Часть 7

Когда Есеня, наконец, продрала заспанные глаза, за окном уже вовсю светало. Девушка медленно подтянулась на руках и села на кровати, обхватив гудящую голову ладонями и пытаясь сообразить, где она находится. Воспоминания о предыдущем вечере мелькали в сознании какими-то бессвязными обрывками, вызывая легкие приступы головокружения и тошноты. Ее взгляд вдруг зацепился за песочного цвета рукав вокруг собственного запястья и, похолодев от ужаса, Есеня в панике окинула себя взглядом. Плащ Родиона все так же был на ней, более того, сама она сидела не на полу, а в его постели. - Твою мать.... – Есеня поморщилась от головной боли и, медленно выбравшись из-под одеяла, прислушалась. В номере царила абсолютная тишина, нарушаемая лишь звонким тиканьем часов на стене. Девушка торопливо стащила с себя плащ, путаясь и застревая в рукавах, и отбросила его в сторону. Безрезультатно пытаясь воспроизвести в памяти то, каким образом она умудрилась переместиться в постель напарника, Есеня поплелась в ванную. Ополоснув лицо ледяной водой, девушка взялась за зубную щетку и бросила взгляд в зеркало. Оттуда на нее подозрительно пялился кто-то больше напоминающий панду-анорексика нежели человеческо существо. Черные круги под глазами и ввалившиеся щеки дополнялись очаровательным гнездом из волос, которые Есеня совершенно забыла расчесать после вечернего душа. «Красавица, чего уж там», - язвительный внутренний голос не заставил себя долго ждать, - «Мужика от созерцания такой красоты как ветром сдуло». - Да пошел ты, - буркнула Есеня, и принялась с остервенением чистить зубы. Десять минут спустя, приведя себя в сравнительны порядок и вскипятив чайник для кофе, девушка уселась возле собственных, сделанных накануне, пометок и принялась задумчиво вертеть в пальцах карандаш. Она понятия не имела куда подевался Меглин, когда он планировал вернуться, и что, собственно, ей теперь делать. Вчера ночью она собиралась использовать сегодняшний день на визит в школу дабы поговорить с подругой Леры о загадочном звонке в день убийства. Однако ключей от машины в номере не оказалось, следовательно, если девушка решит-таки действовать согласно плану, ей предстоит ознакомиться с другими способами передвижения по городу. Есеня вдруг усмехнулась. Она не помнила когда последний раз ездила куда бы то ни было на автобусах. Девушка и в метро-то спускалась от силы пару раз и исключительно для того, чтобы не стоять в пробках, однако организованной подземки, в Энгельсе не имелось, зато имелось огромное количество борзых, подрезающих всех и вся водителей маршруток. Садиться в одну из этих капсул смерти Есене категорически не хотелось. Выпив три чашки кофе и так и не дождавшись хоть каких-нибудь новостей от напарника, девушка обреченно вздохнула и принялась нехотя одеваться. Пакет с приобретенными в секонд-хэнде вещами так и остался лежать между сидениями в машине, поэтому Есеня, не без облегчения, натянула на себя родные толстовку, брюки и кеды. Девушка изо всех сил старалась не фантазировать на тему того, что подумал о ней Меглин когда увидел напарницу в своем плаще сегодня утром, но навязчивые мысли так и лезли в голову, заставляя краснеть и даже где-то нервничать. «А в постели-то ты у него как очутилась, фетишистка?» - язвительно поинтересовался внутренний голос, «Небось приставала опять!». Есеня помотала головой в попытке избавиться от назойливых размышлений и стараясь не думать о том, что, кажется, сходит с ума. Бросив опасливый взгляд на плащ Родиона, оставленный на незаправленной кровати, Есеня накинула на плечи свою собственную куртку, сунула в карман блокнот, телефон и кошелек, и решительно направилась к выходу. На ресепшне ее встретил учтивый юноша, которого девушка уже видела здесь в самую первую ночь. - Доброе утро, - молодой человек буквально расплылся в улыбке. - Доброе, - Есеня кивнула в ответ, отдавая ключи - Скажите, общественный транспорт у вас тут какой ходит? - Маршрутки есть, автобусы. А куда вам нужно? Есеня