Глава 5. А чего ты ожидал? или Ничего не бойся — я с тобой.

❄❄❄

      Так он себе это… не представлял. Никакого такси бизнес-класса, с доставкой до ворот. Шампанского в дороге и криков «я король мира» в люк бесконечного лимузина. Вместо того, чтобы устроить Наруто мужскую версию фильма «Красотка», девчонки взвалили на него большую часть вещей, заставили толкаться в метро в утренний час-пик, отмораживая то, о чём в приличном обществе не пожалуешься. В довершении всего, затолкали в электричку, где придётся трястись минут сорок.       Хината легонько стукнула его по кончику носа. Наруто уставился на неё, словно не ожидал увидеть. Повезло в итоге только в том, что большая часть людей вышли раньше. Вагон опустел настолько, чтобы они с Хинатой смогли занять два места напротив друг друга, а Ханаби развалиться сразу на всю пластиковую скамейку, подложив под голову свой рюкзак.       — Чего это ты? — чуть скуксившись, уточнил Наруто, потирая нос — ощущение её касания не давало покоя. Хината улыбнулась, откидываясь на спинку сиденья. Положила ногу на ногу.       — У тебя такой вид, — довольно промурлыкала она, даже не скрывая, что издевается, — будто ты ожидал, что тебя до места подбросят на личном самолёте. Да ещё стюардесса в короткой юбке будет всю дорогу делать тебе интимный массаж.       Наруто прищурился, разглядывая шутницу. Упускать бразды правления было опасно. Поэтому он поудобнее устроился на жёстком сидении, закинув руку на спинку. Длинные ноги вытянул вперёд, как бы случайно зажимая между ними одинокую ножку Хинаты. По лицу фурии сразу стало понятно, что, хотя он её не касался, эта близость выводит из равновесия.       Балансирующая над пропастью — такой Наруто собирался держать Хинату во время всего этого безумного путешествия. Потому что это чертовски весело.       — Да-а, — мечтательно протянул блондин, — было бы неплохо. Я бы даже сказал, просто шикарно. Но я пока не потерял надежду, знаешь ли.       — В каком смысле? — предчувствуя, что быстро пожалеет о вопросе, всё же спросила Хината.       — Ну знаешь, интимный массаж в электричке меня тоже устроит.       — Тебе кто-нибудь говорил, какой ты мерзкий тип? — провалив миссию «не краснеть», язвительно произнесла Хината, закрываясь от наглеца скрещенными руками.       — Х-м-м, — приняв задумчиво-серьёзный вид, протянул Наруто. — Не припомню. Что у меня волшебный язык — говорили, — в открытую проведя им по зубам, беззастенчиво заявил этот вор-маньяк. — Что хер до колен — тоже говорили.       — Твоё это… — Хината так старательно изображала поруганное достоинство, что сама заметила, как переигрывает. Хотела же… нет, обязана была сразу же отвернуться от него, а ещё лучше убраться в другой вагон. Но куда там! От его похабных слов глаза только и делают, что вновь и вновь опускаются ниже предельной границы, залипая на уровне ширинки. А два внутренних голоса громко спорят: правда это или нет.       — Хорошо попросишь — покажу.       Наруто остался доволен произведённым эффектом. И до конца пути ловил свою фурию за подглядыванием. Раскусить эту конфетку, которую давно никто не пробовал, будет проще простого, удивляясь какие тёмно-озабоченные мысли она пробуждала в нём, размышлял Наруто. Убеждая себя, что Хинате это нужно больше, чем ему. Считай вообще благотворительность. Праздники ведь. Время, когда нужно жертвовать чем-то ради других.       — Даже не мечтай.       — Поздно, — подмигнув по-рождественски красным щёчкам Хинаты, парировал Наруто.       Дожили! Сокрушалась про себя Хината, когда обрадовалась, что дорога подошла к концу. Она очутилась лицом к лицу перед безрадостной картиной — перспектива оказаться в доме детства, под строго оценивающим взглядом матери не так сводила с ума, как нахождение в замкнутом пространстве с Наруто.       Он покрутил тазом, разминая спину, когда спрыгнул на перрон и смог временно избавиться от вещей. На Хинату даже не обидишься толком, что кинула — сам виноват.       — Скажите, что мне не придётся тащить всё это на своём горбу.       — А что, мистер хер до колен, слабо? — поддела Хината, одновременно грозно стреляя глазками в его сторону и высматривая что-то по всему периметру небольшой станции.       — Мне знать о таких подробностях не обязательно, — пожаловалась Ханаби, подпрыгивающая на одном месте, чтобы согреться.       — Да, прости, кроха, — потрепал её по голове Наруто, сбивая шапку на глаза. — Шутка для своих. Если ты понимаешь о чём я, — пошло подвигав бровями, выдал блондин.       Ханаби смутилась, забавно сморщив носик.       — Эй! — смеясь, возмутилась младшая, когда Наруто со скоростью звука спрятался за её хрупкой спиной. Причина простая — словил опасный взгляд своей фурии.       — Соррян, мелкая, но только ты способна сейчас оградить меня от гнева твоей сестры. Ты готова? Уверена в своих силах? Тебе они все понадобятся.       — Почему?       — Потому что я собираюсь во всеуслышание заявить, как сексуальна твоя сестрица в гневе. Один раз так взглянет, а у меня там уже всё набухло.       — Да прекрати совращать бедного ребёнка!       На слишком громкий крик Хинаты обернулись пара прохожих.       — С наступающими праздниками! Хоу-хоу-хоу! — помахав в знак того, что всё отлично, на весь перрон прокричал Наруто. — Весёлого нового года! Любите друг друга!       Хината закатила глаза. Признаваться, что благодарна за сглаживание неловкой ситуации, она не собирается. Пусть хоть пытает.       — И вовсе я не ребёнок, — вдруг возмутилась Ханаби. — Кое-чего тоже понимаю, — едва слышно буркнула она.       — Наконец-то, — раздался голос Хинаты. — Идёмте, — не дожидаясь остальных, она поправила свой рюкзак и целеустремлённым шагом направилась вдоль перрона.       Наруто немного проследил примерную траекторию. Их целью мог быть только жуткий минивэн — «Форд» годов этак девяностых. Снова ничего s-класса? Узумаки начал подумывать, что всё будет даже слишком просто. Очевидно, предки девчонок обычные люди, а не привилегированная элита с золотыми ложками в жопах, как он решил. Почему решил — сам уже не понимает. Видимо, Хината производила впечатление этого пресловутого премиального класса одним своим нахождением в комнате. Обычно такое воспитывается, а не приобретается.       — Снова разочарован? — оборачиваясь через плечо, насмехалась Хината.       — Представь себе — нет. Поехать с этим Уэйном Шалински лучше, чем и дальше работать вьючным ослом.       — Святая наивность, — откровенно издевалась Хината. И такая, жёсткая, она будоражила воображение не хуже своей смущающейся копии. — Вьючным может и перестанешь быть. Но ослом? Хах!       — Сучка, — одними губами произнёс Наруто, когда точно знал, что она смотрит. Хината хищно улыбнулась, слегка облизывая уголок рта.       — Что ещё за Уэйн Шалински? — догнала их, успевшая запыхаться Ханаби. Наруто на вопрос только разочаровано покачал головой.       — Потерянное поколение, — констатировал он.       — Всего лишь стрёмного вида учёный из старого фильма «Дорогая я уменьшил детей», — удостоила сестру ответом Хината.       — Старого? Типа из начала двухтысячных? — ошалело уточнила Ханаби.       Наруто смотрел на неё с открытым ртом.       — А чего ты ожидал? — примирительно спросила Хината. — У ребёнка в жизни была одна только скрипка. О 80-х годах она знает разве что из учебников истории.       — Ты же старшая сестра! Как ты могла такое допустить? — сокрушался Наруто, вновь привлекая кучу внимания. Хината только качала головой, скрывая улыбку. Почему, чёрт возьми, с ним всё становится таким простым? Даже, когда он создаёт проблему на пустом месте. — Мне придётся заняться твоим культурным воспитанием, кроха, — серьёзно заявил воришка насупившейся Ханаби.       — Ничего себе, — вдруг удивлённо произнесла Хината. В её голосе явственно слышалась улыбка. — Я думала это старик Ко, а это Конохамару.       Наруто успел поймать момент, когда Ханаби чуть не упала, поскользнувшись. Он вовремя придержал девчушку за локоть.       — Нормально? — Ханаби ничего не ответила, только нервно кивнула. С неё мигом сошла вся краска. От испуга, решил Наруто, позволяя ей немного отстать, а сам двинулся за ускорившейся Хинатой.       Из стрёмного минивэна вылез молодой парнишка в расстёгнутой дутой куртке. На вид ровесник Ханаби. Растрёпанный хайер выкрашен ядовито-зелёным, где высится уложенный ирокез. В ухе серёжка. На чёрной футболке рисунок бензопилы с сиреневыми брызгами вокруг и яркой подписью — «Фиолетовая бензопила». Тяжёлые чёрные ботинки явно не подходят для такой снежной и холодной погоды. Парень улыбается во все тридцать два, приветливо размахивая руками.       — Моя любимая зануда! — не стесняясь людей вокруг, орёт парень, раскрывая объятия для Хинаты. Вопреки несмелой надежде Наруто, что она выше всяких там обжиманий с малолетками, его фурия с готовностью прижимается к парню. «Какого хрена» чудом не вырывается из плотно сжатых губ воришки. Такой наглости ещё не было, чтобы кто-то, у него на глазах, прибирал к рукам то, что Узумаки застолбил для себя.       Хината треплет пацана по волосам, не выходя из кольца его рук.       — Ну что за вид? Сколько тебе лет? — с напускной строгостью отчитывает она. — Или в городе просто нехватка ёлок?       — Рад видеть, что ничего не изменилось. И ты всё такая же зану-у-уда!       Наруто позволяет пружине внутри немного расслабиться, когда парень — наконец-то — отпускает его фальшивую невесту.       — Это, кстати, Наруто, — впрочем, это чувство продлилось недолго. Вот сучка, вновь думает он, когда Хината даже не обернулась, а так, только махнула рукой себе за спину.       — Здарово, чувак, — теперь улыбаясь блондину, радостно растягивая слова, явно нараспев, произносит Конохамару. — Ништяково, что наша зануда теперь не поёт соло, — выхватив из рук Наруто лишние сумки, которые просто кинул на землю, парень втянул его в крепкое рукопожатие. Несмотря на явную молодость, он смотрел на блондина испытующе, почти серьёзно — если бы серьёзность вязалась с тем, у кого зелёные волосы. — Я вижу твою душу, чувак. Ты точно из олдскульных панков. А панк девчонку не обидит.       Ладно-ладно, может быть — только может быть — что-то в этом парне есть. Наруто готов признавать свои ошибки.       — У нас всё, как у «Рамоунз», — смотря на парнишку немного сверху вниз — чёрт, ещё бы чуть-чуть и роста не хватило, нагло заявил Наруто. — «Хочу, чтобы ты была рядом», — пропел он, когда заметил огонёк в глазах молодого панка.       — «Ты слышала, что я никуда не гожусь», — подхватил Конохамару. Ни хрена, искренне удивился Наруто, а голос у него отменный, как надо. — «Да, да, я никуда не гожусь/ Но я буду относиться к тебе так, как должен». Ништяк, братан! У меня к моей крошке то же самое, — доверительно поделился Конохамару. — О! Ханаби! Привет.       — А? А. Да. Привет, Конохамару, — несколько рассеяно ответила младшая Хьюга. — Может уже поедем? Если вы тут закончили, — она пренебрежительно указала на всё ещё крепко сцепленные руки парней.       Наруто помог Конохамару загрузить вещи. И они двинули в путь.

❄❄❄

      Стоило покинуть невзрачный вокзал, как Наруто узрел премиум класс во всей красе. Казалось, что весь город — это один большой элитный посёлок, застроенный, не слишком густо, вычурными замками. Натурально у пары здешних домов были башни! Все дороги ровные, вычищенные до блеска. Всюду яркая иллюминация, пока не так впечатляющая в утреннем свете. Наряжены даже ёлки, что растут вдоль дорог. У ворот встречают механические Санты, приветливо машущие рукой.       Узумаки поймал Хинату в зеркале заднего вида. Вот теперь он мог представить её, растущую в окружении всего этого. Не знающую о нужде, зависти, в безопасности этого большого мыльного пузыря. Воришка прислушался к себе, но подобные мысли о ней не вызвали привкус горечи. Или гнева — чего он боялся больше всего. В конце концов, здесь дом её предков. Это их деньги. Хината научилась зарабатывать свои. Чему и он мог бы учиться. Но дороги их пошли так, как пошли.       Встряхнув головой, Наруто решил выкинуть эти мысли. Он всё исправит. Для этого — в том числе, он здесь.       Хината поняла, что пути назад нет, когда Конохамару направил свою колымагу в высокие кованные ворота с витиеватыми узорами и головами бронзовых львов.       — Дом, милый дом, — тихо сказала она, бросая взгляд из окна.       Обзор на особняк закрывала высокая ель, установленная в центре площадки перед крыльцом, которую обычно занимает фонтан. Сейчас его разобрали и чем-то накрыли. Ёлка прячет достаточно, чтобы даже не понять, что под ней что-то есть.       Конохамару делает круг почёта по территории и останавливается перед невысокой каменной лестницей. Они с Наруто выходят первыми. Хината отстаёт даже от Ханаби, которая неловко отказывается от помощи бывшего одноклассника, хватает свои вещи и убегает в дом. Старшая такой ретивостью похвастать не может. Тело будто одеревенело и отказывается подчиняться.       