Осознание во сне...

      Шедоу вернулся на колонию АРК. Там всë так же пусто, одиноко и холодно. Он пусть и совершенная форма жизни, но изменения окружающей среды он способен почувствовать, хотя это конечно не так явно как у других существ.       Он вновь сел на кровать, стоявшую напротив панорамного окна на противоположной стене, опëр локти о колени и свесил голову вниз. Про себя он иногда думал, что если бы был таким же смертным, то возможно начал бы курить, чтобы найти в этом некоторую отдушину.       Ëж поднял голову, наблюдая за медленно изменяющимся рисунком облаков на поверхности Земли. Захватывающе если так подумать. Что-то столь массивное, неповоротливое и распростëртое на километры, оказывается так быстро меняется, теряет форму и обретает вновь. С этой мыслью он откинулся назад, поворачиваясь, и оказываясь на кровати в полный рост.       - Может сон поможет вернуть адекватность в мысли?       Физически, тело ежа не нуждалось во сне, так же как человеческое. Ведь в его жилах текла кровь сложнейших существ во вселенных, способных к наиболее быстрой регенерации. Но за то время, которое он провёл с Марией, он приучил себя ко сну, символизирующему отдых тела. Всë таки то что он не нуждался во сне как в источнике сил, не значит что он не мог спать вообще. Шедоу закрыл глаза, и скоро провалился в глубокий сон.

***

      Станция АРК. Главная комната, где все стены покрыты большими иллюминаторными стëклами.       У одного из таких окон стоит девушка невысокого роста. У неë золотые волосы, практически отражающие всë вокруг. Голубое платье, в тон к нему синие балетки и ободок, отделяющий пряди чëлки от основной копны волос. Она свела руки за спиной, любуясь видом. Шедоу стоит за еë спиной. Он подходит на один уровень с ней, и также устремляет взгляд на планету в иллюминаторе.       - Красиво, да Шедоу? -не двигаясь с места спрашивает Мария.       - Да...       - Ты ведь знаешь, что меня уже нет? - спрашивает она так, будто ëж не видел своими глазами, как пуля солдата лишает еë жизни.       - Знаю. - сухо отвечает он       - Ты ведь живëшь дальше, как я и хотела?       - Я стараюсь. Ради Нас.       - Рада слышать...       Они замолкают, продолжая изучать изменения поверхности. Те самые облака. Они вновь меняются так легко, будто Творец создал их из снега или ваты.       - Шедоу, я должна сказать. Раз ты живëшь дальше, я больше не могу быть единственной главной звездой твоего пути.       - О чëм ты? - с непонимаем, он поворачивается к ней.       Еë лицо холодное, безжизненное. Таким оно не было даже во время последнего вторжения G.U.N. , вернее даже сказать - оно никогда таким не было. Взгляд, такой спокойный и равнодушный, лишëнный блеска, смотрит куда то, кажется, сквозь Землю. Она не двигается с места, даже поза еë абсолютно не изменилась.       - Ты постоянно возносил меня на первое место, я была твоей целью, твоей опорой, твоим смыслом, твой одержимостью. Но я была, и меня больше нет, а значит я не могу оставаться твоим главным смыслом.       - Нет, Нет. Это глупости, Мария! Ты всегда со мной! - затараторил ëж, попытавшись ухватить Марию за руку, но вместо этого, просто провëл рукой по воздуху.       Девушка развернулась и медленно начала идти в другую часть большого зала. Она шла медленно, будто плыла. Сделав несколько шагов, она остановилась, и обернулась, искренне улыбаясь.       - Я всегда буду с тобой, но я больше не могу быть ведущим смыслом. Я уверена, она займëт главный пост лучшим образом... Девушка отвернулась и продолжила идти, казалось бы ещё медленне, но теперь с каждым шагом, еë тело становилось прозрачнее и прозрачнее.       -Мария! Стой, не оставляй меня! МАРИЯ!       Тело ежа его не слушалось, а ролики будто увязли в болоте, и не хотели сдвигаться ни на миллиметр. А она уходила. Не останавливаясь.       -МАРИИИИЯЯЯЯЯЯ!       Он был безутешен. Голос надрывался от крика. Сквозь неë стало видно космос, просочившийся через противоположные иллюминаторы. На месте сердца сияла самая яркая звезда, которая лишь была видна человеческому глазу. Казалось, за еë спиной проглядывала пара белых крыльев, сложенных на спине. И вот шаг, ещё шаг. Последний. Силуэт исчез.       Шедоу падает на колени охватывая себя руками. Ему хочется плакать от боли, пойти за ней, туда, где бы это не было. Вдруг чья-то рука касается его подбородока, и поднимает голову вверх.       -Шедоу, как ты себя чувствуешь? Эми Роуз наклонилась, и заглянула ежу в глаза. Еë собственные расширенны, и стараются изучить его. Изумруды... В свете приборов они отливают ярче чем солнечные камни.       - Я... -слова никак не идут совершенному в голову.       В то время как розовая садится перед ним на колени, и прикладывая свою руку к его щеке смотрит прямо в глаза с такой невероятной нежностью и заботой.       - Я буду с тобой, ты не один... Ласковый шëпот успокаивает ежа. Он перестаëт трястись, и наконец-то выдыхает. Спокойствие, умиротворение...

***

      Именно с таким ощущением, совершенный открывает глаза. Нет ни Эми, ни Марии. Он все так же в своей комнате. Земля повëрнута практически противоположной стороной, а значит он проспал весьма не мало времени. Он посмотрел на экран телефона, время которого было сверено с временем в Нью-Йорке. 7:03. Время вставать. Но что же за сон это был?       В попытках осознать, Шедоу прокручивал события сна по новой. И вдруг, на моменте исчезновения Марии и появления Эми, он с ужасом наконец-то осознал. Его дорогая сестра - Мария Роботник, больше не вызывала у него чувств. Хотя раньше лишь мысли о ней, делали его мягче и человечней. Сейчас же его таким делают мысли о Роуз. Стоило лишь вспомнить ежиху, как его сердце забилось чаще. Осознать такое было сложно, но теперь его смыслом как и во сне, была не Мари, а Эми...