на мгновение замешкалась, пытаясь вспомнить название улицы, на которой расположена школа. - Улица Ленина, кажется. Недалеко отцентра. Молодой человек задумался. - Это вам на единичку надо, - он почесал русый затылок, - Конечная на улице Нестерова, возле заправки. Это не далеко, минут пять пешком. - Спасибо, - Есеня благодарно улыбнулась и, попрощавшись с доброжелательным юношей, вышла из гостиницы. На улице царила на удивление прекрасная погода. Чистейшее голубое небо без единого облачка отражалось в окнах близлежащих строений и в покрытых тонким слоем льда лужах. Есеня сощурилась от яркого зимнего солнца и, сложив руку козырьком, огляделась по сторонам. Знакомого мерседеса на прежнем месте не оказалось, но девушка, если честно, и не надеялась его там увидеть. Бросив быстрый взгляд на часы и, с удивлением обнаружив, что время все ближе подбирается к полудню, Есеня закуталась в теплый шарф и решительно направилась в сторону автобусной остановки. Сразу за воротами гостиничного комплекса располагалась нужная ей улица Нестерова, отделяющая, судя по внешнему виду домов и строений, район частного сектора от новостроек. Не обнаружив возле дороги и намека на тротуар, девушка едва заметно пожала плечами и бодро зашагала по жухлой траве на обочине. Дорогу до заправки Есеня знала прекрасно, потому что именно там напарники разжились провизией в их первую ночь в Энгельсе. Правда пешком этот путь казался куда длиннее чем из салона теплого автомобиля. Когда Есеня наконец добралась до места, ее кеды покрылись грязными разводами подтаявшей от соли дорожной слякоти, а замерзшие пальцы рук покраснели и отказывались сгибаться. Рядом с остановкой красовался слегка покосившийся столб с расписанием автобусов. Девушка с облегчением нашла в нем «№1» и, сверившись с часами, принялась терпеливо ждать, расхаживая из стороны в сторону дабы не замерзнуть окончательно. «Шапку себе купи, дура!» - встрял внутренний голос. - Надо бы, - со вздохом согласилась Есеня и, поежившись, втянула голову в плечи. Внезапно в куртке завибрировал телефон. Одеревеневшими пальцами девушка вытащила его из кармана и бросила взгляд на имя звонившего: Сергеев. - Слушаю. - Ну че, проспалась? – ехидный голос Родиона на том конце провода заставил девушку улыбнуться и с облегчением выдохнуть. - Ты где? - В архиве. Мне в голову пришла одна идея, решил проверить. - Купи себе телефон уже, - усмехнулась Есеня, окидывая взглядом дорогу в ожидании автобуса. Небольшая группа пожилых дачниц с огромными клетчатыми сумками и ведрами, появилась из-за забора и, остановившись в паре метров от девушки, принялась громко и не стесняясь в выражених обсуждать яблоки какой-то Людки. Сделав шаг в сторону и отвернувшись от шумных бабулек, девушка понизила голос и поинтересовалась: - Что за идея? - Копаюсь в делах о самоубийствах, - судя по легкому раздражению в голосе Меглина, изыскания проходили не слишком успешно, - Пока ничего. Сама-то ты где? Краем глаза Есеня заметила какое-то оживление со стороны дачниц и, бросив взгляд на дорогу, увидела, как к остановке подползает старомодный грязно-белый автобус с небольшой, от руки написанной таличкой «№1» за лобовым стеклом. - Я в школу еду. Погоди секундочку, - с оглушительным шипением и скрежетом двери автобуса сложились гармошкой, и Есеня, решившая не толкаться с проворными старушкам возле водителя, заскочила в заднюю дверь. Встав между перилами на площадке в самом хвосте салона, девушка снова приложила телефон к уху, - Только что в автобус села. - О, как! - Родион явно удивился. - Вчера вечером, пока ты спал, я порылась в делах жертв и узнала, что та самая подруга Леры, которой она звонила перед смертью, оказывается, ее одноклассница. Зовут Матильда, представляешь? На другом конце линии радалось многозначительное «хыхы»: - А кто больше должен удивиться: Есеня или Родион? Девушка едва сдержалась чтобы не засмеяться в голос. - Ну да. А еще, - Есеня огляделась по сторонам и, убедившись в том, что никто