Этому совершенно нет причин, пытается она себя уговорить. Дом детства, в котором они все были счастливы — это не фасад, это правда. Всему виной дурацкие зимние праздники. О них ведь за каждым углом крику, что семейные, что волшебные. Навевают тоску. Ту её дурацкую разновидность, которая о детстве. Когда взрослый человек вдруг начинает это самое детство анализировать и понимает, что чего-то ему тогда не хватило. Ласки, тепла, любви. Тогда спокойно находила себе занятие по душе, принимая, что с младшей сестрой нужно куда-то поехать, что у неё концерт, что у брата соревнования по его какому-то дурацкому карате, или в честь чего он там носил кимоно.       А теперь просыпается это взрослое желание самостоятельности. Которого добиться хочется детскими методами. Тупо кричать, чтобы не лезли, ведь когда-то не было дела до неё, ну и отлично. Почему сейчас что-то должно меняться?       — Думаешь, я пойду туда один? — из круговорота мыслей Хинату выводит голос Наруто. — В каком месте я похож на смертника? — Хината только тяжело вздыхает. — Давай, поднимай свою милую попку, пока я тут не отморозил свою милую попку. Напоминаю, — когда она только пилькает глазами, но не двигается с места, настойчиво продолжает блондин, — ты собираешься привести в дом родителей вора. Если на это глупости хватило, то тебе всё по плечу. Давай-давай. Дуракам везёт.       Наруто протягивает ладонь. Хината улыбается. Вот ведь чёртов нахал, как у него получается? Незнакомцы просто не могут делать твою жизнь проще. Это противоречит логике. Хината, между тем, на логику плюёт, когда протягивает ему свою ладонь и позволяет вытащить себя из машины.       — Дуракам везёт, говоришь? Проверено на практике?       — А-а-а, — довольно тянет Наруто, указывая на неё пальцем, — узнаю свою язвительную фурию. Другое дело, — смешливость на лице воришки так быстро сменяется хмурой сексуальностью, что Хината теряется. Он легко притягивает её к себе вплотную, не встречая никакого сопротивления. От остроты мужественности подкашиваются колени. Когда он шепчет на ухо, каждое слово проникает под кожу, становится единым целым с подскочившим пульсом: — Я даже позволю тебе расслабиться. Прежде чем наказать за это ужасающее оскорбление.       Ужасающее слышится сначала слишком тягучим жужжанием, а следом шипением. Как будто она попала в окружение из ос и змей. Должно быть страшно. Должно, но нет. Хината замирает в ожидании. Жала ос могли бы стать горячими поцелуями. Смерть от удушья в объятиях ядовитого аспида — близостью без преград. Кожа к коже.       — Ну что, — снова резкая смена, когда Наруто отходит на шаг и улыбается, забавно вертя головой во все стороны. — Показывай, что тут у вас.       Хината выдыхает. Прийти в себя не получается. Да быть того не может, чтобы у неё мужика не было та-а-а-а-а-ак долго. Однако, разврат эмоций от всего, что делает Наруто в опасной от неё близости, доказывает обратное.       — У меня явно какой-то гормональный сбой. Нужен врач.       — Что говоришь? — удивлённо смотрит воришка, не расслышавший её бурчания.       — Говорю: давай уже сделаем это! — зачем-то разведя руки в стороны — типа какой-то победный жест — зычно выдаёт Хината.       — Прямо здесь? — его брови комично взлетают. — На улице? Привет, цистит, не?       Напоминает о себе недавно приобретённый — благодаря этому наглому воришке — нервный тик. Негодование на него будоражит, лучше всякого самовнушения пробуждая к действительности.       — Вот тебе один факт обо мне, — грозно надвинувшись на него, начала Хината, — когда мне было пять, я была просто безумной фанаткой фильма «Их собственная лига». Даже выпросила себе в подарок на Рождество бейсбольную биту. Серые клеточки начали обрабатывать информацию?       Наруто с напряжённой улыбкой закинул руку на затылок.       — Предположу, что эта бита всё ещё где-то у тебя в комнате? И ты непременно ею воспользуешься?       Хьюга просияла счастливой улыбкой. Сделала ещё шаг к воришке. Резко дёрнула рукой, заставляя Наруто зажмуриться и отвести лицо в сторону от траектории удара. Только удара не последовало. Она лишь слегка потрепала его — высокого, спортивного мужчину — по холодной щеке.       — Хороший мальчик. Я недооценила твои умственные способности.       — А я твою неадекватность.       — Ты что-то сказал? — с подозрением уточнила Хината, уже успевшая отойти на пару шагов.       — Только то, что я всё понял. Дорогая.

