Глава 7: Конфликт и предательство

Солнце едва успело скрыться за горизонтом, окрасив небо в кроваво-багровые тона, когда СоХи почувствовала первый тревожный звоночек. Воздух стал плотнее, будто предчувствуя надвигающуюся грозу. Всё началось с мелочи: Чимин, вернувшийся непонятно откуда, вдруг совсем замкнулся в себе, словно его подменили. В последнее время он то исчезал, то появлялся с пустым взглядом, будто за спиной у него висела невидимая гиря. СоХи знала — это не просто совпадение. Её фанфик начинал дышать ей в спину. Звук шагов за окном отдавался в её ушах, как далёкий набат, предвещающий беду. Она сидела на подоконнике, прижав колени к груди, и смотрела на угасающий дневной свет, пытаясь унять нарастающее беспокойство. Чимин в последнее время был сам не свой — это было очевидно даже без слов. Его движения стали резкими, почти механическими, словно кто-то другой управлял им изнутри. СоХи слишком хорошо знала этот сюжетный поворот: момент, когда персонаж начинает ломаться под тяжестью своих тайн. Однажды утром она застала Пака в коридоре. Он стоял у окна, сжимая телефон так, будто хотел раздавить его в ладони. Лицо было бледным, а губы сжаты в тонкую линию. — Чимин, всё нормально? — спросила СоХи, стараясь придать голосу лёгкость, которой сама не чувствовала. Чимин вздрогнул, словно его выдернули из каких-то тяжёлых мыслей. Он обернулся и натянуто улыбнулся: — Всё отлично. Просто... дела. СоХи прищурилась. Его ответ прозвучал слишком быстро, слишком неубедительно. — Дела, которые заставляют тебя выглядеть, будто ты только что потерял лучшего друга? — попыталась пошутить она, но в её голосе прозвучала едва уловимая дрожь. Она знала, что надо этот момент ловить и попытаться исправить всё. Может быть, ему нужна её помощь. Чимин замер, его пальцы сжались на стекле телефона. — Не лезь не в своё дело, — прошипел он, и в его глазах мелькнуло что-то чужое, холодное. Словно щелчок выключателя. СоХи отшатнулась, ощутив, как по спине пробежали мурашки. Она видела это в своих текстах: момент, когда маска спадает, и человек становится чужим. Её сердце пропустило удар, а пальцы невольно сжались в кулаки. Этот взгляд — острый, почти звериный — был ей знаком. Она описывала его в одной из сцен, где Чимин окончательно терял контроль, поддавшись давлению обстоятельств. Но это должно было быть куда позже. А теперь это происходило наяву, и реальность оказалась куда страшнее, чем слова на экране. СоХи попыталась вдохнуть, но воздух застрял в горле, словно коридор стал теснее и холоднее. В коридоре повисла тяжёлая тишина. СоХи открыла рот, чтобы сказать что-то, но передумала. Чимин уже отвернулся, снова уставившись в окно, как будто её и не было. Позже она пыталась поговорить об этом с Намджуном. Они сидели на кухне, где царил аромат свежеобжаренного кофе. — Намджун, ты не замечаешь, что с Чимином в последнее время что-то не так? — начала СоХи, стараясь говорить как можно спокойнее. Намджун поднял глаза от планшета, в котором просматривал какие-то документы. — Чимин просто устал. У всех бывают плохие дни, — сказал он уверенно. — Но это не просто плохой день! — СоХи чуть не вцепилась ему в рукав. — Он... — СоХи, — мягко прервал её Тэхён, появившийся словно из ниоткуда. Он положил руку на её плечо и слегка сжал его. — Не накручивай себя. Он улыбался, но в его глазах читалась тревога. Их поцелуй на крыше словно связал их невидимой нитью, и теперь Тэхён ловил каждое её слово, каждую эмоцию. Но даже ему не хватало смелости поверить в худшее. Его прикосновение было тёплым, успокаивающим, как лёгкий ветерок после душного дня. СоХи невольно прикрыла глаза на секунду, позволяя себе почувствовать эту мимолетную поддержку. Но тревога никуда