Пролог: Колыбель из стекла и слёз

«Он проснулся от запаха гари. Холодная половина кровати была пуста, а на подушке лежал нож — единственное, что осталось от неё». Лаборатория 12-Б была местом, где наука и магия соединялись, создавая нечто, что не должно было существовать. Воздух здесь был наполнен запахами формалина и озона, создавая странный, почти металлический аромат. Синеватый свет биореакторов отбрасывал причудливые тени на стены, создавая иллюзию движения даже в неподвижных объектах. Учёные, склонившиеся над столом с маленьким телом, казались призраками в этом полумраке. Девочка на столе была необычной. Счётчик на стене показывал 00:00:00, момент её первого вздоха. Она была продуктом эксперимента, смесью ДНК шинигами и арранкара, двух существ, которые никогда не должны были встретиться. — ДНК шинигами стабилизировалась, — голос Урахары звучал механически, словно он зачитывал отчёт невидимому начальству. — Интеграция с образцом арранкара прошла успешно. Девушка на столе дёрнулась, когда игла вошла в вену. Фиолетовая жидкость — смесь духовной энергии и яда — заполнила капельницу. Это был коктейль, который должен был либо убить её, либо сделать чем-то большим, чем просто человеком. — Не смотри, — старший учёный прикрыл глаза девочки ладонью. — Это будет больно. Он солгал. Было хуже. Боль была не просто физической. Она проникала в самую суть её существа, разрывая её на части и собирая заново. Она чувствовала, как её душа кричит, но звук не выходил за пределы её тела. Всё вокруг превратилось в хаос, и она потеряла сознание. Рождение ошибки Она проснулась в стеклянной капсуле, обмотанная проводами. На правой руке горела татуировка — 07. Это был её номер, её идентификатор, её клеймо. За стеной двое мужчин спорили, тыча пальцами в графики. — Нежизнеспособна! — один швырнул папку. — Энергопотребление выше нормы втрое. Уничтожить! — Подождите, — Урахара шагнул вперёд, закрывая капсулу телом. — Её рейацу уникален. Она может... — Может убить нас всех? — учёный достал пистолет. — Отойди, Кискэ. Выстрел. Стекло треснуло, залив пол осколками и фиолетовой жидкостью. Девочка упала на кафель, хватая ртом воздух. Она чувствовала, как её тело сопротивляется, как каждая клетка борется за выживание. — Беги, — Урахара толкнул её к вентиляции, прикрывая спиной. — Ищи выход с меткой «Азалия». Она побежала, не зная, что это слово значит. Туннели лаборатории были лабиринтом, полным опасностей. Сирены визжали, предупреждая о её побеге. С потолка капала субстанция, оставляя ожоги на её коже. Она споткнулась о труп — женщину в белом халате с цветком в волосах. Азалия. — Образец 07, — позади раздались шаги. — Стой! Она впилась зубами в руку преследователя, вырвалась и прыгнула в шахту лифта. Падение оборвалось ударом о воду. Когда всплыла, вокруг плавали лепестки — кто-то сбросил в резервуар целый букет. — Цветы для мёртвых, — засмеялся голос сверху. — Твои похороны. Крышка захлопнулась. Вода зарябила, заполняясь пузырями яда. Она чувствовала, как её тело немеет, как сознание ускользает. Но что-то внутри неё сопротивлялось. Что-то, что не хотело умирать. Имя из пепла Очнулась на берегу реки в Мире Людей. В небе горели звёзды, а в груди — чужое сердце, стучащее слишком громко. Рукав платья был разорван, обнажая татуировку. Она сорвала азалию с куста и прижала к цифрам, словно цветок мог стереть их. — Рирука, — прошептала, вспомнив имя из докладов. — Меня зовут Рирука. Птица с пурпурным оперением села на ветку, наблюдая, как она срывает лепестки: Живой. Мёртвый. Арранкар. Шинигами. Чудовище. Девочка. Последний лепесток унёс ветер. Она была одна, но не чувствовала одиночества. Внутри неё было что-то, что связывало её с этим миром, что-то, что она не могла понять. Она шла по берегу реки, чувствуя, как её тело восстанавливается, как раны затягиваются сами собой. Тень магазина Магазин Урахары прятался за завесой иллюзий. Рирука прижалась к стене, видя, как хозяин разговаривает с рыжим парнем в школьной форме. — Ищи пустых возле старой фабрики, — Урахара бросил Ичиго конфету. — И не теряй Зангетсу. Когда юноша ушёл, учёный повернулся к её укрытию: — Выходи, седьмая. Или хочешь, чтобы он тебя нашёл? Она вышла, сжимая в кулаке окровавленный лепесток. — Почему спас меня? — Потому что ошибки — моя специализация, — он накинул на неё плащ. — А теперь спрячься. Скоро начнётся дождь. Первые капли упали на азалии у входа, окрашивая их в розовый.