Часть 7. План

Марго аккуратно закрыла дверь, осторожно положила сумку на стол. Глубоко вдохнула и неожиданно издала нечто среднее, между рыком и подавленным криком заставив подскочить зашедшего следом Разумовского. Олег только одними губами произнес: «Бехтиев». Беда пришла, откуда не ждали. Очередная попытка убедить ее согласиться на опеку вывела девушку из себя. Еще и вышедшая из больницы Николавна принялась проедать дыру в мозгу, упрекая в том, что своего счастья не видит. На вопрос, а что же в этом является счастьем, женщина пожала плечами и заговорила что-то про деньги и возможности. Марго в какой-то момент была готова сама раздраконить Сережу до явления Птицы, лишь бы тот закончил начатое. - Может, как с Николавной? – рыжий сжал девушку в объятиях, так как был ближе к ней. - Другая весовая категория, - Волков поскреб редкую щетину на подбородке. – Это ее можно было с лестницы уронить без особых последствий. Осталось продержаться год. Он ходит раз в три месяца, еще четыре визита пережить и все, мы свободны. - Я ему этим чаем в лицо в следующий раз плесну, - Марго все еще потряхивало. – Спасибо, что нас одних не оставили, хоть за коленки лапать не пытался, как в прошлый раз. Волк рыкнул, вставая из-за стола. Он зашел тогда как раз вовремя, чтобы сдернуть блондинку со стула и тяжелым металлическим подносом, собственностью директрисы, сломать нос мужчине. Постановку на учет большой потерей не считал, а на удар в челюсть от одного из телохранителей Бехтиева только оскалился, совсем как дикий зверь. От более серьезных последствий его спасло только вмешательство Марго и наличие в директорском кабинете единственной работающей камеры наблюдения. Инцидент замяли – стороны сошлись на том, что друг друга не поняли. «Еще бы, скандал с домогательством к несовершеннолетней ему сейчас совсем ни к чему», - это было первой цензурной репликой в том монологе, который выдал узнавший о происшествии Разумовский. Марго от любых прикосновений вздрагивала почти до следующего визита. И теперь соглашалась на разговор только в присутствии кого-то из воспитателей. А то и вовсе – без отрыва от коллектива, чуть в стороне от спортивной площадки, например. Глядя на то, как едва заметно, но все же уловимо, нервничает мужчина под хмурыми взглядами приютских, она получала чистое, ничем не замутненное удовольствие. Слухи быстро расходятся. Так что хотя бы относительно приветливым взглядом его встречали или совсем малыши, которые еще не расстались с наивностью и надеждами, или в край отмороженные единицы, согласные получить лучшую жизнь через постель. - Еще немного, Марго, еще немного, - она слабо улыбнулась, когда подошедший со спины Волков выдохнул ей эти слова в шею. - Мы уедем. В Москву, подальше от него. Я подработал, на первое время должно хватить… - Сереж, ты… ты чудо! – она повисла на рыжем. – Надо постараться поступить… Так, все, намотали сопли на кулак и вперед, готовиться к экзаменам! - Может, все же в армию? – Олег поднял глаза к потолку. Слаженное «Куда ты от нас денешься?» стало для него более чем красноречивым ответом. Марго заметно повеселела, так как будущее стало казаться менее туманным. Они продержатся этот год, а потом уедут. Уж втроем-то они справятся со всем. Они сильные.