рейна не помнила. Он сидел на столе и что-то рассказывал своему коллеге. — О! Ирука-сенсей! — на лице парня сразу появилась радостная улыбка, стоило ему заметить Ируку. — Здравствуйте! — Да, да, здравствуй, Киба… Не ожидал, что ты будешь здесь… — но счастье Кибы от встречи было невзаимным, и Ирука покашлял, встав к нему вполоборота. — Я скоро и повышение получу! — Киба поправил жилет и выпрямился, спрыгнув со стола. Рейну отвели в отдельный кабинет, а Ирука остался в коридоре вместе с Кибой. Женщина средних лет опросила её, приняла заявление, и всё это заняло бы не больше десяти минут, если бы не утомительная нерасторопность работницы. Она медленно перекладывала бумаги с места на место, искала ручку, уточняла один вопрос по три раза. Из кабинета Рейна вышла полностью эмоционально выжатая. — …найдём, найдём, и не таких находили, — Киба резко замолчал, увидев Рейну. — Что, всё? Заявление приняли? Да это точно местные, сами же знаете, что в субботу было. Пришлось парочку задержать. — Уж надеюсь, — Ирука стоял мрачнее тучи, и, кажется, Киба ему надоел своим напором. — Ирука-сенсей, я ж ради вас всю Коноху переверну, — Киба упёр руки в бока. — Сразу приступим, как только… — М… Да, хорошо, я понял, Киба. Спасибо, — Ирука подошёл к Рейне. — Ну, что? — Мне дали эту бумажку… Сказали, что через три дня свяжутся. — Вот и хорошо. Ну, что? Идём? Выпроводить Ируку домой не получилось. Точнее, получилось, но временно. Он пошёл переодеться и обещал, что придёт вечером. У Рейны даже проскочила шальная мысль поссориться с ним, чтобы он не приходил, потому что бабушка любила болтать и рассказывать «интересные факты» о Рейне кому ни попадя.

***

— Бабушка, ну зачем ты его позвала? Неудобно будет. Мы просто работаем вместе, а ты на ужин… — Рейна проигнорировала уже два вопроса про Ируку от бабушки. — Рейна, ты можешь поставить тарелку ровнее? Всё-таки гость! Рейна понимала, почему бабушка так себя ведёт. Ей было очень одиноко: муж умер, сын погиб, внучка бессовестно врёт, что зайдёт, и не заходит. А тут компания из целых двух человек подвернулась. Пока дедушка и папа были живы, бабушка не отличалась болтливостью и общительностью, была доброй, но строгой и немногословной. Но всё изменилось, и она цеплялась за любую возможность поговорить хоть с кем-нибудь. — Сколько ему лет? Он женат? — бабушка продолжала мучительный допрос. — Я… Не знаю, мы не настолько близко общаемся, — соврала Рейна, нервно поглядывая на часы над дверью. — Говорю же, зря позвала! — По нему видно, что не женат. А тут ты… Вот он тебе и помогает, — бабушка прошла мимо Рейны и шлёпнула её по ягодице. — В мои времена если парень помогал, значит, точно скоро свадьба была бы. У нас вообще всё быстро с твоим дедушкой было. — Ну бабушка! Хватит! — захныкала Рейна, расставляя тарелки. — Думаешь, он бы согласился прийти, если бы ему было всё равно? — Пожалуйста… Ну хватит! — Рейна села на стул и упёрла кулак в лоб, закрыв глаза. С трудом положив ногу на ногу из-за боли в паху, Рейна легла головой на стол и вздохнула. Бабушка продолжила щебетать про Ируку, пока в дверь не постучал он сам. Бабушка всё бросила и побежала открывать дверь. Рейна продолжала лежать. — …ничего, ничего! Заходите, Ирука-сенсей! — посмеялась бабушка из прихожей. — …не хотел приходить с пустыми руками, но… — …Ирука-сенсей! Простите, что мы так скромно! — Это вы простите, что я… Слушая обрывки разговора, Рейна непроизвольно подняла бровь. Интересно, откуда это Ирука так знает этикет и когда научился так интеллигентно разговаривать? — Вот, проходите! — бабушка провела Ируку в кухню. — Пожалуйста, садитесь! Ирука сел рядом с Рейной. Она отодвинулась от него и села