***

Стеклянная дверь-вертушка не крутилась. Я толкнул — ничего. А заклинило её в таком положении, что человеку в узенькую щель не пройти. Ну и как мне попасть внутрь? Взорвать дверь, что ли? Нет, ну можно и так, конечно. Что угодно можно, это же игра. Один из лозунгов Тихой революции как раз был: «Делай что угодно на экране и в наушниках!» Смысл в том, что игры снижают уровень криминала, и если убрать людей с улицы каждого в свой дом, то преступления закончатся. Потому-то Тихую революцию все и поддержали. На экране, если тебе надо куда-то войти и хватает динамита, ты просто взрываешь дверь. Удобно. Экстраверты обзывали Тихую революцию «диванной», и это было во всех смыслах самое мягкое, что они говорили. Зато мы между собой звали их «уличные». Два года прошло, а они до сих пор были недовольны, что власть перешла к интровертам. А сами никогда не испытывали дискриминации и не понимали, как это важно, чтобы мы могли без стыда называть себя «хикки» и нас признали нормой. Лично я после революции был всем доволен. Войти бы только вот в эту дверь. По мнению «уличных», от игр тупеешь, но это абсолютно не так: игры учат думать. Вот сейчас, например, я стоял перед дверью и думал. То есть сидел. Но при этом стоял. Если бы создатели игры хотели от меня взрыва, они бы выдали на старте динамит. А у моего персонажа имелись только фонарик, складной нож и карточка с игровыми деньгами. Даже огнестрела не было. Ножом такую дверь вряд ли сковырнёшь, там среди лезвий лома нету. Я посветил через стекло — в холле никого. А жаль, я мог бы заплатить им карточкой за вход. Так, для начала оглядеться. Ага! Кроме крутящейся двери, всегда есть обычная. Тут она была рядом с вертушкой. Я повернулся к ней фронтально, на пробу потянул и толкнул её. Заперто. Изменить форму тела и проникнуть в щель? В другой игре можно было бы, но эта называлась «Реальный мир». Смысл в том, что всё без магии. А таких худых людей, чтобы сюда просочиться, в жизни не бывает. Хотя… на нашем пайке и правда можно похудеть. После Тихой революции хикки стали получать пособие, которого должно хватать на скромное питание. Но в такую щель не смог бы пролезть даже тот хикки, который за игрой хронически забывает о еде. Я прокрутился на триста шестьдесят градусов вокруг себя. Деревья, дома, брусчатка. Фонтан, а в нём по-компьютерному лениво льётся голубая вода. Площадь как площадь. Пустая, как весь этот «Реальный мир». И как весь их реальный мир. Я свернул на экране окно и открыл форум. «Уличные» думают, что мы дикие и не умеем коммуницировать. А мы на самом деле общаемся, и ещё как! Сначала я поискал в разделе «Реальный мир», но никто из форумчан не задавал вопроса про дверь. Неужели все сами догадались, как войти? Я собрал всю свою закалённую в играх волю и набрал: «Как пройти через сломанную дверь-вертушку?» Мне повезло — никто сходу не обозвал тупым и не написал: «Здравствуй, дерево». Хоть мы, хикки, и сливаем агрессию в компьютер, у нас всё равно её остаётся достаточно. Страшно подумать, что было бы, если бы мы с таким уровнем агрессии вышли на улицы. У экстравертов, правда, агрессии ещё больше, они же, в отличие от нас, не держат её в себе. Хорошо, что после Тихой революции экстраверты тоже ушли с улиц — им там стало нечего делать. Ругаться в сети — максимально безопасно для всех. Хотя я и не ругаюсь никакими такими словами. Разве что словом «уличные». Потому что «уличные» бесят! Мне пришёл ответ от пользователя с полудетским анимешным лицом на аватарке: «Какое здание?» «Университет». «Всегда есть служебный вход для персонала. Иди вдоль стены и пробуй все двери». Анимешник, наверное, уже прошёл этот уровень, иначе откуда он знал? Лично я не помнил, как устроены