не делась — она сидела у неё в груди, как заноза, которую невозможно вытащить. Тэхён был её якорем, но даже он не мог остановить надвигающийся шторм. — Я просто беспокоюсь, — тихо сказала СоХи, отводя взгляд. — Всё это... кажется неправильным. Может быть, мы могли бы ему чем-то помочь? — Хён и правда стал странным, — признался Тэхён шёпотом, чтобы Намджун не услышал. — Но, может, это просто временно? Дай ему время. СоХи кивнула, хотя внутри её всё протестовало против этого ответа. Она знала, что время здесь не союзник, а враг. Намджун, который всё это время молча слушал, наконец заговорил, убирая планшет в сторону: — Сейчас важнее дождаться возвращения Джина из больницы. Его сегодня должны наконец-то выписать. Нам нужно решить проблемы с администрацией и проектом. СоХи нахмурилась: — Какие проблемы? — Хан Тэ Сок, тот чиновник, который должен был дать нам разрешение на проведение благотворительного проекта, перестал выходить на связь с нашим менеджером, — пояснил Намджун, скрестив руки на груди. — Единственная связь сейчас идёт через его секретаря, который продолжает уверять, что "всё в силе". — И что это значит? — спросил Тэхён, его голос стал серьёзным. — Я не знаю, но мне это не нравится, — признался Намджун. — Такое ощущение, что кто-то специально тянет время или пытается сорвать проект. СоХи почувствовала холодок, пробежавший по спине. События стремительно обретали всё более мрачный оборот. Она знала имя Хан Тэ Сока из своего текста — холодного, расчётливого антагониста, который умел манипулировать людьми, как марионетками. Его тень уже нависла над их миром, и СоХи чувствовала, как он протягивает свои нити к каждому из них. Её пальцы невольно сжали край стола, словно это могло удержать реальность от падения в пропасть, которую она сама когда-то придумала. — Что будем делать? — спросила она, пытаясь держать голос ровным. — Я поговорю с менеджером и директором ещё раз, — решил Намджун. — Но сейчас нам важно сохранять спокойствие и не паниковать. СоХи кивнула, хотя внутри неё всё бурлило от догадок и тревог. Она понимала, что события начинали разворачиваться не совсем по её плану. И отходили уже от изначального сюжета фанфика. А она всё не может найти способ изменить это, и теперь последствия могут быть куда хуже, чем она когда-либо представляла. Позже в тот же день, когда она снова пересеклась с Чимином у входа, СоХи решилась ещё раз заговорить. — Чимин... — начала она осторожно. — Слушай, может, я могу помочь тебе с какими-либо делами? Мне правда не всё равно. Чимин поднял на неё взгляд, в котором сквозила усталость вперемешку с раздражением. Он резко перебил её: — Чего ты вообще здесь забыла? — бросил он с язвительной усмешкой. — Хотите лабзаться с Тэхёном? Делайте это желательно в другом месте и не лезьте ко мне. СоХи опешила, чувствуя, как слова Чимина больно бьют по её самолюбию. На секунду ей захотелось ответить тем же тоном, но она сдержалась, глубоко вздохнув. — Ты ошибаешься, — сказала она тихо, но твёрдо. — Я просто хочу помочь. Чимин не ответил и лишь молча прошёл мимо, оставив её одну посреди пустого крыльца. СоХи смотрела ему вслед, понимая, что за этой грубостью скрывается что-то гораздо более сложное и мрачное. Его шаги эхом отдавались в пустоте коридора, и каждый звук словно подчёркивал расстояние, которое выросло между ними. СоХи прижала ладонь к груди, пытаясь унять боль, которая не имела физической причины. Это был он — тот самый Чимин, которого она создала, но теперь он был живым, дышащим, полным противоречий. И она больше не могла притворяться, что контролирует его судьбу. Атмосфера на базе напоминала натянутую струну — ещё чуть-чуть, и лопнет. И она знала, что станет спусковым крючком.

