Глава 3. "Мышонок-воришка узнал страшную тайну"

Ди редко снятся сны. Но сегодня он спасал Лиф от наводнения, которое сам же и устроил. Лиф кричала и звала его на помощь, но Ди поздно вспомнил о своем неумении плавать. На утро Ди строчил Лиф сообщения о том, что случайно прихватил ее ветровку – хотя, скорее девушка сама благополучно отдала ему с просьбой подержать пока она перевязывает шнурок. Вот только шнурок она завязала, а ветровку не забрала. Быть может, виной тому была ее фраза, которую она прокричала: “Ди! Это что, Микко Кивистё виднеется за кулисами?!”, и последовавшие попытки “зазумить” камеру так, чтобы убедиться в этом. Да и в хаотичном пути домой Ди думал совершенно о другом, а не о том, что тащит под мышкой одну из частей одежды Лиф. Получается, практически своровал. Ответа на многочисленные послания Ди так и не получил. Более того, до получателя они даже не доходили. Ди попробовал позвонить Лиф, но после фразы автоматического голоса “Абонент вне зоны действия сети” начал нервно покусывать губы. С другой стороны, закинуть телефон в дальнюю часть комнаты и забыть о нем на весь день – сильно в стиле Лиф, так что Ди решил прогуляться до дома девушки, чтобы узнать, все ли с ней в порядке вернуть вещь владелице.

***

Подходя ближе, Ди всматривался в окна второго этажа, надеясь увидеть силуэт Лиф. Тщетно. Может быть, девушка просто лежит на кровати, слушая музыку, и поэтому ее сложно высмотреть? Однако открывающаяся дверь заставила Ди сменить легкую улыбку на недоуменную физиономию. В проходе стоял большой… хотя нет, даже огромный мужчина. Величие мужчины заставляло удивляться, но это ощущение не было схоже с тем, когда, например, воочию знакомишься с Глэмом, ибо в таком случае люди изумлялись экстравагантностью и пестрому образу отца Ди. А этот же мужчина впечатлял своими размерами. Его буквально можно было приводить синонимом к слову “шкаф”, ведь он совсем чуть было не стукался головой об дверной косяк и чуть горбился , стоя в проходе. Интересно, часто ли вообще он ударяется? И несмотря на свою большеразмерность - это единственное, чем он мог бы похвастаться, ведь одежда на нем была абсолютно неброской. Его черты лица не были чересчур грубыми, а сам он уставился на парня карими глазами. - Э-э-э, извините, кажется, я зашел не туда, - разумеется, Ди постучался в правильный дом! Только объясняться ему не очень-то и хотелось. И как только он сделал попытку развернуться, мужчина спросил: - Ты случайно не Ди? Блондин даже незаметно вздрогнул. Голос мужчины не был громким. Его, скорее, можно было назвать спокойным, глубоким и низким, с небольшой хрипотцой. Если бы он потренировался, то спокойно мог бы сойти за диктора тревожных и трагических новостей. - Да. - Лиф рассказывала о тебе. Входи. И мужчина устало проковылял до уже знакомой кухни, усевшись за стол и приглашая Ди сделать то же самое. Он казался несколько измученным и угнетенным. - Я… я бы хотел передать это Лиф, - он приподнял ее ветровку, - она вчера забыла забрать после концерта. И несмотря на то, что Ди усиленно изучал психологию, ему было сложно считать действия и предположительный характер мужчины. С одной стороны, он выглядел спокойно, а с другой – такое спокойствие настораживало. И хотя эта невозмутимость и цепляла, тем не менее, предугадать его намерения и расположение духа было практически невозможно. - Лиф сейчас не дома, к сожалению. Как прошел концерт? Он хочет поговорить о концерте? Вероятно, он даже не слушает рок-музыку, так что Ди счел это за попытку мужчины разбавить натянутую атмосферу. - Нормально. Лиф понравилось. Тот быстро закивал, оглядывая парня с головы до ног. - Ди, я, честно говоря, даже не знаю, к кому еще обратиться. Лиф рассказывала только о тебе и… Хэви? Есть ли у нее еще друзья? - Не уверен, сэр. В школе Лиф не часто коммуницирует с людьми. Почему вы спрашиваете? - Она меня беспокоит в последнее время. Мужчина, приложив усилия, поднялся из-за стола, непринужденно открывая кухонные шкафчики, вытаскивая яркие коробочки и посуду. - Чай? - он поднял кружку. Это, скорее, было утверждением, чем вопросом, ведь не успев услышать ответ, собеседник наполнил чашку и придвинул ее ближе к металлисту. Отказывать было неудобно, особенно с учетом того, что перед ним, вероятно, сидел отец Лиф. Но уже ожидая подробностей, почему же его беспокоит Лиф, Ди ерзал на месте. Медленные движения мужчины заставляли Ди больно впиваться ногтями в деревянный стул. - Она тебе не кажется подозрительной? - В каком смысле, сэр? - Лиф часто стала пропадать на несколько часов, и я не могу до нее дозвониться. Ди вспомнил утреннюю ситуацию. - Но я и раньше никогда не ограничивал дочь в передвижениях, однако и она нередко рассказывала мне о том, как прошел ее день. В последнее время, она стала… - он поглядел в потолок, очевидно в попытках подобрать слово. - “Шифроваться”? - Да, - нехотя признал он, - и периодически путаться в своих же показаниях. - Быть может, между вами что-то произошло, и ей теперь сложно вам доверять? Мужчина молчал, роясь в воспоминаниях. - Я такого не припомню. Из-за работы у меня совершенно не хватает времени на ссоры с кем-либо. Но сегодня мой обеденный перерыв длиннее обычного, так что я захотел провести его дома. Раньше, когда я не заставал Лиф, я звонил ей и узнавал, что если она не в школе, то просто прогуливается где-нибудь в поиске вдохновения. Сейчас каникулы, но она вне зоны действия сети. Из-за недавних новостей о маньяке, мне… мне страшно за дочь, - он прикрыл глаза ладонью, будто стыдясь собственных эмоций. Внезапно его стало очень жаль. Ди наконец почувствовал, что за первичным образом амбала скрывается ранимый отец. - Поэтому мне хочется узнать хотя бы от тебя, где она может пропадать. - Честно говоря, мой сегодняшний визит случился потому что я сам не смог связаться с Лиф и надеялся встретить ее здесь. Раньше я не замечал, чтобы она могла запропаститься куда-нибудь. Мужчина коротко кивнул, смотря в пустую точку. Но такая сумасшедшая девчонка как Лиф действительно могла пойти на что-угодно-главное-опасное. Вспомнить хотя бы ее секретные вылазки на Железное Кладбище и тайный проход. Так что слова мужчины можно было принять во внимание. - Сэр, я обещаю, что попытаюсь узнать что-то. И если Лиф действительно замешана в чем-то рискованном, я даю вам слово, что смогу обезопасить ее. Отец Лиф кивнул. Он наконец сменил печаль на спокойствие, и в его глазах читалось доверие к Ди, хотя парню казалось это странным - верить пятнадцатилетнему худощавому мальчишке с вылизанной укладкой и накрашенными глазами. Он невольно выказал признание мужчине за умение правильно прочитать характер Ди. - А кофту можешь оставить у нее в комнате. Второй этаж, налево и до конца. Ди сопровождал выжидающий и несколько даже двусмысленный взгляд. Возможно, это был намек. Возможно, ее отец не хотел нарушать личные границы дочери, копаясь в ее вещах, но предоставил этот шанс Ди. В любом случае, тот не стал бы его упускать.