такие здания. Я выходил из дома давно, в детстве — и тогда казалось, что обречён выходить всю жизнь. К счастью, я ошибался. После Тихой революции даже учредили День хикикомори — праздник, когда официально запрещено выходить из дома всем. «Уличным» тоже. Я поблагодарил анимешника и возвратился в «Реальный мир», повернулся на девяносто градусов и пошёл куда сказали. И точно — мне попалась дверь. Не стеклянная, а того же цвета, что камень облицовки цокольного этажа — коричневая. Я потянул её на себя, и она поддалась! Я попал внутрь. Было почти темно, но впереди маячил просвет, я двинулся на него и очутился в широком коридоре. Стало ярче, но не слишком. Длинные лампы на потолке горели через одну. Однако «Реальный мир» — это не хоррор, а… как там её… мультижанр. Или кросс-категория? Смысл в том, что в реальном мире якобы есть всё. Это не «песочница» — строить нельзя, если твой персонаж не работает на стройке. У игры имеется и отдельная хоррор-версия, безо всяких монстров: ты бродишь по госконторе из одного кабинета в другой и сражаешься с чиновниками. Но я-то проходил основную версию — ролевой квест. Значит, на меня сейчас не выскочит из-за угла чиновник. Задача была зайти в комнату на третьем этаже и прочитать изречение на стене. В классах не горели лампы, но окна внутри были не зашторены, и от этого оконного света на тёмных дверях слабо светились стеклянные вставки. И вдруг в глубине коридора мелькнуло какое-то движение. Я развернулся — и успел увидеть закрывающуюся дверь. Да нет, это нормально, другие игроки ходят тут одновременно со мной. Надо только надеяться, что ни у кого из них нет динамита и огнестрела. Через одно из дверных стёкол я увидел лестницу, поднялся по ней на третий, и передо мной открылся близнец коридора первого этажа. Создатели не подумали даже о другом цвете краски. Впрочем, они представляли игру как гипер-реалистичную: видимо, в настоящих университетах тоже не заморачиваются оттенками. То есть так было в прошлом, когда студенты ходили на занятия. Теперь-то все желающие учатся дистанционно. Я стал читать номера, остановился перед «313» и зашёл внутрь. Студенческие скамьи, возвышение с кафедрой. О! Изречение! Стоп. Ещё одно. Я сделал полный оборот вокруг себя. Когда развернулся к двери, увидел, что за стеклом кто-то был. Какой-то человек. Наверное, следующий игрок. Сейчас освобожу ему помещение. На стенах имелось несколько изречений. На всякий случай я сохранил скриншоты со всех. Для перехода на следующий уровень наверняка попросят вставить слова в пропуски. Я пошёл к двери и… не смог открыть её. Что за ерунда? И это они называют «гипер-реализм»? Дверь только что открывалась, а теперь намертво! Да это мистика! Может, дверь отпирается цитатой, как пещера Али-Бабы? Я прочитал вслух их все. Некоторые были странные: «Смерть очень болезненна, реальность слишком пустынна». Ничего не произошло. Я шагнул вплотную к стеклянной вставке, опустил взгляд вниз и увидел, что поперёк двери снаружи теперь протянут какой-то голубой поручень. Пора было писать в службу поддержки, но я решил подстраховаться. В этот раз не пошёл в общий раздел форума, чтобы не выглядеть идиотом, а сразу обратился к тому анимешнику: «Ты проходил университет? Я вошёл, а теперь дверь аудитории заперта. Как выйти? Это мистика?» Он ответил быстро, я успел только ещё раз вернуться в игру и безуспешно подёргать дверь. «Реализм, это же университет. Какой-то студент шёл мимо, увидел тебя внутри и подшутил, запер дверь на швабру. В реальном мире такое бывает, разрабы просто прикололись». Видимо, для правильного прохождения я должен был, когда зашёл в комнату, оставить дверь открытой. «Что мне делать?» Если бы он сказал: «Прыгай