...

Красавица, что ты скрываешь? Почему убегаешь? Почему прячешься под напускным спокойствием и безразличием? Пахнешь так сладко, что аж язык сводит. Почему же ты скрываешь свой страх? Чего ты боишься? Ты никогда не была девочкой, да? Маленькая девочка, которая слишком рано стала взрослой женщиной. Ты так умело скрываешь свое тяжелое прошлое, что даже мне было сложно понять это. Прячешь тяжелый полный боли взгляд в секундных замешательствах и таких лживых улыбках. — Струпьяр? Извини я не заметила тебя — просишь прощения, как это мило. Если бы только я сам специально не пришел в твою комнату. Зачем? Просто соскучился. Проходишь мимо меня, смотришь в окно потом возвращаешься и садишься рядом со мной на диван. Устало вздыхаешь. Подползаю ближе и утыкаюсь носом в волосы, жадно вдыхая сладковатый запах корицы. На секунду вздрогнула, но тут же расслабилась. Бедная измоталась наверное за этот день. — Струпьяр — порывисто выдыхает. Наслаждаюсь её судорожными вздохами, вдыхая такой любимый запах, наполняя без остатка легкие. Невесомо целую в мочку уха и едва не мурлыкою когда волшебница еще более судорожно выдыхает на грани стона. И опаляю горячим дыханием шею вперемешку с усмешкой на губах. — Струпьяр — хрипло шепчет Грейнджер. — Что моя милая? — с тихим смешком отвечаю. Хватаю её за подбородок, поворачиваю к себе и накрываю пухлые искусанные, и стертые от помады губы. Гермиона шумно вздохнула, цепляясь пальцами за спутанные волосы егеря. Горячие дыхание со вкусом огневиски и сигарет сводило с ума. Мужчина целовался уверенно, но мягко без какого либо напора, успокаивающе гладя по напряженной спине. И волшебница поддалась, решив расслабится в таких нужных сейчас ласках. И она отвечает — приоткрывая восхитительные губки, поддаваясь чуть ближе. Рычу и сильнее вжимаясь в такие податливые губы, провожу языком по ним. И пожирательница позволяет ему, приоткрывая рот и позволяя скользнуть языком внутрь. Целовался Струпьяр умело доводя женщину до исступления. Грейнджер протяжно стонет и егерь удовлетворенно рычит, прикусывая сладостные губы. Гермиона блаженно стонет, сильнее ухватившись за сбившиеся волосы волшебника. Мужчина разрывает поцелуй, отстраняясь от пожирательницы. Волшебница жадно хватает ртом воздух, наблюдая за ухмыляющимся егерем. Щеки и носик раскраснелись будто помидор, горели даже уши и шея. Так бы и укусил эту вкусно пахнущую девчоку. Струпьяр обнажил ровный ряд зубов в широкой улыбке и задорно облизнулся. — И я рад видеть тебя милая  — в глазах огонь, а сердце отплясывает, какую-то только ему известную мелодию. Гермиона пыхтит от недовольства и отворачивается. Так было великолепно ощущать её, чувствовать, касаться и знать, что это живой человек. Человек, который поддержит. Человек, который несмотря на то насколько ты поганый в душе, а за спиной имеешь кучу грехов, любит. — Вкусно пахнешь. Корица и кофе — с новой силой вдыхаю такой любимый запах, наполняя им легкие — Самый интересный запах. — А какие ещё бывают интересные запахи? — невинно задает вопрос. — Только твой, милая моя — наклоняюсь к ней и последние слова шепчу в такие замечательные ушки.