Часть 1

Спокойный ветерок колышет листочки на деревьях. Солнце только что вошло в свои владения, грея немного холодную землю от ночи. Своими лучами оно добиралось до разных домов, будя взрослых и детей в местах их пребывания. В небольшой комнатке было тихо — беловолосый мальчуган спал ногами на подушке, видя во сне прекрасное море, окрашенное во все оттенки синего и голубого. Желтый теплый песок приятно грел ноги, не отпуская их из своего плена. Мальчик лежал на песке и наблюдал за проплывающими облаками, мирно ни о чем не думая. Вокруг никого не было и казалось, что этот мальчик совсем один на всем белом свете. Но это не так. Во сне, мальчик услышал звук будильника. — Малыш, вставай, нечего себе бока отлеживать, — услышав голос мамы, мальчик нехотя выплыл из замечательного сна и открыв глаза этому миру, уже хотел накрыться одеялом и пролежать так до вечера. — Ну мам, мне ведь никуда не надо идти, так что я еще посплю, — накрывшись подушкой, мальчик уже медленно воображал масштабы того моря. — Бакуго Кацуки, если тебе никуда не нужно, это не значит, что у меня ты будешь спать до вечера, — немного громко сказав это, мама мальчика уже открыла темные шторы, закрывающие небольшую комнату от чужих глаз и таких ненавистных мальчику, солнечных лучей. — Вот черт, — сказал Кацуки не подумав и быстро начал тереть глаза от чего те сразу же покраснели. — Поругайся еще тут мне, мелочь, — Мама мальчика уже вовсю наводила порядок в комнате мальчугана, — Давай быстрее, на кухне завтрак стынет.Беловолосый только закатил глаза на фразу матери, но тут же побежал на кухню, снеся за собой добрую кучу плюшевых игрушек, мирно стоявших на прикроватном столике. — Ну и за что мне это наказание, — улыбнувшись сказала Мицуки Бакуго в пустое пространство. Она открыла настежь окно, впуская такую необходимую свежесть в комнату сына. Она хоть и была небольшая, но очень уютная — она вместе со своим мужем Масару обустраивали ее вместе. Окно на всю стену, защищенное темными шторами, цвет которых позволили выбрать хозяину комнаты. Множество плакатов героя номер один — Всемогущего, уже не помещаются на стены, и небольшая стопка лежит у мальчика рядом с кроватью, небрежно заправленной кремовым покрывалом. Шкаф, который был чуть ли не размером с окно, казался еще больше, и его внутреннее пространство как-то странно давило на всех, кто на него посмотрит. Небольшой стол около кровати был светло коричневого цвета с полосами — его сделал для сына сам отец, хотя мать и была против такой странной затеи, но не стала вмешиваться. Он же был уложен разными учебниками и канцелярскими принадлежностями, что, казалось, ты только подуй на него и он сразу же спустит с себя эту непростительную ношу. Мицуки как то долго смотрела на учебники сына, задумавшись о том, как же все-таки быстротечно время — вот вроде бы только вчера заботливый муж забирал ее из роддома вместе с голубоглазым младенцем, мирно спавшим у нее на руках, а сейчас уже красноглазый комочек раздражительности через месяц должен был пойти в школу. Маленькая слезинка начала свой путь от глаза женщины, так и не продолжив его — Мицуки смахнула ее и пошла к сыну на кухню. На кухне царила почти что тишина. Ее нарушали только довольное мычание и такого же типа чавканье. Белые занавесочки на балконе весело танцевали от дуновения ветра, постоянно мешавшись едящему мальчику, тот, в свою очередь, уже пускал крошечные искры в руках — приготовившись их спалить сей час же к чертовой бабушке. — Кацуки, только попробуй, я тебя потом заставлю всю кухню драить, закрыв глаза на твой возраст, — придя на кухню, она уже убирала этих белых малышок от греха подальше. — Да мам, я хотел лишь слегка их укоротить чтобы они не мешали есть твой вкусный завтрак, — улыбнувшись сказал мальчик, сразу же припадая к ложке с вкуснейшей кашей с ягодами. — Я бы потом тогда тебя укоротила, мелочь, — сев рядом с сыном, и не обращая на недовольный вид его лица, она решила спросить: — А какие у тебя на сегодня планы? — Мицуки хоть и казалась очень резкой женщиной, но в своем сыне она души не чаяла и ей постоянно хотелось проводить с ним как