из окна, это безопасно», — я бы попытался. Но это грёбаный реальный мир, тут не летают, а ломают ноги. «Ждать, пока откроют». «Когда?» «Может, сам шутник вернётся и выпустит тебя. В крайнем случае сегодня воскресенье. В понедельник точно кто-то придёт». Невероятно, чтобы создатели игры заставляли пользователя сутки торчать в одной локации без возможности выйти. Я встал и прошёлся по комнате — по своей, не университетской. Ужасно не хотелось выходить без сохранения и начинать уровень заново. Я уже добрался почти до конца. Если откатиться назад, потеряю кучу времени. Но и ждать сутки невозможно. «Не может быть, чтобы не было выхода. Может, в аудитории что-то есть? Реактивы для динамита?» «Есть способ, но он тебе не понравится». «Какой?» — сразу спросил я. Я уже готов был делать бомбу из говна и палок. «Дойти в реальном мире до универа и открыть дверь». «В смысле?» «Игра сделана на основе съёмок с городских камер в реальном времени. Они всё время обновляются. Если распахнуть снаружи дверь, которая сейчас закрыта, для твоего перса она тоже распахнётся. Сходи туда и открой её». Ощущение было такое, будто бомба из говна и палок взорвалась. «Как открыть?» — осторожно спросил я. «Убрать швабру или чем там её заперли. Если швабра нарисована и в реальности её нет, то просто оставить нараспашку. Тогда дверь в игре тоже откроется». Он предлагал невозможное. Единственное, ради чего я вышел бы из дома, — если бы мне угрожала тут опасность. Но ведь именно я сам и был сейчас в беде. Новый забег по комнате. «Ты так делал?» «Да». Ещё пять минут кружения по комнате. «И тебе не было страшно?» «На улицах всё равно никого нет. Идёшь будто по игровой карте». «А вдруг я встречу охранника университета?» «Говори с ним как с персом. Считай, что он NPC». Я начал сомневаться, что переписываюсь с хикки. А он добил: «Хочешь, могу пойти с тобой». Я вспотел. Этот персонаж с анимешным лицом уже пугал до жути. С чего я вообще взял, что он такой же, как я? Лишь потому, что он проходил «Реальный мир»? «Ты хикки?» «Уж точно не уличный». Я выдохнул. «Уличные» не называли себя так, для них это была обидная кличка. Раз он её использовал, значит, он наш. Хикки, который решил помочь другому хикки. При нём не стыдно будет потеть от страха. Ну допустим, я смогу добраться до университета сам. А вдруг и правда придётся общаться с охранником? У меня уже тряслись руки, и я не с первого раза попадал по клавишам. «Если у тебя есть время, поможешь найти дорогу?» «Да, говори, где ты живёшь». Ко мне никогда никто не приходил, кроме курьеров, а они не люди — я пользовался рободоставкой. Я так вспотел, что пришлось переодеться. Когда раздался звонок в дверь, потемнело в глазах. Минуту я сидел не в силах сдвинуться. Звонок повторился. Пришлось собрать всю волю, на этот раз её понадобилось больше, но нужно же спасать запертого себя! Я потащился к двери и открыл её. Парень был моего роста и вроде бы моего возраста. Ниже чёрной шапочки — трудно поверить! — лицо оказалось почти анимешным: круглое, с большими глазами, прямым носом и даже красивым ртом. Честно говоря, я любил смотреть рисованное порно с такими лицами, но отогнал эту мысль. Первое, что сделал человек на пороге — протянул мне ладонь: — Держись. Я боялся пошевелиться. — Возьмись, ну. Поможет. Я осторожно дотронулся до его руки. Она была тёплая и сухая. Я прижал свою ладонь к ней. И она правда… не знаю, как объяснить… делала всё не таким страшным. Не может быть всё плохо в мире, где есть такие тёплые руки. — Пошли, — беззаботно сказал парень. — Руку не выпускай. Если не можешь глядеть по сторонам, смотри на неё. И не забывай дышать. Всё будет в порядке. И мы… пошли. Мои ноги даже ощущались не