Часть 4

      «Дыши», — напомнил он себе, стоя неподвижно, с тяжело вздымающейся грудью и не сводя с нее глаз.       Неужели он окончательно сошел с ума? Или она? В один момент она целовала его со страстью и преданностью, не уступающими его собственным, запустив руку в его темные волосы, стонала ему в ухо, а в следующий момент она уже давала ему пощечину.       Или все было по-другому: в одну минуту он застал ее в самый интимный момент, а в следующую уже насиловал ее, прижимая к стене, против ее воли...?       Он взглянул на нее и увидел как Кейт подняла руку, чтобы прикрыть открытый рот, словно потрясенная собственным поведением. Она одарила Джека ошеломленным взглядом, когда он со вздохом опустил голову.       - Мне жаль, Кейт, - он снова поднял глаза, прикусил губу и слегка покачал головой. - Я... не знаю, что на меня нашло. Мне жаль.       Он говорил тихо, чувствуя подспудное отвращение к себе, несмотря на волнение.       - Это больше никогда не повторится. Обещаю.       Сделав еще два шага назад, Джек поднял руки в обезоруживающем жесте. Он повернулся и побрел в безмятежный пейзаж главного зала, пытаясь избавиться от неприятного впечатления от безжизненных сооружений, наблюдавших за ними.       Что с ним не так? Он же взрослый человек, ради всего святого, а не сумасшедший похотливый подросток, чтобы так себя вести. Его медицинские знания должны были научить его лучше разбираться в гормонах и их силе, а не использовать их как определяющий фактор в жизни.       Еще… ...он был всего лишь человеком, не застрахованным от тоски, которую пробудила в нем Кейт. Даже если отказывался это признать.       Что-то не так с ней? Неужели она не может решить, чего хочет? Он задавался вопросом, снова мысленно казнив себя: он не имел права винить ее за то, что она прекратила это, когда ей хотелось. Он не имел на нее вообще никаких прав. Может быть, в тот момент безумия он проигнорировал ее мольбы остановиться? Может, он их не услышал? Где он перешел черту?       Чувствуя себя совершенно измотанным, Джек рухнул в кресло за компьютерным столом, подперев лоб левой ладонью, мысленно пытаясь оказаться как можно дальше от нее.       - Тебе не следует оставаться одной на смене, Кейт, — тупо предложил он. Я останусь здесь, тебе лучше уйти.       Ему еще предстояло осознать, что его разочарование коренится в простой невозможности снять подавляющее сексуальное напряжение, а может быть, и в отверженности или ревности. Это чувство было глубже, оно затрагивало его давно забытую потребность полностью принадлежать женщине и принимать ее так же всецело, и Кейт, казалось, обладала сверхъестественным даром пробуждать эту потребность.       Услышав какой-то шаркающий звук, он понял, что она куда-то двигается. Подойдя к столу, за которым он так и остался сидеть, сгорбившись, он с удивлением заметил, что перед ним появились две ступни в носках. Он уставился на них, смотря в пол.       - Нет, Джек. Мне жаль. - Что именно звучало теперь в ее тихом голосе? Сожаление? Печаль?       - Джек…       Ее Рука едва заметно коснулась его напряженного плеча и нерешительно на нем остановилась.       - Посмотри на меня, - просила она, но в ответ он лишь покачал головой.       - Кейт, ты права, я это заслужил.       Взгляд его был устремлен в пол, затем он перевел его на подергивающиеся пальцы ног в разных носках. Он нашел это душераздирающе милым.       - Просто иди, ладно?       Джек наблюдал, как ноги немного переместились, и услышал, как она выдохнула. Порыв воздуха и секунды спустя он увидел гору из ткани, падающей на пол. Ошеломленный, он поднял голову и увидел, что Кейт сняла верхнюю часть своей одежды и продолжала возиться с молнией на брюках. Его сердце пропустило удар при мысли о том, что ее голый живот находится всего в нескольких дюймах от его рта.       - Что ты делаешь, Кейт?       Десятки возможных вариантов проносились в его встревоженном уме со скоростью света. Зачем она раскачивала его на этих эмоциональных качелях? Ему не нужен был хаос в голове, в сердце, вдобавок к тому хаосу, в который они все попали, вместе с обломками самолета. Он не мог позволить себе быть введенным в заблуждение в лабиринте ее прихотей и пустых обещаний, не потеряв остатки своего здравомыслия. Но, Боже, как же он хотел ей верить.       - Я просто была так... смущена и расстроена. Что ты увидел... Мне жаль, Джек. Я бы хотела вернуть свои слова обратно.       