***

Комнату Лиф легко можно было спутать с хаосом. После быстрого осмотра, Ди уже подумывал, что мужчина просто-напросто не смог ничего найти, что могло бы дать хоть какую-то подсказку. Ди глянул на целую гору бумаг, сумбурно лежащих на столе, и подойдя к нему, быстро прошерстил рукой, приподнимая листочки, надеясь увидеть что-то ценное. Но это были лишь какие-то зарисовки, бессвязные каракули и обрывки из журналов. Ди приоткрыл шкаф с одеждой – ну а что? Вдруг ему хочется оставить ветровку там, где она должна быть! Однако каждая ее полочка выглядела образцом совершенства. Вещи были аккуратно сложены, и даже несмотря на преобладающий черный цвет ее гардероба, можно было без труда отыскать нужный предмет. На этот раз сложно было придраться, а только удивиться такому контрасту. Очевидно, Лиф была человеком настроения в вопросах уборки. Но рыться тут казалось занятием действительно очень извращенным, да и шустрый взгляд ничего не дал. Лиф точно не могла хранить тут ничего связанного с исчезновениями. И когда Ди уже было собирался разочарованно покинуть комнату, он заметил торчащий уголок фиолетового блокнота под подушкой. Ну конечно! И как он сразу не додумался? - Надеюсь, это не личный дневник, - иначе угрызений совести не избежать. Ди выдохнул. Благо, это просто тетрадка с короткими фразами и набросками. Но ведь не зря же она находится на кровати, а не со своими собратьями в той горе макулатуры! И внимание металлиста зацепила надпись: “Понедельник, двадцать седьмое, проверить местоположение номер три”, и пять восклицательных знаков рядом с ней, нарисованных кислотно-зеленым фломастером. Ди испуганно посмотрел в календарь. Сегодня понедельник. Двадцать седьмое. Но что за теория, которую Лиф нужно проверить? Пролистав дневник, Ди издал разочарованный стон. Никаких больше подсказок он не нашел. Разве что страницу с фразами: “Теория №1 - провал”, “Теория №2 - бред”. Одно стало кристально ясно - интуиция отца не подвела, и Лиф действительно что-то скрывает. И видимо что-то такое, что Ди бы не понравилось, ибо она не делилась с ним ни одной из своих странных "теорий”. - Надеюсь, ты там не травку выращиваешь подпольно, - пробормотал Ди, кивнув ветровку на кровать, положив блокнот на место и закрыв дверь комнаты снаружи. Отец Лиф, стоя у лестницы, встретил Ди с надеждой во взгляде, но заметив сосредоточенное и смущенное лицо парня, не стал ни о чем спрашивать. Они лишь обменялись телефонными номерами, и мужчина пообещал известить Ди, когда Лиф доберется до дома. И Ди сквозь задумчивость заметил, что отец Лиф имел простейший телефон, которому, вероятно, уже лет двадцать, если не больше – кнопочный и издающий неприятные пищания при наборе цифр. Ближе к вечеру Ди сначала получил короткое:

“Лиф дома. Все хорошо.”

А позже уже и сама девушка вышла в сеть. И разговаривала она так непринужденно, будто сегодня не делала ничего, что могло было угрожать ее жизни. Ее реакция даже раздражала! Хотя Ди и надеялся, что она расскажет хотя бы о чем-то, Лиф ни разу не раскололась. Но знал он совершенно точно - сегодня она делала что-то, что угрожало ее жизни.