ватными и не свинцовыми. Иногда я поднимал голову. Пустой город был и похож, и не похож на локацию. Мне обдувало лицо, сильнее, чем когда ставишь кондиционер на максимум — но не холодным воздухом, а даже… комфортным по температуре. Краем глаза я увидел, что к нам стремительно приближается что-то маленькое, и чуть не заорал от ужаса, но, к счастью, удержался. Это ветер гнал по улице пакет. — Как поддерживаешь форму? — на ходу спросил парень. Актуальный вопрос для хикки. — У меня беговая дорожка. Я рассказал про свою работу. От государства же нам полагался только социальный компьютер, один на всю жизнь. Мне было этого мало, и я нашёл вакансию, как только для нас открыли специальную биржу труда, ещё до Тихой революции. Работа простая — когда я вижу баг в игре, на сайте, на форуме, сообщать об этом в службу поддержки, даже если он мне лично не мешает. Платят немного, но удалось накопить на дорожку. Следующая цель — силовые. — А ты как? — Я тоже хожу каждый день. Откуда у него деньги на тренажёры, я постеснялся спрашивать — может, он бедный и ходит по комнате. По дороге нам не встретился никто, кроме пакетов, обёрток и упаковок. Из фонтана на площади не лилось никакой воды. Мы вошли в ту самую служебную дверь, которую я сегодня открывал. Парень оживился: — Я учился здесь до революции, прикинь. На первом были всякие учебные центры, а аудитории — на втором и выше. Он стал жестикулировать и чуть не выпустил мою руку, но я сам вцепился в него, и он приноровился показывать одной. Хорошо, что он так воодушевился, без этого наши шаги в тишине звучали бы совсем жутко. Мы поднялись наверх. — Вот тут проходили семинары. А та, где тебя заперли, амфитеатр, для потоковых лекций. Мы дошли до двери, издевательски перечёркнутой шваброй, и я почувствовал, что должен сделать это сам. Выпустил руку, взялся за пластиковую палку и легко убрал её. Открыл дверь и заглянул внутрь. Не знаю, что ожидал увидеть, но аудитория была пуста. По крайней мере, меня там не было. Я обернулся к своему провожатому. Он посоветовал: — Если волнуешься за перса, оставь дверь нараспашку. Когда вернёшься домой, тут будет открыто. И другим это поможет. Я почувствовал себя легко и весело, как после ачивки в игре. Не думал, что в реальном мире тоже можно ощутить такое. Мы вышли на улицу и остановились. Что дальше? Мы не держались больше за руки. Я не знал, что сказать. Наверное, предложить помощь в прохождении тех игр, которые я уже прошёл? Мы могли бы стать друзьями и чатиться каждый день. Он улыбнулся одной половиной рта: — Показать тебе следующий уровень после универа? От таких предложений не отказываются. Недалеко был подземный переход — бетонная коробка с козырьком. Оттуда веял ветер, но не как на улице, а холодный и затхлый. Я снова взял руку своего провожатого. — А тут?.. Я хотел сказать «безопасно», но постеснялся. Он в ответ сжал мою руку, и я поверил: да. Мы прошли стеклянные двери, перелезли через турникет и спустились по полутёмной лестнице неподвижного эскалатора. У платформы стоял поезд метро с открытыми дверями. Настоящий. Тот самый, из детства. Вдруг всё нахлынуло: толпа, грохот, запах пота и духов, меня стискивает, расплющивает, оттаскивает от мамы, я почти теряю её руку, и мне очень страшно оттого, что даже если я закричу, в этом шуме никто не услышит. Я не смог зайти внутрь. Сел на корточки, обхватил себя руками. Зажмурился. А потом почувствовал, что мне растирают спину. — Дыши, дыши. Это игра, просто игра, тут никого нет, тебя никто не тронет. Его руки как будто возвращали меня в сейчас. Стало ужасно стыдно. Я встал, сжал зубы и шагнул через чёрную пропасть с платформы в вагон. Он заскочил следом: — Смотри! Мы одни, можно делать что