Она сказала это едва слышным шепотом, пока ее пальцы легко приземлились на его бицепс, неточно прочерчивая чернильный узор. Девушка расстегнула молнию на брюках, которые быстро присоединились к ее верху в своем падении. В какую же жестокую игру она играет, горько подумал он.       - Ты думаешь, мы могли бы…? - спросила она.       Его сила воли не помогла ему оторвать взгляд от того, как она расстегнула бюстгальтер и сняла его. Джек не двигался, наблюдая, как она раздевается перед ним, пока девушка не осталась только в трусиках, стоя между его колен, но так и не коснувшись его. Его глаза скользнули по персиковым полоскам ее гибкой кожи, отмечая мягкие изгибы ее бедер, переходящих в ее упругий живот. Изгиб ее бедер переходящий в тонкую талию, ее застенчивые груди в идеальном равновесии с гибкими руками. Его глаза путешествовали по ее животу, к ее нежной шее, и обратно, на веснушчатую кожу чуть выше левой груди, где он мог видеть крошечные трепетания ее сердцебиения. Он опустил глаза, чтобы бросить взгляд на бежевую ткань, которая, как он знал, скрывала для него самые сладкие секреты.       - Джек?       Он подчинился и, подняв глаза, увидел крошечную робкую улыбку и ласковый огонек в ее зеленых глазах. И он заблудился, заблудился в обещании, которое оно содержало, заблудился в молчаливой клятве самому себе, заблудился в огне, который поклялся очистить его и согреть, а не уничтожить.       В поющей тишине, которая усиливала каждый вдох, Джек поднял руки, чтобы положить их по бокам ее талии. Кремовая кожа ощущалась как замша, он подумал, очарованный контрастом цвета и текстуры его некогда утонченных рук на ее гладком животе. Он переместил их к ней спереди и обхватил ее спину, нащупывая позвоночник, запоминая впадины поясницы, затем провел большими пальцами по обе стороны от ее пупка. Наклонившись, словно влекомый гравитацией, он сократил расстояние и встретил ее пупок губами, рефлекторно обведя его языком, пробуя соль ее пота.       Джек отстранился и почувствовал, как она забирается к нему на колени, поднимая каждую ногу выше и выше. Девушка села, обхватив его ногами, почти голая, в то время как Джек все еще был полностью одет.       Она казалась довольной, счастливой, взволнованной, заметил он это с изумлением, невольно любуясь ее легкой улыбкой и завитыми ресницами.       Она поцеловала его. Медленно, чувственно, тщательно изучая каждый уголок его рта, очерчивая его форму своим властным языком. Он услышал свой собственный низкий стон, когда ее пальцы поднялись с затылка, слегка проведя по его коротким волосам, а ее язык метнулся к мочке уха. Джек не думал, что он станет еще тверже, но когда она импульсивно прижала свой таз к его паху, болезненное наслаждение доказало его неправоту.       - Что ты делаешь, Кейт? — его голос был приглушен глубоким поцелуем. Он должен был убедиться, что она в здравом уме.       Свет от настольной лампы, струящийся сквозь ее волосы, придавал ей почти ангельский вид. Он не хотел ничего, кроме как довериться ей, впустить ее, взять ее и сделать ее своей женщиной, своим партнером, освободить себя, найдя в ней утешение. Руки Джека нерешительно скользили вверх по ее бедрам и бокам.       - Ты снова собираешься меня ударить?       - Мне жаль.       Она выдохнула между поцелуями, покачав головой у его брови. Он почувствовал, как она немного отстранилась, и увидел, как она пристально смотрит ему в глаза. Джек никогда раньше не видел, чтобы женщина смотрела на него таким образом. Внезапно осознавая каждый удар сердца, он узнал значение фразы, которая, как он думал, принадлежала трэш-романам: «Их нерожденные дети жили в ее глазах».       - Я хочу тебя, — прошептала она с тоской, удерживая его взгляд.       - Боже...       С этими словами Джек снова позволил себе потеряться в ощущениях, которые излучало ее теплое тело, позволил себе полностью сосредоточиться на ней, притягивая ее ближе, прижимая ее крепче, открывая для себя текстуру и вкус ее кожи по ее нежной шее, по ее упругой груди, по ее подтянутому животу, вдыхая ее неповторимый аромат, который делал ее Кейт.       Он покусывал ее ключицу и слегка ущипнул напряженный сосок, одновременно прижимая ее ягодицы к своим бедрам другой рукой, вызывая стон и решив слышать его снова и снова, снова и снова.       Кейт удалось избавить его от рубашки, и теперь она терлась о его грудь, плотно прижавшись к нему. Ее пах он ощутил на своей твердой эрекции, сдерживаемой джинсами.       