прямо. — Смотри, что Ирука-сенсей принёс! Как вы угадали? Это моё любимое! — бабушка металась по кухне туда-сюда с бутылкой сливового вина. Рейна покосилась на Ируку. Он улыбался и потирал шею, следя за бабушкой. Потом её взгляд упал на стаканы с пятнами, которые бабушка вытащила из шкафа. С возрастом зрение у бабушки стало хуже, руки не такими ловкими, а внимание рассеянным. Рейна приходила к ней и помогала с уборкой, хорошенько перемывала всю липкую посуду, хоть бабушка и злилась, утверждая, что всё помыла хорошо. — Бабушка, — Рейна встала из-за стола и подошла к бабушке, перехватывая стаканы, — бабушка, садись. Давай я. Стоя у раковины, Рейна слушала, как Ирука строит из себя хорошего мальчика, очень вежливо отвечает бабушке на все вопросы и смеётся над её остротами. Она перемыла и вытерла все стаканы и вернулась за стол. — Рейна, давай, — Ирука опередил её и взял со стола бутылку вина. Всё это походило на бредовый сон. Рейна поверить не могла, что Ирука сейчас сидит у бабушки в доме с ними за одним столом и наливает всем вина. — Какой учтивый молодой человек! В наше время таких мало! — бабушка сложила ладони вместе и улыбнулась, не сводя глаз с Ируки. — Скажете тоже… — Ирука пропустил смешок. — Рейна, и давно вы дружите? — бабушка обратила наконец внимание на внучку. Рейна прекрасно понимала подтекст, который был в слове «дружите». Бабушка всегда так говорила, папа говорил так же. Словом «дружить» они заменяли слово «встречаться». Из-за этого Рейна раскраснелась и промолчала. Но Ирука ответил за неё, даже не подозревая об особенностях семейного лексикона: — Мы почти сразу подружились, — она пожал плечами с лёгкой улыбкой. — Рейна-сенсей очень хороший специалист. С ней приятно работать. — Да-а? — протянула бабушка и под столом легонько наступила Рейне на ногу. — Рейна про вас не рассказывала. А вы очень видный молодой человек. — Ну что вы, — Ирука скромно потупил взгляд. — И давно вы работаете в Академии? — бабушка продолжала допрос. — По вам сразу видно, что вы учитель. — Да, уже… Ещё пару лет, и буду отмечать юбилей — десять лет. — Вы, наверное, много помогаете Рейне? — Бабушка, а скумбрия… — попыталась включиться разговор Рейна, но бабушка небрежно отмахнулась от неё. — Обычно она не просит помощи, даже отбивается, — Ирука в улыбке закусил губу и посмотрел на мрачную Рейну. — Да, она у нас такая, всё сама, всё сама, — закивала бабушка. — Но с опорой-то оно всегда легче, — бабушка как бы невзначай бросила быстрый взгляд на фотографии на стене, где была она с мужем. — Она могла бы стать отличной куноичи, но вместо этого стала первой в нашей семье женщиной с высшим образованием. Вы представляете? Её Наоя, мой сын, в университет отправил, в самую столицу! — Бабушка, давай я тебе… — Рейна взяла миску, но бабушка шлёпнула её по руке, и она послушно села на место. — А как она танцует! Всё детство, правда, худющая из-за этого была как щепка! Вот, я сейчас покажу, — бабушка резко встала из-за стола и вышла из кухни. Рейна закрыла глаза и свесила голову. Ирука прожевал рыбу и усмехнулся: — А ты не говорила, что у тебя такая бабушка. — Что за день сегодня такой?.. — простонала Рейна, слыша, что бабушка возвращается. Истязания продолжались. И бабушка, и Ирука позабыли про еду и разглядывали детские фотографии Рейны в фотоальбоме. Ирука искренне ужаснулся, увидев, какой худой была Рейна, хихикал вместе с бабушкой над её неудачными фотографиями, а когда назвал Рейну на одном из фото «милой», бабушка принялась нахваливать её с новой силой. Ирука всё внимательно слушал и кивал. Рейна тихо сползала под стол и сгорала со стыда. По крайней мере, она отвлеклась от тяжёлых мыслей о том, что её дом обокрали.