из пассажиров не находился в непосредственной близости, продолжила, - Судя по материалам дела, Даша так же звонила подруге в день гибели. Той самой, из художки. Ее опрашивали, ничего подозрительного не нашли, но..., - девушка закусила губу, - Она вполне могла что-то недоговаривать, правильно? Ну или наша доблестная полиция особо не копалась, ты ведь сам говорил, что ее дело очень быстро закрыли, списав на суицид. - Очень даже возможно. Давай так: ты пообщайся с подружкой Леры. Раскопаешь что-то подозрительное – навестим еще раз девчонку из художки. Я закончу здесь и заеду за тобой. Там и решим че дальше делать. - Хорошо, - Есеня кивнула, - Как вчера, в три? - Давай в три. *** Без двадцати час Есеня выпрыгнула из пропахшего бензином автобуса на остановке с бодрым названием «Пионерская улица» и направилась к воротам школы. Уже на подходе к крыльцу девушка услышала звонок, а следом за ним и типичный галдеж школьной переменки. Несколько школьников выскочили на улицу, распихивая друг друга и толкаясь рюкзаками, надетыми задом-наперед. Чуть посторонившись, Есеня пропустила хохочущих подростков на улицу и зашла в вестибюль. Знакомый охранник при виде гостьи резко подорвался со своего места: - Эм.... здрасте. - Добрый день, - девушка вежливо кивнула и, не дожидаясь дополнительных вопросов, направилась к стэнду с расписанием занятий, который находился в конце коридора первого этажа. Десятки разновозрастных детей в классической черо-белой форме носились по школе, а возле расписания скопилась целая делегация старшеклассников, громким шепотом обсуждающих те занятия, которые им стоит прогулять. Есеня протиснулась между ними и нашла глазами 8А, в котором учились Лера и ее подруга. Судя по всему, следующим уроком у класса была вторая половина сдвоенной истории в кабинете 303. Не долго думая, девушка направилась к леснице. Нужный класс найти не составило большого труда. Тот располагался практически у самой лестничной площадки третьего этажа. Разместившись у подоконика напротив открытой нараспашку двери кабинета и украдкой достав из кармана телефон, Есеня набрала заранее внесенный в контакты номер подруги Леры. Дождавшись гудков на другом конце линии, девушка, все еще находясь на расстоянии, заглянула в классную комнату. Высокая худощавя девочка с по-мальчишески короткими темными волосами, стирающая с доски, вдруг засуетилась и начала хлопать себя по карманам школьного кардигана. Выудив телефон и посмотрев на экран, она удивленно приподняла бровь, но все же ответила. - Ало? Есеня подошла к дверям класса и, прислонившись плечом к облупившемуся косяку, негромко сказала в трубку: - Мотя? Девочка вздрогнула и огляделась по сторонам. Заметив незнакоую фигуру в дверях она с вопросительным выражением лица указала пальцем на телефон, а потом на Есеню. Девушка кивнула и, махнув головой в сторону выхода, как бы приглашая Мотю последовтаь за ней, отошла обратно к подоконнику. Через несколько секунд девочка вышла в коридор, настороженно поглядывая на незнакомку. - Вы кто? Откуда у вас мой номер? Есеня вытащила из кармана заранее приготовленное удостоверение и протянула девочке: - Следственный Комитет, - увидев как подозрительность Моти сменилась облегчением, девушка забрала из ее рук удостоверение и спрятала обратно в карман, - Меня зовут Есеня. Я бы хотела поговорить о твоей подруге Лере. Девочка нервно кивнула и оглянувшись на дверь класса, присела на подоконник рядом со следователем. - Скажи, Мотя... Тебя ведь Мотя зовут, так? – Есеня решила сделать вид, что не знает полного имени девочки, а только то, как та была записана в контактах подруги. Школьница грустно улыбнулась: - Матильда. Идиотское имя. Но Лерка с первого класса зовет... , она вдруг поежилась, - Звала тетей-мотей. - Вы знакомы с Лерой с первого класса? Девочка помотала гловой: - С садика еще. Мы жили в одном районе. Когда мои родители развелись, мы переехали к бабушке на Свердлова, мама настаивала, чтоб я и в школу туда перевелась, но я из-за