Как в детстве...

***

— Чтоб тебя! Чёртова баба. Да постой же! — кричал Макс, пытаясь догнать колдовку. Как только съемки закончились, Ангелина быстро ушла, не желая больше ни с кем взаимодействовать сегодня. Она была так погружена в свои мысли, что не замечала, как знакомец пытался привлечь её внимание. — Геля! Это не смешно, я тебе пацан что ли, бегать за тобой? Мужчина настиг её только на улице, когда та остановилась, чтобы вызвать такси. Она посмотрела на него с недоумением. — Зачем ты вообще за мной гоняешься? За пределами съёмок ты можешь просто игнорировать меня. Мне всё равно. Я не хочу разговаривать. — Ты обиделась из-за низкой оценки? Ну, мать, ты могла бы постараться и справиться гораздо лучше. Всё по-честному. Как ты любишь. Или уже не любишь? Он щелкнул зажигалкой и с глубоким наслаждением затянулся. Дым словно обволакивал его, придавая особую уверенность. Иногда Изосимова поражалась его наглости. Нет, ну у него точно девять жизней… Но он был чертовски хорош собой. Хоть и умудрился вывести из равновесия за несколько секунд. — Ты охренел? Ты вообще пока никак не справился. Чёртов чернокнижник. — Ладно-ладно. Только не бей. Пойдем, может, перекусим и поговорим? О работе, о нас… Колдовка нервно хохотнула и вновь метнула в него взглядом. — Какие «нас»? — холодно произнесла она, скрестив руки на груди. — Ты ведь сам не знаешь, чего хочешь. Или будешь ловить меня на словах, как в какой-то игре? Макс вздохнул, пытаясь взять себя в руки. Он не хотел ссориться, но слова уже сорвались с языка. — Как будто ты хоть раз была честной со мной! — выпалил он. — Каждый раз, когда я пытаюсь понять тебя, закрываешься. Ангелина встала на шаг ближе, её глаза сверкнули. — Понять? Мой друг, когда я хотела диалога, ты послал меня… С рукавов скинул и слушать не стал. — С тех пор многое изменилось. Думаю, мы по-другому смотрим на прошлое. Мы оба виноваты, и у нас есть шанс всё исправить. Поехали. Можем завалиться где-нибудь в центре или вернуться в гостиницу. Ты, я, виски… Подвезу тебя, пока ты думаешь. — Хорошо. Подвезёшь, но не более. Я не хочу снова погружаться в ностальгию. У нас много работы. Я не позволю тебе сбивать меня с толку. — Если ты думаешь, что мне легко, то ты ошибаешься. Я знаю, что между нами что-то есть, — продолжил он, стараясь сохранить спокойствие. — Но ты упорно закрываешься. Постепенно мне кажется, что это бездействие просто разрушает нас обоих. У нас всегда была особая связь, и дело не только в общем ремесле, которому я тебя обучал. — Обучал? Мы вместе учились друг у друга, Макс! Я дала тебе знаний ровно столько же. — Верно, — согласился колдун, — но многие вещи я мог бы сделать иначе. Я бы хотел, чтобы у нас была возможность начать всё сначала, без ошибок и недопонимания… Ну что, Ангелина Юрьевна, может, как в детстве? — нарочито вытянув мизинец, произнес Левин. Питерская колдовка не могла удержаться от смеха. Что за детский сад? Она прекрасно понимала, что игривая попытка примирения вряд ли повлияет на их ситуацию, но не могла избавиться от ощущения искренности в этом жесте. — Смелее, бабонька! — подмигнул Макс. — Зараза какая! Ангелина посмотрела на его мизинец, а затем на него. Пора заканчивать эту войну. Она коснулась его мизинца своим, создав, тонкую нить примирения между ними. А теперь можно и в гостиницу. Вечер обещает быть… Томным.