❄❄❄

      Оказалось, что Конохамару уже забрал все вещи, так что Наруто осталось взять из багажника только последний рюкзак — свой. Конечно же самый лёгкий. Хината ждала его у ёлки, касаясь пальчиками игольчатых веток. В сравнении с десятиметровым деревом коротышка была совсем миниатюрная. До иррационального страха, что такую необходимо оберегать от всего плохого, чего вдоволь готов предложить этот мир.       Наруто бодро зашагал к ней, отрекаясь от мрачных мыслей — совсем не подходящее время. Белоснежно-белая, снежная зима, наряженная сверкающими гирляндами, не подходит для хандры.       Хинате было интересно увидеть его выражение лица, поэтому ждала. Как это будет? Есть ли у профессиональных — и не очень — воров нечто такое во взгляде, выдающее намерения?       Если и есть, то у Наруто она этого не заметила. Он смотрел на дом, в котором она выросла, спокойно, внимательно. Так вкрадчиво, будто хотел раскрыть тайну.       — Не ожидал, что он будет таким, — неопределённо произнёс блондин.       — Каким?       — Ну, наверное, домашним.       Он по пути сюда видел вычурные особняки, от которых сводило скулы. Вся эта показушность удачи и успеха, брошенная в лицо каждому случайному путнику. Они призывно смотрели на Узумаки, будто приглашая — иди и возьми всё, что плохо лежит. Слишком хорошо знакомое притяжение, из-за которого он чуть не пустил жизнь под откос.       Конечно, дом Хинаты не был из тех, среди которых вырос сам Наруто. Довольно большой — даже для семьи с тремя детьми. Что-то в сочетании острых крыш и полукруглых башнях от викторианского стиля. Не до конца отдающее замковостью. Камня много, но в соседстве с деревом и большими окнами, выглядит уютно. Тем более сейчас, когда всё увешано свисающими огоньками, а на террасе установлены ёлочки поменьше. Снег красиво лежит на каменных перилах и коротких ступеньках крыльца. На двери праздничный венок.       Да и внутри дом кажется должен быть уютным. На всех окнах занавески и горит свет. Мелькают чьи-то силуэты. Есть дома, о которых думаешь, что в них никогда не вдохнуть жизнь, что они так и останутся слишком холодными для этого. О доме семьи Хьюга Наруто этого бы не сказал.       Он посмотрел в её сторону, отмечая, как она тоже разглядывает особняк. На губах мягкая улыбка. Должно быть, думает Наруто, вспоминает хорошие моменты. Учитывая, как она боялась сюда ехать, ему нравится думать, что это он помог взглянуть на семейное гнездо новым взглядом. Не может там быть плохо. В плохих домах не вырастают такие, как она.       — Чем занимается твоя семья? — Наруто захотелось вернуть Хинату в настоящее, к себе.       — Строительством, — легко отвечает она. — Может видел — «Икс-Билдинг». С такой дурацкой эмблемой.       — С пчелиными сотами?       — Ага, точно.       — Погоди, — машет руками Наруто, — так ведь у тебя хата в небоскрёбе с такой эмблемой! Погоди-погоди, то есть у тебя хата в небоскрёбе, который построила твоя семья?!       — Во-первых, — спокойно отвечает Хината, закатывая глаза на его истерику, — не моя семья, а компания моего отца. Это они когда начинали — отец и мой дядя Хизаши — строили сами, а теперь доросли до небоскрёбов, акций и совета директоров. Всего такого. А во-вторых, и что? Я купила квартиру сама. За свои деньги. Просто поддержала семейного производителя.       — Офигеть, — помотав головой, подвёл итог услышанному, Наруто. — Эти пчелиные соты ведь буквально везде. По всему городу, — он не стал ничего спрашивать, или как-то неловко комментировать, но подумал, что её отец смог сделать то, чего не смог он сам. Добился всего тяжёлой работой. Не брал чужого, когда хотел. — Заработал и сам купил, — всё же вырвалось у блондина.       Хината его цепочку рассуждений не слышащая, продолжила:       — Сейчас отец решил отойти от дел. Компанией руководит мой старший брат, Неджи. Это при нём «выросли» все эти высотки, — она говорила с искренней гордостью. Наруто редко такое видел между знакомыми ему братьями и сёстрами. Тем более успешными. — Хотя он отличный архитектор. Мог бы строить что-то, — она указала на дом, — такое.       — А его, — Наруто мотнул подбородком в сторону особняка, — построил твой отец?       — Верно, — оба подпрыгнули, услышав чужой голос. Только Наруто никак не мог угомонить колотящееся сердце, а вот Хината широко улыбнулась и бросилась к мужчине с радостным криком:       — Папа!       Ясно, подумал Наруто, значит проблемы у неё только с властной матерью. А тут диагноз на лицо — папина дочка.       — Привет, ёжик, — окутывая дочку крепкими объятиями, произнёс высокий статный мужчина с безупречной осанкой. Наруто, смотря на него, сам выпрямился, расправив плечи.       — Ну па-а-ап, — надувшись, канючила Хината. Узумаки отвернулся чуть в сторону, чтобы скрыть улыбку. Его фурия себе не изменяет, бесится из-за детского прозвища, не замечая, как оно ей подходит.       Отец только треплет дочку по макушке — её рост нисколько не изменился с тех пор, когда она нуждалась в его заботе больше всего.       — А вот и иголки, — улыбается мужчина. Наруто ищет семейное сходство. Глаза, разве что. Внешне кажется, что мягкая, пусть и напускающая на себя суровость, Хината ничем не похожа с родителем. Чёткие, от того острые, линии в лице главы семьи делают его эталоном мужественности. Вместе отец и дочь смотрятся именно так, как и должны: скала и нежный цветок, растущий среди опасных ветров.       Обида, разумеется, напускная. Хината позволяет себе ещё немного постоять так. Ощутить себя по-настоящему дома. А потом отпускает отца. Хиаши ничего не говорит, но красноречиво кивает ей за спину. Хината закатывает глаза:       — Да это так, — специально громче необходимого, чтобы воришка услышал, небрежно произносит она, — Наруто. Он со мной, — наконец повернувшись, заканчивает Хината, одаривая блондина ехидной улыбкой.       — Доброе утро, — он делает шаг, запинаясь. От оценивающего взгляда мужчины внутренности скручиваются. Возникает противоестественное желание назвать его «господин». Надо бы поклониться, но Наруто поддаётся панике, протягивая руку. — Наруто Узумаки, — рапортует воришка.       Рука уже начинает уставать, пока её лишь рассматривают. Опускать как будто уже поздно. Как и отвесить поклон. Холод куда-то резко отступил, уступая месту приступу жара. Под шапкой лоб покрылся испариной. По спине стекают капли пота.       — Хиаши Хьюга, — Наруто точно выдыхает так громко, что всем слышно. Хиаши пожимает ему руку. И улыбается. Где он там вообще усмотрел суровость в этом человеке? Серые глаза смотрят мягко, как полагается отцу. Даже напоминают ему о другом отце. Кто знает, может за два года разлуки — и ещё больше лет измывательств, которым подвергал родителя непутёвый сын — его собственный отец утратил эту мягкость.       — Я с ней, — стремясь разрядить себя и обстановку, доверительно сообщает Наруто, мотнув головой в сторону кислой моськи Хинаты. — Типа того.       — Хината? — поражается Хиаши, только сейчас отпуская руку слегка запуганного блондина. — Парень с чувством юмора? У тебя?       Наруто с трудом скрывает смех за приступом фальшивого кашля. Фурия раздувает ноздри, совсем не грозно упирая руки в бока — в верхней плотной одежде сделать это не так-то просто.       — Вы сговорились, что ли? — обдавая мужчин праведным гневом, возмущается Хината. — Всё у меня нормально с чувством юмора!       — Конечно, нормально, дорогая, — улыбается Наруто. Ему стало спокойнее теперь, когда Хиаши на его стороне и поддерживает лёгкое подтрунивание над закипающей коротышкой.       — Это совершенно нормально, — присоединяется Хиаши, — когда его нет. У тебя нет причин считать себя какой-то не такой.       Хината поджимает губы, ещё сильнее раздувая ноздри. Она явно что-то говорит, но молча. Скорее всего по той простой причине, что не научилась материться при родителях.       Как вышло, что она оказалась в меньшинстве? Уму непостижимо! Хотела всего-то немного присмирить своего наглого воришку. А вышло что? Что он своей противной милашной мордашкой очаровал отца. Просто с полпинка. Негодяй!       Хината так громко фыркала, что Наруто не выдержал. Его раскатистый смех поддержал Хиаши.       — Так вот почему ёжик, — между смешками, высказал догадку Наруто.       Хиаши положил ему на плечо тяжёлую руку. Странно, подумалось Узумаки, всё это фальшивка — он фальшивка. И знает об этом лучше всех. Какого же чёрта хочется остаться? Вписаться. Быть принятым.       — В детстве это было ещё забавней, — рассказал Хиаши, — в то время у неё на лице были одни щёки.       — Скажите, что в этом прекрасном, огромном доме, сохранились фотографии того времени!       — Читаешь мои мысли, Наруто.       — Убейте меня, — простонала Хината, обречённо проведя ладонью по лицу.       Мужчины проигнорировали её стенания.       — Значит, вы сами построили этот дом? — вернулся Наруто к теме, которую поднял раньше. Не то чтобы ему было принципиально узнать эту историю — было плевать, о чём слушать — просто хотелось, чтобы Хиаши рассказал что-то ещё. Побороть в себе соскучившегося по родительскому вниманию ребёнка, Наруто даже не пытался.       — Так точно, — устремив взгляд на дело рук своих, подтвердил Хиаши. — Проект явился мне — я не шучу — явился во всех подробностях, когда я впервые увидел свою будущую жену Хацуми. В то время я был всего лишь бедным студентом-архитектором, мечтающим создавать то, что оставит память обо мне. Но увидел её и понял — когда мы поженимся, я должен привести её в дом, достойный королевы.       Наруто против воли скосил взгляд на Хинату. Она тоже слушала отца, хотя явно слышала эту историю множество раз. В её глазах был этот особенный огонёк — смесь желания и печали. Как бы она не отнекивалась или старалась убежать от этих мыслей, но в глубине души мечтала о том, кто ради неё совершит поступок. Хината была такой противоречивой в своей чистой жажде любви. А досталась ей только фальшивка в лице Наруто.       — И когда вам это удалось? — отводя взгляд, спросил Узумаки. Нечего тут думать, будто из этого может что-то получится. Сделка есть сделка. А Хината по-прежнему слишком хороша для него.       — Едва успел до рождения сына.       — Так и знал, что у дома красивая история. Он тут, кажется, единственный с душой.       Хиаши как-то странно на него посмотрел. Ничего не сказал. Но Наруто показалось, что он его одобрил.       Послышался звук открываемой двери. Все повернули головы.       — Наконец-то! Приехали! — облегчённо, но с налётом недовольства, выдохнула женщина. Вот теперь Наруто увидел от кого Хинате досталась красота. И иссиня-чёрный отблеск в волосах. Остальные Хьюга, с которыми он успел познакомиться, были как молочные шоколадки. Ханаби взяла от отца намного больше. А вот мать семейства и старшая дочь выделялись. Будто две тёмные вороны.       Стройная и грациозная, в дорогом платье, обтягивающем фигуру, с накинутым на плечи меховым манто, Хацуми Хьюга зацокала каблуками по заснеженным каменным ступеням. Мужчины чуть расступились. Удивлённая Хината почти раскрыла объятия, готовая поприветствовать мать.       Но Хацуми проскочила мимо, на ходу бросив что-то о мешках под глазами Хинаты и необходимости «в её возрасте» заботиться об этом лучше.       Хината отвела руки, прижимая их к груди.       — И тебе привет, мам, — озадачено протянула она. Хацуми махнула рукой, скрываясь за ёлкой. Оттуда уже доносился шум моторов и гомон людей.       Троица, покинутая Хацуми, переглянулась. И не сговариваясь, все двинулись следом.       — Кхм, Хината, — негромко начал Наруто, склонившись к её уху. — Напомни мне, что ты там сказала? Просто семейный ужин с друзьями? Ничего особенного? Ничего вычурного?       — Д-да, — заторможено подтвердила Хината, — так и сказала — ничего в-вычурного.       — Ага, — нервно усмехнулся Наруто, — просто у нас разные представления о простом. Не зря говорят, что у богатых свои причуды.       — Я не знаю, что это такое, — шок в её голосе казался искренним. — Если откровенно, — серые глаза нашли его, — я буквально охуеваю от происходящего. Других слов у меня нет.       — Пошевеливайтесь! — командовал хрупкий генерал на шпильках. И люди беспрекословно выполняли приказы.       