Джек ахнул, когда почувствовал, как ее пальцы впились в мышцы его плеч. Он быстро поднимался высоко на самую вершину этого сводящего с ума желания, чтобы наконец-то заполучить ее, узнать ее изнутри и снаружи, как никто другой здесь не знал, попробовать каждый ее дюйм, выпить ее, кусать ее и успокаивать ее, услышать его имя на ее губах в оцепенении похоти. Он хотел, чтобы она умоляла его, а он удовлетворил бы ее, взяв ее всеми возможными способами. Так он и сделал.       Прокладывая путь поцелуями вниз от ее протестующих губ, слегка царапая ее шею своей щетиной, нетерпеливо покусывая ее ключицу, Джек наклонил ее назад, чтобы сомкнуть рот на одном из ожидающих сосков, посасывая его, перекатывая во рту — о, как он мечтал об этом в те беспокойные ночи! — и одновременно потирая ладонью другой, заставляя Кейт извиваться, хныкать и задыхаться, когда она держалась за его сильные плечи и продолжала двигать бедрами навстречу его пульсирующему члену.       Она, только она могла утолить желание, только Кейт могла потушить огонь, одновременно разжигая его. Он не мог выдержать большего, подумал он, снова целуя ее сочные губы и скользя рукой вниз, чтобы намеренно подразнить ее, поглаживая ее через ткань нижнего белья. Она выгнулась назад, предоставляя ему лучший доступ, и аромат ее потребности , как муссон, заставил его голову кружиться от чистой плотской похоти.       - Кейт, ты вся влажная, — выдохнул он ей в ухо. Тонкая ткань ее белья промокла насквозь. Он изо всех сил старался не поддаваться этой мысли, зарывшись лицом в ее волосы и закрыв глаза.       Кейт ахнула и задрожала, когда он просунул руку за пояс, медленно и легко касаясь ее, скользя пальцами вверх и вниз по ее холмику и по краю внутренней стороны бедра.       - Джек, пожалуйста… — она выгнулась к нему в безмолвной мольбе, невольно сжав ногами его обтянутые джинсами бедра. Он ухмыльнулся ей в щеку и поцеловал уголок ее рта, просунув один проворный палец в ее мокрые складки, мучительно медленно потирая его вокруг ее отверстия и возвращаясь к ноющему клитору. Кейт, казалось, с раздражением приблизила губы к изгибу его шеи и впилась губами в его загорелую кожу.       - Я видела тебя , Джек.       Она застонала, задыхаясь, как раз когда его неутомимая искусная рука задала ритм растирания, надавливая на ее горячую сердцевину, как раз в тот момент, когда он окунул кончик пальца в ее отверстие, заставив ее крепче сжать объятия на его плечах. Теперь настала его очередь напрячься.       - В душе, Джек. Я видела тебя…       Она выдохнула, его пальцы ощущались сильнее, сжимая ее крепче. Он подумал, что мог бы перевернуть ее на пол прямо сейчас и трахать пока не достигнет края. Но вместо этого он спросил:       - И что ты думаешь?       Он должен был догадаться, что она могла там увидеть. Он сразу же представил, как она наблюдает за тем, как он удовлетворяет себя. Это возбуждало его еще больше. Засунув два пальца в ее горячее лоно, а затем добавив еще один, он продолжал распалять ее своей рукой, желая услышать звуки, которые она издавала.       - Я... ох... хотела... зайти к тебе...       Она задыхалась, когда основание его ладони ударило по особенно чувствительному месту. Он заметил и сделал это снова. И снова.       - Почему ты этого не сделала?       Джек чувствовал, как его член дергается в предвкушении, когда странный спазм ее внутренних мышц сдал его пальцы. Ее горячее дыхание обжигало его плечо.       - Кейт… именно так я и представлял…       Он провел языком по ее груди, не отпуская ее снизу. Джек нашел нужный темп, нужные места, о чем он мог судить по тому, как ее бедра встречали каждое его движение на полпути, как она держалась за его шею, прижимаясь к ней своей раскрасневшейся щекой, покусывая его кожу.       - Я думал о тебе... там... со мной... — он продолжал мучительно дразнить, не будучи уверенным, что выдержит это сам.       - Я хотел тебя прямо там… — он почувствовал, как ее зубы покусывают его кожу. Эта боль была сразу же уничтожена удовольствием. - Я хотел прижать тебя к стене, Кейт, — она яростно двигалась на его руке, а он продолжал двигать пальцами внутри и шептать ей на ухо непристойности. - Я бы взял тебя быстро, — он грубо поцеловал ее в линию подбородка и спросил: - Ты хочешь этого?       - Не останавливайся… - ответила она, не покидая страстный омут взаимных ощущений.       Джек резко убрал руку и крепко положил ее ей на бедро, отчего ее глаза расширились.       - Кейт, мы должны остановиться.