можно больше времени, пока тот не пошел в школу. — Ой, я вместе с чертовым Дэку и Вики хотели вместе пойти посмотреть на озеро, ты же отпустишь меня, правда? — Мальчик сразу припал к матери, уже доев свой завтрак. — Я же сказала тебе не выражаться, — Кацуки не успел увернуться от материнского подзатыльника, — Конечно, отпущу, только сначала разбери плакаты на столе, они будут мешать учебе. Как только Мицуки увидела горящие как будто пламенем, глаза мальчика, она, казалось, растаяла как пломбир на ясном солнце. Сколько бы выходок он не сотворил, а сколько бы она его не ругала, ему все разрешали, и даже почти не ругали его за его же выходки. Мать очень любила сына и несмотря на его поведение, случайно избаловала мальчика. — Мам, это же Всемогущий! Я буду как он, нет, даже сильнее чем он! Но пока я могу им только вдохновляться, поэтому плакаты мне очень важны, а так как на стене нет места, мне некуда их деть, — на выходе сказал мальчик, уже убегая в свою комнату, — Но я все равно их разберу, спасибо, мам. Выдохнув, Мицуки стала разбирать посуду на столе — вроде завтракал один маленький мальчик, а мусора столько будто тут человек двадцать ели, пили и длилось это несколько дней. Разбирая плакаты со своим любимым героем, мальчик не заметил как уснул — все-таки подъем в семь утра, даже когда ты еще не ходишь в школу, очень мучает. Ему опять снилось чистое море, маня в свои владения. Солнце уже висело не в зените, но не переставало жгуче греть все на своем пути. Мальчик бегал по влажному песку, пока не заметил маленькую девочку, играющую с палками, и кажется медузой. Она была такого же возраста, как и он, в легком голубом сарафанчике, а в волосах дрожала красная лента, держа на себе все волосы девочки. — Вики? — уже подбегая к ней, сказал Бакуго. — Ой, Каччан, привет! Ты можешь мне помочь? Бедную медузу вынесло волной, и я хочу ее обратно закинуть в море, но немного боюсь, что она ядовита, — шевеля палкой песок рядом с медузой, девочка неотрывно смотрела на своего друга. — Конечно, помогу, давай вторую палку. Девочка радостно захлопала в ладоши и подавая палку другу, села в платье прям на песок. В две руки они быстро сумели возвратить медузу в свой дом, а как только Кацуки хотел что то сказать своей подруге, он уже проснулся. — Черт, я уснул, — продирая глаза, мальчик быстро убрал плакаты под стол и стал собираться. «Почему мне снилась Вики? Хмм, интересно, как она там? Побыстрей бы с ней увидеться» — думал про себя Бакуго. Вики Кайна была его подругой детства, они чуть ли не в одной палате родились. Родители их дружат еще с колледжа и от этого даже детям пришлось уживаться друг с другом. Они постоянно то дрались, то задумывали разные шалости, портя имущество соседей, а Мидория Изуку был их спокойным другом, который всегда был готов разнять неугомонный дуэт, либо же и вовсе ему приходилось также участвовать в их переделках, а потом еще и получать как соучастник. Но несмотря на разногласия, они втроем были очень дружны и стояли друг за друга горой. Так как Бакуго уже собирался в школу, как Вики и Изуку, у него давно проявилась причуда, а вот у его друзей — нет. Когда он узнал, подумал, что это повлияет на их дружбу и они перестанут общаться. Бакуго был не способен выражать свои чувства и не умел поддерживать, но в глубине души переживал и хотел как-то скрасить ситуацию, поэтому при друзьях он не использовал причуду и вообще об этом разговор никогда не заходил. Собравшись, Кацуки наскоро поцеловал маму и ускакал на встречу к своим друзьям. Хоть они с Вики очень были дружны, с Мидорией у них были натянутые отношения — беловолосый не любит слабых людей, чуть ли не с рождения — его так учила мать, а Изуку был самым что ни на есть слабым человеком, которого он знал. Поэтому он его оскорблял и задевал, пытаясь хоть как-то добиться сдачи от Мидории, но этого никогда не происходило. Кацуки терпел Дэку (так называл он Мидорию) только ради Вики — видя, как хорошо они сдружились, он не мог позволить, чтобы из-за него, у них разрушилась дружба. Идя по улице в своих мыслях, он уже увидел зеленую макушку и копну длинных русых волос.