Часть 5 Все считают, что ты - мёртв

Продолжение: Кейтлин, убитая горем, стояла и смотрела на взорванную Пилтоверскую башню совета, в которой в тот момент должна была быть ее мать. Кейтлин точно знала, судя по оглушительному взрыву, что там никого не могло остаться в живых, а если и кто-то остался, то это самое настоящее чудо.  Немного придя в себя, Кейтлин вместе с Вайолет подошли к стулу, к которому был привязан мужчина, не подававший признаков жизни. Кейтлин: Он мертв? Вай: Она в него десяток пуль всадила, не меньше, как думаешь сама? Кейтлин: Твоя сестра уничтожила совет... Там была моя мама. Вайолет встала напротив Кейтлин и, заглянув в ее глаза, полные печали, прикоснулась своим лбом к ее лбу и прошептала: Вай: Мне жаль. Экко был прав, это больше не Паудер. *"Это давно не Паудер, уже нет. Это Джинкс — моя Джинкс"— думает Силко, слушая диалог девушек.* Кейтлин: Что делать с ним? Кейтлин указала рукой в сторону Силко, который внимательно слушал всё происходящее вокруг, притворяясь мертвым. Вай: Он явно не наша забота. Нам нужно срочно уходить, скоро начнется паника. Кейтлин: Да, идём. Девушки покинули разрушенное здание завода. Когда они пропали из виду, из тени вышла Джинкс. Всё это время она пряталась в темноте разрушенного завода. Девушка не могла уйти, бросив любимого человека не похороненным. Джинкс медленно подошла к Силко и опустилась перед ним на колени. Её сердце разрывало от боли. Теперь она одна. Джинкс уничтожила всё снова. Не просто так её прозвали Проклятием — она и в самом деле приносит одни беды себе и тем, кто её любит, уничтожая всё на своём пути и оставляя позади хаос и разрушения. Джинкс шмыгнула носом. Встав с пола, она наклонилась ближе к лицу мужчины и прошептала так тихо, как будто её кто-то мог услышать: Джинкс: Я сейчас развяжу верёвки, и мы уйдём. Хорошо? Уйдем с тобой и посидим немного на берегу. Девушка начала развязывать верёвки, когда услышала кое-что…Услышанное заставило её сердце пропустить удар — она услышала еле слышное дыхание. Силко дышал: грудь тихонечко вздымалась и опускалась. Джинкс быстро сняла с него верёвки и прислонила свою голову к его груди — сердце тихо билось, ей не показалось, он живой. Джинкс: Силли? Если ты не умер, скажи что-нибудь, пожалуйста, что угодно. Прошу, скажи хоть слово, чтобы я поняла, что не совсем рехнулась. Мужчина слегка приоткрыл глаз и закрыл его обратно. Клетки в его организме быстро регенерировали, выталкивая пули из груди и затягивая раны. Отнимая все силы до единой, ему было очень больно. Джинкс: Я же убила тебя, я выстрелила… как это, Силли? Мужчина на грани слышимости недовольно простонал, и этого было достаточно для того, чтобы Джинкс точно понимала, что не сходит с ума и он действительно живой. Джинкс: Нам нужно скорее уйти отсюда, скоро начнется паника из-за взрыва… ох нет, ты что? Одинокая слеза покатилась из глаза мужчины, капая вниз на пол и оставляя маленький мокрый кружочек после себя. Джинкс осторожно приобняла его, зачесывая его выпавшие волосы из прически назад, как он всегда делал сам. Прислонившись и приподнимая его, она услышала еле различимый шепот: Силко: Джинкс… подожди. Джинкс: Прости, нам нужно уходить, пойми, у меня нет выбора. Она приподняла его на ноги, но Силко не нашел в себе сил встать сразу, поэтому начал оседать на пол. Но Джинкс не дала ему упасть, подхватив и взваливая его себе на спину, держа за руки впереди себя. Он всегда поддерживал её и не давал упасть, и теперь пришла её очередь. Силко: Скажи, почему. Джинкс сделала с ним маленький шажочек. Джинкс: Что — почему? Силко: Ты должна была выбрать её. Я тебе даже не родной, почему…? Джинкс прижалась своей щекой к его щеке и, сделав глубокий вдох, на выдохе сказала: Джинкс: Ты роднее всех, кто у меня когда-либо был. Ещё один короткий шаг вместе с мужчиной. Джинкс: Ты поддерживал, заботился, любил меня, принимал любой и никогда не бросал. Ещё несколько шагов. Джинкс: Она показала мне, что если что, то выберет не меня. Я вижу, кому я нужна и кто во мне нуждается, кто любит — это ты. Силко с каждой минутой шагал всё увереннее. Силы понемногу возвращались к нему, но было всё ещё невообразимо больно: раны горели огнём, затягиваясь и заживая. Силко: Ты и вправду превосходишь все мои ожидания. Джинкс: Ну вот теперь и ты бредишь. Они медленно шли по тёмным улицам Зауна. В городе уже началась паника, хаос заполонил улицы. Они шли медленно, передвигаясь среди паники и криков. Силко с ужасом наблюдал, как хрупкое равновесие что он поддерживал разлетелось на тысячи мельчайших кусочков.  *** Когда они уже почти дошли до бара, их встретила Севика. Увидев издалека Джинкс, несущую Силко на себе, и Силко, чья одежда вся была в крови. Женщина, подбежав к Силко с испуганными глазами, выпалила: Севика: Ты как?! О боги, тебя же изрешетили! Как ты жив вообще?! Женщина взяла Силко под руки, и идти сразу стало заметно легче, чем было с Джинкс, поскольку Севика практически полностью его тащила на себе. Джинкс: Это я, это моя вина, что он... — прошептала девушка. Силко: Севика, не смей! — прорычал мужчина. Севика: Разберемся сначала с тобой, а потом уже с этой малявкой. Они поднялись по лестнице в кабинет Силко. Севика помогла ему сесть в кресло, после чего рука Силко сразу дотянулась до портсигара, достала сигару и гильотину, откусывая кончик сигары и закуривая её. На Силко смотрели два серых и два синих глаза, ожидающие, как он объяснит тот факт, что всё ещё жив, учитывая восемь дырок на одежде от пулемётной очереди. Силко: Синджед дал мне новую формулу мерцания. У меня был один шанс сегодня — я его использовал. Больше. Шанса. Не. Будет. Силко бросил внимательный взгляд на Джинкс, и та опустила глаза в пол. Кажется, она поняла, что он имеет в виду. Севика: Она вышла из себя? Мужчина кивнул. Он видел, что Севика очень хочет кое-что высказать и даже сделать — у женщины явно чесались кулаки. Севика смотрела в сторону почти что рыдающей девушки рядом с Силко, мужчина остановил её жестом руки, чтобы она немного успокоилась. Севика: Что дальше? Совет уничтожен, в городе паника. Пилтовер объявил о военном положении и полностью перекрывает Нижнему городу кислород. Лазутчики баронов сообщили им, что ты мёртв, и бароны начали рвать город по кусочкам. Силко: Чуть позже, Севика, зайди чуть позже. Нужно всё хорошо обдумать. Женщина возмутилась тем, что Силко так спокойно принял тот факт уничтожения Совета и глобальной проблемы, но кивнув, вышла из кабинета, оставляя там измученного вида Силко и Джинкс, наблюдающую уже сверху балок, смотря из темноты парой розовых глаз. Силко молчал, сидел на кресле, прерывисто вздыхая, словно не мог глотнуть нормальное количество воздуха. Куря сигару, он переодически поглядывал наверх на Джинкс. Так прошло не менее получаса, пока Джинкс не нарушила тишину: Джинкс: Тебе больно? Силко затушил сигару в пепельнице, оставив её там, и снова откинулся на спинку своего кресла. Делая прерывистый, глубокий вдох, он немного простонал от боли на выдохе. Силко: Как ты себя чувствуешь? Джинкс: Не переводи тему. Силко: Да. Джинкс: Что "да?" Силко: Мне больно. Джинкс спустилась на стол, поджав под себя ноги, уткнулась носиком в колени и закрыла глаза. Силко: Твоя очередь отвечать. Джинкс вздохнула и, открыв два розовых глаза, взглянула на Силко. Перед ней сидел мужчина, немного подрагивающий от боли. Он прерывисто дышал, был весь в окровавленной одежде с круглыми аккуратными дырочками от выстрелов. Силко смотрел на неё, без злости и ненависти. Взгляд его не был наполнен упрёками или обвинениями. В глазах Силко было лишь беспокойство и немой вопрос: "Что случилось ?". Джинкс: Я слышала их как никогда хорошо. Там были все, кто умер из-за меня: Майло, Клаггор, Вандер, и те, кто умер не из-за меня — Мама и Папа. Они кричали, обвиняли, рыдали, окружив меня со всех сторон. Били по барабанным перепонкам, разрывая меня на куски. Я не слышала ничего, кроме них. А потом отдаленно услышала звук, как пистолет снимают с предохранителя..и. Пока Джинкс рассказывала, слезы розового цвета стекали по её щекам к подбородку, а потом на колени. Силко молча слушал её и наблюдал. Ему становилось легче с каждой минутой. Мерцание, которое дал Синджед, не подвело и действовало отлично, затягивая раны. Когда Джинкс досказала мужчине, что произошло, и замолчала, он подумал  минуту, после чего пододвинулся на кресле ближе к столу и протянул руку к лицу Джинкс, утирая розовые слезы. Джинкс: Я снова всё разрушила. Силко: Ты разрушила только Совет и больше ничего. Джинкс: Я застрелила тебя. Ты бы умер, если бы не доктор и его предусмотрительность. Силко: Но не умер же? Я здесь с тобой, и это главное. С остальным мы разберемся. *** «Спустя четыре часа» В дверь кабинета без стука врывается Севика. Кажется, женщина ещё более нервная, чем была ранее. Силко: Что происходит? Севика: Ренн напала на оставшийся Совет в Пилтовере. Смитч громит районы, убивая всех, кто не переходит на его сторону. Все считают тебя мертвым. Может, самое время выйти и... Силко: Нет. Взгляд женщины стал шокированным. Он что, не собирается наводить порядок в своем городе? Вот так просто оставит всё на растерзание баронам и Верхнему городу? Севика: Ты сумасшедший! Будешь просто сидеть и смотреть, как всё, что ты строил всю жизнь, горит?! Силко: Именно это мы и сделаем, но сначала кое-что подправим. И Джинкс нам с этим поможет.  Джинкс подняла непонимающий взгляд на Силко, потом на Севику и обратно на Силко. Севика: Она поможет, если до конца расхреначит оставшийся Совет — не более! Джинкс: Что ты имеешь в виду под "подправим"? Силко: Увидишь.