***

СоХи сидела на диване в углу гостиной, нервно перебирая пальцами подол своей футболки. После напряжённого разговора с Чимином её мысли не давали покоя. Его холодные слова, замкнутость и этот странный взгляд — всё это было далеко от привычного образа милого и заботливого парня, который был вначале. Она бросила быстрый взгляд на Тэхёна, который сидел рядом, молча разглядывая свои руки. Его обычно спокойное лицо стало серьёзным. — Тэхён, — нарушила тишину СоХи, — я правда думаю, что с Чимином что-то не так. Он сказал такое… Такое, чего раньше никогда бы не сказал. Тэхён поднял на неё внимательный взгляд и чуть нахмурился. — Что именно? СоХи вздохнула: — Он был злой. Сказал, чтобы я не лезла в его дела и… что нам лучше уединяться с тобой где-нибудь подальше. Глаза Тэхёна вспыхнули гневом, но он быстро взял себя в руки. — Это уже переходит границы, — сказал он тихо, но твёрдо. — Я выясню, что с ним происходит. СоХи благодарно кивнула, хотя сомнения всё ещё терзали её. Что-то тёмное витало вокруг Чимина, и она чувствовала, что их команда потихоньку начинает трещать по швам. В этот момент в комнату ворвался Хосок с коробкой попкорна в руках и сияющей улыбкой на лице. — Эй, а давайте устроим киновечер! — громко объявил он. — Я нашёл старый фильм ужасов. Намджун будет визжать как девчонка, обещаю! — Я не ору, — возмутился Намджун, откладывая ноутбук. — Просто... выражаю эмоции. А сам-то, Хоби, ты же первый будешь орать от страха... — Эмоции на пять октав выше нормы, — подколол Юнги, не поднимая головы от ноутбука. Смех заполнил комнату, но СоХи не могла расслабиться. Её взгляд непроизвольно метнулся к Чимину, который сидел в углу, уставившись в экран телефона. Его пальцы быстро набирали сообщение. Атмосфера вокруг него казалась тяжёлой и напряжённой. Она заметила, как едва заметно дрогнули его губы — он что-то шептал себе под нос, словно проговаривал текст перед отправкой. Это был не тот Чимин, который шутил с Джином или подпевал Хосоку на репетициях. Этот человек был тенью самого себя, окружённой невидимой стеной, которую СоХи не могла пробить. — Смотри-ка, Чимин в тихом режиме, — Джин, только что вернувшийся из больницы, ухмыльнулся и  бросил в него бумажным шариком. — Твоего хёна столько не было, а ты даже и словечка мне за сегодня не сказал... А я вообще-то раненный, рука в гипсе, видишь? — наигранно обижался самый старший. Но Пак даже не посмотрел на него. — Отстань, — буркнул Чимин, вставая. — Мне нужно выйти. — Куда? — СоХи вскочила, преграждая ему путь. — На прогулку. Не хватает воздуха, — он попытался обойти её, но она шагнула в сторону. — Воздуха? Или встречи с кем-то? — её голос дрогнул. Тишина. Чимин застыл на месте, его взгляд стал ледяным. — Ты вообще о чём? — засмеялся он, но смех прозвучал фальшиво. — О том, что ты сливаешь информацию! — выпалила СоХи, теряя самообладание. — Ты работаешь на того чиновника! Твой брат... Удар. Чимин схватил её за руку и резко потянул в коридор, прижав к стене. Дверь осталась приоткрытой, сквозняк пошевелил шторы. Его глаза горели яростью и… страхом. — Заткнись, — прошипел он. — Ты ничего не понимаешь. СоХи ощутила боль от его хватки, но не отвела взгляда. — Чимин... — попыталась она снова, но он перебил её. — Я сказал — заткнись! И оставь меня в покое. Её запястье горело от его пальцев, но боль была ничем по сравнению с тем, что творилось в её душе. Она видела страх в его глазах — не просто злость, а глубокий, животный страх, который он пытался скрыть за грубостью. Это был не просто конфликт. Это был момент истины, которого она так боялась и ждала одновременно. — Чимин! — громко позвал Тэхён, появляясь в дверном проёме. — Что ты творишь?! Пак замахнулся, но его рука так и зависла в воздухе. В следующий миг Тэхён подскочил к ним и грубо оттащил его от СоХи. — Остынь! — потребовал Тэхён, его голос был низким и угрожающим. Чимин вырвался из его хватки, задыхаясь от ярости. — Она сумасшедшая! — крикнул он. — Несёт какую-то чушь! — Чушь? — СоХи выпрямилась, чувствуя, как дрожь охватывает всё тело. — Твой брат, Пак Чи Джун... Его подставили, верно? Чиновник пообещал помочь, если ты сорвёшь ваш проект. Ты думал, что спасаешь его, но тебя обманывают! Гробовая тишина. Чимин побледнел, словно увидел призрака. — Откуда... — он попятился. — Я знаю всё, — прошептала СоХи. — И они тоже скоро узнают. — Хватит! — Намджун, появился в коридоре. Его голос прозвучал как удар хлыста. — Чимин, о чём она говорит? — Бред! — закричал Чимин, но в его голосе уже слышалась паника. — Она врёт! Что она вообще тут забыла? Какого чёрта вы пустили её сюда жить? Это всё потому, что Тэхён трахает её? Тэхён схватил его за грудки и закричал: — Закрой свой рот! Да что с тобой происходит?!  — Что со мной происходит? — Чимин вырвался из хватки Тэхёна, его голос звучал громко, но в нём явно слышалась дрожь. — Ты бы спросил у неё! — Он резко указал на СоХи, глаза горели яростью. — Она врёт! Она просто хочет нас поссорить! Её заслали к нам! — Чимин, — Тэхён попытался успокоить его, но Чимин отшатнулся, как от огня. — Нет, ты послушай! — Чимин закричал, обращаясь ко всем. — Она тут появилась из ниоткуда, втирается в нашу жизнь, а теперь начинает нести какую-то чушь! Кто она вообще такая? Почему вы ей верите? — Чимин, — Намджун подошёл ближе, его голос был спокойным, но в глазах читалось напряжение. — Давай разберёмся. Если она врёт, то у неё нет доказательств. — Доказательств? — Чимин засмеялся, его смех звучал нервно. — Она просто выдумывает! Какой брат? Какой чиновник? Она хочет нас поссорить, вы не понимаете? СоХи почувствовала, как её сердце замирает. Она видела, как взгляды остальных участников начали меняться. Хосок, обычно такой весёлый, смотрел на неё с подозрением. Юнги нахмурился, скрестив руки на груди. Даже Джин, который только что вернулся из больницы, казался сбитым с толку. — Я не вру, — прошептала она, но её голос звучал неуверенно. — А откуда ты вообще знаешь про моего брата? — Чимин наклонился к ней, его лицо было искажено гневом. — Кто тебе сказал? Или ты просто угадала? — Я... — СоХи замялась, понимая, что не может объяснить правду. — Видите? — Чимин развёл руками, обращаясь к остальным. — Она даже не может ответить! — Подожди, — вмешался Тэхён, шагнув между ними. — Чимин, ты сам последнее время ведёшь себя странно. Ты пропадаешь, не говоришь, куда идёшь, а теперь ещё и на неё нападаешь. Может, стоит успокоиться и всё обсудить? — Успокоиться? — Чимин фыркнул. — Ты, Тэхён, слишком увлёкся этой девчонкой, чтобы видеть, что она просто манипулирует тобой. Тэхён сжал кулаки, но сдержался. — Я не манипулирую, — твёрдо сказала СоХи, чувствуя, как внутри неё растёт решимость. — Я просто хочу помочь. — Помочь? — Чимин засмеялся, но в его смехе не было радости. — Ты хочешь разрушить всё, что у нас есть! — Чимин, — тихо сказал Чонгук, который до этого молча наблюдал за происходящим. Его голос был спокойным, но в глазах читалась тревога. — Может, стоит выслушать её? — Ты тоже на её стороне? — Чимин обернулся к нему, глаза горели. — Я не на чьей-то стороне, — ответил Чонгук, избегая его взгляда. — Просто... я знаю, что у тебя есть брат. И его зовут Чи Джун. Тишина. Чимин замер, словно его ударили. — Откуда... — начал он, но резко оборвал фразу. — Ты сам как-то упоминал, — сказал Чонгук, но в его голосе слышалась неуверенность. — Я просто... не думал, что это важно. — Вот видите! — Чимин резко развернулся к остальным. — Она просто подслушала! — Но почему она вообще знает про твоего брата? — спросил Намджун, его голос звучал холодно. — Я не знаю! — Чимин закричал, его голос сорвался. — Может, она шпионит за нами! — Чимин, — Тэхён снова попытался вмешаться, но Чимин оттолкнул его. — Хватит! — он резко шагнул к двери. — Я не буду это слушать. — Чимин, подожди! — крикнул Чонгук, но тот уже выскочил за дверь, хлопнув ею так, что стены задрожали. Пак вышел на улицу, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. Он оглянулся, убедившись, что за ним никто не следит, и быстро набрал номер на телефоне. — Это я, — прошептал он, когда на другом конце линии ответили. — Они начинают подозревать. — Тогда действуй быстрее, — ответил холодный голос. — Или твой брат заплатит за твои ошибки. Чимин сглотнул, чувствуя, как страх сжимает горло. — Я сделаю всё, что нужно, — прошептал он и отключил звонок. А за его спиной, в тени, мелькнула чья-то фигура. СоХи, всё ещё стоя в коридоре, услышала звук захлопнувшейся двери, как будто кто-то ударил её по лицу. У неё подкосились ноги, и она медленно прислонилась к стене, пытаясь собраться с мыслями. Она знала, что этот момент был неизбежен, но всё равно не была готова к тому, что он наступит настолько быстро. Пак Чимин ушёл, но его слова всё ещё звенели в её ушах, как ядовитые стрелы.

