Часть 1

-Оля!-крикнул Рыков и тут же подбежал к жене,-Вот вы где! Она сунула ему в руки дочь. Страх окутывал сейчас не столько за себя, сколько за маленькую девочку, такую желанную ими много лет. Не успев понять, что именно происходит, услышала только выстрел, за ним и второй. Первый-в нее. Ольга постепенно начала падать на руку мужа, не сводя с него своих глаз, в которых тот отчетливо читал страх и ужас. Подоспевший вскоре Кулыгин забрал громко плачущую крестницу, которую так трепетно, будто в последний раз, зацеловывала сидящая на полу Оля, и быстро понес к Рае в безопасное место. Видеть начальницу, близкую подругу, в таком виде было страшно и ужасно больно. Понимал, что должен остаться и помочь, разобраться, что произошло, но явно не с Алиной на руках. -Паш, все нормально, он не попал,-тихо, но уверенно снова врала, не совсем понимая зачем. Привычка говорить, что все хорошо, даже когда все совсем наоборот. -Конечно, не попал, я тоже уверен, что все хорошо,-отодвинул от стены, увидя окровавленный халат слева на спине, что-то больно защемило у самого. Отчет о том, что делал, себе не отдавал, просто как-то рефлекторно вместе с Арашем: пластырь, давление, сатурация... Показатели не радовали совсем, как и вид Ольги. Не ощутив по началу боли от шока, сейчас ей стало плохо до такой степени, что трясло. -Сейчас, Олюшка, сделаем тебе обезболивающее...-держа в трясущихся руках шприц, слышал истошное рычание жены, которой вновь нужно бороться за жизнь. Пыталась говорить, отшучиваться, хрипло и жадно хватая воздух, заставляя Пашу еще больше содрогаться. Под руку что-то говорил Араш, но Рыков не слушал, хотя сам понимал - ситуация критическая, у них остались минуты. -Паш, я так тебя люблю. Никогда не думала, что кого-то смогу полюбить так сильно. Спасибо тебе за все, что ты делал...-обессиленно, почти переходя на шепот, слабо держа его руку, - У Алинки такой классный папа... который всегда будет рядом,-в голове беспорядочно прокручивались воспоминания с самого начала их отношений. Не понимала, как смогла полюбить его так сильно, как смогли пройти все тернии, оставаясь вместе, как решилась родить ребенка. Не понимала как, но осознавала одно- ужасно сильно любила. Боялась потерять его и потеряться самой, неизбежность последнего пришлось принять быстро, сейчас. -Да у нее и мама так-то огонь!-улыбчиво, как всегда, хотя в глазах стояли слезы. Поцеловал ее сухие губы, убрав черные волосы с мокрого лица, -Самая лучшая мама Оля, которую я обожаю! -Я устала, Паш... -Знаю, Олечка, знаю,- целовал ее нежную руку, не сводя своих глаз с ее, впервые таких уставших и стеклянных. Безуспешно пытался не показывать своих слез и страха, больше даже вселяя надежду в себя, что она будет жить. Знал, что без нее не сможет,- Борись, Оль! Ради Алины. Ради нас. Я же тебя знаю, Арефьева, ты нам всем еще тут устроишь! У нас с тобой еще знаешь сколько всего впереди!? В ответ она лишь смотрела на него, пытаясь хоть немного улыбнуться. Видела его с каждым мгновением все хуже, сил почти не осталось. Понимала: последнее, что она может сделать - засыпать в его объятиях, как делала это всегда. -Мне страшно, обними меня...-почти по слогам выдавила из себя. Рыков сразу же пустил руку по напряженной нежной шее, пряча пальцы где-то в волосах на затылке. Ранее не слыша от нее и подобного, понимал, что это конец. Слабая, бледная, измученная Ольга все больше обмякала в его крепких объятиях. -Паша, она сознание потеряла!-протараторил Араш, возвращая Пашу к ситуации. Пока напарник что-то твердил про отсутствие времени на интубирование и необходимости стационара, по коридору подстанции разнесся писк. Писк, поставивший точку в жизнях Рыковых. -Асистолия...-растерянно, тихо, почти прошептал. -Надо качать, Паш! -Нельзя качать. Ничего нельзя... У нее рана в сердце,-что делать дальше не знал и не понимал, да и делать было уже нечего. Что-то внутри заставило кричать. На руках держал свою Олю, все еще как будто немного улыбающуюся. Притянул к себе, крепко держа все ее окончательно ослабшее тело, шептал ей что-то в шею, пытаясь пробудить и оставляя горячие следы на ключицах от своего дыхания и слез. -Олька...