Лерки не хотела. Уже третий год на автобусах катаюсь каждый день. Есеня понимающе улыбнулась: - Что ты можете рассказать о Лере?.. - А что вы хотите узнать? – девочка вопросительно посмотрел на следователя. Есеня решила не ходить вокруг, да около и не растягивать беседу, которая, судя по дрожащим пальцам и отбивающей неровный такт ноге, давалась Моте очень и очень непросто. - Меня интересует ваш последний телефонный разговор. В понедельник. Помнишь? Матильда слегка поежилась и кивнула. - Лера позвонила, да. Нервничала, но толком не сказала, что случилось, - девочка опустила глаза в пол, разглядывая носы собственых черных туфель. - А что она сказала? - Спросила, можно ли у меня остаться на пару ночей, если что. Почему – не объяснила, сказала только то, что с отцом проблемы. Понимаете, - Матильда вдруг запнулась, губы ее задрожали, - Я бы с радостью ее пустила! Но у меня мама, бабушка и два брата младших в двухкомнатной квартире. Ко мне гости-то никогда не приходят, некуда, а тут на пару дней... Мама бы ни за что не разрешила. Еще и разбираться бы побежала к Леркиным родителям, с нее станется. Мотя отвернулась к окну, едва сдерживая слезы. - Я сказала ей, что мне спросить надо, но Лерка же знает что у меня дома... Она просто сказала «хорошо» и все. Еще потом про контрольную эту дурацкую, по математике, завела пластинку, я потому и значения особого не придала всему этому, а через полчаса вообще забыла. Мало ли, поругалась с отцом, кто не ругается?.. Я ведь ей в тот день даже не перезвонила..., - в этот момент самообладание покинуло девчонку окончательно и, уровнив лицо в ладони, она беззвучно заревела. Есеня осторожно положила ей руку на плечо: - Матильда, постарайся вспомнить, что именно Лера говорила об отце. Какими словами? Любая мелочь, даже если она кажется тебе незначительной, может помочь следствию. Мотя утерла глаза и посмотрела на следователя, все еще подрагивая всем телом. - Она...она с-сказала, что не хочет с ним больше жить под одной крышей. Сказала, что ей противно. - Почему? - Я не знаю, она не призналась. Я с-спросила ее, а она только намекнула, что ей доказательства нужны, когда получит тогда и расскажет. Оглушительный звонок на урок заставил Есеню вздрогнуть от неожиданности. Неприятный холодок пробежал по позвоночнику. Стараясь не выдать своего волнения, девушка ободряюще улыбнулась и произнесла: - Спасибо огромное, Матильда. Ты нам очень-очень помогла. - Есеня...простите не знаю вашего отчества, - Мотя вдруг замялась, стараясь подобрать слова, - Это из-за меня, да? Если бы я не отмахнулась тогда, Лера бы... она бы не покончила с собой? Есеня развернулась лицом к дрожащей девчонке и, поймав ее взгляд, твердо сказала: - А теперь послушай меня внимательно, Матильда. Ты. Ни в чем. Не виновата. Не смей даже думать о таких вещах. Но я обещаю: мы найдем и накажем того, кто действительно виновен в смерти твоей подруги. Все, - девушка ободряюще хмыкнула и, потрепав Мотю за плечо, подтолкнула в сторону класса, - Иди учи историю. Убедившись в том, что девочка вернулась в класс, Есеня спустилась на один пролет и, усешись на холодных бетонных ступеньках между этажами, задумалась. Две жертвы из трех по разным причинам имели проблемы с родителями. Умом девушка понимала, что долгоиграющий конфликт Алеси с религиозной матерью и странные перемены в отношении Леры к отцу могут оказаться совершенно не связанными, но интуиция подсказывала, что она на верном пути. Даже если дело не в конфликте, Могла ли Лера случайно узнать, что ее родной отец – убийца предыдущих девочек, из-за чего он убил и ее?.. Вполне возможный вариант, если учесть, что алиби родителей никто пока не проверял. Есеня бросила взгляд на часы: двадцать минут второго. Меглин обещал заехать в три, а поговорить с ним хотелось именно сейчас. Недолго думая девушка набрала номер Сергеева, но линия оказалась занята . Беззвучно чертыхнувшись, Есеня убрала телефон обратно в карман и поднялась на ноги. Можно попробовать