***

Чимин стоял посреди пустой улицы, чувствуя, как холодный ветер пробирается сквозь тонкую ткань его куртки. Телефон в его руке уже остыл после звонка, но напряжение не отпускало. Глубокий вдох, медленный выдох — ничего не помогало. Внутри всё кипело от гнева, страха и... бессилия. Голос Хан Тэ Сока всё ещё звучал у него в ушах, холодный и безжалостный. Он закрыл глаза, пытаясь заглушить внутренний хаос, но воспоминания нахлынули, как волна, смывая всё на своём пути. Ночь была безлунной, и фонари вдоль дороги мигали, словно подмигивая его отчаянию. Он стоял, прислонившись к холодной кирпичной стене какого-то заброшенного здания, и смотрел на свои дрожащие руки. Телефон в кармане казался свинцовым грузом, напоминанием о том, что он больше не принадлежит себе. Каждый шаг, каждый выбор — всё это больше не было его решением.

Flashback

Это началось несколько месяцев назад. Чимин тогда ещё не знал, что его младший брат, Чи Джун, попал в беду. Они всегда были близки, несмотря на разницу в возрасте. Чи Джун — весёлый, жизнерадостный парень, который мечтал стать музыкантом, как его старший брат. Но что-то пошло не так. Пак помнил тот день, когда Чи Джун позвонил ему поздно ночью. Его голос дрожал, слова путались. — Хён... мне нужна помощь, — прошептал он. — Что случилось? — Чимин сразу насторожился. — Я... я связался не с теми людьми. Они... они подставили меня. Чимин почувствовал, как сердце ушло в пятки. — Что ты натворил? — спросил он, стараясь сохранять спокойствие. — Я... я хотел острых ощущений, понимаешь? И мне предложили кое-какие таблетки. Это была глупость, я знаю, но... теперь они говорят, что я должен им деньги. Они предложили мне работу, пока я не выплачу долг. А если я не заплачу... Чимин сжал кулаки. Он знал, что такие истории редко заканчиваются хорошо. — Сколько? — спросил он, уже представляя, как будет объяснять это агентству. — Слишком много, — Чи Джун заплакал. — Хён, я не знаю, что делать... Чимин закрыл глаза, чувствуя, как его мир рушится. Он не мог позволить, чтобы его брат пострадал. Но и рассказать обо всём агентству он тоже не мог. Это поставило бы под угрозу не только его карьеру, но и всю группу. — Я помогу тебе, — пообещал он. — Скажи что нашёл деньги. Но ты должен бросить это. Слышишь? Никаких больше глупостей. — Обещаю, — прошептал Чи Джун. Но обещания оказались пустыми словами. Через несколько недель Чи Джун снова позвонил. На этот раз он был в отчаянии. — Хён, они... они снова подставили меня. Меня арестовали. Чимин почувствовал, как земля уходит из-под ног. — Что? Как? — Они подбросили мне наркотики. Я не знаю, что делать... Чимин бросил всё и помчался в полицейский участок. Но там ему сказали, что дело серьёзное, и освободить Чи Джуна будет непросто. Когда компания объявила о планах создания благотворительного проекта для детей из неблагополучных семей, Пак Чимин был первым, кто предложил идею. Он хотел, чтобы другие дети не попадали в такие ситуации, как его брат. Это было его личной миссией — спасти хотя бы кого-то, если уж не получилось уберечь собственного брата. Проект шёл хорошо до определённого момента, пока на него не вышел Хан Тэ Сок — влиятельный чиновник, который якобы поддерживал инициативу. Чимин помнил, как впервые встретился с ним. Тот выглядел доброжелательным, почти отцовским. — Я слышал, у вас проблемы, — сказал Хан Тэ Сок, улыбаясь. — Может, я смогу помочь? Чимин насторожился, но отчаяние заставило его слушать. — О чём вы? — нахмурился Пак, чувствуя, как внутри всё холодеет. — Ваш брат... его дело можно уладить. Но для этого мне нужно кое-что взамен. — Что? — Чимин почувствовал, как по спине пробежали мурашки. — Проект вашей группы... благотворительный. Он может помешать моим планам на этот месяц. Если вы поможете