Людей, кстати, было много. Всего было много. У Хинаты разбегались глаза. Накрыло головокружение. Что всё это должно означать? Не может быть, чтобы мать так разошлась из-за новости, что старшая дочь приедет не одна.       — Это в дом, — скомандовала Хацуми, указывая ровному строю минимум из двадцати человек, направление. Каждый нёс в руке коробку или ещё какую-то кладь. Разного веса и размера. И все они прошествовали мимо Наруто и Хинаты, едва не сшибая их с ног.       Судя по картинкам на коробках, одинаково одетые работники-миньоны тащили: еду, посуду, украшения, снова еду, и снова еду, ещё что-то с пометкой «бьющееся». Девушки, затесавшиеся среди крупных мужчин, несли зелёные праздничные венки с красными бантиками, огромные носки на камин, полосатые конфеты размером с клюшки для гольфа.       — А это во двор! — не унималась Хацуми. Так что вторая толпа миньонов рассредоточилась по территории. Механические снеговики и Санта с целым стадом оленей. Бесконечные панели, балки, палки, из которых — видимо — собираются что-то собрать.       — Это. Ещё. Что? — ошалело произнесла Хината.       — Вот от этого точно можно охуеть! — поддержал Наруто.       В ворота вплыли — другого слова не подберёшь — два двухметровых ледяных лебедя. Птицы образовывали собой фигуру сердца, распахнутые за спиной крылья, блестели в лучах зимнего солнца.       За парой влюблённых последовали ещё несколько десятков ледяных скульптур. Ещё сердца, танцующие пары, кролики и маленькие копии верных лебедей, отличающиеся от гигантских только положением крыльев и сплетением шей.       — Скажи, что всё это безумие не из-за этого, — зашептан Наруто, красноречиво указывая на них двоих. — Не из-за твоей лжи о женихе. Потому что, ну, это же реально психоз какой-то.       — Расслабься, — пытаясь заодно и себя убедить, уверено сказала Хината, — это точно что-то другое. Пап, — позвала она Хиаши. — Мы чего-то не знаем? На ужин пожалует Император?       Хиаши только развёл руками:       — Прости, ёжик, меня точно так же не посвятили в подробности.       — Ой, мам! — постаралась перехватить напористую женщину в мехах Хината. — А мы тут…       Хацуми остановила дочь одним резким взмахом ладони:       — Вижу. Всё потом. Вы слишком рано. Семья соберётся к двум часам. Тогда и поговорим. А пока, — она оправила накидку, удостоив Наруто одним колким взглядом, от которого хотелось разреветься, — под ногами не путайтесь. Развлекайтесь, — уже уходя в дом, небрежно бросила она.       Хиаши виновато пожал плечами, послав дочери тёплую улыбку:       — Вы её слышали — развлекайтесь.       Наруто чутко следил за осанкой Хинаты. Было ясно, что она готова совсем расклеиться. Тонкие пальчики подрагивали, не зная чего хотят: сжаться в кулак или повиснуть мёртвым, бессильным грузом.       — Я всё понимаю, — быстро сориентировавшись, подскочил к ней Узумаки, крепко прижимая к себе. Для этого он позволил себе обхватить тонкую талию, чуть раздавшуюся из-за искусственной шубы. — Услышала незнакомое слово, да? — с напускным сочувствием, добавил воришка. — Ничего не бойся — я с тобой. И я расскажу тебе всё, что нужно знать о развлечениях.       До Хинаты — ожидаемо — дошло не сразу. А вот когда дошло, бок Наруто прошила острая боль, после встречи с её острым локтем.       — Я найду самый глубокий сугроб, — насуплено зарычала на него Хината, — и зарою тебя в нём!       — Ха-ха-ха, — веря, что она так и сделает, натужено посмеялся блондин, обращаясь, впрочем, в сторону Хиаши. — Ради веселья, разумеется! Да, дорогая?       Наруто с трудом держал улыбку натянутой. Эта сучка воспользовалась тем, что Хиаши не видит происходящего за их спинами, и со всей дури вцепилась ногтями чуть пониже ягодицы.       — Ну разумеется, — сладко пропела фурия. — Котик.       Хиаши Хьюга выглядел довольным, смотря за необычайно счастливой старшей дочерью. Наруто ему определённо понравился. Мысленно он пару благословил и выбор одобрил. Если его кто-то спросит.       — В таком случае, — хлопнул в ладоши Хиаши, — закиньте вещи в дом и сходите в город. У нас тут всегда есть чем заняться.       — Спасибо, пап. Так и сделаем.