пообщаться с бухгалтером, вдруг кто-то из родителей погиших девочек когда-то работал в школе. Это, конечно, весьма маловероятный вариант, однако других способов скоротать время до встречи с напарником у нее не оказалось. Есеня спустилась на второй этаж и, бросив не самый дорый взгляд на дверь с табличкой «Завуч», направилась в сторону кабинета бухгалтерии. Знакомая седовласая женщина испуганно поднялась со своего места, когда увидела что вчерашний «инспектор» вновь пожаловала с визитом. - Здравствуйте, - Есеня добродушно улыбнулась, - Простите, что снова придется вас потревожить. Татьяна Иванонва, если я не ошибаюсь?.. - Ничего, ничего, - бухгалтер нервно кивнула и вернулась на свое место, - Работайте. - Вообще-то, - девушка изо всех сил старалась выглядеть непринужденно, - Я надеялась, что у вас найдется минутка для небольшой беседы. Можно?, - Есеня указала на башню из «сидящих» друг на друге стульев и, дождавшись одобрительного «будьте как дома», сняла самый верхний и уселась напротив стола Татьяны Ивановны. - Я вас слушаю. Есеня достала из кармана блокнот, в который пару дней назад выписала имена родителей погибших девушек, протянула его женщине: - Скажите, работал ли кто-нибудь из этих людей в данной школе?.. Бухгалтер покорно нацепила на нос небольшие очки в тонкой оправе и принялась изучать предложенные имена. Буквально через пару секунд она слегка нахмурилась и произнесла: - Нет, не работал, но вот эти двое, - она ткнула пальцем в пару фамилий, - Тут учились. Такого поворота событий Есеня никак не ожидала. Бросив взгляд на обозначеные женщиной имена, девушка на всякий случай решила переспросить: - Вы уверены? Карпов Александр и Москвин Денис, 1975 года рождения? - Абсолютно. Эти ребята с друзьями в свое время столько шума наделали, что так просто их не забудешь. Есеня взволнованно забрала блокнот, и вытащив карандаш из пучка волос на макушке, обвела имена жирными кружочками. - Татьяна Ивановна, а можно поподробне? Бухгалтер вдруг заметно занервничала и покосилась на дверь. - А почему вы интересуетесь? Есеня вытащила из кармана удостоверение и показала его женщине. - Мы расследуем гибель трех учениц вашей школы. Я уверена, что вы не могли об этом не слышать. В какой-то момент девушке показалось, что Татьяну Ивановну сейчас хватит удар. - Простите, я думала вы из комитета по образованию, - забормотала она, нервно теребя пальцами цепочку от висящих на груди, очков, - Не стоило мне болтать. Столько лет прошло, кому какое дело? Владимир Петрович строго-настрого... – смертельно побледневшая женщина вдруг начала вставать из-за стола и пятиться к выходу - Простите, как вас? Есения А-андреевна, мне отойти нужно, простите... - Сидеть! – рявкнула девушка, понимая, что подобный пощечине окрик - это единственный способ привести перепуганного бухгалтера в чувство. И она оказалась права: вздрогнув от неожиданности, женщина безропотно плюхнулась обратно на стул. - Рассказывайте. Татьяна Ивановна нервно поправила сползающую с плеча серую вязанную шаль и, стараясь не смотреть на сидящую напротив нее Есеню, пробормотала: - Я почти ничего не знаю, только слухи. Владимир Петрович, после того как дело закрыли, запретил даже думать об этой истории. Вам лучше с ним поговорить. - Поговорим, не сомневайтесь. Но хотелось бы вашу точку зрения услышать, - видя, что бухгалтер все еще не решается на диалог, девушка предложила, - Давайте так: я буду задавать вопросы, а вы – отвечать? Женщина осторожно кивнула и вновь покосилась на дверь. - Итак, Карпов Саша и Москвин Денис учились вместе. Они дружили? - Да, дружили, у них целая компания была, не разлей вода. Всюду вместе. - Сколько человек в компании? Помните имена? Татьяна Ивановна, немного помедлив, снова кивнула: - Шесть человек их было, всех я не упомню, но с ними дружили Сережа Коржан и Лиза Нечипоренко, – заметив непонимание на лице Есени, женщина пояснила, - Сережа сейчас депутат, говорят, что станет следующим мэром города, а Лиза –жена