угодно! — схватился за поручень и подтянулся. — Это как турник! — А камеры? — Если засекут, у кого-то из геймеров сегодня будет два попутчика. Но в «Реальный мир» мало кто играет. Давай, когда ещё повисишь на поручне! Это прикольно! Я взялся и тоже подтянулся. Один раз, но всё-таки! У меня получилось! Он зацепился за поручень ногами и повис вниз головой. Я на волне восторга сделал то же самое, и мир опрокинулся. С волос моего друга свалилась шапка, и теперь они торчали дыбом, светлые, как лапша. Светлые волосы. Как лапша у меня на ушах. Потому что у того человека, который мелькнул в стеклянном окошке двери, перед тем как меня заперли, тоже были светлые волосы. Я почувствовал такую слабость, что упал бы, если бы висел не коленями, а как-то иначе. Схватился влажными руками за скользкий поручень, не сразу получилось стащить с него ноги, но я кое-как спрыгнул. Мой спутник тут же повторил за мной, причём гораздо ловчее. Мне стало так страшно, что хоть беги отсюда. Но я был в вагоне метро. А с собой не было даже складного ножа. Я выскочил из поезда. Человек со светлыми волосами шагнул за мной: — Что? Я бы всё равно не смог убежать от него по платформе, в реальном мире она же не бесконечная. Из игр я знал: если бежать некуда — атакуй. Поэтому развернулся к нему и посмотрел в лицо: — Это ты меня запер. Он растерялся только на миг и тут же успокоился. Не напал на меня, но и не стал отрицать. — Не тебя, а твоего перса. Я даже не знал, совпаду по времени с твоим нахождением там или нет. И угадал, прикинь. — Зачем? — Я просто хотел тебя вытащить на улицу. И у меня получилось, прикинь! — Зачем?! — Я же говорил, я хожу каждый день. Никто из моих друзей не гуляет столько. А одному по пустому городу ходить задалбывает. — Тебе скучно гулять одному?! Ты… Ужас. Он фактически признался в том, что он… — Я экстраверт, — сказал он, глядя с вызовом. Меня больше поразило не то, что передо мной внезапно очутился враг, а то, что этот человек мне соврал, несмотря на тёплую ладонь. Кому теперь верить, если люди с такими руками врут?! — Ты сказал, что ты точно не «уличный»! — Я не «уличный», потому что это оскорбление. Я отвернулся. Он меня поймал. Но я по крайней мере никогда не произносил это «уличным» в лицо. До сегодняшнего дня. — Прости, что я запер твоего перса и вытащил тебя на улицу, — добавил он. Теперь была очередь моей реплики, но я молчал. Мы медленно двинулись к эскалатору и стали подниматься. На ступенях я отстал. — Кое в чём… тот «Реальный мир»… круче этого реального мира, — отдуваясь, сказал он. — В игре эскалатор едет. Обернулся сверху и протянул мне руку. Я взялся за неё. — Я раньше считал… что экстраверты… думают только о том, как бы пообщаться. — А теперь твоё мнение… изменилось? Я кивнул, но в полумраке он мог не заметить. Оно изменилось, потому что этот экстраверт не всё время думал о том, как бы пообщаться со мной. Иногда — просто обо мне. И это противоречило всему, что я знал об экстравертах. Как будто они такие же люди, как я. Я выдавил из себя: — Прости… за «уличного». Ты не «уличный». Чтобы перелезть через турникет, я выпустил его руку. А потом мы оказались снаружи напротив друг друга. Я снова не знал, что сказать. А он опять улыбался одной половиной рта. — Ты напишешь про меня в службу поддержки «Реального мира»? Ты говорил, что хочешь новый тренажёр. А им же интересно, кто у них по локациям шарится и геймерам двери запирает. Мне это в голову не приходило, но раз он упомянул… Я собрал столько воли, сколько у меня никогда не было, и сказал: — Да я лучше… по поводу тренажёров… раз тебе не с кем гулять, я подумал… мы могли бы изредка ходить в метро на турники. И тогда он улыбнулся двумя половинами рта.