Эхо былой славы

своей глупости… О цене, которую пришлось заплатить моему народу за мое слепое доверие к… равновесию." Бань Юэ замолчала, и в стеклянном кубе снова воцарилась тишина. Но это была уже другая тишина – тишина, наполненная скорбью, сожалением и болью утраченных надежд. Линвень стояла, потрясенная услышанным, и смотрела на свою бывшую подругу, на падшую богиню, чья история оказалась такой трагичной и запутанной, и в которой тень Императора Цзюнь У лежала так мрачно и зловеще.