мне его... немного задержать, я постараюсь позаботиться о вашем брате. Чимин замер. Он знал, что это неправильно. Но мысли о Чи Джуне, который сидел в тюрьме, не давали ему покоя. — Я... я не могу, — прошептал он. — Тогда ваш брат останется там надолго, — холодно сказал Хан Тэ Сок. — И кто знает, что с ним может случиться... Чимин сжал кулаки, чувствуя, как страх сжимает горло. — Я... можно мне подумать? Но думать было некогда. Буквально через несколько дней, Хан Тэ Сок начал давить. Сначала это были мелкие просьбы: перенести встречу, затянуть переговоры. Дальше больше, он заставлял передавать информацию о всех передвижениях группы. Чимин чувствовал, как его затягивает в воронку, но остановиться уже не мог. А потом Чимин узнал ужасную правду. Человек, который пытался напасть на Тэхёна в кафе, был подослан Ханом Тэ Соком. Это не было случайностью. Чиновник решил прибегнуть к грязным методам, когда понял, что Пак больше не справляется с задачей. Чимин сжал телефон так, что костяшки пальцев побелели. Он помнил, как увидел новости о нападении в кафе. Его сердце сжалось от ужаса. Он знал, что это не случайность. Как потом придя на базу, услышал всё от самого Тэхёна из-за этого в их жизнь ворвалась Ким СоХи. Чимин сразу после этого связался с Хан Тэ Соком: — Скажите, что это были не вы! Не ваши люди были в том грёбаном кафе и чуть не напали на Тэхёна! — крикнул он Хан Тэ Соку, когда тот ответил на звонок. — Я обещал помочь вашему брату, — холодно ответил чиновник. — А как я это сделаю — моё дело. — Но Тэхён... — Тэхён жив, не так ли? — перебил его Хан Тэ Сок. — Так что не переживайте. И помните: если вы попытаетесь выйти из игры, ваш брат заплатит за это. Я сделаю так, что его обвинят в распространении наркотиков. Думаешь, ему это сойдёт с рук? Чимин почувствовал, как мир вокруг него рушится. Он не мог рассказать группе. Они бы не поняли. Они бы все отвернулись от него.

End Flashback

Чимин опустился на корточки, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Он не хотел этого. Он никогда не хотел, чтобы кто-то пострадал. Он просто хотел вытащить своего брата. А теперь ещё авария Джина... Чимин не сомневался — это тоже дело рук Хана Тэ Сока. Но теперь Пак был связан по рукам и ногам. Единственная надежда на спасение Чи Джуна зависела от этого грязного чиновника. — Что я наделал... — прошептал он, сжимая голову руками. Его голос растворился в шуме ветра, который гнал по улице обрывки листьев и мусор. Он чувствовал себя марионеткой, чьи нити были в руках человека, которого он ненавидел всем сердцем. Но выбора не было — или он думал, что его нет. Слёзы жгли глаза, но он сдерживал их, стиснув зубы так сильно, что заныла челюсть. Сейчас пути назад уже не было. Хан Тэ Сок держал его в ежовых рукавицах, и Чимин знал, что следующий шаг будет ещё страшнее. В его голове крутились слова СоХи: “Ты работаешь на того чиновника! Твой брат...” Она знала. Но откуда? Чимин понимал, что сейчас стоит на краю пропасти. Один неверный шаг — и всё рухнет. Группа, проект, его брат — всё будет уничтожено. Он поднялся, чувствуя, как тяжесть вины давит на плечи. Ему нужно было что-то делать. Но что? В этот момент его телефон снова завибрировал. Чимин вздрогнул, увидев сообщение: «Не забудь: завтрашнее собрание должно быть сорвано любым способом. Или это сделаю я». Он сжал телефон, чувствуя, как страх и отчаяние смыкаются вокруг него. — Я не могу... — прошептал он. Но он знал, что у него нет выбора. Его взгляд упал на экран телефона, где светились слова, словно приговор. Он чувствовал себя загнанным зверем, окружённым охотниками. Каждый вдох давался с трудом, словно воздух стал густым и липким. Он знал, что завтра станет точкой невозврата, но не мог найти в себе силы сопротивляться. Пока не мог.