его. - О, как, - совсем по-Меглински, хмыкнула девушка, делая пометки в блокноте, - И что же эти шестеро ребят, включая будущего мэра города, натворили? - С ними в классе училась девочка, Тасечка Воронина, чудесный ребенок, отличница, умница. Несколько лет подряд побеждала в областных олимпиадах по математике. Она из небогатой семьи была, ее отец воспитывал один. Хороший человек, работящий, в школе на субботниках всегда самый первый помогал, если что починить или покрасить – все к нему обращались, никогда не отказывал. В дочке души не чаял, хотя сам, судя по всему, еще совсем молоденким был когда она родилась. Есеня сделала несколько пометок в блокноте и выжидающе посмотрела на бухгалтера: - Вы его знали лично? - Его все в школе знали и очень уважали, вплоть до.... – Татьяна Иванонва вдруг поперхнулась и закашляла. Тяжело поднявшись из-за стола, она подошла к стоящему возле окна кулеру и, наполнив пластиковый стаканчик водой, вернулась на свое место. - Это был 1989 год, насколько я помню, весна, середина апреля. Что там у них случилось и как – я не знаю, но суть в том, что Сережа позвал Тасю на свой день рождения. После болтали, что Тасе он нравился, но Сережа уже тогда дружил с Лизой и на скромную одноклассницу внимание не обращал, да и приглашение это - не его рук дело, а Лизиных, мол, пошутить она хотела и посмеяться. В общем...., - судя по всему, разговор давался Татьяне Ивановне нелегко: ее голос постепенно перешел в громкий шепот, а бледные щеки покрылись красными пятнами, - На дне рождения Тася напилась, ну или напоили ее, она уснула, а ребята... ребята раздели ее и сфотографировали на полароид. И на следующий день эти снимки принесли в школу.... Вы понимаете, - старушка нервно сцепила перед собой морщинистые руки, - Я - бухгалтер, в учебном процессе участия не принимаю, и вся эта история до меня только в качестве слухов дошла, а сколько в них правды – одному Богу известно. Владимир Петрович тогда только-только после повышения, завучем стал, он как раз и разговаривал с родителями, и вроде даже фотографии эти видел. Есеня кивнула, стараясь не спугнуть разболтавшуюся старушку. - Что было дальше? - Отец Сережи уже тогда был не последним человеком в городе, поэтому дело быстро замяли, - пробормотала женщина, не глядя на девушку, - Где-то через неделю после дня рождения, Тася пыталась покончить с собой, из окна выпрыгнула, хотя и сплетничали потом, что отец сам ее выбросил, мол, позора не вынес. Я в это не верю, не такой он был человек, не такой. К счастью, обошлось все, девочка только руку сломала. Отец обезумел, говорят, что пытался то ли застрелить, то ли зарезать Коржана-старшего, но неудачно. Его посадили, а Тасю после всего этого в приют куда-то в области определили. Сюда она больше так и не вернулась. - Что стало с остальными? - Коржан сына перевел в другую школу, Лизу родители тоже забрали от греха, и еще одного мальчика, Петров, кажется, фамилия его, перевели на домашнее обучение. Карпов и Москвин тут доучивались, а с ними и еще одна девочка, не помню как ее звали, вроде Рита. Правда их всех в разные параллелли развели, на этом настояли родители детей, ну и Владимир Петрович, спокойствия ради, проследил, чтобы так и было. Какое-то время Есеня и Татьяна Ивановна молчали. В шоке от услышанного, девушка разглядывала накорябаные в блокноте детали разговора и пыталась сообразить, что теперь делать дальше. Наконец, сбросив оцепенение, Есеня сунула заметки во внутренний карман куртки и медленно поднялась: - Спасибо за то, что уделили мне время, Татьяна Ивановна. Надеюсь, что больше вы меня не увидите. Уже у самых дверей девушка вдруг замерла, озаренная неожиданной идеей, и обернувшись к бухгалтеру, поинтересовалась: - Скажите, в школе есть архив с фотографиями? Которые на стендах висели или на досках почета? Старушка рассеяно пожала плечами: - Архив есть, в подвале, но на счет фотографий - лучше там спросить, они вам точнее скажут. Есеня молча кивнула и стремительным шагом вышла из кабинета. Спустя несколько минут девушка уже стучалась в обшарпанную железную дверь с лаконичной табличкой «АРХИВ». Услышав приглушенное «Открыто!», Есеня потянула ручку на себя и, зайдя внутрь, украдкой огляделась. Само помещение оказалось куда более приветливым на вид чем Есеня себе представляла. Однако, сидящая за письменным столом невысокая тучная женщина неопределенного возраста с короткими осветленными волосами, напротив, выглядела крайне негостеприимно. - Добрый день, - предупреждая любые возможные вопросы со стороны работницы архива, Есеня сунула ей под нос удостоверение СК и поинтересовалась: - Где я могу ознакомиться с документами и фотографиями за 1988-1989 учебный год? Женщина равнодушно махнула ладонью в сторону нужных стеллажей и, проводив девушку скучающим взглядом, вернулась к лежащему напротив нее журналу с кроссвордами. На указанных полках, Есеню поджидали несколько стопок школьных журналов и две большие коробки со сваленными в кучу фотографиями. Девушка тяжело вздохнула. Надежда на то, что архивные фото подчинаются хоть каким-то категориям, оказалась напрасной. Единственное, что могло поспособствовать в понимании изображений, это выцветшие подписи на оброте фотографий, сделанные кем-то чуть ли не четверть века назад. Благо что самих коробок оказалось всего две. Поставив их на пол и усевшись рядом с ними возле стелажей, Есеня принялась за скурпулезную работу. Далеко не каждая фотография имела подпись, а те подписи, что имелись - не всегда удавалось разобрать. Наконец, спустя минут сорок безрезультатных поисков, почти на самом дне первой коробки девушка наткнулась на простой белый конверт, на котором значилось: «Субботник, 7 марта, 1989 год». Есеня принялась внимательно разглядывать старые, пожелтевшие и потрескавшиеся от времени снимки. Некоторые выглядели размытыми, на других можно было увидеть силуэты детей во дворе школы, но лица разглядеть все так же не представлялось возможным. Но одна из фотогрфий заставила девушку взволнованно охнуть от неожиданной удачи. На ней, под лаконичной подписью «Воронин Б. Н.» был изображен высокий темноволосый мужчина с широкой улыбкой, виднеющейся из-под пышных усов. Опираясь на садовые грабли, он задороно щурился на солнце, глядя в объектив камеры. Бросив взгляд в сторону выхода и удостоверившись в том, что работнице архива нет до нее никакого дела, девушка торопливо сунула фотографию во внутренний карман куртки. Следующие несколько снимков из конверта оказались подписаны незнакомыми именами, поэтому девушка откложила их в сторону, особо не разглядывая. Но вдруг одна из подписей привлелка ее внимание. Под размашистым «Неразлучные друзья, 8Б» виднелась группа подростков, весело улыбающихся фотографу. Самым примечательным в этой компании было количество друзей –шесть человек: четыре юноши и две девушки. Недолго думая, Есеня упрятала в карман и эту фотогрфию. Глянув на часы и убедившись, что у нее есть еще несколько минут, девушка решила просмотреть напоследок оставшиеся пару десятков фотографий в коробке, дабы, если ей придется еще вернуться к разбору архива, не начинать коробку сначала. Разглядывая снимки и разбирая подписи Есеня вдруг увидела то, что заставило ее нервы напрячься до предела: «Третье золото», В_рони_а _ас_я, 1989». Несмотря на частично стертую подпись, не было никаких сомнений в том, что серьезная худощава девочка в очках и с темной косой ниже лопаток, получающая грамоту из рук молодого, но безошибочно узнаваемого Белоусова – это Тася Воронина. Неожиданно в куртке завибрировал телефон. Есеня торопливо сунула фотографию Таси в карман к предыдущим двум и, одной рукой закидывая ненужные снимки обратно в коробку, неглядя ответила на звонок: - Да? - Есения Андреевна? Сергеев на связи, - голос следователя прозвучал настолько шокирующе убитым, что девушка вдруг почувствовала как почва уходит из-под ног. На долю секунды она почему-то решила, что что-то стряслось с Родионом. - Что случилось?? - У нас... еще одна жертва.