***

Тем временем в комнате повисла тяжёлая тишина. СоХи опустила голову, чувствуя, как на неё смотрят. — Ну что, — Хосок наконец нарушил молчание, — теперь у нас есть два варианта: либо Чимин действительно что-то скрывает, либо СоХи — гениальный засланный манипулятор. — Хосок, — Намджун прикрыл глаза, будто молясь о терпении. — Я просто говорю, как есть, — Хосок пожал плечами. — Но если честно, я больше склоняюсь к первому варианту. Чимин последнее время ведёт себя как-то... странно. — А ты, СоХи, — Намджун повернулся к ней, — откуда ты вообще знаешь всё это? Она замерла, чувствуя, как все взгляды устремляются на неё. — Я... — она замялась, понимая, что не может сказать правду. — Она пытается помочь, — вмешался Тэхён, шагнув вперёд. — И я верю ей. — Ты веришь ей, потому что она тебе нравится, — холодно сказал Намджун. — Нет, — Тэхён посмотрел ему прямо в глаза. — Я верю ей, потому что вижу, что Чимин скрывает что-то. И ты тоже это видишь. Намджун нахмурился, но не стал спорить. — А если она врёт... — Она не врёт, — тихо сказал Чонгук. — Я... я тоже верю ей. Все обернулись к нему, удивлённые. — Почему? — спросил Юнги, впервые заговорив. — Потому что... — Чонгук замялся, избегая взглядов. — Потому что я знаю, что Чимин изменился. И я боюсь, что она права. Тишина. СоХи почувствовала, как напряжение в комнате нарастает. — Ладно, — наконец сказал Намджун. — Но пока у нас нет доказательств, мы не можем никого обвинять. — А что, если доказательства есть? — тихо спросила СоХи. Все обернулись к ней. — Что ты имеешь в виду? — спросил Тэхён. — Я... — она замялась, но потом твёрдо посмотрела на них. — Я знаю, где искать правду. — И где? — Намджун нахмурился. — У Хан Тэ Сока, — ответила она. В комнате снова повисла тишина. СоХи чувствовала, как её слова повисли в воздухе, словно камни, брошенные в неподвижную воду. Она видела, как лица ребят напряглись ещё сильнее, как их взгляды стали острее. Она знала, что только что дала им ключ к разгадке, но этот ключ мог открыть дверь, за которой их ждала не просто правда, а настоящая война. Хан Тэ Сок не был типичным коррумпированным чиновником, жаждущим только денег. Для него власть была не целью, а инструментом — способом удерживать мир в рамках, которые он считал правильными. Он видел в BTS не просто звёзд, а символ хаоса: молодёжь, которая ломает правила, обходит систему, вдохновляет миллионы на неподконтрольные ему идеи. Их благотворительный фонд, с его миллионами и независимостью, угрожал его влиянию в администрации, где он годами выстраивал сеть лояльных людей и подконтрольных бюджетов. Использовать Чимина было не просто уловкой — это был расчёт, проверка того, как далеко он может зайти, манипулируя слабостями других. В его кабинете висела карта города с отмеченными зонами влияния, и он часто говорил своим подчинённым: "Порядок требует жертв." Для Хана BTS были не врагами, а ошибкой системы, которую он должен исправить, даже если это означало сломать их жизни.